home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 1

— Посмотрим, есть ли здесь мужчины, — провозгласил Аброгастес. Он передал пустой рог для питья оруженосцу и вытер губы тыльной стороной правой ладони.

Вассалы и приближенные застучали по длинным столам, расставленным вдоль зала.

Бывшие гражданки Империи поспешно принесли сосуды для питья. Оруженосец передал Аброгастесу вновь наполненный рог.

Сидящий на скамье между высоких деревянных резных колонн, Аброгастес взглянул вниз с помоста, на зал и столы. Он сжимал в руке рог сорита — расписанный, покрытый золотой филигранью, в котором пенился брор с пряностями и медом, сваренный из золотистого ли.

Завершалась пора бурь и каменных дождей на планете алеманнов и их желтом солнце. Тяжелые боевые корабли еще спали в стальных ангарах.

В пору бурь планета алеманнов оказывалась закрытой для ежегодного потока камней, устремляющихся с небес — некоторые из них почти приближались к планете, были видны в ночи, но не достигали поверхности.

К весне небеса прояснялись.

И тогда вновь пробуждались боевые корабли.


Аброгастес пребывал в дурном расположении духа.

Он мрачно уставился на свой рог, брор стекал по его бороде.

Позади него стоял оруженосец с мечом. На скамье справа лежал револьвер из Империи — простое, но драгоценное оружие. В Империи только человек из класса сенаторов мог обладать таким оружием, да и то с ограниченным числом зарядов. Дело в то, что за миллиарды лет ресурсы, которые некогда казались неисчерпаемыми, истощились, и их было невозможно восстановить.

Во множестве случаев даже имперские войска приходилось снабжать простыми видами оружия. Силы имперских войск и окружающих алеманнов врагов оказались равны, и часто такими врагами бывали прежние федераты, живущие в пределах Империи. Преимущество имперских войск на многих планетах зависело уже не от военной техники, дисциплины или тактики. Несколько' акров земли или женщину порой можно было обменять на одну старинную пулю. Однако мощь Империи еще не вызывала сомнений; Империя могла управлять своими ресурсами и препятствовать вторжению в свои основные центры. Она еще могла уничтожать целые планеты. Но таких планет было множество, и уничтожение одной из них делало невозможным уничтожение других — на это не хватило бы энергии. Как говорится, эта пуля была бы потрачена.

По залу разносился еле слышный звон колокольчиков на ножных браслетах, когда бывшие гражданки Империи, разнося большие деревянные блюда, торопливо пробегали босиком по грязному, устланному тростником полу, прислуживая гостям, приближенным, свите, воинам, знатным людям, посланникам, купцам, учителям, сыновьям вождей, заложникам, сидящим под высоким потолком в зале Аброгастеса, повелителя дризриаков, самого многочисленного и свирепого из одиннадцати племен народа алеманнов. Обычно в Империи этот народ называли аатами.

Аброгастес передал пустой рог оруженосцу, и тот отложил его в сторону.

Такой рог следовало осушить прежде, чем класть его куда-либо. Из рогов обычно пили у алеманнов, вандалов и других подобных народов.

Бывшие гражданки Империи суетились вокруг. Надсмотрщики в цветных одеждах, ярких плащах и ливреях различного покроя не потерпели бы промахов или промедлений со стороны прислуживающих красавиц.

Аброгастес казался раздраженным. Он часто бывал таким, когда меч, его печать для свершения дел, не оказывался в его руках, когда он не вылетал на бой, когда его не ждали приключения. Однако Аброгастес не был заурядным искателем приключений, азартным драчуном, простым разбойником или пиратом, вроде тех, что рыскали повсюду, высматривая поживу, прокрадывались в предместья городов, а потом разбегались по улицам, устраивая сечу из пламени и стали, и ускользали так же быстро, как и приходили, прежде чем по сигналу бедствия прибывали грозные крейсера Империи.

Он знал, что на некоторых планетах пренебрегают подобными вторжениями и не принимают никаких мер, в то время как на других, не в пример более богатых, выставляют мощную охрану — такую, которая запросто могла бы уничтожить целый флот варваров.

Неужели это была невысказанная сделка, удивлялся он, род соглашения, по которому он мог грабить некоторые из планет, удовлетворяясь тем, что ему предлагали?

Значит, об остальном ему придется забыть? Неужели они думали избавиться от него, бросив кость? Неужели рассчитывали, что обгладывая ее, он забудет о жареном мясе, аромат которого доносит до него даже самый легкий ветер?

Значит, они считали его псом, которого можно так легко задобрить?

Аброгастес знал, что граждане Империи считают его и всех его сородичей псами.

Но они еще не знают псов народа алеманнов, размышлял он про себя, один из которых лежит справа на помосте, настороженный, со взъерошенной шерстью, и оглядывает столы из-под полуприкрытых век.

Псы алеманнов и многих других народов были огромными, проворными, беспощадными и свирепыми хищниками.

Аброгастес усмехнулся, подумав, что у псов есть клыки и сила воли.

С некоторыми планетами, которые официально еще входили в состав Империи и были населены в большинстве случаев федератами, Аброгастес заключил соглашения. На этих планетах жители еще продолжали совершать публичные жертвоприношения на алтарь гения Империи, в то время как ресурсы планеты и дань надежно защищали их от вторжений. В сущности, они стали молчаливыми союзниками алеманнов. Они способствовали увеличению могущества алеманнов и прочих народов, которые пошли на подобные шаги по экономическим или политическим причинам. Символы и знамена Империи еще украшали на таких планетах общественные здания, театры и тому подобное, в то время как по справедливости шкуры на шестах в поле или на больших фургонах были бы более подходящими в этом случае.

На собрании в зале присутствовали жители подобных союзнических планет.

Здесь же были представители каждого из одиннадцати племен народа алеманнов.

Здесь были и порученцы других племен и народов — официальные союзники или федераты Империи, признанные или не признанные; здесь же присутствовали посланцы с внешних планет, различных народов, которые жаждали земли, еды, золота и власти.

Оруженосец Аброгастеса с его мечом в кожаных ножнах оглядывал собравшихся, подобно настороженному псу. На таких сборищах он не пил. Он, оруженосец, должен был всегда оставаться начеку, постоянно проявлять бдительность.

Аброгастес не был ни обычным разбойником, ни пиратом.

Он был дальновиден и мудр. Его звали Фар-Граспером, «хапугой», и полностью это звучало так: Аброгастес, повелитель дризриаков, Аброгастес Фар-Граспер.

Будь он обычным пиратом, он не стал бы, вероятно, созывать такое собрание.

Здесь присутствовали представители множества племен и народов.

Слева от его скамьи, с помоста, доносился едва слышный звон цепей. К меховому сапогу Аброгастеса иногда прижималось что-то мягкое. Один раз он раздраженно отшвырнул это нечто ногой. Вновь раздался звон цепи и тихий возглас отчаяния, боязни и умоляющего возражения.

— Не желает ли господин перекусить? — спросил оруженосец.

— Да, не откажусь, — пробурчал Аброгастес Фар-Граспер.

Оруженосец поднял руку в повелительном жесте.


Примечание редактора | Король | Глава 2



Loading...