home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


* * *

Слишком измученная, чтобы заботиться о приличиях, Виктория сидела с задравшимися до колен юбками. Она откинулась назад, прислонившись к Гранту, который обнимал ее за талию. Прижав девушку к себе, он пустил гнедого в галоп. Викторию трясло в ознобе, она с большим трудом держалась в седле. Она подставляла лицо дождю, благословляя холодные струи и ломоту в конечностях как веское доказательство того, что жива и невредима.

«Грант пришел за мной», — с изумлением думала она. И спас от гибели. Это было настоящее чудо. Она преисполнилась к нему такой благодарностью, какой не испытывала вешек. Виктория знала, что ради нее он пошел бы на все и убил бы Кейса, но даровал ему жизнь, ибо таково было ее желание. При этой мысли Викторию затопило блаженство. Она обладала властью над могущественным и своевольным Грантом Морганом… потому что он любил ее.

Упиваясь этим чувством, Виктория привалилась к Гранту, смирившись е холодом и неудобством скачки. Уличные фонари тускло освещали улицы, рассеивая пронизанную дождем мглу, пока они добирались до дома номер четыре по Боу-стрит. Спешившись первым, Грант потянулся к девушке и осторожно опустил ее на землю, Виктория, весело улыбнулась ему.

— Я в порядке, — сказала она. Он сжал челюсти:

— Я все время представляю себе, как ты лежишь на полу фабрики. И Кейс над тобой…

— Но ты остановил его. — Привстав на цыпочки, она погладила его по щеке. Вспышка неистовых эмоций пронзила Гранта, и она ощутила ладонью охватившую его дрожь.

— Что, если бы я опоздал? — хрипло спросил он, и его зеленые глаза потемнели от боли.

Виктория с сочувствием смотрела на него, понимая, что он нуждается в утешении, пожалуй, даже в большей степени, нежели она. После смерти брата Грант впервые столкнулся с возможностью потерять близкого человека. Он не позволял себе привязываться ни к кому, не желая подвергать себя риску пережить снова боль утраты.

— В этом не было бы твоей вины, — осторожно сказала Виктория. — Есть вещи, неподвластные нам.

С внезапным изумлением она поняла, что он ждал от нее совсем других слов. Грант был не из тех мужчин, кто способен смириться с обстоятельствами.

— Чертовски слабое утешение, — буркнул он, сардонически выгнув темную бровь. — Ты не можешь придумать что-нибудь получше?

Видя, что он постепенно приходит в себя, Виктория едва заметно улыбнулась.

— Начнем с того, — сказала она, — что ты появился вовремя и спас меня. Зачем беспокоиться о том, чего не произошло?

— Потому что я… — Грант умолк и скорчил хмурую гримасу. — Потому что не каждый день обнаруживаешь, что хрупкое, вечно попадающее в переделки создание является центром твоей вселенной.

— Попадающее в переделки? — переспросила она с наигранным возмущением, в то время как ее сердце радостно екнуло.

Эрнест, мальчик, выполнявший поручения при сэре Россе, выскочил из дверей и увел лошадь в конюшню за домом. К удивлению Виктории, Грант вошел через парадный подъезд, вместо того чтобы воспользоваться служебным входом со двора. Главное здание было связано с конторой коридорами, по которым можно было пройти также в суд, где велись допросы и слушались дела.

— Кто эти люди? — спросила Виктория, инстинктивно стараясь держаться ближе к Гранту при виде людей, заполонивших каждый уголок громадного здания.

— Информаторы, преступники, присяжные, адвокаты… Кто угодно.

— Здесь всегда так многолюдно?

— Это еще что. Я бывал в таких местах, где яблоку было негде упасть. — Оглядев толпу, Грант кивнул полной даме с серебряными волосами, направлявшей людские потоки в нужные кабинеты. Поймав его взгляд, экономка Кеннона поспешила к нему и остановилась как вкопанная.

— Боже мой, — пролепетала она, переводя взгляд с его мокрой растерзанной фигуры на Викторию. — Ну и вид у вас двоих, мистер Морган.

— Мне нужно срочно повидать Кеннона, — отрывисто произнес Грант. — В нашем распоряжении всего лишь несколько минут. Мисс Дюваль… то есть мисс Дивейн… прошла через тяжелое испытание и нуждается в отдыхе.

— Да, да, конечно. — Экономка с сочувствием посмотрела на Викторию. — Сюда, пожалуйста. — Она провела их через оживленную толпу к кабинету сэра Росса, небольшой комнате с прямоугольными окнами, выходившими на улицу. Дубовая мебель, громоздкие книжные полки и глобус — вот и вся обстановка.

Сэр Росс, занятый беседой с двумя мужчинами, по виду клерками, прервался на полуслове, когда Грант и Виктория вошли в комнату.

— Морган, — произнес он, сверкнув серыми глазами, и вопросительно уставился на них, — где Кейс?

— Его скоро доставят сюда, — отозвался Грант. Вглядевшись в лицо Гранта, Кеннон каким-то образом понял, что произошло. Прикрыв глаза, он поник в кресле и потер виски пальцами, будто у него вдруг адски разболелась голова.

— Миссис Добсон, — обратился он к экономке, — принесите выпить чего-нибудь горячего и одеяла.

— Сию минуту, сэр, — откликнулась она и тотчас исчезла.

Кеннон решительно выставил из кабинета клерков и плотно закрыл дверь, отгородившись от шума и суеты, отголоски которых слабым эхом доносились из коридора. Повернувшись к Гранту и Виктории, судья жестом предложил им сесть.

Поблагодарив Гранта за помощь, Виктория присела на массивный дубовый стул. Ее трясло, мокрая одежда прилипала к телу, она чувствовала себя неловко, ощущая грязь, покрывавшую волосы и накидку. Как никогда в жизни ей хотелось принять ванну. Она мечтала вымыться, высохнуть, забраться в теплую постель и отоспаться.

— Это ненадолго, — вымолвил Грант, встревоженный ее измученным видом.

Кеннон услышал его слова.

— Да, конечно, — подтвердил он, выдвигая стул. Усевшись перед ней, он взял ее руку своей большой прохладной ладонью. Виктория подняла удивленный взгляд, встретившись с серьезными серыми глазами.

— Мисс… — начал он, сделав паузу.

— Дивейн, — подсказала она с робкой улыбкой.

— Дивейн, — тихо повторил он. — У вас, наверное, такое чувство, словно вы вычерпали море решетом.

Несмотря на крайнее утомление, неожиданное сравнение рассмешило Викторию.

— Что-то в этом роде.

— Поверьте, мне очень жаль, что вы пострадали от рук одного из моих подчиненных… Я не в силах возместить причиненное вам зло… но даю слово, что если я когда-нибудь смогу быть вам полезен, то сделаю все, от меня зависящее. Только попросите.

— Благодарю вас, — мягко отозвалась Виктория, немало смущенная извинениями одного из самых могущественных в Лондоне людей.

Кеннон выпустил ее руку и предоставил ей передышку, пока миссис Добсон не принесла одеяла. Когда Виктория, закутанная в теплый кокон из шерсти, обхватила ледяными пальцами дымящуюся кружку с чаем, неумолимый взгляд судьи вернулся к ней.

— Мисс Дивейн… прошу вас, расскажите, по возможности подробно, что произошло сегодня вечером.

Запинаясь в поисках подходящих слов, Виктория описала события, последовавшие за отъездом Гранта. Время от времени в разговор вступал Грант, дополняя ее рассказ. Внезапно дверь кабинета затряслась: кто-то царапался и скребся в нее, пытаясь открыть. Виктория прервалась и с любопытством оглянулась на источник странных звуков.

Закатив глаза, Кеннон поднялся и отворил дверь, в которую лениво прошествовала большая полосатая кошка, устремив на Викторию оценивающий взгляд.

— Недотепа, — строго остерег Кеннон.

Но вместо того чтобы забиться в угол, кошка бросила на него мятежный взгляд и. запрыгнув к Виктории на колени, свернулась в пышный клубок, к немалому удивлению присутствующих.

С невнятными извинениями Кеннон попытался забрать нахальное создание, но Виктория с улыбкой покачала головой.

— Не беспокойтесь, — сказала она. — Я люблю животных.

В глазах Кеннона блеснула ответная улыбка.

— Ну вот вы и познакомились с настоящим главой Боу-стрит, — заметил он, указав на самодовольную представительницу семейства кошачьих, и вернулся на свое место.

С блаженно мурлычущей кошкой на коленях Вивьен закончила свое повествование и устало моргнула. В кабинете было тепло, и впервые за последние недели она испытала умиротворение, ощутив себя в полной безопасности.

Воцарилось долгое задумчивое молчание, и Кеннон стал с отсутствующим видом разглядывать пейзаж на стене. На картине был изображен стремительный ручеек, несшийся между скалами, на фоне отдаленных холмов, поросших лесом. Виктория предположила, что сейчас судья предпочел бы оказаться в таком вот безмятежном уголке.

— Кейс, — произнес судья таким тоном, словно отдался во власть воспоминаний. В его серых глазах горели холодные огоньки, выражавшие гнев с налетом горечи. Он переживал не только профессиональную трагедию, но и личную.

— Мне очень жаль, что так получилось, — искренне сказала Виктория, сочувственно посмотрев на Гранта. — Видимо, это усложнит жизнь всем сыщикам?

Он улыбнулся, лаская ее взглядом зеленых глаз.

— Не волнуйся, цветочек. Боу-стрит знавала и худшие времена. — Он ловко столкнул кошку с колен Виктории, проигнорировав протестующее ворчание, и поднял ее на ноги. — Мисс Дивейн пора отправляться домой, — произнес он, обращаясь к Кеннону. — Отложим дела на завтра.

— Моя карета отвезет вас на Кинг-стрит. — Открыв дверь, Кеннон позвал своего юного порученца и вполголоса проинструктировал его. Появилась экономка и спросила, не нужно ли что-нибудь Виктории.

— На сегодня мы закончили, — ответил Кеннон. — Благодарю вас, мисс Дивейн. Надеюсь, что ужасные потрясения сегодняшнего дня ре скажутся на вашем здоровье.

— Хороший отдых — это все, что мне нужно, — заверила она его.

Замечание Кеннона заставило Гранта тревожно нахмуриться.

— Нужно послать за Линли, — сказал он. — Будет нелишним, если он осмотрит тебя.

— Опять? — Виктория замотала головой. — Я не нуждаюсь в визитах доктора дважды в день. Отправляйся к нему сам, если не можешь без него обойтись. А я хочу домой.

— Значит, домой, — мягко согласился он, выводя ее из кабинета.

Миссис Добсон вышла в коридор, провожая взглядом удалявшуюся пару. Когда она повернулась к Россу, на ее лице было довольное, хотя и несколько озадаченное выражение.

— Похоже, наш мистер Морган наконец влюбился, — заметила она.

— И, надо сказать, по уши, — кисло добавил Росс. — Бедняга.

Ласковая улыбка осветила круглое лицо миссис Добсон.

— Возможно, наступит день, сэр, когда какая-нибудь крошка похитит и ваше сердце.

— Я перережу себе горло, если такое случится, — возразил судья невозмутимым тоном. — А пока я бы не отказался от кофе.

Экономка негодующе воззрилась на него:

— В такое время, сэр? И слышать об этом не хочу. Если вам что и нужно, так это отдых, а не отрава, которая доконает ваши нервы…

Вздохнув, Кеннон сел за стол и стоически выслушал поток нравоучений, последовавший за этим.


Глава 16 | Мой верный страж | Глава 17