home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

Мак застыл от изумления.

— Я? Нет, малютка, боюсь, что нет. А разве ты не знаешь своего отца?

— Нет, сэр. Он уехал на войну, когда я была совсем маленькая. Мама говорила, что он скоро вернется, потому что война уже закончилась.

— Она действительно права, детка. Но где же твоя мама?

— Она исчезла. Приехали какие-то плохие дяди в такой вот серой форменной одежде, — она указала на Дэла, — как у него, и увезли маму. Они утащили ее.

— А тебя оставили здесь? Одну?

— Мама очень испугалась, но не сказала им обо мне. А раньше она говорила, что какие-то плохие дяди увозят женщин и что, если они приедут сюда, я должна сидеть очень тихо и ждать, когда вернется папа.

— А как же ты жила? — спросил Дэл. — Ела ли ты что-нибудь?

— О да! У меня есть молоко, сыр, который делала мама, хлеб, который она пекла для папы.

— Сколько же времени ты тут одна?

— Видите? — Она показала на календарь. — Каждое утро я отрываю листок. Прошло четыре дня.

Дэл осмотрелся кругом.

— Уютная хижина. — Он взглянул на маленькую девочку. — Ты разрешишь нам остановиться здесь на ночь? Мы возвращаемся с войны домой.

— Можете оставаться. Я даже рада. Ночью иногда бывает очень страшно. Я боюсь волков, индейцев и призраков.

— Как тебя зовут, милая? — спросил Мак.

— Сюзанна. Сюзанна Атертон.

Дэл взглянул на Мака, а затем на нее.

— Твой папа — Джим Атертон?

— Да. Вы его знаете?

Дэл побледнел и отвернулся к очагу.

— Немного… Слышал о нем, — сбивчиво произнес он и направился к двери. — Принесу дров. Мак? Не хочешь ли помочь мне? — Когда они вышли на крыльцо, Дэл сказал: — Нам придется взять ее с собой и отвезти домой. Джим Атертон мертв. Его застрелил снайпер в последний день войны.

— Что же это такое? — возмутился Мак. — Люди в серой форме увозят женщин? Это не очень-то похоже на южан, которых мы знаем.

— Разные бывают. — Дэл с минуту подумал. — Здесь проходила часть полковника Эшфорда. Но я не могу себе представить, что его люди будут беспокоить простых женщин. Он всегда казался таким джентльменом. Хотел, чтобы я отправился с ним и продолжал борьбу. Война, которая закончилась для тебя и меня, не кончилась для Эшфорда. Когда капитулировал Ли, его пришлось чуть не связывать. Называл генерала предателем, трусом, поносил как только мог.

— Давай вернемся в хижину. А то девочка испугается, что и мы оставили ее.

— Проклятие, Мак! Что нашло на людей? Врываются в дом, хватают женщину и тащат, Бог знает куда?

— Дэл? На нашем ранчо тоже есть женщины. А это ведь не больше тридцати пяти — сорока миль отсюда.

— Я тоже подумал об этом. Но нам нет смысла сейчас отправляться в путь. Мы погубим наших лошадей. Пусть они отдохнут, поедят. Тронемся завтра утром.

Мак вернулся в хижину. Девочка ласково баюкала свою куклу и что-то нашептывала ей, когда гремел гром.

Наконец он решился:

— Сюзанна? Завтра утром мы отправимся домой. Поедешь с нами? Твоему папе потребуется время, чтобы добраться сюда, и мы оставим ему записку. У нас есть родные к югу отсюда, и ты пока поживешь у них.

Девочка взглянула на братьев очень серьезно, широко раскрытыми глазами.

— Мама сказала, что я должна ждать папу.

Мак присел рядом с ней.

— Сюзанна, война закончилась, но не все солдаты сразу вернутся домой. Мы не знаем, где твой папа, может, ему придется идти пешком из Пенсильвании или из Вирджинии. Лучше тебе поехать и пожить у нас. Когда вернется, он заберет тебя.

В холодном погребе около дома они нашли несколько окороков вяленой свинины, с полбочки картофеля и бочку моркови и лука. Некоторые картофелины начали подгнивать. Молоко прекрасно хранилось на холоде, в небольшой яме, прикрытой камнем. Оно начинало свертываться, но еще оставались сливки и немного сыра.

— Твоя мама замечательная хозяйка и большая труженица, — заметил Дэл, когда Мак ставил продукты на стол.

— Я ей помогала. Я тоже люблю трудиться.

— Сколько же тебе лет, Сюзанна?

— Восемь. Я во всем помогала маме. Могу доить корову, сбивать масло и даже копать овощи. — Несколько минут Сюзанна ела в полном молчании, а затем спросила: — А есть ли маленькие девочки там, где вы живете?

— Ну, там есть девочки. У нас есть сестры, и одна из них была немногим старше тебя, когда мы уходили на войну.

После ужина Мак сказал:

— А теперь ложись в кровать, спи спокойно и ничего не бойся. Мы здесь, рядом. — Он пожелал ей доброй ночи и нацепил на дверь одеяло.

В тот вечер братья долго сидели за столом, попивая кофе и время от времени подкидывая дрова в огонь.

— Расскажи-ка мне об Эшфорде? — попросил Мак.

— Требовательный командир, хороший солдат… Он всегда казался мне достойным человеком, но война ведь меняет людей. Он не отличался особой разборчивостью и для поддержания своих сил вербовал бандитов, мародеров, дезертиров, сквозь пальцы глядя на их, мягко говоря, вольности. Этим он удерживал головорезов возле себя. Если честно, то некоторые офицеры стали избегать его. Капитуляцию Эшфорд воспринял как личное оскорбление и, как я слышал, вместе со своим сбродом направился в Мексику.

Когда наступило пасмурное и холодное утро, братья оседлали лошадей, прихватив на дорогу несколько кусков вяленой свинины и немного овощей.

— С собой мы возьмем одну из хозяйских лошадей, а остальных выпустим на волю, — решил Мак. — Здесь много травы, рядом и речка. Они управятся.

В столовую вошла Сюзанна, одетая для поездки. Она связала свою одежду в небольшой узелок и поджидала их, держа в руках панамку. Дэл усадил ее за стол и уговорил поесть перед дорогой. В конце концов он помог ей забраться в седло, и тут девочка забеспокоилась:

— А что, если вернется мама?

— Мы оставим записку, — объяснил Мак, — и о доме не тревожься. Люди в нашей округе уважают чужое жилище. Если даже какой-нибудь путник и остановится здесь на ночь, он все оставит в чистоте и дров заготовит для очага.

На гребне холма Сюзанна обернулась и с тоской в глазах взглянула на родной дом, а когда они проскакали несколько миль и остановились на вершине другого холма, чтобы дать отдышаться лошадям, она промолвила:

— Вы не верите, что папа возвратится, не так ли?

Дэл попытался заговорить, но спазм перехватил горло. Он положил руку на плечо девочки и наконец произнес:

— Мужайся, Сюзанна. Война — тяжелое испытание для всех. Много хороших людей уже никогда с нее не вернутся. И твой отец тоже.

— Значит, папа погиб?

— Да, милая. Боюсь, что так. Я знал Джима Атертона. Он был замечательный человек. Мы вместе служили.

— Однажды ночью я слышала, как мама плакала. Наверное, она знала или чувствовала, что его уже нет. Она не говорила этого, но как-то сказала, что, возможно, нам придется уехать.

Дэл взглянул на Мака, и они продолжали скакать, поддерживая Сюзанну с обеих сторон.

Теперь они пересекали открытую всем ветрам равнину. И только небольшие группы деревьев, разбросанные по склонам холмов, разнообразили пейзаж. Стоял уже полдень, когда Мак Тревейн резко натянул поводья.

— Дэл, посмотри-ка сюда…

Дэл подъехал, и Мак показал ему на тропу, проложенную отрядом всадников, гнавших какой-то скот и одну тяжело нагруженную повозку.

— Их по крайней мере дюжина, а то и двадцать. Лошади подкованы, ехали как раз в нашем направлении. Не исключено, что это они, Мак. Надо спешить.

— Теперь придется соблюдать особую осторожность, — вздохнул майор.

— Это те люди, которые увезли маму?

— Может быть, Сюзанна. Если нам выпадут неприятности и начнется стрельба, ты сползи с лошади и растянись на траве, слышишь?

Мак немного проскакал обратно по тропе, затем вернулся.

— Где-то впереди их лагерь. Бесполезно тратить время на изучение тропы в обратном направлении. Следы трех— или четырехдневной давности.

— Очевидно, так, — согласился Дэл. — Но если мы обнаружим лагерь, то сразу поймем, кто они и кого возят с собой. — Дэл посмотрел на небо. — Похоже, опять будет дождь. Он замедлит их продвижение.

— Не очень. Они похищали женщин, поэтому спешат. Если кто-то об этом узнает, на них начнется охота.

Они поехали по следам повозки, которые оставались довольно четкими.

— Удивительно, что бандиты не разграбили дом и не заметили Сюзанну, — покачал головой Мак.

— Мама вышла из дому искать корову. Они стояли за кустом, но не приближались к дому.

— Не хотели рисковать, — предположил Дэл. — Заполучили женщину, а в доме мог оказаться мужчина с ружьем.

В середине дня они ненадолго остановились, чтобы дать лошадям отдохнуть и пощипать траву. Дэл в нетерпении мерил шагами полянку и тихо поругивался. Мак лежал на спине, прикрыв лицо шляпой.

— Относись к этому полегче, брат, береги силы. Они нам понадобятся, когда мы догоним эту компанию.

— Если нам это удастся. Охота может оказаться длительной.

— Не исключено. Но дома па и Джесс. Ты же знаешь Джесса. Он всегда хорошо владел ружьем.

— Если он действительно там. И па тоже. Они могут оказаться где-нибудь далеко, на пастбищах, присматривать за скотом. А эти люди не теряют времени.

— Обрати внимание, Дэл, они направляются как раз к нашему ранчо, будто знают, что оно там.

— Может быть, один из них и знает. Кто-то их ведет, мне кажется. Давай подумаем, где будет их следующий лагерь.

— Черт возьми, — ответил Мак. — Мы уже знаем это! У нас лучшая во всей округе вода. Они остановятся у нашего дома.

Упали первые крупные капли дождя, и Дэл стал помогать Сюзанне управиться с панамкой. Она когда-то принадлежала ее отцу и прикрывала ее как маленькая палатка.

— Там хватит места на двоих, — заметил он, улыбаясь. — С тобой все в порядке?

— Да, сэр. Мне приходилось скакать с мамой в город, а это тридцать миль.

— Тогда вперед.

Мак, как всегда, ехал впереди, но вот он придержал поводья и подождал брата и Сюзанну.

— Посмотри-ка, Дэл. Свежие следы.

Пять всадников совсем недавно гнали несколько голов скота.

— Фуражиры, подбирающие все, что могут, — промолвил Дэл, — лучше с ними не встречаться. Как бы не наткнуться на них случайно.

— Не слышно никакой стрельбы, — добавил Мак.

Шел мелкий, ленивый дождь, и тропа впереди была хорошо заметна. На каждом подъеме они теперь спешивались и вели на поводу лошадей, пока им не удавалось оглядеть местность, затем снова садились в седла.

— Сколько нам осталось? — спросил Дэл.

— Миль пять-шесть.

— Давай подадимся на запад и подъедем к дому оврагом за амбаром. Он обеспечит нам какое-то прикрытие, чтобы незаметно приблизиться к ранчо.

Подъехав к оврагу, они задержались, прислушиваясь. Ничего, кроме шума дождя да журчания струйки воды, стекавшей вниз.

— Сюзанна, — мягко обратился Дэл к девочке, — если увидишь свою маму, не кричи ей. В отряде может оказаться бойцов двадцать, а нас только двое. Тогда нам придется отступить и подождать до ночи.

— Я могу быть тихой.

— Молодчина, подружка! Мак, похоже, нам повезло с Сюзанной.

Лошади бесшумно ступали по мокрой траве. Полумрак окутал овраг, удушливые испарения поднимались над землей. Плотный воздух напоминал вату. Не было слышно ни звука.

Внезапно Мак приостановился и молча указал на что-то под кустом.

На земле валялся забитый теленок. Лучшие куски мяса из туши вырезали, остальное оставили койотам, которые бродили рядом.

— Туша лежит здесь по крайней мере дня два, а то и три. Похоже, они приезжали и уехали.

— Тогда давай попробуем пробраться домой. Па всегда хорошо стрелял.

Они поднялись по оврагу и выбрались на его кромку. Отсюда виднелась крыша дома с трубой. Но дыма не было. Не раздавалось ни звука. Внезапно Дэл пришпорил коня.

— К дьяволу! — крикнул он и с заряженным револьвером в руке, обогнув угол амбара, ворвался в пустой двор.

Там он резко остановился. Поваленные ворота корраля валялись на земле, а распахнутая настежь дверь дома висела на одной петле. В амбаре тоже кто-то похозяйничал. Дэл соскочил с лошади и вбежал в дом.

Со вскинутым ружьем Мак направился к корралю и остановился. Перед ним валялся окровавленный старый Шеп. В его зубах все еще был зажат клок ткани с пятнами крови. Мак выругался и отвернулся. Сюзанна посмотрела на него широко раскрытыми, грустными глазами.

— Это ваша собака?

— Наша. И все мы ее любили. Шепа мы взяли щенком несколько лет назад.

Дэл вышел из дома.

— Они побывали здесь. Никаких признаков па, ма или Гретхен. Кровать Джесса расстелена. Должно быть, и его также увезли с собой.

Мак медленно слез с лошади и помог сойти Сюзанне.

— Нет смысла загонять до смерти наших лошадей. Предстоит большая дорога. Давай-ка поищем еду.

— Поищи, — ответил Дэл, а я посмотрю вокруг.

Майор вошел в дом и осмотрелся. Он чувствовал себя разбитым и опустошенным. Ма, па… Гретхен. Даже Джесс. Все исчезли. Что за человек этот Эшфорд? Какие цели он преследует?

Дом казался как-то меньше, чем он привык о нем вспоминать, но на окнах висели знакомые занавески, а на стенах — матерчатые коврики, которые делала ма. Их не взяли.

Вынув сковородку, Мак нарезал в нее бекон.

— Мне очень жаль вашу собаку, — сказала, входя в дом Сюзанна.

— Да, она была очень хорошая. Никогда ни к кому не приставала. Помогала нам пасти скот. Не слышал, чтобы Щеп кого-нибудь искусал, наверное, когда эти люди тащили сестру, он попытался вступиться за нее.

— Что же вы собираетесь делать?

— Отправимся вслед за ними, Сюзанна. Попытаемся их догнать.

Вошел Дэл.

— Я поднялся на западный холм. У Вайаттов горит свет в окне. Бандиты могли не заметить его, их дом расположен внизу, во впадине. Если тетушка Мэдди еще там, то хорошо бы оставить у нее Сюзанну.

Сюзанна посмотрела на Дэла, и слезы навернулись у нее на глаза.

— Вы хотите покинуть меня?

— Придется, дорогая. Нам нужно очень быстро настичь этих людей, а когда они увидят нас, начнется стрельба. Маленькие девочки не ходят на войну. Но ты полюбишь тетушку Мэдди. Она очень добрая, хоть и вовсе не тетка нам, но все ее так называют. Правда, есть одно затруднение…

— Какое затруднение? Что ты выдумываешь! — изумился Дэл, стаскивая с себя сапоги. — Тетушка Мэдди милая, славная старая дева.

— Если мы оставим там Сюзанну, то не узнаем ее, когда возвратимся, — произнес Мак с весьма серьезным видом. — Тетушка Мэдди обожает готовить и печет такие вкусные пирожки и торты, что Сюз станет круглой, как пышка!

— Не стану!

— Да, уж Мэдди Вайатт умеет угощать, и нет для нее большей радости, как накормить кого-нибудь на славу.

— Они двигаются очень быстро, Мак. Похоже, что наведываются на фермы, ранчо, расположенные поблизости от пути их следования. Скорее всего, направляются в Мексику. Эшфорд давно подумывал об этом — пересечь границу, накопить силы и вернуться.

— Он рехнулся! Югу надоела война. Надеюсь, и Северу тоже.

— Не в его представлении, Мак. Он фанатик. Ни перед чем не остановится.

— Дэл, а что же с Кейт?


Глава 2 | Всадники тени | Глава 4