home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

— Как ты нашел нас?

— Я давно вас поджидаю. Ваша ма сообщила мне, что произошло на ферме. Не думали же вы, что я справлюсь с этими подонками собственноручно, нет ведь? И я сказал себе: «Как пить дать ребята примчатся сюда сломя голову за своей сестрой, и им наверняка потребуется помощь». Вот и стал поджидать, а также следить за подонками.

— Как далеко они опередили нас?

— Прошлым вечером разрыв составлял два дня. Мне представляется, что они собираются пробраться к берегам залива, поэтому изменили направление. Повернули под новым углом после того, как какой-то известный им тип на перекрашенной лошаденке побывал у них в лагере. Этот проходимец без опаски въехал в лагерь и прошел прямо к заправиле.

— Я считал, что они по крайней мере на три дня опередили нас.

— Они отсиживались. Наверное, ждали, что скажет тип на крашеной лошадке. — Как вы знаете, за пограничной линией живут в основном прекрасные люди, но как и у нас, там есть такие, которых стоило бы повесить. Среди них есть весьма состоятельные, готовые заплатить хорошую цену за женщин, предпочтительно белых и прежде всего блондинок. Также купят и мужчин, черных или белых, для работы на рудниках. Все махинации делаются в тайне от властей, но когда скандал разгорается и тайное становится явным, идет в ход подкуп. В Мексике осели бандиты, которые действуют по обе стороны границы. Считаю, что наши друзья туда и направляются.

— Так зачем же им понадобилось ехать к заливу?

— Единственный смысл такого поступка заключается в том, что они рассчитывают встретить там какое-то судно. Вы знаете, что парни, которые ввозили рабов для покупателей в Новом Орлеане и других местах, с победой северян остались не у дел, если только не подыщут себе другое занятие. Они ни перед чем не остановятся. Ввоз в страну рабов уже многие годы запрещен, но контрабанда живым товаром все же шла. До меня доходило, что Эшфорд и его головорезы спекулировали ввезенными рабами. Увозили их на свои ранчо, несколько недель заставляли работать, а затем продавали, выдавая за тех, которые якобы пробыли на ранчо многие годы. Теперь, когда их промысел основательно подсекли, они нацелились торговать белыми рабами, но тут надо устанавливать новые контакты, искать ход на рынок сбыта, доверенных лиц…

— Как же можно оправдывать такие вещи? Что же за человек этот Эшфорд? — воскликнул Мак.

Счастливчик Джек посмотрел на него поверх своей чашки.

— Есть люди, которые оправдают что угодно, лишь бы это давало им доллары. Обычно объяснение сводится к тому, что если они не станут этого делать, то таким бизнесом займется кто-то другой. Пришло время объявить всенародный бойкот всем, кто получает грязные доллары. Самое скверное, когда в преступлении участвуют на первый взгляд вроде бы порядочные люди. — Мак Тревейн проверял свой «спенсер». Наблюдая за ним, Счастливчик Джек продолжал: — К юго-востоку отсюда есть несколько городов. Человек с деньгами всегда найдет там пищу и узнает множество новостей.

— Что за город?

— Ну, у нас есть выбор, а ближайший — Виктория, другие подальше. Предлагаю поехать в Викторию, оглядеться там, купить продуктов и посмотреть, куда ветер дует. После того как закончилась война, в Техасе царит беззаконие. Я слышал, что у северян есть генерал, который ведет войска в Галвестон, но, насколько знаю, он еще туда не дошел.

— Вроде бы неплохое предложение сделал нам старик, а, Мак? — заметил Дэл. — Но мне ненавистна мысль, что придется оставить тропу, даже на несколько дней.

— Мне кажется, что они двинутся именно в этом направлении, только, полагаю, станут остерегаться Виктории. За последние двадцать пять лет, начиная примерно с 1840 года, Виктория постепенно стала скорее немецким городом, чем испанским. Туда прибыло много поселенцев. Большинство из них разделяет настроения северян. Если Эшфорд и поедет в Викторию, то уж точно без повозки, в которой содержат женщин.

У майора в этой связи возникла идея, но он молчал, обдумывая ее. К юго-западу от Виктории течет река Гваделупе. Ее берега густо поросли орешником, кипарисами, дубами. В этих зарослях легко укрыться, есть водопой и трава для лошадей. Если Эшфорд или кто-нибудь из его банды поедет в Викторию, то они, конечно, разобьют свой лагерь на Гваделупе.

— Готов побиться об заклад, — заявил Мак, — что мы не потеряем времени, а можем даже кое-что и выиграть, но веди себя прилично, Дэл. Там люди не шутят с законом. Они воспринимают его всерьез.

На подъезде к городу они увидели скот, пасшийся на засоленных лугах. На дороге, серой от расплющенных ракушек со дна древнего моря, они часто обгоняли фермерские повозки, направлявшиеся в город. Оказались ли здесь ракушки естественным путем, или были привезены для заполнения рытвин и ухабов, Мак не мог понять.

Город выглядел тусклым и пострадавшим от непогоды. Кое-где росли чахлые деревца, но в стороне от главной улицы им бросилось в глаза несколько необычных, очень красивых домов.

В городском баре Мак закурил сигару, посмотрев на хозяина, седого, потрепанного старого техасца, спросил:

— Заезжали ли сегодня в город какие-нибудь другие чужестранцы?

— По крайней мере, к нам сюда никто не заходил. — Техасец прикурил от спички, предложенной Маком. — Видел поблизости несколько человек в форме конфедератов.

— Мой брат сражался за Конфедерацию, — мимоходом бросил майор. — Я же разделял взгляды старика Сэма Хьюстона.

— И я также, хотя и техасец по рождению. Потерял дядюшку под Голиадом и находился с теми, кто преследовал команчей после того, как они разрушили Викторию и Линнвиль. Они угнали около двух тысяч лошадей, перебили много народу и вернулись в прерии.

Некоторое время гость и хозяин спокойно беседовали о Техасе и трудных временах, которые могут наступить.

— Какие-то подонки разбили лагерь на Гваделупе, — заметил Мак. — Это ренегаты, называющие себя конфедератами. Некоторые из них, может, и воевали, но большинство мародерствовало.

— Знаю людей такого сорта. Их-то, наверное, я и видел сегодня утром. Они сейчас вон в том салуне. — Хозяин вынул из зубов сигару и показал средним пальцем. — А вон там их лошади.

Дэл взглянул на Мака.

— Может быть, нам следует пойти к ним и почитать Библию?

— Еще нет, — запротестовал Мак. — Пойди-ка купи все, что нам необходимо в первую очередь и упакуй. — Он повернулся к своему дядюшке. — Счастливчик, знает ли тебя кто-нибудь из этих парней?

— Не припоминаю.

— А что, если тебе пройти туда и присмотреться к ним. Выпей немного, прислушайся, авось что-то и услышишь. — И вот что, Дэл. Почему бы тебе не поболтаться на улице на всякий случай? А я быстренько закуплю все, что нам необходимо. Деньги у меня есть.

Мак понаблюдал, как они пересекли улицу, и отправился в лавку.

В большом торговом зале стояло несколько столов, заваленных кухонной посудой, рубашками, штанами, жилетками. Два небритых человека в плащах солдат конфедерации, покрытых дорожной пылью, ожидали у кассы. У обоих на боку висели кобуры с револьверами.

— Извините, — твердо заявил продавец, мужчина в белой рубашке, гладко выбритый, но с усами и бакенбардами, — я не могу принять эти деньги.

— Что, ты хочешь сказать, не годятся? Я сражался за наше дело! Мне платили именно такими деньгами.

— Мне действительно жаль, джентльмены, но вам придется раздобыть золото. Им мы расплачиваемся здесь за то, что покупаем.

— Послушай-ка, — выступил вперед коренастый мужчина с бородкой, в которой пробивалась седина, — мы не нарываемся на неприятности, но у нас там, на реке, тридцать человек, которые утверждают, что эти деньги вполне хороши. Ты хочешь, чтобы они приехали в город и доказали это тебе?

Продавец улыбнулся.

— У вас тридцать человек? А у нас — триста мужчин, прошедших войну и способных носить оружие. И они еще не положили на полки свои винтовки. Эти люди воспитаны в борьбе с команчами. Ты готов привести тридцать человек, — пожалуйста. Приводи, столько, сколько тебе понравится. Некоторым из вас, может, и удастся выбраться отсюда, если они проявят достаточную поспешность. — Хотя продавец все еще улыбался, глаза его стали холодными. — Приходите с золотом и покупайте все, что вашей душе угодно. Иначе вас нигде не поймут.

Мак спокойно стоял рядом, наблюдая. Один из незадачливых покупателей взглянул на него, на его кавалерийскую шапку и, собравшись было уходить, вдруг задержался.

— Что-то мне твоя физиономия знакома?

— Не думаю, — мягко возразил Мак. — Я осторожно подбираю себе компанию.

— Что? Что ты сказал?

Продавец, собравшийся уже отойти, заволновался:

— Пожалуйста, — обратился он к Маку, — я понимаю ваши чувства. Но только не здесь!

— Что ты сказал? — Человек с бородкой был разъярен. — Повторика-ка!

— Вы из той банды, которая разбила лагерь на Гваделупе? За всю свою жизнь я не видел столько различных меток, как на скоте в вашем стаде. А одну даже узнал, она издалека, с Ред-Ривер!

— Мы скупали скот, — угрюмо ответил бородатый.

— Расплачиваясь деньгами Конфедерации? — вежливо осведомился Мак. — У вас хорошо шли дела, или вы очень убедительны?

— Фрэнк, — занервничал другой, — нам пора возвращаться в лагерь. — Он потянул бородатого за руку. — Пошли.

Фрэнк отнял руку.

— Минутку. Хочу узнать, на что намекает этот хлыщ.

— Я только поинтересовался, — вежливо улыбнулся майор. — Вот и все. Когда я вижу дикого вида компанию, которая гонит скот с различными клеймами и стережет повозку, нагруженную молодыми девушками, естественно возникает вопрос: что же происходит?

— Что ты видел? — разозлился второй. — Мы путешествуем с родственниками, вот и все! Пошли, Фрэнк. Им не нравятся наши деньги. Пойдем куда-нибудь еще.

Продавец повернулся к Маку.

— Правда ли то, что вы сказали?

— Эти парни из банды, — ответил Мак. — Большинство из них бывшие вояки. Они гонят скот, угнанный из ограбленных ранчо. А в повозке везут иной товар — связанных молодых женщин. Я не хотел устраивать склоку в вашей лавке, но мне было важно, чтобы они не получили здесь нужное им снаряжение. — Мак снова улыбнулся. — А у меня есть золото, и нужно кое-что купить.

Когда его заказ был выполнен, он перекинул мешки через плечо и направился к двери, возле которой чуть-чуть задержался, внимательно оглядывая улицу.

Дэл все еще прохаживался перед салуном, но теперь он переместился к самой кромке тротуара и посматривал в его сторону. К тем двоим, с которыми он разговаривал в лавке, присоединился третий. Оба увещевали разбушевавшегося Фрэнка, а тот яростно сопротивлялся.

Мак поколебался, затем вышел на тротуар. Чтобы попасть в конюшню, где стояли их лошади, ему предстояло пройти мимо этой троицы. Он взглянул на Дэла, и тот кивнул. Мак шагнул на проезжую часть улицы и двинулся намеченным маршрутом.

Братья понимали, если начнется стрельба, им придется нелегко — ведь в салуне сидели и другие бандиты. Но выхода у них не было.

Прежде чем его увидели, Мак подошел к спорившим парням футов на шесть. Оглянувшись, Фрэнк заорал:

— Вот он, сукин сын, «голубое пузо»!

Не менее десятка пешеходов на улице обернулось на его крик.

Фрэнк стремительно ринулся вперед, но Мак успел бросить ему под ноги два своих тяжелых мешка, и тут же выхватил «ремингтон».

Фрэнк запнулся, перелетел через мешки и растянулся на земле, а двое других застыли на месте, глядя на револьвер Мака. Он отступил назад, чтобы держать под прицелом также и Фрэнка.

— Если вы, джентльмены, хотите прожить на несколько дней дольше, — спокойно сказал майор, — вам следует немедленно убраться. — Не спуская полных злобы глаз с противника, Фрэнк очень осторожно поднимался, демонстративно стараясь держать руки подальше от тела. — Когда вернетесь в лагерь, — продолжал Мак, — передайте-ка Эшфорду, что майор Мак Тревейн требует немедленно освободить девушек, которых он захватил, не причинив им вреда.

— Какой майор! — презрительно усмехнулся Фрэнк. — Армии уже нет, ее распустили.

— А при чем здесь армия, Фрэнк, — улыбнулся Мак. — Что мне нужно, я получил. — Внезапно из салуна выскочили еще три бандита и сразу остановились, пытаясь разобраться, что произошло на улице. Счастливчик Джек Тревейн появился вслед за ними с чашкой кофе в руках. — На вашем месте, парни, — заметил Мак, — я бы передал послание и пока не поздно убрался бы с дороги. Наша страна велика, каждый найдет себе место под солнцем, если захочет. И чего вас понесло в Мексику?

Коренастый человек в черном плаще, один из трех, выскочивших из салуна, шагнул с крыльца и весело спросил:

— Ну, и что это вы тут делаете?

— Да ничего особенного, — ответил Мак. — Эти джентльмены затеяли небольшую склоку, а я предложил им покинуть город прежде, чем, не дай Бог, кому-нибудь станет плохо. Я также попросил их похлопотать, чтобы освободили молодых девушек, насильно увезенных из их родных домов.

— Уверен, здесь какая-то ошибка, — миролюбиво произнес незнакомец. — Я путешествую с этими людьми. Они у меня погонщики скота.

— Чей же скот они гонят? — спросил Мак. — Я видел целую коллекцию клейм, принадлежащих ранчеро, владеющим пастбищами к северу и северо-западу отсюда, но никаких дорожных отметок. Пусть местный шериф осмотрит стадо и проверит ваши документы, сэр.

Человек в черном плаще стушевался, видно, не знал, как поступить. Вокруг собралась толпа зевак — человек тридцать. И все внимательно прислушивались к репликам. Ни о каком выяснении отношений с помощью оружия не могло быть и речи. Задуманная операция одним махом расправиться с преследователями разваливалась на глазах. Взяв себя в руки, но в душе проклиная все на свете, он вежливо согласился, не глядя на Мака.

— Да-да, конечно, я совсем не против. К несчастью, у нас нет времени. А в повозке мы везем больных и хотели бы поручить их заботам врача.

— Уверен, в Виктории вы найдете хорошего доктора, а я был бы счастлив расплатиться с ним за внимание к больным. — Мак сказал это весьма холодно и опустил «ремингтон» в кобуру. — Зачем же так срочно покидать этот прекрасный город, если у вас есть больные?

— Давайте выбираться отсюда! — раздраженно заявил Фрэнк. — Пустая болтовня ни к чему не приведет.

Его приятели направились к человеку в черном плаще. Заметив Счастливчика Джека и Дэла, подошедших к крыльцу за ними, тот заторопился.

— Нам пора идти, но мы вас ждем, — обратился он к Маку, — приезжайте, как сумеете, и привозите вашего доктора.

Незнакомец поклонился и пошел к своей лошади, все остальные последовали за ним.

Мак колебался. Поездка в лагерь бандитов — очень заманчиво! Но мог ли он достать доктора и опереться на закон? И сколько у него времени, чтобы все организовать? Он не сомневался, что караван снимется с места через какие-нибудь минуты после прибытия этих людей в лагерь на Гваделупе.

Из толпы выделился высокий седой человек и подошел к майору.

— Объясните, что здесь происходит? — попросил он.

Мак вкратце сообщил ему, что знал о банде, а затем добавил:

— Они хорошо вооружены, это опытные бойцы, и их по меньшей мере уже тридцать. Никакой доктор им не нужен. Они везут живой товар — насильно захваченных женщин — и гонят украденных лошадей и скот. По справедливости я должен вас предупредить, что возле города появилась большая группа исключительно яростных людей, для которых нет ничего святого. Она очень опасна.

— Что же вы собираетесь делать?

— Преследовать их, отбить у них женщин и, если удастся, и скот. Но пока не поздно, банду надо остановить.

— Они никому не причинили здесь вреда, а наш шериф сейчас в Сан-Антонио. Вы можете попытаться набрать добровольцев, но сомневаюсь, что их окажется много. У горожан слишком много своих забот.

Когда этот человек удалился, Счастливчик Джек выругался.

— Что ты нянчился с этим Фрэнком? Тебе следовало сразу прикончить его, — кипятился он. — А уж мы бы их прижали!

— И поставили бы под угрозу жизни невинных людей? Когда загораются свинцовые звезды, обычно страдают случайно оказавшиеся поблизости прохожие. Нет, можно и подождать. Взявший в руки оружие обязан думать о последствиях.

— Что же нам теперь делать?

— Последуем за ними. Главное — вернуть девушек. А что, если их стадо в один прекрасный момент взбесится и в паническом страхе понесется куда глаза глядят. Может, тут мы сумеем добраться до повозки. Поехали!


Глава 4 | Всадники тени | Глава 6