home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


12. ТЕРРАНИС

Терряне имели простейшие телескопы. Чтобы преждевременно их не будоражить, оба корабля — и «Вихрь», и «Фантаск» — отвели на теневую сторону планеты, где и затормозили на высокой орбите. В ближайшие год-два звездолетам так и предстояло пребывать в постоянной ночи. Увы, эта мера запоздала. Было трудно рассчитывать на то, что там, внизу, никто не обратил внимания на полет двух блестящих точек в небе, которые к тому же странно слились в одну. Но с этим приходилось мириться и учитывать при планировании дальнейших действий. Маша надеялась, что со временем интерес к этому событию пойдет на убыль. Особенно если не тревожить население планеты новыми неосторожными шагами. Учитывая необходимость большой подготовительной работы, сделать паузу было легко и естественно.

А вот малые корабли не должны были простаивать без дела весь период подготовки десанта на Терранис. «Гепард» Бертрана и несколько шнелльботов «Фантаска» отправили исследовать обнаруженные астрономами семь остальных планет Эпса, как называли свою звезду терряне. Впрочем, так светило именовали местные люди. Ящеры звали ее иначе — Хассар. С ними, с рептилиями, хлопот предстояло больше, чем с одичавшими людьми, поскольку психология ящеров, их обычаи и даже социальный строй оставались загадкой даже для проживших на Терранисе века потомков кампанеллян.

Отдохнув после бурного праздника встречи, рабочие группы объединившихся экипажей напряженно трудились над планом. Основные его черты были ясны уже после первого заседания «большой четверки» — Маши, Сержа, Александера и Сумитомо. Сложнее оказалось определить темпы вмешательства. Парадокс заключался в том, что технических возможностей обоих кораблей с избытком хватало для самых революционных преобразований материальной стороны жизни на Терранисе. Но самих по себе новых технологий было недостаточно для решения проблемы. Напротив, они сулили еще более разрушительные войны при существующих моделях государственного устройства, уровня образованности и социального сознания террян. До тех пор, пока психология обитателей планеты не изменится коренным образом. Именно с этого, с изменения массовой психологии, и следовало начинать. Между тем изменить людей могут только люди. А людей, прибывших с Земли, было более чем недостаточно. Натиск да и любая форма необдуманной спешки могли привести только к одному — к безусловной неудаче, после которой все пришлось бы начинать сызнова и в худших условиях.

— Надо заняться кражей детей, — заявил Реджинальд.

Рыкофф недоуменно откинулся на спинку кресла.

— Поясните.

— Детей легче воспитывать, чем взрослых. Чистый ведь лист.

— Это понятно.

— А что не понятно?

— Думаете, родители отдадут их с охотой? Каким-то небесникам?

— Нет, конечно. Начнем с сирот. Ну и умерших будем выкапывать.

— Так это же на кладбища пробираться надо.

— Надо, сэр. В полночь. Без этого — никак. Еще придется подменять трупы правдоподобными куклами, способными разлагаться по всем правилам трупа. Это сложно, я понимаю.

— По-моему, не это самое сложное. На кладбище должна незаметно проникнуть целая группа специалистов. Незаметно сделать свое дело и так же незаметно исчезнуть. Представляете?

— Представляю. Тут подготовочка нужна. Маскировка, гипнотехника, тщательное планирование, хорошее знание местных обычаев и суеверий. Словом, предварительная инфильтрация.

— Риск остается. Просто большая его часть переместится на тех, кто будет инфильтрироваться, как вы говорите.

— Разумеется. Поэтому нужна еще подготовка по рукопашному бою, верховой езде, фехтованию на этих... чем они там дерутся, братья наши старшие?

— Почему — старшие?

— Потому что на девять веков нас обогнали. По пути регресса. Что скажете по существу дела, сэр?

— Потребуется постоянная база на планете.

— Она потребуется в любом случае, — вмешался Мбойе. — Где-нибудь в малопосещаемых дебрях. Кажется, Станислава уже закончила проект. Только у нее не совсем база получилась.

— А что?

— Укрепленный античный город из местных материалов и в местных архитектурных традициях, но с канализацией и водопроводом. Конечно, предстоит еще привязка к ландшафту. Желательно иметь поблизости лес, месторождение строительного камня и реку.

Если Рыкофф и подивился его осведомленности, то виду не подал.

— Так как вам моя идея, сэр? — поинтересовался Реджинальд.

— Что ж, идея здравая. Хотя и отдает совсем другим.

— Запускаем в разработку?

— Ату!

Под эту идею Джошуа Скрэмбл и Джанкарло Мерконци, «инженерный мозг» проекта, получили задание на конструирование потаенных средств передвижения. Психологи, врачи и социологи готовили программу параллельного обучения и воспитания в двух вариантах — для взрослых и детей. Они предложили организовать вокруг основной базы несколько концентрических колец фильтрации для постепенного возведения террян ко все более высокому уровню цивилизованности. Предполагалось, что на территории каждой из зон будет действовать своя, особая конституция.

— Круги рая, — хмыкнул Кнорр.

Но яростной атаки с его стороны не последовало. К тому времени уже эффективно работало средство против раздражительности планетолога, вечного оппонента любой идеи с головой погрузили в исполнение прямых профессиональных обязанностей. И это очень помогало, поскольку работы у планетологов хватало выше головы. Они составляли детальные карты Терраниса, с помощью дистанционных методов искали месторождения полезных ископаемых, вели метеорологические наблюдения, собирали информацию о промышленности, транспортных коммуникациях террян, следили за перемещениями враждующих армий и флотов. Оказавшись при деле, Альфред настолько преобразился, что сам высказал идею. Он предложил не ограничиваться пассивными наблюдениями погоды, а приступить к мягкому регулированию климата, чтобы увеличить продуктивность сельского хозяйства и тем самым повысить общее благосостояние населения.

— Сытые подобрее будут, — убеждал он.

— Страшное дело — гуманист с пустым желудком, — согласился Сумитомо. — Это называется фанатик.

— Да уж, знаю, — сказал Кнорр, думая о чем-то своем.

И они разошлись, довольные друг другом. Но Сумитомо часто качал головой и сокрушался по поводу надвигающейся «эпохи миссионеров». Точнее, по поводу связанного с ней риска.

— Ох и грустное это занятие — осчастливливать.

— Трудно начинать, — успокаивал Рыкофф. — Потом приспособимся. Не забывай, контакты уже завязаны.

— Но ведь кто-нибудь погибнет, — сказала Шанталь. — Там, внизу.

— Мы хорошо подготовимся.

— Как бы хорошо ни готовились, всего не предусмотришь.

— К сожалению, это неизбежно. Что с вами?

— Нет, ничего.


* * * | Эпсилон Эридана | * * *