home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 3

— Посмотрим, есть ли здесь мужчины! — воскликнул Аброгастес. — Есть мужчины или нет?

— Есть, есть! — отозвались пирующие, поднимая рога.

Сильные руки хватали куски жареного мяса, по которому текли жир и кровь, с тяжелых, широких деревянных блюд. Блюда с испугом подносили бывшие гражданки Империи, ныне закованные в цепи. Позади них, там и тут стояли юноши-надсмотрщики в разноцветных одеждах и ярких плащах, с хлыстами, обязанностью которых было следить, справляются ли с работой прислужницы.

Оглядевшись, Аброгастес грузно опустился на скамью между двумя колоннами.

Он был неспокоен и зол.

Он выпил слишком много.

Справа от него лежал огромный пес — зверь, которого держали из-за преданности и подозрительности, свирепости и храбрости — боевой охотничий пес, который будет защищать своего хозяина до последней капли крови, который по одному слову хозяина бросится даже на медведя-арна или викота, не говоря уж о дюжине вооруженных воинов, и наведет ужас на самых храбрых.

Слева, у его ног, в ошейнике и на цепи лежало еще одно животное, предназначенное для других целей.

Аброгастес наклонился и положил руку на массивный лоб пса. Пес заворчал от удовольствия.

— Славный парень, — хрипло проговорил Аброгастес и потрепал громадного пса по голове.

Если бы на его месте оказалась рука другого человека, она в один момент оказалась бы отодранной свирепым движением огромных челюстей.

Аброгастес выпрямился и оглядел слуг, длинные столы у стен и пирующих. Затем злобно и недовольно склонился влево, к другому животному на цепи. Пес в испуге склонил голову. Ему было непонятно, зачем его привели на пир. Это животное, самка, не осмелилось даже робко и умоляюще прижаться губами к сапогам Аброгастеса.

Внезапно с одного из столов донеслась ругань. Двое мужчин вскочили, отшвыривая стулья.

— Прекратите! — крикнули им.

В руках спорщиков блеснули мечи.

Одна из бывших гражданок Империи завизжала.

Двое мужчин вскочили на стол, распихивая блюда и фляги, и спрыгнули на пол в центре зала. Их глаза налились кровью. Звучно лязгала сталь.

И вдруг земляной пол между соперниками взметнул фонтан грязи, по нему пролегла узкая дымящаяся полоса.

Все повернулись к Аброгастесу, который стоял у скамьи с револьвером в руках.

— Кто из вас враг? — грозно спросил он. Соперники застыли с мечами в руках.

— Это не он, — указал Аброгастес на одного из них, — и не он! — Тут он повернулся к другому.

Тонко зазвенели цепи — бывшие гражданки Империи стремились забиться подальше, в углы зала.

— Настоящие враги — в Империи! — провозгласил Аброгастес.

Прислужницы с блюдами и флягами в руках задрожали. Колокольчики на цепях звенели, когда рабыни переступали босыми ногами по земляному, устланному тростником полу. Женщины старались стоять спокойно, но то и дело слышался этот отчаянный, тихий звон.

Надсмотрщики стояли тут же с хлыстами. Они пересмеивались. Действительно, колокольчики, подвешенные к цепям, издавали звуки от малейшего движения.

— И вот это — враг, — заявил Аброгастес, указывая на еще дымящийся револьвер. Он оглядел удивленных гостей. — Это револьвер из Империи, — объяснил он, — такой, какие носят офицеры имперских войск. И это, — Аброгастес взвесил револьвер на руке, — настоящий враг, единственный истинный враг — тот, к которому надо относиться с уважением и осторожностью. Это касается всего оружия, кораблей, машин, другой имперской техники.

Он вновь огляделся.

— Что, если и у нас появятся такие вещи? — задумчиво спросил он.

Мужчины переглянулись.

— Подумайте об этом.

— Но это невозможно, — возразил один из гостей.

Аброгастес усмехнулся и сел на место.

— Мы уже обнажили оружие! — напомнил о себе один из соперников.

— Тогда пролейте кровь, — ответил Аброгастес.

— Как нам пролить ее? — непонимающе переспросил другой.

— Как кровь одних из нас, — пояснил Аброгастес, — как кровь братьев.

Оба мужчины полоснули себя по предплечьям, некоторое время смотрели, как по их рукам струится кровь, переглянулись и спрятали в ножны мечи, которые не следовало обнажать, если не проливалась кровь. У алеманнов и других народов оружие обнажали не просто так. Раздался шорох мечей, вползающих в ножны. Бывшие соперники сблизились, соединили раненые руки, прижали их. Кровь смешалась на руках. Мужчины радостно обнялись, пачкаясь кровью. За столами поднялся восторженный рев. Бывшие соперники заняли свои места.

Послышались резкие удары плетей, и прекрасные прислужницы — бывшие гражданки Империи, патрицианки, оставленные в живых за свою красоту — закричали от боли и отчаяния, подгоняемые нетерпеливыми надсмотрщиками. Колокольчики на их ногах зазвенели громче, когда прислужницы принялись ревностно выполнять свои обязанности.

— Господин, — склонился к Аброгастесу писец, низкорослый мужчина в темных одеждах, со свитком бумаг в руке. За ним стоял его слуга с плошкой чернил и связкой отточенных перьев. — Пора изложить цели сегодняшнего собрания.

Аброгастес поднял голову.

— Все гости в самом веселом настроении, — добавил писец. — Они примут любое ваше предложение.

— Еще не время, — возразил Аброгастес. — Тебе надо многому научиться, особенно обычаям алеманнов и, в частности, дризриаков.

Как уже не раз упоминалось, народ алеманнов состоял из одиннадцати племен. Их представители сейчас присутствовали в зале, помимо гостей из других племен и народов. Дризриаки были самым большим и свирепым племенем алеманнов. Аброгастес правил дризриаками. Алеманны, бесспорно, были самым могущественным из варварских народов, особенно с тех пор, как вмешательство Империи уничтожило их врагов, народ вандалов. Таким образом, Аброгастес, как король дризриаков, обладал исключительной властью.

— Да, господин, — потупился писец.

— Для чего нас пригласили на этот пир? — спросил знатный воин, сидящий неподалеку от Аброгастеса.

Аброгастес не подал и виду, что слышал этот вопрос.

— Вероятно, отпраздновать победу дризриаков над ортунгами, — ответил кто-то воину.

Сын Аброгастеса, по имени Ортог, порвал с дризриаками, и в обществе своих верных вассалов, тех, кто получил от него кольца, бежал, чтобы основать собственное племя ортунгов, или государство Ортунген. Корабли ортунгов подвергались непрестанному преследованию, и наконец флот Аброгастеса настиг их близ планеты, которая известна только по номеру, присвоенному в имперских записях — 738, а потом остатки ортунгов были уничтожены на планете, которую алеманны звали Тенгутаксихай — вероятно, это название означало «лагерь или логово Тенгуты». Имя «Тенгута» было распространенным у нескольких варварских народов, в том числе и у алеманнов. Справедливый, по мнению Аброгастеса, суд, свершился как раз на этой планете.

«У меня много сыновей», — сказал тогда Аброгастес, а потом вытер окровавленный нож о бедро и сунул его в ножны. Его дочь-предательницу, Геруну, которая бежала от дризриаков вместе с мятежником Ортогом, унизили, лишили всех прав и обратили в рабство. Аброгастес позволил любому предъявить права на бывшую принцессу и в конце концов отдал ее во власть грязному свинопасу.

Он оглядел столы. Да, у него и впрямь много сыновей. Вон двое из них, Ингельд и Гротгар.

«Интересно, преданы ли мне эти», — размышлял Аброгастес.

Его любимцем был Ортог.

«Гротгар — открытая душа, все его помыслы только о выпивке, лошадях и охотничьих соколах, — думал Аброгастес, — мне он не страшен. А вот Ингельд молчалив, себе на уме. У него беспокойно бегают глаза. Я никогда еще не видел Ингельда пьяным, — внезапно вспомнил Аброгастес, — но не похоже, чтобы он стал раздавать кольца преданным людям — его не понимают. К нему в шатер редко кто приходит. Ортог был совсем другим — прирожденным вождем, основателем рода, смешливым, беззаботным принцем, таким, за которого воины были готовы умереть».

— Да, — подтвердил воин, — вероятно, мы празднуем поражение мятежников.

— Нет, — возразил кто-то, — это случилось уже давно.

— Тогда зачем мы собрались сюда? — недоумевал воин.

— Я не знаю, — ответил человек, к которому он повернулся.

— Должно быть, причина очень важная, — покрутил головой воин. — Смотри, сколько здесь собралось гостей издалека!

— Да, — согласился другой.

«У меня много сыновей», — равнодушно отметил про себя Аброгастес.

Затем он вытер нож. Этот нож сейчас висел на его боку.

«Трудно знать заранее, когда он понадобится вновь», — думал Аброгастес.

— Господин? — вопросительно произнес воин Аброгастеса Фар-Граспера.

— Пируй, — нетерпеливо ответил Аброгастес, который слышал весь разговор.

— Да, господин, — ответил воин.

— Эй, несите брор! — крикнул его сосед.

Одна из бывших гражданок Империи заторопилась к нему, смиренно опустив голову, так что волосы свесились вперед, к фляге, и наполнила рог зовущего.

Протиснувшись между сидящими, женщина не осмелилась протестовать, когда почувствовала чужую руку на своем бедре.

Аброгастес следил за бывшими гражданками Империи, прислуживающими на пиру.

В том, что этих женщин пригнали сюда, не было никакой ошибки или недоразумения, а тем более случайности.

Аброгастес хотел, чтобы его гости видели бывших жительниц Империи в таком виде, прислуживающими на пиру.

Теперь они не отличались от других женщин. Они даже выглядели весьма соблазнительно. Присутствие здесь этих женщин входило в план Аброгастеса.

Он почувствовал слева, у сапога, прикосновение шелковистой щеки. На этот раз Аброгастес не стал сердито отшвыривать животное.

Он услышал тонкий, благодарный стон.

Последовали нежные поцелуи — к ногам Аброгастеса прикасались через мех сапог.

Животное у ног Аброгастеса и не знало, зачем его привели на пир. Оно боялось и дрожало.

Конечно, на это были свои причины.

Аброгастес не подал виду, что почувствовал страстные, нежные прикосновения губ к своим сапогам.

Иногда бывает лучше делать вид, что такие знаки внимания остались незамеченными. Так животное лучше поймет, где его место.

Помедлив, Аброгастес отодвинул ногу вправо, подальше от маленькой, нежной зверюшки, которая прижалась головой к его сапогу.

Как уже упоминалось, зверюшка присутствовала на пиру не случайно. Это также входило в план Аброгастеса.


Глава 2 | Король | Глава 4



Loading...