home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

— Что это за звуки? — испуганно спросила Янина.

— Это рога — охотничьи рога, — ответил гладиатор.

— Значит, планета обитаема?

— Похоже, да. — И он начал забрасывать землей костерок, разведенный на берегу.

— Моя одежда еще не высохла! — возмутилась Янина.

— Надень ее влажной или неси в руках, — предложил гладиатор.

— Я измучилась, мы чуть не погибли… Я не могу пошевелиться… — она умоляюще смотрела на него, стоя на коленях на подстилке из листьев. Она распустила волосы, чтобы просушить их у огня.

— Тогда я привяжу тебя к дереву и оставлю здесь, — пригрозил он.

Янина вскочила и поспешно сняла свою одежду с веревки, протянутой между деревьями.

Простите свою рабыню, — сказала она.

Гладиатор стоял молча.

Что это за планета? — поинтересовалась Янина, сворачивая в узелок одежду принцессы Геруны.

— Не знаю, — раздраженно ответил он.

— Простите, господин, — спохватилась она, поняв, что помешала.

Гладиатор смотрел в небо. Спуск капсулы прошлой ночью должен был быть отлично виден. Вероятно, сначала ее могли спутать с метеором или с падающей звездой, даже когда шум в воздухе, подобный урагану, стал слышен на земле. Однако ее могли и рассмотреть — когда спуск замедлился и капсула начала пробираться между деревьями, пока датчики выискивали ровную площадку для приземления. Может, ее совсем не заметили — кто знает?

Вновь послышались звуки рогов. Гладиатор бросил остатки доспехов в реку. Вместе с остальными вещами он взял их ночью из капсулы.

— Господин, я не умею плавать! — кричала Янина прошлой ночью, когда они пытались подтащить капсулу к берегу. Она оказалась по пояс в быстрой реке, ее ноги потеряли опору, руки соскользнули с влажной металлической поверхности, и течение потащило Янину.

Когда капсула покинула «Аларию», вышвырнутая при перепаде давления, она некоторое время оставалась неуправляемой, и только потом в темной трясущейся кабине гладиатор отыскал рукоятки управления двигателем и с их помощью ускорил ход, чтобы удалиться подальше от корабля-матки и возможных выстрелов, а потом обнаружил системы внутреннего управления аппаратом — подачи тепла, света и кислорода. Поскольку двигатель сразу же не был включен, капсула оставалась холодной, потому что флот ортунгов предпринял первые поиски. Две ракеты, управляемые с мониторов кораблей, следовали за капсулой более пятнадцати сотен миль, а потом внезапно исчезли. Гладиатор отключил маяк, а также внешнее и внутреннее освещение, как только разобрался, как это делается. Он уменьшил уровень шума двигателя и систем жизнеобеспечения. Аппарат теперь напоминал молчаливую, темную пылинку в мрачном море, которая кажется невидимой, но все-таки она есть. Корабли-разведчики вскоре прекратили поиски, сигналами обезвредив посланные ракеты. Гладиатор так и не понял, почему варвары внезапно прекратили погоню. При вылете с «Аларии» капсулу сильно тряхнуло, и при этом заклинило навигационные приборы и рукоятки изменения и точной настройки курса. Итак, аппарат остался «без компаса и без руля». Однако повреждения были не слишком существенны. Спасательные капсулы не рассчитывались на опытных пилотов, в основном они функционировали автоматически. Как только начиналось катапультирование, в капсуле включались системы жизнеобеспечения и маяк. Задачей пилота было исправить возможные сбои курса, чтобы спасателям не пришлось долго искать капсулу. Конечно, при тогдашних обстоятельствах оставлять маяк включенным было бы неразумно. Думается, в этом побеге от флота ортунгов гладиатору просто повезло. К примеру, поскольку капсула в основном оставалась неуправляемой, гладиатор не мог изменить траекторию полета, не мог укрыться за каким-нибудь из кораблей ортунгов и подставить его под удар, не мог применить всех хитростей — например, включать и выключать двигатели, оставляя запутанный, рассеянный тепловой след, пользоваться для маскировки космическим мусором и небесными телами и так далее. За прошедшие дни нескольким капсулам удалось бежать успешно — особенно когда они катапультировались вместе и разлетались, используя старый эффект «двух зайцев» для преследователя. Хотя это не совсем касается нашего рассказа, заметим, что Палендию тоже удалось бежать. Спустя несколько дней его капсулу подобрал один из десяти имперских крейсеров. Его присутствие в этом районе не было случайным — крейсер спешил на вызов «Аларии». В этом и состояла причина, по которой варвары не стали преследовать капсулу гладиатора. Большинству капсул ускользнуть не удалось — их уничтожили сразу. Однако капсула, которая ушла с «Аларии» за несколько минут до бегства гладиатора, через несколько часов получила серьезное повреждение от преследующей ракеты, и ее затянуло гравитационное поле ближайшей планеты. Отсек с двигателем был отсоединен перед самым ударом ракеты. Сама капсула пострадала от множества осколков ракеты и двигателя. После отсоединения секцию двигателя намеревались использовать для маскировки, но это было не очень разумно, по крайней мере, при небольших расстояниях. Такой щит должен был появиться внезапно и близко от основной цели, чтобы ракета не успела обогнуть его. Следовательно, им надо было прикрываться в последний момент, что сопряжено с огромным риском. Если бы спасательные капсулы были боевыми кораблями, у них имелись бы более сложные защитные устройства, а так в них не хранилось даже автоматов. (Как нам уже известно, Империя держала оружие под строгим контролем.) Спасательные капсулы, которые находились в девятнадцатой секции «Аларии», были лишними, они не входили в обязательное число капсул, которые постоянно находились у люков. Поэтому в них не было даже карт — таким, к которым привыкли гражданские пилоты. Однако, к счастью, другие запасы в них имелись. Правда, запасами последних двух капсул частично воспользовались пассажиры, прячущиеся в девятнадцатой секции. С другой стороны, в обоих капсулах находилось совсем немного беглецов…

— Опять рога, господин, — сказала Янина.

— Слышу, — ответил он.

Гладиатор потерял сознание через несколько часов после вылета капсулы. Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем почувствовал прикосновение влажного платка ко лбу.

— Господин! — позвала Янина.

Его измочаленные выстрелами доспехи были сняты и валялись на полу.

Гладиатор снова потерял сознание, ослабев от потери крови, раненый, измученный, с обожженной от прикосновения раскаленных доспехов грудью.

Через два дня они включили свет. Гладиатор приподнялся на локте и пристально взглянул на рабыню. Та испуганно отвела глаза.

— Сними одежду, — приказал он.

— Да, господин, — робко откликнулась она.

Гладиатор положил рабыню на стальной пол капсулы.

— Господин такой сильный! — прошептала она.

— Молчи, — приказал гладиатор.

Когда рабыне приказывают молчать, она не вправе произнести ни слова. Но спустя несколько секунд она вздохнула, застонала и прижалась к нему.

Капсула блуждала в космосе несколько недель, одинокая и беспомощная, и, наконец, под воздействием почти незаметных вначале сил, незримой гравитации, она начала сперва медленно, а потом все быстрее описывать круги вокруг планеты. После проверок обитателям капсулы стало ясно, что либо ввиду отсутствия необходимости, либо неуправляемости капсулы, запасной двигатель не действует. Сразу же началась подготовка к приземлению.

В капсуле было всего несколько крохотных иллюминаторов, не более четырех дюймов в диаметре. Разглядеть через них что-либо оказалось очень трудно. Мониторы бездействовали.

Они почувствовали жар даже внутри, когда капсула начала пробивать верхние слои атмосферы. При спуске что-то случилось — на панели зажглась красная лампа. Пронзительная сирена провыла и смолкла. Лампа погасла.

Внизу были видны деревья. Позади них, едва различимая в иллюминаторе, вилась лента реки.

— Для приземления нет места! — воскликнула Янина. В самом деле, вся земля внизу была покрыта лесом.

Послышался скрежет — капсула пробиралась между ветками — а потом вновь начала полого подниматься вверх. Она развернулась, зависла, скользнула вниз на дюжину футов, а потом еще, и выпрямилась. Резко остановившись перед невидимым для беглецов препятствием, она взмыла вверх.

Две стрелки приборов, прежде не замеченные беглецами, дрожали у нулей.

— Мы падаем! — ужаснулась Янина.

Гладиатор попробовал подрегулировать кили аппарата. В космосе это было бесполезно, а в атмосфере планеты могло пригодиться.

Он вжал рулевое колесо, и аппарат начал подниматься, а затем выправил колесо и попытался рассмотреть в иллюминатор, что видно снаружи. Он повернул колесо вправо, затем влево и вдавил вниз, пытаясь следовать изгибам реки.

Они пронеслись над водой, и гладиатор вновь прижал рукоятку. Капсула ударилась о воду, как камень. Подняв брызги, она взлетела, и так, прыжками, перебралась через реку. Под днищем капсулы заскрипел гравий, заплескалась вода, и наконец, аппарат остановился у берега.

Не теряя времени, они покинули капсулу и спрятались в лесу, среди деревьев и камней. Убедившись, что все вокруг спокойно, они вернулись.

Капсула представляла собой сильно искореженный летательный аппарат, пробитый во многих местах и старый, один из тех, которые давно следовало списать с «Аларии». К днищу прилипли листья. Оба колеса, с помощью которых капсулу можно было передвигать по рельсам, отвалились.

— Мы живы, — облегченно вздохнула Янина.

— Будем использовать капсулу как укрытие, — решил гладиатор.

— О, нет, господин! Мы пробыли в ней так долго. Давайте заночуем на свежем воздухе.

— Это может быть опасно.

— Из-за зверей? — испугалась Янина.

— И не только зверей. Может, они захотят увести тебя на веревке, — заметил гладиатор.

— Я привыкла к веревке, — засмеялась девушка.

— Как всякая другая женщина.

— Да, господин.

— Вскоре нам придется покинуть капсулу, — решил гладиатор. — Надо выяснить, что это за планета.

— Думаете, она обитаема, господин?

— Не знаю, — пожал он плечами.

— Может быть, построим шалаш где-нибудь рядом? — предложила Янина.

— Уже поздно, — возразил гладиатор.

Прежде, чем лечь спать, он вытолкнул капсулу повыше на берег и замаскировал ветками.

Днем выше по реке на площади более нескольких квадратных миль прошли сильные дожди. Об этом не знали ни гладиатор, ни его молодая рабыня, выигранная в бою. Несомненно, они были утомлены пережитым бегством с «Аларии», долгими неделями в космосе, опасным приземлением, незнакомой, красивой, и, вероятно, неизученной планетой. Воды из бесчисленных родников и десятков ручьев, подобных венам на поверхности земли, затопили территории площадью более ста квадратных миль. Вся эти вода пошла вниз по течению — сперва медленно, но постепенно набирая силу. Бурлящие воды этого стремительного потока карабкались вверх по берегам, преодолевая максимальные отметки уровней на глине, подступали к самой траве, заливали пойменные луга. Капсула сдвинулась с места, качнулась и поплыла вниз по течению. Гладиатор сразу проснулся и разбудил рабыню. Поскольку спасти капсулу было почти нереально, они собрали аптечку, одеяла, винтовку и револьвер и выбросили их на берег, туда, куда еще не добралась вода. Это пришлось проделать в темноте, под проливным дождем, среди грома и молний, ибо в этом районе началась гроза, пришедшая с верховьев реки.

Гладиатор спрыгнул в воду, доходящую ему до бедер, и, ослепнув от ветра и дождя, схватился за капсулу. Ладони скользнули по мокрому металлу, и гладиатор упал в воду. Он пытался встать спиной к капсуле и подтолкнуть ее ближе к берегу. Он едва переводил дыхание.

Насквозь промокшая Янина ждала на берегу — она только что выбралась из капсулы. Мимо гладиатора проплыла громадная черная ветка.

Капсула развернулась в воде. Гладиатор обошел ее, оказавшись между железным боком и течением реки.

Вода бурлила вокруг капсулы. Внезапная вспышка молнии ярко осветила ее и рабыню на берегу, перед темной массой деревьев.

— Не могу удержать! — крикнул гладиатор.

Услышав его, Янина бросилась с берега в ревущую воду, чтобы хоть чем-то ему помочь.

Почти в это же время гладиатору неожиданно удалось найти твердую опору под ногами — какой-то прибрежный камень.

Янина обошла капсулу по пояс в воде, оказавшись справа. Он даже не понял, где она и что делает.

— Держу! — крикнул он и толкнул капсулу к берегу, нащупывая ногами какую-нибудь новую опору.

Янину сбило с ног. Она потянулась к капсуле, но там было не за что схватиться. Руки скользили по гладкой, ровной поверхности. Янина упала на спину, течение сразу подхватило ее и потащило за собой. «Господин, я не умею плавать!» — успела крикнуть она.

Гладиатор рванулся, чтобы схватить ее, но девушку уже протащило мимо. Какое-то время воздух в складках платья удерживал ее на поверхности. Гладиатор видел, как Янина машет рукой и кричит. Он отпустил капсулу и бросился за рабыней, но ее уже отнесло на несколько ярдов. Гладиатор поплыл туда, где надеялся перехватить ее, но опоздал, настолько быстрым было течение. При вспышке молнии он увидел девушку впереди, у камня, но когда доплыл туда, там уже было пусто. Он устремился дальше, напряженно вслушиваясь и борясь с течением. Неужели ее отнесло так далеко? «Господин! Господин!» — услышал он слабый крик и поспешил вниз по течению, рассекая воду мощными руками. Еще раз полыхнула молния, и он успел заметить, как голова со слипшимися волосами исчезает под бурлящей поверхностью воды. Плывя, он чувствовал все изгибы течения, соответствующие контурам берега, все места, где течение сбивалось, образуя водовороты. Иногда волны захлестывали его целиком, но он вырывался на поверхность, встряхивая головой и оглядываясь по сторонам. Он заметил, что капсула плывет справа от него, посреди реки. В темноте слева раздался крик. Он поспешил туда, где можно было перехватить Янину, мгновенно прикинув скорость течения и нужное ему время. Но, конечно, девушка не была беспомощным предметом — она двигалась, сопротивлялась, хотя платье, облепившее ее, затрудняло движение. Как можно было судить о том, куда она движется, в темноте, в таком бурном потоке? Конечно, в предполагаемом месте ее не оказалось. «Господин!» — раздался еще один приглушенный водой вопль, и гладиатор поплыл прямо по течению, чтобы опередить девушку и перехватить ее где-нибудь внизу. Он бился с течением, чуть не задыхаясь от брызг. «Кричи! — позвал он. — Отзовись!» Может, она была сейчас под водой всего в нескольких футах от него. Может, она уже утонула… При свете молнии он разглядел складки одежды и успел схватиться за них рукой. Он приподнял над водой голову Янины и тут же почувствовал удар сзади. В потоке, прибитая к камню, подпрыгивала огромная ветка — почти целое дерево, смытое с берега, — та самая, которая проплывала мимо гладиатора раньше. Ухватившись за толстую, корявую ветвь, он перевел дыхание. Янина была в шоке. «Я держу тебя, рабыня», — сказал он. «Господин!» — и она чуть не упала лицом в воду. В этот момент ветка под напором потока неожиданно соскользнула с камня. Под сучками запенились буруны. Гладиатор потянулся, хватаясь за ветку. Под его ногтями набилась кора и выступила кровь. Он вновь вступил в борьбу с потоком, обхватив левой рукой шею рабыни. Сверкнула молния, и он увидел, как впереди, почти на середине реки, плещется капсула. Вода не доходила считанных дюймов до ее дверцы. Гладиатор не сомневался, что в капсулу уже набралась вода. Он боялся выпустить ветку. Он не знал, сможет ли доплыть до берега. Мимо проплыло вывороченное с корнем дерево. «Смотри!» — вдруг крикнул он. Темноту прорезала неожиданная вспышка, и всю блестящую, гладкую поверхность капсулы осыпали искры. И вновь сгустился мрак. «Осторожно!» — закричал он и рванулся в сторону, ибо ствол дерева, подобно тарану, ударил в огромную ветку, за которую они цеплялись. «Ты в порядке?» — спросил гладиатор, стараясь перекричать шум воды. «Да, господин!» — ответила рабыня. Сквозь рев грозы откуда-то с низовьев донесся другой, еще более грозный рев. Гладиатор попытался всмотреться в темноту, переводя дыхание. Вероятно, вода хлынула в капсулу, ибо она вновь осветилась, на этот раз оранжевыми искрами. Снова наступила темнота — вспышка длилась не более секунды. Мимо проплыло еще одно дерево, за ветки которого цеплялся какой-то похожий на большую кошку зверь. Его шкура слиплась от воды. Ветка, за которую держался гладиатор, зацепилась за другой камень. «Что это за шум? — встревоженно думал гладиатор. — Рев тысячи зверей? Гром? И что стало с капсулой? Почему вспышка на ней исчезла так внезапно?» Рев усилился, заглушая ветер и грозу. Вдруг впереди послышался вопль, и гладиатор резко повернул голову — должно быть, выл зверь, которого он видел только что. Вопль внезапно стих. В темноте гладиатор отшвырнул ветку, несмотря на протесты рабыни, и начал из последних сил пробираться к берегу. Он дважды со всего размаха натыкался на камни. Когда рев был уже узнаваемым — рев титанического потока, утомленного работой, — гладиатор почувствовал под ногами илистый берег реки и выбрался из воды, вынося на руках полумертвую от страха и усталости рабыню. При следующей вспышке он увидел всего в нескольких ярдах кромку водопада. Опустив рабыню на землю, он по берегу подошел поближе. Высота водопада была не менее ста футов. Гладиатор видел, как из водоворота внизу выплывает перекрученное тело зверя. Вероятно, подумал гладиатор, они бы тоже не выжили в водопаде. Капсулы он не увидел, и не знал, выплыла ли она. Немного отдохнув, он взял на руки дрожащую рабыню и пошел вверх по течению — туда, где они оставили вещи. Дождь затихал. Гладиатору удалось найти сухую листву и ветки в защищенных от дождя местах и развести костер с помощью зажигалки, выброшенной из капсулы. Они разделись и развесили одежду на просушку. Одежда гладиатора высохла быстрее — она была легче, меньше размером и тоньше. Янина стоя л а на коленях у огня, просушивая распущенные волосы, когда до беглецов донесся звук рогов.

— Их уже несколько, — заметила Янина.

— Они на этом берегу. Мы переплывем реку — решил гладиатор.

— Только не в реку! — ужаснулась Янина.

— Вода уже сошла.

— Я боюсь реки.

— Я привяжу тебя, чтобы тебя не отнесло течение, — сказал гладиатор и накинул рабыне на шею веревку.

— Только для этого, правда, господин? — осторожно спросила рабыня.

— А ты как думаешь?

Янина смотрела на него с пугливой улыбкой — в руках сильных мужчин она умела быть женственной.

Доспехи он швырнул в реку. Они были сильно повреждены еще до бегства с «Аларии», и гладиатор считал, что на этой планете они станут только громоздкой обузой. Можно ли было избежать в них ударов колющего и режущего оружия? Можно ли не попасть в ловушку в таких бесполезных кусках стали? Разве они защитят от удара топора или веревочной петли, брошенной с дерева? Кроме того, это доспехи с корабля варваров, а гладиатор не считал, что они приняты у лесных жителей, если они вообще их когда-нибудь видели. Доспехи весили более ста фунтов и были уместны в огнестрельном бою, но вряд ли применимы на неразвитой, дикой планете, где выживание зависит от проворства, силы, хитрости и ярости, а не от неуязвимости.

Гладиатор связал в узел вещи, взятые из капсулы, и одежду Янины, которая должна была нести этот узел. Незаряженную телнарианскую винтовку он закинул за спину. Из всех доспехов на нем остался пояс с револьвером в кобуре. Туда же он засунул зачехленный нож. Гладиатор сделал себе посох, который можно было использовать и для боя, и при переправе через реку. Ведя рабыню на веревке, он вошел в реку. Янина несла узел на голове, придерживая его руками. Через несколько минут они благополучно выбрались на другой берег.

Гладиатор обмотал веревку вокруг шеи Янины и подоткнул ее свободный конец.

— Ты пойдешь за мной.

— Да, господин.

В этом случае она сама несла веревку, которая к тому же всегда находилась под рукой, что было очень удобно.

Ближе к полудню они опять услышали рога — на этот раз на своем берегу реки. Рога слышались сзади и справа, поэтому гладиатор решил взять левее в густой лес. Спустя час рога запели впереди них.

— Они уже ближе, господин, — пролепетала Янина.

— Да.

— Ведь это охотничьи рога, господин? — спросила она.

Гладиатор кивнул.

— За кем же они охотятся?

— За нами, — коротко ответил гладиатор.


Глава 14 | Вождь | Глава 16



Loading...