home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7

Толстый слой облаков, нависший темными, насыщенными водой складками, не давал Гаррету видеть солнце, но он чувствовал, как оно село, ощутил, как спадает напряжение и нарастает поток внутренней энергии. В отдалении прогремел гром. Гаррет потянулся, глубоко, удовлетворенно вздохнул.

— Отличный вечер.

Нат удивленно поднял глаза.

— Странные вкусы у калифорнийцев. Для того, кто хотел бы завтра арканить жеребят, он совсем не хорош, партнер. Кстати, почему бы тебе не прийти к нам в воскресенье на ужин? Познакомишься с моей женой и детьми, потом посмотришь меня за работой.

До того, как он перестал есть обычную пищу, Гаррет не сознавал, сколько социальных условностей связано с едой. Он искал возможности отказаться подипломатичнее.

— Спасибо, но я собираюсь отоспаться. Но если хочешь, мы встретимся в загоне.

Они ехали по улице, проверяя двери магазинов и складов. Мимо двигался яркий субботний парад автомобилей. Голубой фургончик, который они заметили раньше, замедлил ход рядом с ними как раз настолько, чтобы ударить их боком. Из него выглядывал несовершеннолетний парень. Они сделали вид, что не замечают его.

— Однажды я за это задержал парня, — сказал Гаррет.

— Как? — Нат проверял двери скобяного магазина Риверза.

— Обвинил в неправильном использовании сигналов. Он показал левой рукой, что делает правый поворот, но не повернул. — Гаррет улыбнулся. — И судья оштрафовал его.

Радио Ната сказало:

— Баумен 303. 717 Лэндон. Том Локстон.

Нат подтвердил прием и вздохнул, когда они заторопились к машине.

— Черт возьми. Он прямо по расписанию.

— Кто?

— Том наполовину индеец. Как напьется — раза два в месяц, — сидит на пороге и стреляет в проходящие машины. Ни разу не попал, но ведь всегда бывает первый раз.

Они оставили машину на перекрестке в начале квартала и пошли к дому.

— Перекрой движение по другую сторону квартала, а я с ним поговорю, — сказал Нат.

Тощий человек с длинными волосами и красным платком на голове направил на них с порога дома 717 ружье. Гаррет смотрел на него.

— Может, остаться с тобой?

— Все в порядке. Только не пропускай сюда машины.

Гаррет пошел неохотно. Его так и подмывало вытащить пистолет. Останавливая движение, он не переставал следить за Натом и Локстоном.

Нат прислонился к калитке и небрежно окликнул:

— Привет, Том. Не опустишь ли ружье?

— Пока не подстрелю какого-нибудь белого, не опущу, — пьяным голосом ответил Локстон.

На пороге показалась женщина. Локстон рявкнул на нее.

— Том, давай поговорим, — сказал Нат и начал открывать калитку.

— Охранять, Кочайз! — крикнул Локстон.

К калитке бросился в ревом и лаем огромный черный пес. Нат торопливо отступил.

Женщина сказала что-то, чего Гаррет не расслышал. Локстон выругался и захлопнул дверь.

На порогах соседних домов показались люди. Гаррет позвал ближайшего и оставил его на перекрестке, а сам направился к Нату.

— Том, отзови собаку и положи ружье, — сказал Нат.

— Убирайся в ад!

Пес зарычал.

— Как вы обычно поступаете с собакой? — спросил Гаррет.

— Он ее раньше никогда не спускал. Должно быть, здорово напился сегодня.

Гаррет вспомнил койотов. Он стал обходить собаку, а когда она с рычанием повернулась к нему, посмотрел ей в глаза. Сказал:

— Кочайз, садись и успокойся.

Взвизгивая, собака попятилась.

Локстон закричал:

— Охранять, Кочайз!

Гаррет смотрел ей в глаза.

— Сидеть!

Пес снова взвыл, но сел. Локстон в гневе вскочил.

— Проклятый болван! Охранять!

— Ваша собака уважает закон, мистер Локстон, — сказал Гаррет. Как близко нужно подойти, чтобы подчинить себе? Он обдумал, что хочет сделать, попытался определить, не будет ли отрицательных последствий, как с врачом и Серрато при его возвращении на службу. Никаких последствий не увидел. Прошел мимо сидящего пса в калитку, сосредоточив все внимание на пьяном. — Пожалуйста, сэр, опустите ружье и тоже проявите уважение к закону.

Локстон смотрел на Гаррета, гневное выражение его лица постепенно сменялось спокойным. Он медленно положил ружье на порог.

Возвращаясь к машине, Нат в благоговейном страхе сказал:

— Раньше собака никого, кроме Тома и Милли, не слушалась.

Холодок пробежал по спине Гаррета. Как глупо опять привлекать внимание к своим вампирским способностям! Может, отшутиться, как накануне? Он заставил себя улыбнуться Нату.

— В академии у меня были лучшие отметки по курсу разговоров с животными.

Над головой сверкнула молния, через несколько секунд за ней последовали раскаты грома. Еще молнии, и гром такой сильный, что машина задрожала.

— Прощай, жеребята и лассо, — сказал Нат.

Все больше молний освещало небо. По коже Гаррета поползли мурашки. Впечатляющее зрелище продолжалось минут десять, потом начался дождь. Сначала легкий стук по крыше машины, затем сплошной поток.

Но дождь не замедлил движения, которое превратилось в сверкающий поток; отражения огней блестели на влажных машинах и мокром тротуаре.

По радио приходили сообщения о погоде с соседних участков. Кое-где сильный ветер сломал деревья и порвал провода. Мэгги Лебеков сообщила, что направляется в участок.

— Передайте 303, что город их.

Несколько минут спустя снова по радио послышался ее возбужденный голос.

— 206 Баумен. 10–48, Канзас и Пайн. Одна жертва зажата. Нужны скорая помощь и пожарники со всем оборудованием.

Нат включил огни и сирену и бросил машину в движение.

— Плохая погода для транспортных происшествий. Лучше помочь.

На углу Канзас авеню и Пайн Стрит столкнулись три машины, два пикапа зажали между собой фольксваген. Лебеков в желтой куртке и высокий парень в ковбойской шляпе пытались открыть дверцу фольксвагена. В машине кричала и просила помощи девушка. Выходя из машины, Гаррет ощутил запах крови и бензина.

— Заело, — перекрикивая гром, крикнула Лебеков. — И ее зажало рулем.

Запах крови, густой и горячий, вызвал у Гаррета приступ голода. Девушка теряет кровь. Заглянув в машину, он увидел то, что остальные в полутьме не могли рассмотреть: одна нога девушки сломана, кость торчит, все залито кровью.

Он подавил голод. Надо освободить девушку, пока она не истекла кровью! Скоро ли прибудут пожарники? Могут опоздать.

— Отвернись, — крикнул он в машину.

Девушка, казалось, не слышит. Она продолжала кричать и колотить по рулю. Гаррет обернул полу пиджака вокруг руки и кулаком ударил по стеклу. Просунув руку в отверстие, он уперся ногами и потянул.

— Гаррет! — крикнул Нат. — Ты не сможешь…

Со скрежетом металла дверца была вырвана. Гаррет разогнул руль и подхватил девушку. Краем глаза он видел онемевшую толпу зрителей, но все его внимание было приковано к девушке. Она продолжала терять кровь.

Он положил ее на тротуар подальше от машины, на случай если она взорвется, и снял галстук.

— Дайте мне дубинку.

Лебеков передала ему свою дубинку и защищала курткой лицо девушки от дождя, а Гаррет сделал турникет.

— Отличная работа, Микаэлян.

Нат сухо сказал:

— Вижу, по курсу оказания первой помощи у тебя в академии тоже были отличные отметки.

Гаррет бегло улыбнулся ему. Он действовал не раздумывая. Начнут ли теперь люди задавать вопросы?

— Поразительно, на что способен адреналин, верно? — Ну, неважно. Какой бы ни была цена, он должен был так поступить. Он не мог позволить девушке умереть.

Она начла истерически плакать. Он протянул руку, взял ее за подбородок и посмотрел в глаза.

— Все будет в порядке, мисс. Расслабьтесь. Если будете дышать глубже, боль ослабнет. Попробуйте. Сделайте несколько глубоких вдохов.

Она сделала один вдох, другой.

— Видите? Легче, не правда ли?

Она кивнула. Под покровом куртки Лебеков лицо ее расслабилось.

Гаррет чувствовал, как спадает его собственное напряжение. Он наслаждался чистотой бегущего по лицу дождя, дождь смывал запах крови. Значит, способность вампира контролировать других может быть полезна не только в личных целях. Она может послужить другим. И его сила тоже. В его личном углу ада эта мысль вызвала некоторое успокоение.


предыдущая глава | Кровавая охота | cледующая глава