home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 18

Я опустил боковое стекло и позволил легкому ветерку ворваться в салон и обдувать мое лицо, пока я вел машину. Сегодня вечером ветер был попрохладнее, и коже моей было приятно. Но никакой ветер не мог остудить моих чувств, уничтожить твердый ком, стоявший у меня в желудке. Итак, дело закончено. Конец партии. И я, как это ни странно, даже не был этому рад. Я взглянул на часы. Было одиннадцать часов. Воскресенье. Мне не очень хотелось делать то, что я собирался. Но рано или поздно это было необходимо сделать.

Я извлек из футляра свой тридцать восьмой, вынул из него все патроны и опустил их в карман. Там уже лежал галстук. Затем снова спрятал оружие. Мне совсем не хотелось туда ехать, но я ехал. Медленно, прислушиваясь к шуму двигателя «кадиллака», поглядывая по сторонам.

Она еще не ложилась и выглядела прекрасно. Дверь мне открыла, улыбаясь. Я вошел, пересек комнату и сел на диван. Девушка села рядом и вопросительно взглянула мне в глаза.

— В чем дело, Шелл? — тихо спросила Робин. — Ты странно выглядишь. Что случилось?

Я смотрел на нее, и меня продолжало подташнивать.

— Все кончено, — заявил я. — Я блуждал вокруг да около, но только сегодня вечером все понял. Странно, что я так долго не мог догадаться. Это ты убила Джо, и мне известно почему. Сейчас позвоню в полицию и скажу, чтобы они приехали и забрали тебя.

Робин ничего не возразила, только молча смотрела на меня.

— Мне очень жаль, — проговорил я. — Право, мне чертовски жаль, Робин.

Она ничего не предприняла. Не набросилась на меня. Только глядела своими умными, прекрасными карими глазами.

— Ты ведь говоришь это не серьезно, Шелл? Конечно нет.

— Я говорю совершенно серьезно. Мне хотелось бы, чтобы это было не так. Все кончено, красавица. Ты влипла. Но может быть, тебе еще повезет?

Прищурившись, она тряхнула массой пышных рыжих волос, которые почему-то напомнили мне о небе над островами в южной части Тихого океана.

— Я не делала этого, — сказала она. — Не убивала его, Шелл. Поверь мне.

— Ладно, Робин. Это была ты. Я подозревал Эдди Кэша, но проверил его алиби. Он чист. Это не был и Дракон. Все сходится на том, что это была ты.

Девушка расслабилась и вдруг прижалась ко мне.

— Забудь об этом, Шелл, — попросила она. — Пожалуйста, забудь. — Ее теплое дыхание коснулось моей щеки. Она прижалась губами к моей шее и прошептала:

— Ты ничего не знаешь. Ты ничего не знаешь!

Картина была странной. Мы сидели на диване, тесно прижавшись друг к другу. Она зарылась лицом мне в шею, и ее волосы щекотали мою кожу. Мы говорили о том, что произошло. Говорили очень спокойно. Ни криков, ни оскорблений, ни злобы. Будто беседовали за вечерним чаем и собирались выпить и посмеяться. Но в моем желудке по-прежнему лежал холодный ком, и я знал, что это не игра. Она тоже это знала.

— Ты рассказывала мне, Робин, что Джо не бегал за девчонками, не путался с другими женщинами. Говорила, что любила его и хотела выйти за него замуж. Ты жила с ним и была к нему привязана. И вот когда ты узнала, что он обманывает тебя и встречается с другими женщинами, ты его убила. Может быть, потому, что любила, может, из ревности или, скажем, мести. Как бы то ни было, это убийство. И его совершила ты, Робин.

Казалось, кровь отхлынула от ее лица. Положив руки мне на плечи, она притянула меня к себе.

— Замолчи… Перестань… — тихо и нежно шептала она. — Шелл, Шелл! Поцелуй меня! Пожалуйста, поцелуй меня! — Губы ее были холодными и сухими.

Я мог легко ее остановить. Робин действовала откровенно и неуклюже. Но я не стал этого делать. Мне было интересно, решится ли она? Как далеко она зайдет?

Ее рука скользнула мне под пиджак. При этом она все крепче прижималась своими губами к моим, нежно покусывая их своими зубками. Но я не выпускал из поля зрения осторожные движения ее руки под моим пиджаком. Она нащупывала мой револьвер.

И вдруг она отняла губы и отодвинулась от меня. Затем рывком поднялась с дивана, держа револьвер в руке. Лицо ее исказилось злобой. Она стояла прямо передо мной, широко расставив ноги и нацелившись мне в грудь. Девушка не колебалась ни минуты. Выдохнув сквозь зубы:

«Шелл», она нажала на спусковой крючок.

Раздался резкий щелчок. Она снова и снова нажимала на спуск, целясь мне прямо в сердце. Я не двигался. Наблюдал, как на ее лице появилось выражение растерянности и недоумения. Его сменило отчаяние. Она поняла, что случилось. Я видел, как ее лицо погасло, потом вокруг рта образовались складки. Оно перестало быть прекрасным. Выронив из ослабевших пальцев револьвер, девушка медленно опустилась на ковер и заплакала.

Время шло. Мне показалось, что прошло довольно много времени. Наконец из ее искаженного страданием рта вырвались признания.

— Теперь все это не имеет значения, — запинаясь, проговорила она, — но поверь, все это время я жила как в аду. Я любила его. — Она всхлипнула, ее ослабевшее тело вздрагивало на полу. — Я обвинила его в измене. В том, что он был с другой женщиной, что обманывает меня. А он в ответ рассмеялся. Джо просто смеялся надо мной. Говорил, что я ему надоела и что он собирается меня бросить. Мы поссорились. Это была жуткая ссора. Мы оба много пили.

Она медленно села, тупо глядя на меня. Тушь с ресниц черными пятнами растекалась по щекам.

— Он вызвал во мне такую ненависть, какой я не испытывала никогда и ни к кому в жизни, — продолжала она бесцветным голосом. — Я наливала ему еще и еще, а он глотал один стакан за другим, как будто это была вода. Шло время. Мы продолжали ссориться. Джо уже нетвердо держался на ногах. Тогда я ударила его сзади подставкой для книг. Я все била и била его. Вероятно, у меня помутился рассудок. Наконец Джо свалился на диван, а я не знала, что делать дальше. Я попыталась вливать ему в горло новые порции виски, лила алкоголь на его одежду. Потом застегнула его рубашку и каким-то образом сумела вытащить его и втиснуть в машину. Я ехала, еще не зная, что буду делать. Мне вспомнились газетные сообщения. Писали о многочисленных несчастных случаях. И я подумала, что, может быть, и это сойдет за несчастный случай на дороге. Въехав в одну из темных аллей Елисейского парка, я открыла дверцу машины и вытолкнула Джо. Я даже не знала, что это за улица. Было темно, вот и все. Обратно я ехала очень быстро и в какое-то мгновение подумала, что не справлюсь с машиной. — Робин тряхнула головой и опустила глаза. — Может, было бы лучше, если бы это случилось, — прошептала она. — Я вернулась домой, поставила машину и стала ждать полицию. Я чуть не сошла с ума. Я встал, поднял ее на ноги, подвел к дивану и усадил.

— Расскажи мне и все остальное, Робин. То, о чем умолчала. Об Эдди. Всю историю с шантажом.

— Ты и это знаешь?

— Большую часть. Я знаю, что Джо выкачивал из Эдди деньги. Думаю, что это был Джо, но могла быть и ты. Во всяком случае, ты знала об этом.

— Я знала об этом, — равнодушно сказала она, — но шантажировал Джо. Эдди все время проигрывал у Дракона. И в конце концов Дракон запретил ему заключать пари. Потом был убит партнер Эдди, и у Эдди вдруг появилась куча денег. Джо пришла в голову хитрая мысль: он позвонил Кэшу и заявил, что ему известно о том, что Эдди сам убил своего партнера. Это сработало. Джо был поражен, что ему удалось с такой легкостью получить деньги. Остальное его, по-видимому, не волновало. А поскольку я была в довольно хороших отношениях с Эдди, то могла следить за ним и, конечно, заметить, если он начнет что-то подозревать. Джо хотел, чтобы я всем говорила, что он мой брат. Эдди не нужно было знать, что я не сестра Джо.

— Да, вероятно, — согласился я. — Вот, значит, как все было. Скажи мне, Робин, одну вещь. Ты не думала продолжать шантажировать Эдди теперь уже самостоятельно?

Она ничего не сказала. Обхватив колени руками, она прижалась к ним лицом.

Я подошел к телефону, набрал номер ночного клуба «Сераль» и попросил капитана Сэмсона. Он все еще был там. Ожидая, когда он возьмет трубку, я в последний раз взглянул на Робин. Это была уже не прежняя Робин. Эта девушка выглядела гораздо старше, некрасивая и опустошенная.

Быть может, я и сам выглядел сейчас довольно бледно. Это было гадкое дело.


Глава 17 | Разворошенный муравейник | Глава 19