home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 16

— Встань за мою спину, — приказал гладиатор.

Янина прислушалась. Гладиатор стоял у скалы на лесной поляне, усеянной множеством валунов.

— Оставьте меня, господин, — попросила Янина.

Гладиатор раздраженно обернулся к ней, приказывая молчать. Она даже не спросила позволения заговорить! Конечно, прежде он от нее этого и не требовал.

Янина склонилась к его ногам и поцеловала их. Над беглецами нависала тень скалы. Как только они оказались на поляне, гладиатор поспешно подошел к скале и встал спиной к ней.

Звуки рогов усилились — вероятно, преследователи сигналили друг другу, что загнали добычу. Через несколько минут между деревьями замелькали тени, но на поляну никто не вышел.

Гладиатор сел, поджав ноги, и приготовился ждать. Время от времени он подбрасывал на ладони камешки. Янина прижалась к нему сзади.

Спустя четверть часа из леса вышел мужчина с кожаной повязкой на голове, облаченный в шкуры. За плечами мужчины висел топор.

Он сел, тоже скрестив ноги, спиной к деревьям, ярдах в двадцати от гладиатора. Гладиатор обратился к нему:

— Ты понимаешь, что я говорю?

— Да, — кивнул мужчина и без лишних разговоров заявил: — Ты — дризриак.

— Нет, — покачал головой гладиатор.

— У тебя их оружие.

— Но я не дризриак.

— Вы убили слишком много наших людей, — сказал мужчина.

— Я не хочу вредить тебе, — объяснил гладиатор.

— У нас есть лучники, в тебя мгновенно вопьется сотня стрел.

— Если бы вы были меткими стрелками, хватило бы и одной стрелы, — возразил гладиатор.

Из леса донесся сердитый ропот, но мужчина повелительно поднял руку, призывая своих людей к молчанию.

— Ты храбрец, дризриак.

— Я не дризриак, — повторил гладиатор.

— Разве ты пришел не за данью?

— Нет.

— Мы хотим оставить нашу еду, шкуры и женщин себе.

— Я не причиню вам вреда, — объяснил гладиатор. — Я положу свое оружие в сторону.

— Только глупец способен сам отдать оружие, — заявил мужчина.

Гладиатор медленно и осторожно снял с плеча телнарианскую винтовку и отложил ее в сторону, затем снял пояс и тоже убрал его вместе с револьвером и ножом в чехле.

— Ты остался безоружен, — удивился его противник.

— Как видишь.

— Ты не пытаешься угрожать нам потому, что остался без корабля, доспехов и огненных стрел для своего оружия? — спросил мужчина.

— Я не дризриак.

— Из какого ты племени?

— У меня нет племени, — пожал плечами гладиатор.

— У каждого есть свое племя, — наставительно сказал мужчина.

— Нет. В Империи миллионы людей не знают, из какого они племени.

— Я слышал об Империи, — отозвался мужчина.

— Это далеко отсюда.

— Кто ты?

— Меня зовут Пес, — сообщил гладиатор.

— Это имя зверя.

— Да.

— И это твое настоящее имя? — недоверчиво спросил мужчина.

— Не думаю, чтобы у меня было настоящее имя.

— Ты раб?

— Нет.

— Кто же ты? — удивился мужчина.

— Я крестьянин, — ответил гладиатор.

— Нет, ты дризриак.

— Почему ты так считаешь? — спросил гладиатор.

— Из-за женщины. — Гладиатор помолчал. — Ты держишь ее голой, с веревкой на шее, — пояснил мужчина.

— Да, — кивнул гладиатор.

— Это не женщина крестьянина, — заметил мужчина. — Она красива. Достаточно красива, чтобы быть пленницей. — Гладиатору было нечего сказать. — Она — женщина с невольничьего рынка.

— Все женщины — рабыни, — ответил гладиатор.

Из-за деревьев одобрительно зашумели.

— Это женщина дризриаков, — решил мужчина. — Она довольно красива, поэтому должна быть их женщиной.

— Тогда их женщины и впрямь должны быть хороши, — ответил гладиатор.

— Так оно и есть.

— Кажется, вам не нравятся дризриаки.

— Нам приходится прятаться от них в лесах, — объяснил мужчина.

Гладиатор пожал плечами.

— Где твой корабль, где все остальные?

— Мы здесь одни, у нас нет корабля.

— Как же вы очутились здесь?

— Мы бежали с захваченного имперского корабля «Алария» на спасательной капсуле. Она доставила нас сюда. Капсула утонула в реке.

— Кто захватил ваш корабль?

— Ортог из племени ортунгов.

— Ортог — это принц дризриаков, — сказал мужчина и сплюнул в сторону.

— Его дом откололся, — объяснил гладиатор.

— Тогда кто придет к нам за данью?

— А что, кто-то должен прийти?

— Прежде приходил он.

— Кто?

— Ортог, за данью для дризриаков, — пояснил мужчина.

— Вероятно, больше у вас не будут брать дань, — предположил гладиатор.

— Так не бывает, — возразил мужчина.

— Но вы же спрятались в лесах.

— Они все равно придут.

— Тогда вы должны бороться.

— Они могут уничтожить леса, — вздохнул мужчина.

— Они и впрямь так сильны?

— Да.

Некоторое время собеседники молчали.

— Так ты не дризриак? — наконец спросил мужчина.

— Нет.

Отдай нам женщину, тогда можешь уйти.

— Нет, — отказался гладиатор.

Янина крепче прижалась к нему.

— Ты отдашь свою жизнь за женщину? — удивился мужчина. Гладиатор молчал. — Ведь она рабыня, да?

— Да.

— Значит, ее можно купить и продать, как свинью.

— Да.

— И ты хочешь отдать за нее жизнь?

Гладиатор снова промолчал.

— Мы отнимем ее. Нас много, ты один.

— Наверное, в лесах не знают о чести, — произнес гладиатор.

— Только в самой глуши лесов в наше время можно помнить о чести! — вскипел мужчина, вскакивая на ноги.

Гладиатор тоже поднялся.

— Мы дадим за нее две шкуры черного волка, — предложил мужчина.

— Она не продается.

— Тогда три шкуры.

— Нет, — отказался гладиатор.

— Ты мог бы отдать ее нам из уважения, — заметил вождь.

— Верно.

Янина вздрогнула всем телом.

— Отдай ее нам.

— Нет.

— Тогда отдай нам твое оружие.

Гладиатор отрицательно покачал головой.

— Но ты же сам сказал, что ты безоружен!

— Это правда.

— Тогда отдай оружие нам.

— Нет.

Мужчина взял в руки топор. Не сводя с него глаз, гладиатор подобрал с земли свой посох.

В это же время из леса на поляну выступило не менее семидесяти мужчин. Позади них, за деревьями, мелькали другие.

— Их так много, господин! — крикнула Янина.

Воинов на поляне все прибавлялось. Вскоре гладиатор и коленопреклоненная рабыня оказались окруженными с трех сторон. Всего из леса вышло больше трех сотен человек. У них было различное оружие — копья и луки, мечи и топоры.

— Отдайте меня им, господин, — умоляюще произнесла Янина.

— Нет, — отрезал гладиатор и ударил ее, сбив с колен. Янина упала ничком, ударившись головой о камень.

— Дайте место, — приказал противник гладиатора, отходя на несколько футов. Воины расступились.

— Ты хочешь драться топором против палки? — спросил гладиатор.

Принесите посох, — приказал мужчина.

Воин, стоящий слева от него, ушел в лес и вскоре вернулся с крепкой палкой.

— Твой посох слишком длинный, толстый и неудобный, — заметил мужчина. Не зная силу гладиатора, он не мог предположить, что для того это не более, чем трость.

Мужчина отдал воину свой топор и взял посох. Он был вырезан из прочной, зеленой ветви, довольно гибкой, которая вряд ли могла сломаться легко, разве что от чересчур сильного удара.

На поляне был образован широкий круг. Янину поставили на колени у края круга, ее веревку укоротили так, что она свисала с шеи только на фут.

Посохи скрестились.

— Начинайте! — крикнул воин и ударом копья с резким треском разъединил их.

Гладиатор застыл в центре круга, не поднимая посох и не занимая оборонительной позы. Его противник ходил вокруг него, а гладиатор наблюдал за ним. Несколько раз мужчина делал ложные выпады, но гладиатор, казалось, не собирался ни отражать удары, ни наносить свои.

Наконец кончик посоха коснулся его — легким, испытующим ударом, но все же оставил заметную отметину.

— Теперь он разозлится! — крикнул кто-то.

Мужчина ударил гладиатора еще раз. Толпа закричала — таким ударом можно было сбить человека с ног.

— Да он силач! — заметил кто-то.

Разозленный этим замечанием, противник гладиатора нанес еще один удар.

— Ты что, ослабел, Астубакс? — насмешливо крикнули из толпы.

Озверев, мужчина ударил еще раз, но это было все равно, что бить по бесчувственному дереву или камню.

— Ай-яй-яй! — запричитали в толпе.

Наконец мужчина по имени Астубакс вложил в удар всю свою силу. Гладиатор даже не пошатнулся. Отметины на его теле не вызывали сомнений в силе ударов.

— Давай, дерись! — завопил Астубакс. — Или ты струсил?

В этот момент в глаза гладиатору было страшно взглянуть. В них застыло жуткое выражение, наводящее на мысль о буре в глухом лесу или подобное порыву ярости некоего чудовищного зверя, который не знает пощады.

Астубакс попятился. Гладиатор в упор смотрел на него. Затем этот странный, опасный блеск в его глазах исчез — будто чудовище неожиданно вернулось в свое логово.

Астубакс ринулся вперед, молотя посохом, но все его удары были спокойно и умело отражены. Затем посохи скрестились, и гладиатор шаг за шагом заставил Астубакса отступить к краю круга, откуда зрители в ужасе отпрянули. Но гладиатор не стал вышибать противника из круга, он только трижды вынуждал его отступить к самому краю, а потом позволял вернуться к центру. Астубакс побледнел и покрылся потом. Гладиатор отбил его удар, и, прижимая посох Астубакса, заставил того встать на колени посреди круга. Затем одним ударом он переломил посох врага. Астубакс попытался вскочить, но ему в грудь уперся посох гладиатора, опрокинув его на спину. В глазах гладиатора снова мелькнуло страшное выражение, и он уже занес посох, как копье. Внезапно его лицо смягчилось, он швырнул посох вперед, и тот вонзился глубоко в землю в шести дюймах от головы Астубакса.

— Радуйся, что я решил не драться, — заявил гладиатор, выходя из круга. Астубакс с трудом поднялся на ноги, и тяжело дыша, исподлобья глядел на победителя.

Воин, который держал за веревку Янину, поставил ее на ноги и подвел к гладиатору. Тот обмотал веревку вокруг шеи Янины, и она опустилась на колени рядом со своим господином.

— Кто вы? — спросил гладиатор.

— Мы — вольфанги, — ответил Астубакс, — остатки пяти племен некогда могущественного народа, разбросанного, как гласит легенда, по множеству планет.

— Что это был за народ?

— Его называли лесным народом, — ответил Астубакс.

Упоминание об этих же людях позднее появилось в летописях — их называли «вандалами», или «вандалиями». (Мы уже говорили о затруднениях, связанных с этимологией этого названия.)

— Что стало с другими племенами? — спросил гладиатор, ибо внезапно почувствовал острый интерес к их судьбе.

— Наверное, их больше нет.

— Что это были за племена?

— Даризи, хааконсы, базунги, и главное, самое многочисленное и воинственное — отунги.

— Ортог считал меня отунгом, — вспомнил вслух гладиатор.

— Почему? — удивился Астубакс.

— Не знаю.

— Кто ты?

— Я не знаю, кто я такой, — ответил гладиатор.

— Если ты из отунгов, значит, они не вымерли.

— Это родственное нам племя, — заявил грузный воин.

— Я не знаю, кто я, — повторил гладиатор. — Я только крестьянин.

— Если ты отунг, тогда ты не крестьянин, а воин, воин из рода лучших воинов!

— Нет, — покачал головой гладиатор, — я простой крестьянин.

В этот момент вдали послышался оглушительный треск ломающихся деревьев. Задрожала земля. В небо взметнулся столб пламени, и тут же по лесу разнесся запах гари.

— Это знак дризриаков! — кричали воины.

— Они нашли нас!

— Нам некуда бежать!

— Пойдем, — позвал Астубакс гладиатора.

Вместе с несколькими воинами они поднялись на скалу с плоской вершиной, откуда можно было обозревать леса по всей округе. Янина шла следом.

— Вон там, смотри! — указал Астубакс.

Огненный поток в милю шириной разделял лес.

— Это знак дризриаков!

— Нет, — возразил один из воинов, — он не такой. Смотри!

Полоса огня не была прямой — она изгибалась, образуя знак, который гладиатор видел прежде на своих доспехах. Он был и на поясе, оставленном внизу вместе с револьвером и ножом. Этот знак встречался на кораблях Ортога.

— Это знак Ортога, — сказал гладиатор.

— Но не знак дризриаков, — ответил воин, всматриваясь в огненную пляску.

— Как я понимаю, Ортог откололся от дома дризриаков, — уточнил гладиатор.

— И все же пришел за данью, как делал прежде?

— Думаю, да.

— Только теперь он собирает дань для себя, — заключил грузный воин.

— Похоже, что так, — согласился гладиатор.

— Его посыльные будут в деревне через несколько дней, — мрачно сказал Астубакс.

— И что вы хотите делать? — поинтересовался гладиатор.

— Платить дань, конечно. Что нам остается?

— Кто ваш вождь? — спросил гладиатор.

— У нас нет вождя, — ответил Астубакс.

— Разве так бывает?

— Дризриаки убивают наших вождей, и теперь никто не хочет быть вождем.

— А кому это надо? — вмешался грузный воин.

— Кто отважится выступить против силы дризриаков? — подхватил другой.

— И так они лишили вас вожака? — заключил гладиатор.

— И нашего мужества, — с горечью добавил воин.

— Иногда его потере предпочитают смерть, — заметил гладиатор, вспомнив зал суда и арену.

— У нас нет вожака.

— Астубакс говорит за нас, принимает посыльных.

— К моему несчастью, — добавил Астубакс.

— Вы должны выбрать вождя, — предложил гладиатор.

— Чтобы он умер, как и все другие? — сказал воин.

— Он не успеет опомниться, как окажется в стране мертвых, — добавил другой.

— Ты можешь уйти, — заметил Астубакс.

Они стояли на верхушке плоской скалы и наблюдали, как пылает среди леса огромный знак Ортога.

— Смотри, как они возвещают о себе!

— Да, хотят поразить нас.

— Мне все это не нравится, — нахмурился воин.

— Какое тебе до этого дело?

— Это наша печаль, а не твоя, — произнес Астубакс.

— Это не печаль, а вызов всем вам, — возразил гладиатор.

— Какая разница? — уныло ответил Астубакс.

— Разве человек из племени отунгов — не ваш родич? — спросил гладиатор. — И разве этот вызов не касается меня? Так вот, я его не принимаю.

— Не понял, — удивился грузный воин.

— Ты же крестьянин, — заметил Астубакс.

— Что за племя без вождя? — спросил гладиатор.

— Это не племя, — хмуро отрезал грузный воин.

— Волк без головы, без глаз и без силы, — добавил другой.

— Спящий зверь, — подхватил третий.

— Пойди и принеси мой узел с вещами, — обратился гладиатор к одному из мужчин. — Он остался внизу, у камня.

Человек на мгновение застыл, но все же направился, куда было велено, и вскоре вернулся с узлом.

Дым пожара плыл в сторону скалы. Внизу метались звери, в основном копытные — перепуганные, неуправляемые.

Гладиатор взял узел у воина-вольфанга и бросил его Янине.

— Одевайся.

Одежда была уже порядком измята и перепачкана; она истрепалась во время бегства в капсуле, изорвалась о ветки и камни в реке, но в ней еще оставались намеки на былую роскошь. Хотя цвета поблекли, были хорошо различимы и детали орнамента, и символ владелицы. Янина надела также богатые украшения, ожерелья и браслеты, захваченные вместе с одеждой.

— Это цвета дризриаков, — потрясенно вы молвил один из воинов.

— Смотри, какие узоры и знаки!

— И драгоценности!

— Если мы поняли правильно, — заявил Астубакс, — это одежда Геруны, принцессы Дризриакской.

— Так и есть, — ответил гладиатор.

— Тогда это Геруна! — воскликнул воин, с яростью указывая на Янину. — Ты взял ее в плен!

— Сестра ненавистного Ортога!

— Убей ее!

Но гладиатор отвел в сторону протянутое копье.

— Нет, — сказал он, — это не Геруна. Это простая рабыня.

— Нет, Геруна! — настаивал грузный воин.

— Разденься и убери одежду, — приказал гладиатор Янине.

— Она должна быть Геруной, у нее королевская одежда.

— Мы возьмем ее в заложницы!

— Он вел Геруну на веревке.

— Так мы можем сговориться с дризриаками!

— Это не Геруна, — решительно прервал все возгласы гладиатор. Он взял у Янины свернутую одежду вместе с драгоценностями и передал одному из воинов.

— Геруна носит на шее веревку! — захохотал воин.

— Это не Геруна, — настаивал гладиатор. — Как беспечны дризриаки! — сказал он, притягивая к себе Янину и поворачивая ее левым боком к воинам. — Если это Геруна, значит, они заклеймили собственную принцессу!

На левом бедре Янины, высоко, почти у пояса, выделялась маленькая роза — клеймо рабынь.

— Это не Геруна! — воскликнул воин.

— Тогда откуда у тебя одежда Геруны?

— Я забрал ее на корабле, — объяснил гладиатор. — Это входило в мой план бегства. Рабыня надела одежду, чтобы ее приняли за Геруну.

— А сама Геруна? — спросил кто-то.

— Я вел ее на веревке нагую, связанную, с повязкой на лице, по коридорам корабля, мимо сотен воинов Ортога.

Вольфанги захохотали от удовольствия.

— Встань на колени, — обратился гладиатор к Янине, и та поспешно опустилась. — Руки на бедра, колени в сторону. Опусти голову.

Янина послушно выполнила приказы.

— А какая она, Геруна? — с любопытством спросил один из воинов.

— Думаю, ты решил бы, что у нее тело недешевой рабыни, — ответил гладиатор. — Прежде, чем я покинул корабль, она лежала, прижимаясь головой к моим ногам.

— Дризриаки забирают наших женщин, — нахмурился грузный воин.

— А вы сделайте их женщин своими рабынями, — предложил гладиатор.

— Слава вольфангам!

— Давно уже мы забыли вкус славы…

— У вас нет вождя, — напомнил гладиатор.

— Разве копье может противостоять звездному огню? — вздохнул грузный воин.

— У меня есть план, — коротко проговорил гладиатор.

— Пора выбирать вождя, — заметил другой воин. — Только это будет самоубийством для любого из нас.

— Да, его убьют дризриаки.

— Пусть об этом позаботится сам вождь, — сказал гладиатор.

— Ты не вольфанг, — заметил Астубакс.

— Тогда выберите кого-нибудь из своих, — легко согласился гладиатор.

Воины переглянулись.

— Астубакса? — нерешительно сказал один.

— Нет, — отказался Астубакс.

— А ты стал бы говорить с дризриаками? — спросил грузный воин у гладиатора.

— Конечно.

— И что бы ты предложил им?

— Вызов, — ответил гладиатор.

— Безнадежно!

— Честь легче всего купить в самых безнадежных сделках, — заметил гладиатор.

— А что скажут наши женщины?

— Они будут повиноваться.

— Давно уже у нас не было вождя! — воскликнул грузный воин. — Так у тебя есть план?

— Да, — ответил гладиатор.

— Тогда пойдем в деревню.

Все вместе они спустились со скалы и пересекли круг, в котором двое мужчин недавно дрались на посохах, оставив свежие следы. Астубакс и гладиатор вели воинов. Позади гладиатора, слева, мелкими шажками спешила Янина с обмотанной вокруг шеи веревкой, неся узел с одеждой и драгоценностями, которые некогда украшали Геруну, принцессу Дризриакскую, сестру Ортога. Янина была рабыней, и в ее обязанности входила переноска вещей. Другие же были свободными людьми. Группа пересекла широкую полосу обугленных деревьев, среди которых попадались скелеты погибших животных. Сверху на воинов смотрел гриф. Птицы стаями слетелись к пожарищу, собирая насекомых, лишенных естественной защиты — листьев и мелких сучков. Теплый пепел согревал босые ноги Янины.

Вечером они достигли деревни.

Ночью, при свете громадного костра, под крики и шум оружия был провозглашен новый вождь вольфангов — маленького племени вандалов. В знак почести воины подняли гладиатора на щитах.


Глава 15 | Вождь | Глава 17



Loading...