home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7 Расспросы

– Я счастлив узнать, – сказал Пул, – что, несмотря на все столетия, Смитсоновский институт все еще существует.

– Вы, возможно, его не узнаете, – сказал посетитель, который представился как доктор Алистер Ким, директор отделения астронавтики. —Особенно после того, как он распространился по всей Солнечной системе: основные внеземные экспозиции находятся на Марсе и на Луне, но многие экспонаты, которые юридически принадлежат нам, все еще направляются к звездам. Однажды мы догоним их и вернем домой. Мы особенно стремимся заполучить в свои руки "Пионер-10" – первый искусственный объект, который вырвался за пределы Солнечной системы.

– Полагаю, что я почти догнал его, когда меня обнаружили.

– К счастью для вас – и для нас. Возможно, вы сумеете пролить свет на многие вещи, которых мы не знаем.

– Откровенно говоря, я сомневаюсь, но сделаю все возможное. Я ничего не помню после того, как меня утащила сбежавшая космическая капсула. Хотя в это трудно поверить, но мне сказали, что виноват был ХЭЛ.

– Это действительно так, но это запутанная история. Все, что мы сумели выяснить, записано здесь – приблизительно двадцать часов, но вы, вероятно, можете пропустить большую часть.

– Вы, конечно, знаете, что Дейв Боумен вышел на капсуле номер 2, чтобы спасти вас, но потом был заблокирован вне корабля, потому что ХЭЛ отказался открывать дверь гаража.

– Но почему, ради Бога?

Доктор Ким слегка вздрогнул. Пул заметил такую реакцию уже не в первый раз.

(Нужно следить за своим языком, подумал он. Кажется "Бог" —неприличное слово в этой культуре, нужно спросить об этом Индру.)

– Существовала одна основная ошибка при программировании ХЭЛа – ему передали контроль над всеми аспектами экспедиции, вы и Боумен об этом не знали, но все это есть в записи…

В любом случае он отключил также системы жизнеобеспечения трех астронавтов, находящихся в анабиозе, – Альфа-команды – и Боумену пришлось помимо всего прочего выбрасывать за борт их тела.

(Итак, мы с Дейвом были Бета-командой – чего еще я не знаю?..)

– Что с ними произошло? – спросил Пул. – Их не спасли так же, как спасли меня?

– Боюсь, что нет: мы, конечно, рассматривали эту возможность. Боумен выбросил их через несколько часов после того, как перехватил управление у ХЭЛа, так что их орбиты немного отличались от вашей. Но этого оказалось достаточно, чтобы они сгорели в Юпитере – в то время как вы прошли по касательной, и гравитация придала вам ускорение, которое привело бы вас в туманность Ориона через несколько тысяч лет…

Осуществляя все вручную – действительно фантастическое предприятие! —Боумен сумел перевести "Дискавери" на орбиту вокруг Юпитера. И там он столкнулся с тем, что Вторая Экспедиция назвала Большим Братом – явным близнецом Монолита Тихо, но в сотни раз больше.

И здесь мы потеряли его. Он покинул "Дискавери" в последней космической капсуле и полетел на встречу с Большим Братом. Вот уже почти тысячу лет нас преследует его последнее сообщение: "Всевышний – он полон звезд!"

(Вот опять! – сказал себе Пул. Никоим образом Дейв не мог сказать так… Должно быть: "Мой Бог – он полон звезд!")

– Вероятно, капсула была втянута в Монолит каким-то инерционным полем, потому что она – и, вероятно, Боумен – пережили ускорение, которое должно было мгновенно их разрушить. Это была последняя информация, которую кто-либо получил в течение последующих десяти лет до совместной русско-американской экспедиции "Леонова"…

– Которая состыковалась с оставленным "Дискавери", так что доктор Чандра смог перейти на борт и повторно активизировать ХЭЛа. Да, я это знаю.

Доктора Ким взглянул слегка обеспокоенно.

– Простите, я не был уверен, как много вам уже рассказали. Так или иначе, после этого стали происходить странные вещи.

Вероятно, прибытие "Леонова" что-то переключило внутри Большого Брата. Если бы у нас не было этих записей, никто не поверил бы в то, что это случилось. Позвольте мне показать вам… это доктор Хейвуд Флойд, несущий вахту в полночь на борту "Дискавери" после того, как функции корабля были восстановлены. Конечно, вы все это узнаете.

(Действительно, узнаю: как странно видеть давно умершего Хэйвуда Флойда, сидящего на моем старом месте, и немигающий красный глаз ХЭЛа, сканирующего все в секторе обзора. И так же странно осознавать, что мы с ХЭЛом разделили одну и ту же процедуру воскрешения из мертвых…)

На одном из мониторов пропечаталось сообщение, и Флойд лениво спросил:

– O'кей, ХЭЛ. Кто вызывает?


НЕТ ИДЕНТИФИКАЦИИ.


Флойд взглянул слегка раздраженно.

– Очень хорошо. Пожалуйста, прочитай сообщение.


ОСТАВАТЬСЯ ЗДЕСЬ ОПАСНО. ВЫ ДОЛЖНЫ УЛЕТЕТЬ В ТЕЧЕНИЕ ПЯТНАДЦАТИ ДНЕЙ.


– Это абсолютно невозможно. Стартовое окно не откроется еще двадцать шесть дней. У нас не хватит горючего для более раннего старта.


МНЕ ИЗВЕСТНЫ ЭТИ ФАКТЫ. ТЕМ НЕ МЕНЕЕ ВЫ ДОЛЖНЫ УЛЕТЕТЬ В ТЕЧЕНИЕ ПЯТНАДЦАТИ ДНЕЙ.


– Я не могу воспринимать это предупреждение серьезно, если не знаю его происхождения… кто говорит со мной?


Я БЫЛ ДЭВИДОМ БОУМЕНОМ. ВАЖНО, ЧТОБЫ ВЫ ПОВЕРИЛИ МНЕ. ОБЕРНИТЕСЬ.


Хэйвуд Флойд медленно развернул крутящийся стул от панелей и переключателей компьютерных дисплеев к покрытому тканью велькро подиуму за своей спиной.

("Смотрите внимательно", – сказал Доктор Ким.

Как будто я нуждаюсь в напоминании, подумал Пул…)

Окружающий интерьер палубы наблюдения "Дискавери" с нулевой гравитацией был намного более запылен, чем запомнилось ему: он предположил, что система очистки воздуха еще не была полностью восстановлена. Параллельные лучи такого далекого, но все же ослепительного Солнца, струясь через большие окна, освещали несметное число танцующих пылинок, демонстрирующих классическое броуновское движение.

И вдруг что-то странное случилось с этими частицами пыли; казалось, какая-то сила выстраивала их, унося прочь от центральной точки, присоединяла к другим, пока все они не собрались на поверхности полой сферы. Эта сфера, около метра в поперечнике, какое-то мгновение парила в воздухе наподобие гигантского мыльного пузыря. Потом она удлинилась, превратившись в эллипсоид, его поверхность начала сминаться, формируя сгибы и углубления. Пул совсем не удивился, когда эллипсоид начал принимать форму человека.

Он видел подобные фигуры, выдутые из стекла, в музеях и на научных выставках. Но этот пыльный фантом даже не приближался к анатомической точности; он был подобен статуэтке из сырой глины или одному из примитивных произведений искусства, найденных в углублениях пещер Каменного века. Только голова была вылеплена с особой тщательностью; и лицо, вне всякого сомнения, было лицом командора Дэвида Боумена.


ПРИВЕТ, ДОКТОР ФЛОЙД. ТЕПЕРЬ ВЫ ВЕРИТЕ МНЕ?


Губы фигуры не двигались: Пул понял, что голос – несомненно, голос Боумена, – на самом деле доносится из решетки динамика.


ЭТО ОЧЕНЬ ТРУДНО ДЛЯ МЕНЯ, И У МЕНЯ МАЛО ВРЕМЕНИ. МНЕ РАЗРЕШИЛИ ДАТЬ ЭТО ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. У ВАС ЕСТЬ ТОЛЬКО ПЯТНАДЦАТЬ ДНЕЙ.


– Но почему… и что вы…?

Но призрак уже исчезал, зернистая оболочка начала распадаться обратно на составляющие ее частицы пыли.


ДО СВИДАНИЯ, ДОКТОР ФЛОЙД. У НАС НЕ МОЖЕТ БЫТЬ НИКАКИХ ДАЛЬНЕЙШИХ КОНТАКТОВ. НО, ВОЗМОЖНО, БУДЕТ ЕЩЕ ОДНО СООБЩЕНИЕ, ЕСЛИ ВСЕ ПОЙДЕТ ХОРОШО.


Когда изображение растаяло, Пул не мог не улыбнуться старому клише Космической эры. "Если все пойдет хорошо" – сколько раз он слышал эту фразу перед полетом!

Фантом исчез: остались только танцующие пылинки, создающие в воздухе свои случайные узоры. С некоторым усилием Пул возвратился к реальности.

– Итак, командор, что вы думаете об этом? – спросил Ким.

Пул все еще был потрясен, и прошло несколько секунд, прежде чем он смог ответить.

– Лицо и голос принадлежат Боумену – готов в этом поклясться. Но что это было?

– Что-то такое, о чем мы до сих пор спорим. Назовите это голограммой, проекцией; конечно, существует множество способов для фальсификации, если бы кому-то это потребовалось, но не в тех обстоятельствах! И потом, нужно учитывать то, что произошло дальше.

– Люцифер?

– Да. Благодаря этому предупреждению у "Леонова" оказалось достаточно времени, чтобы уйти, прежде чем взорвался Юпитер.

– Итак, как бы там ни было, Боумен настроен дружественно и пробовал помочь.

– Возможно. И он может быть ответственным за то "еще одно сообщение", которое мы получили – оно было послано всего за минуту до взрыва. Еще одно предупреждение.

Доктор Ким вернул экран к жизни еще раз. На нем отобразился четкий текст: ВСЕ ЭТИ МИРЫ ВАШИ, КРОМЕ ЕВРОПЫ. НЕ ДЕЛАЙТЕ ПОПЫТОК ТАМ ВЫСАДИТЬСЯ. То же самое сообщение было повторено около сотни раз, затем буквы исказились.

– И мы никогда не пробовали там приземлиться? – спросил Пул.

– Только однажды, случайно, тридцать шесть лет спустя, когда космический корабль Соединенных Штатов "Галакси" был похищен и упал на Европу, а корабль-близнец "Юниверс" направили для его спасения. Все это здесь, вместе с тем немногим, что рассказали нам роботы о европеанцах.

– Я страшно хотел бы их увидеть.

– Они земноводные и бывают всех форм и размеров. Как только Люцифер начал плавить лед, который покрывал весь этот мир, они стали выходить из моря. С тех пор они развиваются с такой скоростью, которая представляется биологически невозможной.

– Из того, что я помню о Европе, там было большое количество трещин во льду? Возможно, они уже тогда начали выползать через них и осматриваться вокруг.

– Это самая популярная теория. Но есть и другая, намного более спекулятивная, чем эта. Здесь каким-то образом, которого мы пока не понимаем, может быть замешан Монолит. Что наводит на мысли об открытии ЛМА-НОЛЬ прямо здесь, на Земле, почти через пятьсот лет после вашей экспедиции. Я полагаю, вам рассказали об этом?

– Очень туманно, мне так много нужно наверстать! Я подумал, что название было нелепым, так как это не было магнитной аномалией и находилось в Африке, а не в кратере Тихо!

– Конечно, вы совершенно правы, но мы придерживаемся этого названия. Чем больше мы узнаем о Монолитах, тем больше возникает загадок. В основном потому, что они все еще представляют собой единственное реальное свидетельство существования высокой технологии вне Земли.

– Это меня удивляет. Хотелось бы думать, что за это время мы приняли откуда-нибудь радиосигналы. Астрономы начали искать, когда я был еще мальчишкой!

– Вообще-то существует один намек, но настолько ужасающий, что мы не любим о нем говорить. Вы слышали о Новой в созвездии Скорпиона?

– Думаю, что нет.

– Конечно, звезды взрываются как Новые постоянно, и этот взрыв не был особенно впечатляющим. Но до того, как это произошло, стало известно, что Новая Скорпиона имеет несколько планет.

– Обитаемых?

– Совершенно ничего не могу сказать; радиоисследования не выявили ничего. И тут этот кошмар…

По счастливой случайности автоматический Патруль Новых поймал событие в самом начале. И началось оно не на звезде. Сначала взорвалась одна из планет, и только потом солнце.

– Мой Бо… извините, продолжайте.

– Вы попали в точку. Для планеты невозможно превратиться в Новую, за исключением одного случая.

– Я однажды прочитал плоскую шутку в научно-фантастическом романе: "сверхновая – это несчастный случай на производстве."

– Это не было сверхновой, но тут не может быть никаких шуток. Самая распространенная теория говорит о том, что кто-то еще, кроме нас, открыл энергию вакуума и потерял контроль.

– Или же это могла быть война.

– Так же плохо; мы, вероятно, никогда этого не узнаем. Но поскольку наша собственная цивилизация зависит от того же самого источника энергии, вы можете понять, почему Новая Скорпиона иногда является нам в кошмарах.

– Да, а у нас причиной волнений были всего лишь ядерные реакторы!

– Не очень долго, благодаря Всевышнему. Но на самом деле я хотел рассказать вам об открытии ЛМА-НОЛЬ, потому что оно обозначило поворотный момент в человеческой истории.

Находка ЛМА-ОДИН на Луне была достаточно сильным потрясением, но пять сотен лет спустя все было гораздо хуже. И произошло это намного ближе к дому – во всех смыслах этого слова. Там внизу, в Африке.



6 Мыслитель | 3001: Последняя Одиссея | 8 Возвращение в Олдувай