home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


2

Только поздно вечером Всеслав Сибирцев смог добраться до дома. В течение дня ему удалось всего один раз позвонить Милане, извиниться за занятость. После совещания в Детинце он сразу поехал в центральное управление СГБ и провел большую часть дня, подбирая и инструктируя сотрудников для работы на Тионе. Много времени заняли неизбежные согласования со штабами командующих и организационные вопросы. Зато домой Всеслав летел с чувством полного удовлетворения от проделанной работы – через пару дней можно вылетать на базу «Рында-14». Как раз в этот день с Каменца, третья планета системы Голуни, в космос выходит эскадра, а каюты на крейсере «Мечник» уже зарезервированы Кромлевым для пятерки СГБшников. Так что надо успеть полностью подготовиться к миссии, решить все вопросы за оставшуюся пару дней. К счастью, на время отпуска он передал дела заместителю, и сейчас нет необходимости вникать во все мелочи и нюансы работы сектора. Можно просто не принимать дела.

Милана и дети уже были дома, ждали Всеслава. Сибирцевы жили в многоквартирном доме улучшенной планировки в зареченском районе Арконы. Всего девятый этаж, семь комнат, два балкона и зимний сад, хороший район. Недалеко от дома парк, в двух кварталах досуговый центр «Неман». Во многом жить здесь было лучше, чем в частном доме на окраине. До работы всего пять минут полета, и школа для детей рядом с домом, в выходные можно пешком прогуляться всей семьей до парка или посидеть в кафе на набережной. В свое время Милана перевернула все брокерские конторы, пока не нашла эту квартирку, Всеславу как сотруднику госучреждения полагалась компенсация за аренду жилья, так что семейный бюджет не пострадал от этого приобретения.

Ужин прошел в уютной непринужденной домашней обстановке. Настоящий семейный праздник. Стол накрыли в зале. Милана сегодня решила продемонстрировать свое поварское искусство и собственноручно приготовила гуся в духовке, разумеется, не забыла и про обещанный пирог. По такому случаю всем было строго запрещено пользоваться линией доставки. Придя домой, Всеслав самолично заблокировал пульт линии, наложив запрет до пяти часов утра. Сегодня в их доме все должно было готовиться по старинке: на плите и в микроволновой печи.

За ужином все было великолепно, мягкий полумрак, гусь на серебряном блюде, непринужденная семейная атмосфера, такая редкая в семье Сибирцевых. Всеслав и Милана наперебой рассказывали о своем круизе, показали детям стереографии. Запустили голографический ролик, снятый в Юрском парке Зимерлы. Младшенькая Людмила, только закончившая второй класс, ужасно гордая, задрав хвост, хвасталась своими отметками в школе и тем, что Учитель перевел ее в группу с усиленным изучением математики.

– Он обещал, что я смогу пойти в Академию Космонавигации, я буду летать во-от на таких кораблях.

– Девчонок в космонавты не берут, – подначил Игорек, он-то давно решил, что будет инженером-машиностроителем.

– Еще как берут, – обиделась Люда, – а тебя даже близко на завод не пустят, контрольную по физике на тройку написал.

– А ты – ябеда, а я контрольную завалил из-за тебя. Потому что накануне с тобой ходил в картинную галерею. А ты ябедой была ябедой и останешься, – тараторил Игорь.

Перепалку прервал тревожный звонок коммуникатора, судя по тональности вызова, звонили с работы Всеславу.

– Сибирцев, срочно, – на экране возникло озабоченное лицо Крамолина, – пограничники засекли на орбите нарушителя, это чужой. Через три минуты на Степной улице рядом с твоим домом сядет скутер. Давай быстрее, сторожевики его догоняют.

– Папа, опять на работу? – тихо спросил Вадим, когда Всеслав убрал коммуникатор в карман рубашки.

– Да, сынок, такая у меня работа, – улыбнулся в ответ Всеслав и, широко разведя руки в стороны, возвел очи горе. Дескать, ничего не могу поделать.

– Зато ты самый лучший, – задорно крикнул вслед отцу Вадим, – мы будем тебя ждать, папа.

Иногда работа в СГБ доставляла сплошные неудобства. Сегодняшний день был тому примером. Ровно через три минуты на автостоянку рядом с домом опустился катер и, забрав выскочившего на улицу Всеслава, взмыл в небо. Еще пара минут, и бот растворился в ночном небе. Пилот молча кивнул Сибирцеву и пальцем показал на шлем прямого киберконтакта. Маленький катерок для межорбитальных перелетов был оснащен по последнему слову техники. Несмотря на тесноту, в кабине было удобно, «живые кресла», принимавшие любую форму по желанию человека, широкоформатные экраны, занимавшие половину стен, даже имелся встроенный в переднюю панель бар с холодильником. Все для удобства человека.

Всеслав натянул кибершлем и тут же окунулся в водоворот оперативной работы пограничников и планетарных служб: команды, рапорты, короткие строчки информсообщений, видеоматериалы и отчеты с кораблей каскадом обрушились на него. Судя по объему информации и периодически мелькавшим в общем потоке красным символам особого приоритета на шифрованных файлах, вся система стояла на ушах.

Сибирцев выловил из обрушившейся на него Ниагары информации видеорепортаж сторожевика, преследующего нарушителя. На объемной картинке метался из стороны в сторону обычный грузовой неф, десятки таких ежедневно курсировали в системе. Корабль шел в надпространстве по нормали к плоскости эклиптики, пытаясь оторваться от погони, но на хвосте с настойчивостью гончих, взявших след, висели два пограничных фрегата. Нарушитель был в зоне поражения излучателей, но его стремились взять живьем, тем более наперерез его курса шел крейсер «Альтаир», оснащенный магнитными захватами и имевший на борту десантно-штурмовые катера. На «Альтаире» сейчас готовилось к абордажу подразделение космического десанта, ровно через полторы минуты они стартуют.

Скутер Всеслава незначительно отставал от погони, мощные двигатели надпространственного хода позволяли угнаться даже за фрегатами. Сейчас он после старта с планеты постепенно сокращал расстояние до нарушителя. Явно это был не типичный инспекционный катерок для внутренних межпланетных сообщений. Диспетчер СГБ, выделивший машину, не забыл ни одной мелочи. А скорее всего, дело было в элементарном везении – послали ближайшую к Арконе снаряженную машину.

Неожиданно изображение нефа в киберпространстве шлема разорвала вспышка взрыва. Ярко-оранжевая клякса расплылась в стороны, вываливаясь в пространство. Эфир взорвался очередью рапортов и докладов, кто-то, кажется командир Голуньского погранотряда, требовал срочно прислать экспертов, кто-то экстренно передавал видеоматериалы и отчеты следящих систем с параметрами и характеристиками взрыва. Наконец шквал сообщений постепенно стих, сменившись нормальной рабочей атмосферой. Сектор пространства был объявлен зоной аварии, доступ был ограничен. Спешно поднимались корабли погранслужбы, блокировавшие периметр закрытого сектора.

Когда Сибирцев наконец-то добрался до рубки «Альтаира», корабли и катера занимались сбором обломков Чужака, зонды неторопливо ползали в быстро расплывавшемся облачке газа, образовавшемся на месте взрыва, снимая его характеристики. Представившись командиру крейсера и предъявив полномочия, Всеслав первым делом затребовал предварительные отчеты научников и приказал «заморозить» всю информацию до решения Службы Государственной Безопасности, аргументировав свой приказ требованиями военного времени. Впрочем, все были слишком заняты, чтобы возражать.

Предварительный отчет специалистов был малоутешителен. Нарушитель погиб от взрыва реактора, фрагменты корпуса слишком малы и разрозненны, чтобы определить конструкцию корабля и состав экипажа. Научники могли сказать, что это был определенно корабль неземной постройки, чей – неизвестно. Собрав имеющуюся информацию, переговорив с хмурым, не выспавшимся майором контрразведки, на которого взвалили это дело, и доложив обстановку князю, Всеслав вернулся домой попутным катером, шедшим в порт Почайна. Шел уже четвертый час ночи, и СГБшник, вызвав такси, отправился прямиком домой, работа работой, но немного сна тоже не помешает.

Утро следующего дня выдалось сумасшедшим. Всеслав Сибирцев не успел войти в свой кабинет, как комп испустил тревожный сигнал вызова. «Приоритет ААА, это серьезно», – успел подумать Всеслав, бросаясь к столу. Задетый по дороге стул упал, загромождавшая его куча бумаг и коробок с шумом разлетелась по полу. Монитор включился. На экране вырисовалось нахмуренное лицо отца.

– Принимайся за разработку вчерашнего ЧП, – буркнул князь вместо приветствия, – ты уже начал это дело. Крамолин передаст всю свою информацию, подключай научников, пограничников, своих орлов и выжми все до последней капли.

– Но дело было передано сектору контрразведки, – возразил Всеслав, прекрасно при этом понимая, что отказываться бесполезно. Отбрыкивался он только для проформы.

– Уже нет, час назад Крамолин забрал себе все разработки по «Ночному гостю». Дело серьезное. Это «чужой». Так что извини, но решение уже принято.

– Хорошо, я могу сам подобрать людей?

– Используй свой сектор и возьми двух-трех из научного отдела. Не больше. Не забудь согласовать с Крамолиным. Времени на болтовню и бюрократию нет, сразу приступай к работе. – Бравлин Яросветович задумался. – И знаешь что? Подготовь официальное заявление для прессы, все равно шила в мешке не утаишь.

– У моих ребят другая специфика, – запоздало возмутился Всеслав. Изображение вырубилось с легким щелчком, означающим конец связи. Всеслав рассеянно почесал затылок. Все планы, как обычно, летели по известному сексуально-пешеходному маршруту. А время имеет обыкновение утекать безвозвратно. От размышлений о суетности бытия и законе бутерброда в приложении к работе спецслужб его оторвал новый звонок. Это был директор СГБ Крамолин.

– Всеслав Бравлинович, доброе утро.

Директор выглядел свежим, одет в рубашку с накрахмаленным воротничком, щеки гладко выбриты, несмотря на бессонную ночь.

– Здравствуйте, Владимир Рюрикович, вы звоните по поводу «Ночного гостя»?

– Князь звонил? – задал риторический вопрос Крамолин. – Хорошее название, так и назовем тему. Срочно поднимитесь ко мне. Заберете документы.

– Владимир Рюрикович, – остановил его Всеслав, – кого из научников посоветуете взять?

– Естественно, берешь Старинова и Дубинина! Они работали на «Альтаире». Оба как раз сейчас у меня.

– Хорошо, из своих беру Левашова и Сидорова. Они и так летят со мной на «Рынду» и сейчас ничем серьезным не заняты. Горин остается исполняющим.

– Согласен, делай как знаешь. – Крамолин одобрительно кивнул и отключил канал связи.

Всеслав окинул взглядом окружавший его бардак и присвистнул. Всего полдня напряженной работы, и кабинет превратился в форменный филиал авгиевых конюшен. Папки с бумагами и коробки инфо-кристаллов на полу, захламленный стол, шеренга немытых кофейных чашек, сгрудившихся на журнальном столике, рядом огрызки бутербродов. Вчера он ушел домой, не потрудившись прибраться, а сегодня только еще больше увеличил энтропию пространства. Киберуборщика Всеслав запускал в кабинет только под своим надзором. Мало ли что тупая машина примет за мусор? Времени на наведение порядка не было, и, махнув на беспорядок рукой, Всеслав решительно направился к двери. Выходя в коридор, прямо в дверях он столкнулся со своим замом Владиславом Гориным.

– Постой, командир, есть проблема. – В секторе «Д» излишние проявления субординации не поощрялись, но бесцеремонность Влада выделялась даже на общем фоне сотрудников сектора. Слово «вы» было ему совершенно незнакомо.

– Привет, Влад, попозже. Бегу к директору.

– Мы завершаем тему «Ленивый кашалот». Почти вышли на лаборатории и на организаторов дела. Скоро будем брать, – залпом выпалил Горин.

– Владислав Сергеевич, – медленно процедил Всеслав, одновременно закрывая дверь, – вы исполняете обязанности начальника сектора и потрудитесь принимать решения самостоятельно. В противном случае я найду другого более инициативного заместителя.

– Хорошо, – Влад отступил в сторону, ошарашенно глядя на начальника, – но, может, посмотрите отчеты парней?

– Ладно, зайди после обеда. – Всеслав смягчил тон. В свое время он приложил немало усилий, раскручивая эту тему. У него руки чесались самому взять организаторов наркобизнеса за жабры, но приходилось оставлять самое сладкое Горину. Не разорваться же пополам?! – Извини, у меня совсем нет времени, – бросил он на ходу, быстрым шагом направляясь к лифту.

В приемной Крамолина уже сидели трое посетителей, смиренно дожидаясь, когда их пригласят. Всеслав махнул рукой секретарю и, не задерживаясь, взялся за ручку двери. В просторном кабинете директора кроме самого Владимира Рюриковича обнаружились знакомые Всеславу по вчерашним событиям сотрудники научного отдела Яромир Старинов и Алексей Дубинин. Крамолин оторвал глаза от поверхности стола и устало махнул Всеславу: «Мол, проходи, присаживайся». Научники, увлеченные спором, даже не взглянули на вошедшего.

– Я же говорю, – горячился круглолицый полноватый Яромир, – в спектре взрыва отмечено повышенное содержание стронция и цезия, – при этих словах он ткнул пальцем в экран переносного компа, показывая на переплетение диаграмм.

– Ну и что! – отреагировал Дубинин. – Они могли замаскироваться под коатлианцев или купить корабль.

– Еще раз говорю, в выбросе низкое содержание азота. Даже студентам известно, что коатлианцы дышат воздухом, состоящим на 64 процента из кислорода и углекислого газа. А догонская атмосфера почти как земная!

– Но они не могли дышать чужой атмосферой!

– Вот именно! – торжествующе вскричал Старинов, поворачивая к лицу собеседника экран компа.

– Стоп, стоп. – Крамолин бесцеремонно прервал, грозящий перейти врукопашную, спор. – Господа, вы с этой минуты переходите в подчинение к Всеславу Бравлиновичу Сибирцеву, ему и рисуйте свои спектрограммы.

Исследователи синхронно повернулись к Всеславу, но тот вовремя остановил готовое сорваться с их губ новое словоизвержение:

– Давайте так. Вот вам ключ от кабинета 1946, восемнадцатый этаж, – с этими словами он протянул Дубинину полоску электронного ключа, – это комната совещаний моего сектора. И через час я вас там жду со всеми вашими выкладками и материалами.

– Все правильно, давно пора было их выпроводить, – устало выдохнул директор СГБ, когда научники покинули кабинет, – они меня просто достали!

– Вы не забыли, что через два дня, включая сегодня, я покидаю Голунь?

– Помню, – на лицо Владимира Рюриковича вернулось привычное доброжелательное жизнерадостное выражение, – эта тема пересекается с догонским вопросом. За два дня управишься.

Всеслав не разделял крамолинский оптимизм, но счел благоразумным промолчать.

– Возьми материалы, – с этими словами Владимир Рюрикович извлек из стола и протянул Всеславу коробку инфокристаллов, – здесь все. Рапорты, отчеты, бортовые журналы, записи приборов, полный комплект. Собирайте группу и завтра в конце дня доложите результат.

– Слушаюсь. – Всеслав поднялся из-за стола. Не удержался и картинно щелкнул каблуками, вытянувшись по стойке «смирно». – Так точно! Разрешите исполнять!

– Иди давай, – хихикнул Владимир Рюрикович.

Затем Всеслав, коротко кивнув Крамолину, повернулся к двери. Научники подключены, материалы получены, оставалось пригласить Левашова и Сидорова. И все, можно приступать к работе! Только в коридоре он понял, что совсем безосновательно заразился исходящим от начальника оптимизмом. Работать-то Всеславу и его людям, а времени нет.

Ровно через час Всеслав тщательно закрыл за собой дверь комнаты совещаний, прошел к столу, включил систему шумоподавления и доброжелательно улыбнулся коллегам.

– Приступим, господа. – Сам он уже успел бегло проглядеть материалы, полученные от Крамолина. – Вы предварительно познакомились с темой. Сейчас прошу проработать материалы и дать заключение.

– Всеслав, почему вы думаете, что «Ночной гость» связан с догонами? – перебил начальника Станислав Левашов, специалист по информационной работе, прирожденный мастер создания «смысловых завес» и проведения отвлекающих маневров. – Как мне известно, прямая связь между этими темами не просматривается.

– Ладно, начну с начала. Сегодня ночью на орбите Голуни был обнаружен корабль-шпион, замаскированный под обыкновенный каботажник. При попытке задержания нарушитель взорвался. Мы должны в течение двух дней, включая сегодня, дать исчерпывающее заключение по этой теме, – при этих словах Всеслав обвел испытывающим взглядом присутствующих. Все слушали внимательно. На лицах сотрудников читалась готовность немедленно приступить к работе.

– Забыл добавить: по предварительным данным научников, это был «чужой». – Коротко просветив людей, Всеслав сел в свое кресло и выложил на стол кристаллы с материалами. Левашов первым потянулся к коробке.

Следующие два часа агенты с азартом просматривали и сортировали материалы. Изредка звучали короткие комментарии и просьбы передать следующий кристалл. Удостоверившись, что работа идет, Всеслав тихо отозвал в сторону Стаса Левашова и попросил подготовить заявление для прессы. Кивнув в знак согласия, Стас немедля принялся за дело. Через пятнадцать минут коммюнике было готово. Естественно, речь в нем шла об обычном нарушителе, обнаруженном сторожевиками пограничников. Все остальное было голой правдой: и погоня, и попытка захвата, и гибель нарушителя от взрыва реакторов. Прочитав текст, Всеслав довольно хмыкнул и, не сказав ни слова, отправил его по сети в отдел внешних контактов с резолюцией: «Срочно запустить в инфосеть от имени пограничной службы». Он всегда в работе придерживался принципа: как можно меньше врать. Лучше недоговорить, чем придумать лишнее. Самому затем расхлебывать придется.

После того как все члены рабочей группы ознакомились с материалами, Сибирцев отправил научников в лабораторию обрабатывать данные приборов и зондов. Олег Сидоров получил задание «перекопать» архивы, а Левашов двинулся к пограничникам. От него требовалось повторно опросить участников вчерашнего события и выявить нестыковки.

Распределив людей, Всеслав вернулся в свой кабинет. Наскоро прибравшись, наведя порядок и приступив к сортировке корреспонденции, он вспомнил утренний разговор с Гориным. Несмотря на катастрофическую занятость, Всеслав решил переговорить с Владом. Тема «Ленивый кашалот», касавшаяся распространения синтетических наркотиков, курировалась Всеславом Сибирцевым лично. Он не любил это вспоминать, но память о близком друге, ставшем наркоманом, глубокой занозой сидела в его сердце. Пусть человека не вернуть, отравленный галлюциногенной химией мозг уже не восстановить, но можно отыграться на организаторах бизнеса. Жалко только, слишком поздно вышли на лабораторию. Несмотря на все достижения медицины, лечение наркоманов до сих пор оставалось труднорешаемой проблемой. К самим наркоторговцам Всеслав жалости, естественно, не испытывал – для него они не были людьми. Скорее опасные и омерзительные демоны, живое воплощение Зла.

Всеслав протянул руку к пульту, чтобы набрать номер своего зама, как металлический голос кибер-секретаря напомнил о совещании в Детинце. Громко выругавшись, Всеслав вскочил со стула и пулей выскочил из кабинета. Он совсем забыл о планерке, придется Горину работать над «Кашалотом» одному. До совещания по операции «Самум» оставалось ровно пятьдесят минут.


предыдущая глава | Ограниченный конфликт | cледующая глава