home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 18

Временами трудно провести границы между отдельными периодами деятельности моего шефа, но можно с уверенностью сказать, что окончанием первой фазы его службы в Космическом Легионе можно считать не ту его, более чем неожиданную, встречу с зинобами, а "визит" к нему уже известных нам высокопоставленных чинов из штаб-квартиры Легиона.

Обладая типичной для всякого чиновника прямотой мышления, если не сказать формализмом, они, казалось, куда меньше были озабочены результатами работы моего шефа, чем его способами и теми действиями, которые он совершил для их достижения.

Дневник, запись №162

Общественность, как правило, бывала равнодушна к передвижениям личного состава Космического Легиона, даже если это касалось высокопоставленных чинов. Именно поэтому находившиеся на борту шаттла представители главного штаба Легиона были не в малой степени удивлены толпе штатских, ожидавших их высадки в космопорте Планеты Хаскина. Разумеется, в большинстве это были обычные зеваки, но, как тут же отметили прибывшие, среди них были и представители "пятой власти".

– Дженни Хиггинс, Межпланетная Служба Новостей, – заявила женщина-репортер, окруженная техниками с камерами и микрофонами, преграждая дорогу первому из прибывшей группы легионеров. – Правда ли, что вы прибыли сюда, чтобы наложить взыскание на капитана Шутника, командира роты легионеров, находящейся на Планете Хаскина, из-за недавнего столкновения с зинобами?

– По этому поводу у меня нет комментариев, – торопливо бросила полковник Секира, пытаясь обойти препятствие. Несмотря на частую критику Шутта в отношении его контактов с информационными службами, она понимала, что на самом деле все это проистекает из ограниченности ее собственного общения с репортерами, и такие вот неожиданные встречи заставляли ее быть очень осторожной и внимательной в их присутствии.

– Но если никаких действий в отношении капитана Шутника предпринимать не планировалось, то почему сразу после того случая он был изолирован от роты и помещен под домашний арест? – продолжала настаивать репортер.

– Космический Легион считает своей обязанностью перед людьми, которым мы служим на всех обитаемых планетах, приостановить полномочия капитана Шутника до тех пор, пока расследование не сможет установить правильность, не говоря уже про законность, его действий.

Это заявление сделал, один из трех прибывших офицеров, сам командующий Легиона генерал Блицкриг. Хотя он был так же смущен этим допросом, как и полковник Секира, но, находясь на пути к близкой отставке, быстро решил, что это небольшое шоу, устроенное прессой, никак не повредит его намерениям получить работу по выходе на пенсию. Если даже он ничего и не извлечет из этой встречи с репортером, то по крайней мере сможет увеличить шансы найти издателя собственных мемуаров.

– Итак, главная цель вашего пребывания здесь – проведение такого расследования, а не трибунал над капитаном Шутником, как сообщают распространившиеся слухи?

– Совершенно верно, – сказал генерал, – хотя мы готовы провести и заседание трибунала, если этого потребует расследование.

Блицкриг упомянул это, чтобы прикрыть себя, когда предвкушаемый им военный трибунал все-таки состоится, но репортер тут же вцепилась в это его замечание.

– Можете ли вы сказать нашим слушателям, почему капитан Шутник, который только что спас планету от вторжения враждебных пришельцев, может стать объектом внимания военного трибунала в качестве нарушителя дисциплинарного устава Космического Легиона?

Генерал направил на репортера один из своих твердых, как сталь, взглядов.

– Юная леди, – сказал он, – вы ведь работаете репортером в Межпланетной Службе Новостей… так?

– Да, именно так, – твердо ответила Дженни, хотя и не была полностью уверена, к чему клонит генерал.

– Считаете ли вы, что это уполномочивает вас заключать мирный договор с чужой расой, например, с зинобами?

– Разумеется, нет.

– Извините меня, мисс Хиггинс, – вступила в разговор полковник Секира, нарушая собственный обет молчания, – но если, как репортер, или в каком-то ином качестве, вы бы установили первый контакт с потенциально враждебными пришельцами с чужих планет, считали бы вы себя вправе сделать или сказать что-то, необходимое для того, чтобы устранить немедленную, для себя и для окружающих, угрозу, не принимая при этом во внимание, какое у вас положение?

– Этого вполне достаточно, полковник, – рявкнул Блицкриг, прежде чем репортер смогла ответить. – Я полагаю, мы закончили с этим интервью, мисс Хиггинс. Официальное заявление о позиции Легиона будет сделано позже, после завершения расследования.

Повернувшись на каблуках, он в сопровождении полковника двинулся прямо к терминалам космопорта.

Следуя в хвосте процессии, майор Джошуа даже не пытался согнать со своего лица кислое выражение. Он был молчаливым свидетелем спора между полковником и генералом в течение всего путешествия сюда, и казалось, что сейчас они были так же далеки от согласия, как и в начале полета. Ну, да ладно, скоро все это кончится, и тогда, судя по всему, ему будет поручено командование ротой "Омега", чтобы присматривать за ее расформированием после заседания военного трибунала… на неизбежность проведения которого указывало явное намерение генерала. Майор рассматривал такой исход с полным отсутствием энтузиазма, но он казался неминуемым.

– "Спас планету от вторжения враждебных пришельцев", – сердито выдавил Блицкриг, подражая голосу репортера. – Да неужели можно верить в такую чушь?

– Хотя вы должны согласиться генерал, это весьма приятное событие, что Легион получил героя, столь обласканного средствами массовой информации, – заметила полковник Секира, не в силах удержаться от того, чтобы не уколоть его.

– Было бы лучше, если бы на самом деле этого не было, – в раздражении рявкнул генерал. – Из полученных нами сообщений следует, что эти зинобы были сами до смерти перепуганы и единственное, чего хотели, так это убраться с этой планеты, спасая свою шкуру. На мой взгляд, это очень мало напоминает вторжение.

Оба, и полковник, и майор, воздержались от замечаний по поводу того, что генерал сам имел много возможностей исправить ошибочное представление, созданное и поддерживаемое прессой. По молчаливому согласию, представители главной штаб-квартиры были едины в своем желании поддерживать выгодное для Легиона мнение по поводу так называемого "вторжения" зинобов. Что разделяло их, так это вопрос о том, следует ли им помнить об этом представлении, когда они будут накладывать взыскание на человека, находившегося в центре этих событий. Секира не думала, что это следует делать… однако впервые у нее не было никакого желания наказывать Шутта.

Вся компания разместилась в одном из хорошо обставленных помещений космопорта, специально предназначенных для деловых встреч, поскольку генерал по каким-то своим соображениям отказался проводить заседания в помещениях, занимаемых ротой легионеров.

– Похоже, капитан Шутник имеет здесь определенную популярность, – сделала очередной выпад полковник. – Заслуженно или нет, но он и его отряд головорезов сейчас любимцы колонии.

– Это дополнительная причина как можно скорее покончить с этим делом и убрать его отсюда, – пробормотал Блицкриг, преднамеренно муссируя вопрос, который пыталась затронуть Секира. – Так в чем же задержка, в конце концов? Где этот капитан Шутник?

– Ожидает в соседней комнате, – доложил майор Джошуа. – Еще с момента нашей высадки в порту.

– Тогда чего же мы ждем?

– Мы ищем стенографистку трибунала, сэр. Она куда-то вышла.

– Так, может быть, в таком случае, мы можем начать? – небрежно заметила Секира. – По крайней мере, расследование?

– Ну уж нет, – заявил генерал. – Я хочу, чтобы были соблюдены все формальности и чтобы все было запротоколировано, когда я приколочу к стене его шкуру… Никаких "процедурных лазеек", позволяющих ему выскользнуть.

Снаружи послышался громкий рев мощных двигателей. Сначала он был едва слышен, но, пока они говорили, постепенно вырос до уровня, когда не обращать на него внимания было уже невозможно.

Джошуа подошел к окну, оглядел площадки шаттлов и уставился на что-то, чего не было видно другим офицерам.

– Генерал, – сказал он, не отрываясь от наблюдений. – Мне кажется, что вам следует взглянуть на это.

Источником шума были около дюжины мотолетов, на которых сидели легионеры, управляя двигателями таким образом, что, на самой малой скорости, машины издавали ужасный рев. Но еще больше внимания заслуживала процессия, которую они сопровождали.

Рота легионеров в полном составе походным маршем двигалась на площадку между стоянками шаттлов и космопортом. Здесь не было бросающихся в глаза маневров, какие обычно делали "Красные коршуны", проводя учения, но, однако, в мрачном и решительном приближении легионеров было нечто, что делало их чрезмерно выразительными, если не сказать пугающими, когда они двигались вот так, в полном составе. Разумеется, это впечатление возрастало еще и от того, что они были в полном боевом снаряжении, включая, похоже, заряженное оружие.

После того как прозвучали резкие слова команды, словно эхо подхваченные сержантами, шеренга остановилась и замерла. В тот же момент водители мотолетов приглушили двигатели своих машин, и некоторое время казалось, что установившаяся тишина давит еще сильнее, чем только что смолкший шум.

– Что они здесь делают? – спросил генерал, когда уже все три офицера пялились в окно на открывшуюся перед ними картину.

– Если мне позволено будет высказать предположение, сэр, – пробормотала Секира, не отрывая глаз от происходившего за окном, – я бы сказала, что это демонстрация в поддержку их командира.

– Демонстрация? Да, скорее, похоже на то, что они готовятся штурмовать космопорт!

– Я и не говорила, что это похоже на мирную демонстрацию. – Полковник весело улыбнулась.

– У них боевое оружие, – заметил Блицкриг. – Кто разрешил эту акцию? Кому вы поручили временное командование, когда отстранили Шутника?

– Самым старшим оставалась лейтенант Рембрант, – сообщила ему Секира. – А вот и она, во главе шеренги. Уверена, что рядом с ней стоит и второй лейтенант, Армстронг. Гм-ммм… нужно ли объяснять вам, джентльмены, что шеренга расположилась как раз между нами и шаттлом?

– Вы хотите, чтобы я вызвал местную полицию? – произнес майор Джошуа, у которого начали сдавать нервы.

– Так ведь солдаты, которые стоят там, майор, это наши солдаты, – коротко возразил ему генерал. – Мы будем выглядеть по меньшей мере откровенно глупо, если обратимся в полицию, чтобы она защитила нас от них, разве не так?

– Да, сэр. Прошу прощения.

– Я хочу, чтобы вы отправились туда и приняли командование над этой ротой, майор Джошуа. Прекратите это и прикажите им вернуться в казармы.

– Я, сэр?

К счастью, в этот миг явилось спасенье в облике пропавшей было секретаря-стенографистки, которая незаметно прошмыгнула в комнату и заняла место около своего оборудования, находясь в счастливом неведении относительно происходящего за пределами космопорта. Она была одной из тех тусклых, с лошадиным обликом женщин, которые были прямой противоположностью стереотипа сексуального вида секретарш, коими полны голографические фильмы.

– Извините за опоздание, генерал, – сказала она.

– Где вы были, черт возьми? – взревел Блицкриг, наконец-то нашедший объект, на котором мог дать выход своему гневу и раздражению.

– Прошу генерала извинить меня, – вмешалась полковник Секира, – но разве не более важно поскорее начать заседание, без дальнейших задержек?

– Ах! Ну да… совершенно верно. Благодарю вас, полковник. Кто-нибудь, сообщите Шутнику, что мы готовы заняться им.

Вся троица едва успела усесться на свои места, как капитан предстал перед ними. Тщательно соблюдая все формальности, он широким шагом вышел на середину комнаты и отдал честь.

– Капитан Шутник явился по вашему приказанию, сэр!

Генерал Блицкриг в свою очередь небрежным взмахом руки тоже отдал честь, продолжая смотреть в сторону секретарши.

– Запишите в протокол, что судебное разбирательство созвано с целью рассмотреть действия капитана Шутника. Председатель суда генерал Блицкриг, помощники – полковник Секира и майор Джошуа.

После этого он обратил свое внимание на стоявшую перед ним фигуру.

– Ну, капитан, – произнес он уже менее официальным тоном, – я полагаю, вы знаете, почему оказались здесь.

– Нет, сэр, мне это совершенно неизвестно. Все, что мне сообщили – это что мои действия будут расследованы, но я не представляю, какая сторона моей деятельности нуждается в подобном расследовании.

Даже Секира была поражена, услышав такое заявление. Она уже было приготовилась оказать ему хоть какую-то поддержку, но ей не могло прийти в голову, что он будет пытаться защищать себя, так нагло оспаривая свою виновность.

Потенциально это была катастрофа. Капитан мог бы добиться мягкого к нему отношения, изложив смягчающие обстоятельства, вынудившие его превысить свои полномочия, но полное отрицание перед судом своей вины было явно неверным поведением.

Генерал начал предвкушать легкую победу, и его улыбка приняла очертания и размеры акульей, как он ее ни сдерживал.

– Капитан Шутник, не считаете ли вы, что вы или кто-то еще в Космическом Легионе имеет право вести переговоры о мире с другой цивилизацией или каким-либо сообществом инопланетян, ранее нам неизвестных?

– Нет, сэр. Это право совершенно однозначно принадлежит Совету Сообщества.

– Ну, в таком случае…

– Но я никак не могу понять, какое отношение этот вопрос имеет ко мне или к кому-то из моей роты… сэр.

– Не понимаете? – Блицкриг нахмурился.

– Генерал… можно я? – прервала его Секира. – Капитан Шутник, как бы вы могли охарактеризовать ваши недавние взаимоотношения с представителями Зинобской империи?

– Я был проинформирован, сэр, что произошла в некотором роде стычка между одним из моих легионеров и, как было похоже, представителями ранее неизвестной чужой расы. После того, как сначала были предприняты все меры по обеспечению безопасности шахтеров, которых мы охраняли по контракту, я установил контакт с командиром вторгшихся неопознанных сил с целью выяснить, в какой мере они представляют угрозу для колонии или Сообщества в целом. В процессе этой беседы выяснилось, что присутствие пришельцев связано всего лишь с неполадками оборудования их корабля, а не с какими-то планами преднамеренной оккупации, и что инцидент был вызван всего лишь нервозным состоянием и недостаточной сдержанностью обеих сторон. Были принесены извинения, и на этом инцидент был исчерпан.

– И… – произнес генерал после нескольких минут тишины.

– Это полное и исчерпывающее содержание моей официальной встречи с представителями зинобов, сэр, которое, я уверен, было отправлено по каналам связи дежурному офицеру Легиона.

– А как насчет соглашения о продаже заболоченных участков земли в обмен на оружие, капитан?

Лицо Шутта приняло хитроватое выражение.

– При заключении этого соглашения я действовал всего лишь как посредник или агент, сэр. Но это произошло позже, уже в то время, когда я был свободен от дежурства. Более того, это соглашение заключено между двумя частными лицами… в частности, между летным лефтенантом Квелом, представляющим исследовательский отряд зинобов, и моим отцом. Насколько я знаю, а я принимал участие в заключении всех сделок, о которых была достигнута договоренность, там ни разу не было упомянуто, что сделки совершаются при участии представителей Сообщества или Зинобской империи. Как я уже сказал, это было всего лишь деловое соглашение между двумя индивидами, а возможность моего участия в нем определяется параграфом…

– Мы знаем, о каком параграфе вы говорите, капитан, – прервала его Секира, сдерживая улыбку. – Ссылка на него очень часто попадается в вашем досье.

Генерал Блицкриг покачал головой, не скрывая удивления и замешательства.

– И это вполне законно? Я имею в виду, заключать сделки с представителями иных цивилизаций в обход Сообщества?

– Насколько мне известно, – спокойно ответил капитан, – нет закона, который бы специально запрещал подобные соглашения. Если бы мы находились в состоянии войны с зинобами, тогда такая сделка могла бы рассматриваться как нелегальная, но и в этом случае я не уверен, что есть какие-либо оговорки в отношении ведения дел с цивилизованными представителями наций, которые либо не входят в наше Сообщество, либо находятся с нами в состоянии войны.

Он сделал паузу, чтобы одарить улыбкой пялившихся на него офицеров.

– Я допускаю, что налоговое ведомство может найти основания оспорить сделку, но, полагаю, все это мы вполне можем оставить для целой армии адвокатов "Шутт-Пруф-Мьюнишн", которых там и содержат как раз для таких случаев. Возвращаясь к моему исходному утверждению, я, со своей стороны, совершенно не понимаю, какое отношение может иметь такой вопрос, как правомочность сделки, если он вообще уместен, к Космическому Легиону… а тем более ко мне или к моей роте.

После короткой пресс-конференции для представителей средств массовой информации было заявлено, что с капитана Космического Легиона Шутника не только сняты все обвинения в неправильном поведении, но он еще и награждается за то, что прекрасно управился с ситуацией во время встречи с зинобами, после чего эта знаменитость удалилась в ближайший бар (совершенно случайно – в здании космопорта), чтобы отметить это дело выпивкой.

– Должен признаться, Бикер, что только сейчас я почувствовал облегчение. В какой-то момент мне казалось, что они готовы разделаться со мной, как говорится, просто из принципиальных соображений.

– Тем приятнее видеть вас победителем, сэр… если я могу так выразиться, – согласился с ним дворецкий, поднимая бокал для небольшого тоста.

– Рота явилась туда, ни о чем не подозревая, – продолжал размышлять командир. – Интересно, какова была их реакция, когда им объявили о доходах объединенного фонда?

– Я не уверен, сэр, что они вообще были объявлены. Лейтенанты выглядели слишком усталыми от всех приготовлений, когда я передал им ваше сообщение.

– Ну, ничего, – заметил Шутт. – В таком случае, я сам скажу им об этом. Интересно, как они воспримут сообщение об этом новом богатстве?

– Я вот все собирался спросить вас, сэр, еще некоторое время тому назад… То, что вы проделали с ценными бумагами объединенного фонда, честно… легально и этично?

– Что ты имеешь в виду, Бик?

– Ну, мне кажется, что скупать акции корпорации, где ты фактически главный распорядитель, особенно перед самым объявлением о торгах или открытии новых технологических разработок, некоторыми может рассматриваться как "злоупотребление служебным положением".

– Чепуха. – Шутт слабо улыбнулся. – Бывают же иногда совпадения… и, между прочим, ведь если бы у меня не было достаточно доверия к собственному рискованному предприятию, чтобы проинвестировать его, кто бы еще мог сделать это?

– Пожалуй, никто, сэр.

– Кстати, Бикер, как насчет того, чтобы вечером спокойно где-нибудь посидеть в ресторане? По правде говоря, я немного устал от легионеров за сегодняшний день.

– Очень жаль, сэр, но сегодняшний вечер у меня уже занят.

– О?! – Командир вопросительно поднял брови.

– Стенографистка суда, – пояснил дворецкий.

– В самом деле? Я и не предполагал, что она в вашем вкусе.

Бикер вздохнул.

– Откровенно говоря, нет. Но мы уже договорились – пока я старался задержать ее, чтобы рота могла провести свою демонстрацию.

– Да, это того стоило, – сказал Шутт. – И вот что я скажу тебе, Бик. Отправляйся и запиши этот обед на мой счет.

– Есть, сэр.

На борту шаттла полковник Секира была втянута в разговор совершенно иного плана.

– Уверяю вас, генерал, он совершенно изменил "Команду Омега". Вы видели, как дружно они действовали, когда решили, что их командир попал в беду. Кроме того, он по душе и средствам массовой информации. Что касается сообщений в прессе, то они, как ни странно, были правдой: капитан Шутник действительно командует одной из лучших рот Космического Легиона. Разница, думаю, сейчас заметна уже любому из нас, но мне кажется, что нам следует извлечь пользу из этой их популярности. Мне кажется, они скиснут, если будут и дальше продолжать нести охрану по контракту в этих болотах.

– О, у меня уже есть для него вполне конкретное новое назначение, полковник, – сказал генерал. – На моем столе есть несколько вариантов назначений, и я с удовольствием отправлю эту роту на любое из них. Я подберу какое-нибудь самое подходящее, чтобы посмотреть, так ли хороша на самом деле эта "элита искателей приключений".

На его лице застыла леденящая улыбка.

Spellcheck & Format by http://gena.lib.ru


[1] легендарный предводитель индейцев

Note1

1


Глава 17 | Шуттовская рота |