home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 31


Детектива звали Финеас Кирби. Он снял номер в той же гостинице и даже на том же этаже, что и Касси с мамой. Но, прочитав его записку, Касси отнюдь не бросилась стремглав в его комнату, как можно было ожидать. Разумеется, ей не хотелось будить детектива среди ночи, но главное — страшила мысль: как объяснить маме, для чего она наняла детектива?

Поэтому Касси дождалась того момента, когда Катарина отправилась спать. Касси даже легла в постель, где пролежала, не смыкая глаз, несколько часов — на случай, если маму одолеет бессонница и она вдруг заглянет к ней, чтобы немного поболтать, как уже не раз случалось.

Вскоре после полуночи Касси встала, оделась и выскользнула за дверь. Номер мистера Кирби находился в другом конце коридора. Девушка тихонько постучала. Прошло довольно много времени, прежде чем за дверью послышались шаги. Наконец, широко зевая, сыщик открыл дверь. Касси замерла, увидев перед собой заспанного мужчину с недовольным выражением лица. Мистер Кирби был в просторном желтом халате, из-под которого виднелись ноги в носках, но без тапочек. Ему было лет тридцать пять, и он, похоже, уже начинал полнеть. В его внешности не было ничего примечательного, разве что сразу поражал пронзительный взгляд голубых глаз.

Мистер Кирби уже собрался строго отчитать особу, нарушившую его сон, но, внимательно вглядевшись в ее лицо, изменил свое намерение:

— Извините, мисс. Я сначала принял вас за гостиничную обслугу. Вы заблудились?

— Нет, сэр, меня зовут Касси Стюарт. Это я просила вас о встрече.

Детектив снова нахмурился:

— Вы знаете, который час, мисс Стюарт? Она кивнула:

— Да, я знаю, но не могу ждать до утра. Я остановилась здесь вместе с мамой и не хотела бы посвящать ее в это дело. Видите ли, ей не нравится мой муж, а речь пойдет именно о нем.

Финеас вздохнул:

— В таком случае заходите, присаживайтесь. Перед камином стояли два кресла. Хозяин подбросил несколько поленьев, оживив тлеющие угли, и опустился в одно из кресел. Пошарив в карманах пиджака, висевшего на спинке кресла, он достал из внутреннего кармана блокнот.

— Итак, чем могу служить, мисс Стюарт? — спросил он, начиная делать пометки в блокноте. Касси опустилась в соседнее кресло;

— Я хотела бы разыскать родителей моего мужа.

— Они пропали?

— Не совсем, — ответила Касси. — И он тоже… не совсем муж мне… Ну, сейчас-то он муж, но мы должны вскоре развестись. — Заметив удивление сыщика, она поспешно добавила:

— Но это не имеет ничего общего с моей просьбой. Я просто хочу помочь ему воссоединиться с семьей, как бы сделать прощальный подарок.

— Очень любезно с вашей стороны, — заметил мистер Кирби. — И как же зовут его родителей?

— В этом и состоит проблема. Он расстался с ними в раннем детстве и не запомнил их имена. Видите ли, его похитили именно в этом городе. Похитил один обитатель гор лет двадцать назад, и мальчик следующие девять лет провел в глуши, в хижине в Скалистых горах. Он считает, что, когда его похитили, ему было лет пять-шесть. И еще: его родители были не из этого города. Он помнит, что они привезли его сюда на поезде. Похоже, они либо были здесь проездом, либо приехали кого-то навестить.

— Его родители постоянно жили вместе?

— Скорее всего нет. Он почти не помнит своего отца.

— Что ж, по крайней мере у нас есть имя ребенка… Касси виновато улыбнулась:

— Да нет, не совсем… Ему дали имя Ангел, поскольку он помнил, что так его звала мама.

На лице сыщика отразилось изумление.

— Довольно странно, — произнес он в раздумье. Затем, с минуту помолчав, спросил:

— Может быть, вы хотите таким образом найти самого молодого человека?

— Нет, я знаю, где можно его найти. Я просто хочу разыскать его родителей, если они еще живы. Мне кажется, кто-нибудь должен помнить ту трагедию — пропажу ребенка, которого так и не нашли. Только я не знаю, где найти человека, который, возможно, помнит его родителей. Насколько я могу судить, сам Ангел понятия не имеет, где их искать. Он побывал здесь после смерти похитившего его человека, но ничего не узнал. — Касси вздохнула. — Я понимаю, этого слишком мало, чтобы начинать поиски…

— Напротив. Думаю, смогу назвать вам их имена через день-два. Немного больше времени может занять поиск их нынешних адресов, но наше агентство имеет доступ к прекрасным источникам информации в каждом штате, а телеграф значительно упрощает мою работу. Кстати, на редкость полезное изобретение. Благодаря ему удалось изловить немало преступников.

Он заглянул в свои заметки, бурча себе под нос:

— Надо же — Ангел! Интересно, многие ли по эту сторону Миссисипи носят такое имя?

— Прошу прощения…

— Ничего, мадам. — Финеас встал, чтобы проводить Касси до двери. — Думаю, вы не будете возражать, если я возьмусь за работу сразу же с утра.

Касси покраснела:

— Разумеется, нет. Простите, что я потревожила вас в такой поздний час, но мне не так-то просто было ускользнуть от мамы — она не дала бы нам поговорить спокойно, потому что мой муж ей очень не по душе.

— Значит, это она торопит вас с разводом?

— Да, но дело не только в этом. Мы с мужем сами приняли это решение, поскольку поженились случайно.

— Впервые слышу о подобном браке.

— Как же еще назвать венчание под дулом револьвера? Сыщик улыбнулся:

— Теперь понятно. И могу понять, почему вам не терпится развестись. Не так-то легко быть женой головореза. Даже короткое время.

— Откуда вы знаете, что он головорез?

— Не так уж трудно догадаться, если человека зовут Ангел.

Догадка мистера Кирби произвела на Касси должное впечатление — детектив был просто гением сыска, так что ее деньги не пропадут даром.


Финеас не был гением — просто он только что приехал из Денвера с очередного задания; в поезде же случайно оказался рядом с «головорезом» по имени Ангел. Сыщик неплохо скоротал время в пути, четыре часа донимая своего нового знакомого вопросами. Жизненный опыт подсказывал Финеасу, что человека с такой внешностью, как у Ангела, обязательно должна разыскивать полиция. Однако на сей раз жизненный опыт подвел его.

Финеас, конечно же, рисковал получить пулю в лоб за свою настойчивость, но он любил риск, иначе выбрал бы себе другой род занятий. Снова ложиться спать было бессмысленно, и вот спустя час после визита Касси, побывав уже в трех гостиницах, он стучался в один из номеров четвертой. Дверь распахнулась, и в лоб ему уставилось дуло револьвера со взведенным курком. Сыщик взглянул на револьвер, потом перевел взгляд на его владельца.

— Я только что видел вашу жену, — сразу перешел он к делу.

— Кого?

— Она здесь, в Сент-Луисе.

— Не может быть. Она сейчас возвращается в Вайоминг.

Финеас улыбнулся:

— Миниатюрная леди с огромными светло-серыми глазами, не так ли?

Вполголоса выругавшись. Ангел опустил револьвер. Проехав половину пути до Вайоминга, он решил, что ему лучше не появляться там в присутствии Касси. Разделившее их расстояние не заставило Ангела забыть ее, поэтому он направился в Сент-Луис, чтобы сделать еще одну попытку разыскать свою мать. Это была одна из причин его приезда в Сент-Луис. Другой же причиной было то, что он хотел держаться как можно дальше от своей жены и от ее бракоразводных дел.

— Думаю, вы действительно не знаете своего имени, если не считать имя Ангел, — продолжал Финеас. — По крайней мере других имен вы не помните. Простите, что я так донимал вас расспросами.

— Вы и сейчас занимаетесь тем же, — не скрывая раздражения, сказал Ангел. — Что вам на этот раз нужно от меня, Кирби?

— Всего лишь кое-какие сведения. Ваша жена наняла меня, чтобы я нашел ваших родителей. Если бы вы немного мне помогли…

— Что она сделала?! — взорвался Ангел. — Черт побери, эта женщина снова сует нос не в свои дела. Дождалась бы хотя бы возвращения домой. А уж потом и лезла бы в мои дела!

Финеас насторожился. Он любил наблюдать проявления сильных эмоций. Стоит только обронить нужное слово или фразу — и человек поведет себя самым неожиданным образом. Но сыщик не мог себе представить, чтобы такой человек, как Ангел, потерял самообладание. Слава Богу, у парня обнаружилась хотя бы одна слабинка.

Финеас сделал еще одну попытку что-нибудь выяснить:

— Вы очень облегчили бы мою задачу, если бы описали внешность ваших родителей. И вообще — если бы рассказали все, что о них помните.

Взгляд черных выразительных глаз снова обратился к детективу.

— Вас наняла она. И всю информацию получайте от нее.

— Ну почему вы не желаете мне помочь? — не сдавался Финеас. — Все-таки они ваши родители, а получается, что найти их хочет только молодая дама, на которой вы женаты.

— Ну хорошо, Кирби, положим, что вы меня убедили, — сказал Ангел без малейшей уверенности в голосе. — Я не помню своего отца, а у моей матери были черные вьющиеся волосы и темные глаза.

Финеас заглянул в свою записную книжку и лишь тогда спросил:

— Такие же темные, как у вас?

— Нет. Насколько я помню, темно-карие.

— Какие-нибудь шрамы или особые приметы?

— Совершенно не помню.

— Что-нибудь о ее возрасте или национальности?

— Она была юной и красивой.

— Все матери кажутся своим пятилетним детям красивыми. Может быть, она говорила с каким-нибудь акцентом?

— Если и говорила, то, следовательно, так же говорил и я, поэтому как бы я мог это заметить? — Ангел помолчал, на лице его появилось озадаченное выражение. — Но когда вы упомянули об этом, я припомнил: Старый Медведь как-то заметил, что я странно разговаривал, когда оказался у него. Разумеется, сам он страшно коверкал английский язык, так что, возможно, в моей речи не было ничего необычного.

— В таком случае, — сказал Финеас, снова заставив Ангела нахмуриться, — как я понимаю, вы представляете собой результат довольно примитивного воспитания.

— Вы уверены? — спросил Ангел, не скрывая раздражения.

Финеас улыбнулся:

— Вполне. Но вернемся к предмету нашего разговора. Сначала я подумал, что, судя по цвету вашей кожи, в ваших жилах течет доля индейской крови. Но потом понял: телосложением вы не похожи на индейца, к тому же этот ваш горец должен был достаточно хорошо знать индейцев, он не мог бы не понять, если бы вы говорили на одном из их диалектов. Потом я предположил, что вы испанец, возможно чистокровный. Во всяком случае, не исключено, что ваша матушка была иностранкой, и это, возможно, облегчит поиски, если удастся разыскать какие-нибудь старые газеты.

— Вы и в самом деле думаете, что о пропаже ребенка в таком большом городе могли написать в газетах?

— Совершенно уверен. Проблема лишь в том, чтобы найти человека, у которого уцелели подшивки старых газет. Многие просто не могут хранить их из-за тесноты в доме, хотя кое-кто все же старается сберечь по крайней мере первые страницы. К тому же газеты появляются и исчезают, как и все в этом мире. Но как вы совершенно правильно заметили, Сент-Луис — большой город, и, вероятно, здесь найдется хотя бы одна газета, которая выходит лет двадцать или около того.

— Надеюсь, мне повезет и здесь не найдется никого, у кого сохранились бы старые газеты.

— У вас сейчас дурное настроение?

Ангел что-то пробурчал в ответ. Финеас ухмыльнулся:

— Поверьте, все может в одночасье измениться. Ваш случай — один из самых простых в моей практике. Обычно я разыскиваю людей, у которых есть все основания скрываться, при этом время поисков ограничено. А в вашем случае я располагаю временем…

Ангела его слова все же не убедили.

— Если вам удастся разыскать их, счет за работу пришлите мне. Я не хочу быть в долгу у женщины, на которой я женат.

— Не думаю, что это придется ей по душе. Похоже, она задумала найти их только ради вас.

— Меня это не очень-то радует.

— Кроме того, существуют еще и этические моменты… Она первая наняла меня.

— Тогда я от ее имени увольняю вас и нанимаю уже от своего собственного. Мне кажется, муж имеет право так поступить.

— Пока с ним не оформят развода.

— Подите прочь, Кирби.

Улыбнувшись, Финеас вышел. Ангел в сердцах захлопнул за ним дверь. И лишь спустя несколько секунд сообразил, что Касси сейчас здесь, в этом городе, возможно, всего лишь в нескольких кварталах от него. Он тотчас же почувствовал, что его неудержимо влечет к ней.


Глава 30 | Ангел | Глава 32