home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


6

В соответствии с данными отдела регистрации, Клаудиа Дарлинг при рождении была названа Клаудиа Болонья. На ее желтом листке перечислялись шесть арестов за проституцию за период с 1941 по 1945 годы. После этого упоминались только обычные для добрых граждан нарушения — превышение скорости. Одно в 1948 и одно в 1952 — к этому времени она стала миссис Вильям Драм, с адресом в районе Твин Пикс. Самое последнее упоминание — 1955 год.

Гаррет переписал информацию и изучал ее по пути в свой отдел.

Кабинет Серрато был пуст, но в остальном помещение отдела ничем необычным не отличалось. Гаррет чувствовал себя почти штатским в джинсах и спортивном свитере. Он быстро прошел к своему столу, кивая другим детективам. Начав отчет, почувствовал себя лучше. Отчеты составлять легко — просто переписывай из записной книжки и вспоминай, никакого реального вовлечения, никаких эмоций. Пальцы как будто без его участия танцевали на клавишах, перенося мысли на бумагу. Ритм успокаивал, уносил напряжение и беспокойство, даже когда в отчете сообщалось о тупиках в расследовании или о неудачном пленении Винка. Почти всю вторую половину дня он печатал, не обращая внимания на остальных, только изредка останавливаясь для приветствия или обдумывания новой мысли.

Перечитывая отчет, однако, он вспомнил о разговоре с бывшей женой. И снова рассердился. Отдать Деннису Брайана? Ни за что! Но он понимал, что аргументы Джудит основательны. Может, именно это и приводило его в ярость. Приходится признавать, что он был не очень хорошим отцом… а каким будет теперь? Давай, сынок, перекусим: тебе гамбургер, мне официантку.

Он сложил отчеты аккуратной стопкой и отнес в кабинет Серрато. На сегодня хватит. Теперь займемся мисс Клаудиа Болонья Дарлинг Драм. Он закрыл дверь кабинета и сел у телефона с телефонным справочником.

В Сан-Франциско три Вильяма Драма, ни один не живет в районе Твин Пикс. Набрав номер Вильяма С.Драма, он поговорил с миссис Драм, но она оказалась молодой женщиной и не Клаудиа. Она никогда не слышала о Клаудиа Драм.

Номер Вильяма Р.Драма не отвечал.

Он набрал номер Вильяма Р.Драма-младшего. Услышав высокий голос, состроил гримасу. Малообещающе.

— Могу ли я поговорить с миссис Драм?

— С кем?

Гаррет попробовал по-другому.

— Твоя мама дома?

Разговаривая с ребенком, Гаррет чувствовал себя идиотом. Но к его величайшему облегчению, через несколько секунд послышался женский голос.

— Говорит инспектор Микаэлян из полиции Сан-Франциско, — представился он. — Я пытаюсь разыскать миссис Клаудиа Драм.

— Боюсь, я никого под таким именем не знаю.

— Она пожилая женщина. А вашу свекровь не зовут Клаудиа?

— Нет. Марианна. Минутку. — Голос ее стал приглушенным, она начала с кем-то говорить. — Билл, как зовут твою мать?

Ответило несколько голосов, Гаррет не разбирал слова, потом голос пожилого мужчины.

— Я Вильям Драм, сэр. Вы ищете женщину, по имени Клаудиа? Возможно, я ее знаю. Можете описать ее?

— Небольшого роста, голубоглазая, брюнетка. Девичья фамилия Болонья, в 1955 году она жила в районе Твин Пикс.

— Вы из полиции?

Гаррет сообщил Драму свой номер и попросил перезвонить. Тот перезвонил и объяснил, что Клаудиа Драм — его первая жена.

— Мы развелись в 1956.

— Вы знаете, где она сейчас и как ее зовут?

Драм колебался.

— Мне интересно, инспектор, что вам от нее нужно. Если вы знаете только это имя, значит дело какое-то старое.

— Мы собираем информацию о женщине, которая напала на нее в 1941.

Последовало долгое молчание. Гаррет представил себе, как Драм в замешательстве смотрит на телефон, удивляясь, к чему полиции это сорокалетней давности нападение. Наконец с сухой ноткой в голосе Драм ответил:

— Зовут ее миссис Джеймс Эмерсон Тувенел, и живет она на Стене. — Он дал адрес в районе Президио Хейс и телефонный номер.

Гаррет, на которого адрес произвел впечатление, записал все. Клаудиа неплохо поработала, от проститутки поднявшись до владелицы особняка в Президио. Может, сухой тон Драма этим и объяснялся: тот понимает, что послужил для нее лишь ступенькой. Тем не менее он тепло поблагодарил Вильяма Р. Ступеньку Драма и набрал номер Тувенелей.

Как будет принята его просьба о встрече? Как грубое напоминание о прошлом?

Но когда он упомянул Мейлу Барбу, звучный голос на другом конце провода рассмеялся.

— Эта сумасшедшая певица? Неужели, парни, у вас работают так медленно, что только теперь добрались до дел в подвале? Да, я поговорю с вами.

Гаррет видел одну трудность: удостоверение личности. По телефону легко сказать, что ты из полиции. Она может перезвонить и получит подтверждение. Но что если она попросит показать удостоверение у себя дома?

Взгляд его упал на ящик, в который Серрато положил его значок. Рука сама протянулась к ящику, потом отдернулась. Помни, ты обещал быть чистым.

— Приходите незадолго до семи.

Гаррет припарковал машину без четверти семь. На тяжелой входной двери молоток с львиной головой. Гаррет протянул к нему руку, но дверь открылась, прежде чем он коснулся молотка. Пухлая женщина — воплощение бабушки и матроны — изучала его с уровня его плеча.

— Вы тот молодой человек, что позвонил? Микаэлян? — спросила она.

— Да. А вы…

— Клаудиа Тувенел. Ну. — Она осмотрела его, чем-то обрадованная. — Входите. А как ваше имя?

— Гаррет. — Он последовал за ней через двойную дверь и прихожую.

Она распахнула одну из дверей и заглянула в находившуюся там библиотеку.

— Джеймс, — сказала она мужчине, сидевшему в кожаном кресле, — это Гаррет Микаэлян, сын моей старой подруги Кэтрин Кейн. Помнишь, я тебе рассказывала о ней? Мы с Гэри поболтаем. Если я тебе понадоблюсь, мы за залом.

Она провела удивленного Гаррета через зал в гостиную и села на диван. Встретилась с ним взглядом — глаза у нее неестественно голубые — контактные линзы? — и холодные, как лед.

— Не вижу необходимости оживлять перед мужем давно забытое прошлое, хотя имейте в виду, я его не стыжусь. Даже нахожу разговоры об этом времени слегка ностальгическими. Итак, что же вы хотите знать об этой сумасшедшей?

— Все, что можете рассказать: кто она, откуда, кто были ее друзья.

Она помигала — разочарованно, Гаррет готов был поклясться.

— Ничего не знаю, кроме того, что она меня чуть не изуродовала. С ума сошла. Не моя вина, что морской офицер предпочел меня. Конечно, и вы бы предпочли женственную женщину этому шагающему слону.

Гаррет молча сравнил эту матрону в седыми волосами и отвисшими щеками со стройной рыжеволосой женщиной с крепким телом и прекрасной фигурой, женщиной, которая отбирает мужчин для свой постели и еды. Он понимал, что в те дни женщина такого роста могла встретить затруднения в выборе. Однако теперь Лейн отыгрывается за свое поколение.

— Нельзя ли узнать, почему вы этим интересуетесь через столько лет?

— Мы пытаемся отыскать ее. Возможно, она обладает важной информацией, касающейся одного расследования.

— А проверили ли вы психиатрические лечебницы штата? Когда ее задержали, она была вне себя.

Гаррет сморщил лоб.

— А почему вы отказались от обвинения?

— Как услуга другу, Дону Люкерту, менеджеру "Красного лука". Он боялся, что владельцы рассердятся из-за дурной славы, и я согласилась не предъявлять обвинения, если он уволит ее и использует все свое влияние, чтобы она не нашла работы на Северном Берегу. Он выполнил свое слово, а я свое.

Мстительная сука, подумал Гаррет. А вслух сказал:

— Менеджер. Его имя Доналд Люкерт?

— Нет. Элдон.

— Вы не знаете, где он теперь? Мистер Люкерт.

Женщина покачала головой.

— Я немного заработала во время войны, поэтому после заключения мира ушла в отставку и порвала со своими прежними знакомыми. Несколько лет спустя я хотела зайти в "Красный лук", но он сгорел, и на его месте построили другой клуб. Дона в нем не было. Если он еще в городе, то, вероятно, в доме для престарелых. Тогда ему было около сорока.

— Мистер Люкерт когда-нибудь разговаривал с вами о мисс Барбе?

— Ну, несколько раз. Мы с ним смеялись над тем, как она нелепа и велика.

Гаррет решил, что он больше не выдержит мисс Клаудиа Болонья Дарлинг Драм Тувенел.

— Она пыталась заставить его поверить, что она балканская принцесса. Говорила, что в ее венах древняя благородная кровь. Рассказала какую-то фантастическую историю о том, как спаслась из Восточной Европы перед самым приходом войск Гитлера. Но она вовсе не европейка. Акцент Бела Лугоша из ее речи совершенно исчез, когда она начала орать на меня. Да и один мой знакомый слышал, как она говорила на своем — так она назвала — языке. Так вот, это была нелепая смесь немецкого с русским.

Гаррет мигнул. Немецкий соответствует выбору имен, но при чем тут русский? Возможно, немецко-русская община, записал он. Должна быть очень изолированной, если там, кроме английского, говорили и на своих языках.

Он еще минут десять задавал вопросы, но не узнал ничего нового, наконец закрыл блокнот и встал.

— Спасибо за ваше время.

Она проводила его до двери, говоря преувеличенно громко.

— Я так рада весточке о Кейн. Я ее потеряла и думала, что никогда ничего о ней не узнаю. Передайте вашей маме от меня крепкий поцелуй.

Гаррет вздохнул с облегчением, когда дверь закрылась. Повезло. Она так и не попросила его удостоверение. Везучий коп. Спасибо, госпожа Удача. Продолжай улыбаться мне, госпожа.


предыдущая глава | Кровавая охота | cледующая глава