home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 35

Во сне Кирк держал на руках своего ребенка.

Дэвида. Трех месяцев от роду. Такого хрупкого. Столь полного жизни и обещаний.

Крошечный совершенный кулачок малыша держал Кирка за палец, довольно сильно сжимая его.

– Посмотри на эту хватку, – сказал Кирк. – Явно собирается быть капитаном звездолета. Наверно, мне следует уже сейчас зарезервировать место в Академии.

Но Кэрол Маркус не улыбнулась в ответ.

Ее рука скользнула под толстые одеяла Дэвида, забирая его из объятий Кирка.

– Когда ты отправляешься?

Кирк знал, что происходит. Он был готов к этому.

– Мне не нужно отправляться, Кэрол.

Он мог сказать, что она ему не верит.

Он попытался ее убедить:

– Корабль Пайка, «Энтерпрайз», возвращается. Он пробудет в доке больше года. Им нужно его обследовать, чтобы заняться переоборудованием.

– А что потом? – спросила Кэрол.

Кирк не понял вопроса.

– Больше года, Кэрол. Я могу жить здесь, на Земле. С тобой и Дэвидом. Помочь присматривать за ним. И за тобой.

Полные губы Кэрол дрожали. Она боролась со слезами.

– А что потом? Когда переоборудование закончится? Ты собираешься уйти на «Энтерпрайзе»?

Кирк ничего не говорил, потому что Кэрол не понравилось бы то, что ему пришлось бы сказать. Если все пойдет так, как он планировал, он будет следующим капитаном «Энтерпрайза».

Но в словах не было необходимости. Кэрол прочла ответ в его глазах.

– Думаю, да.

Кирк погладил нежную головку своего сына, шелковистую от крошечных светлых завитков.

– Год, Кэрол. Возможно, два. С тобой и малышом.

– Этого недостаточно, Джим. – Она не могла сдержать слез. – Ему нужно больше, чем это. Мне нужно больше, чем это.

– Кэрол… Я люблю тебя.

Она грустно покачала головой. Малыш уставился на нее, зачарованный ее полными слез глазами.

– И этого недостаточно.

На этот раз Кирк не сказал ничего, потому что не мог придумать, что сказать. Этого не могло произойти. Не с ним.

– Я не хочу, чтобы ты помогал мне, – сказала Кэрол. – Или Дэвиду.

– Я его отец.

– Ты произвел его на свет. Это разные вещи.

– Кэрол… не надо.

– Я знаю, что лучше для моего ребенка, Джим. Не хочу тебя втягивать.

– Кэрол, не отталкивай меня.

Она взглянула на него с такой жалостью, что Кирк был потрясен.

– Джим, мне не придется тебя отталкивать. Рано или поздно ты уйдешь сам. Ты этого не видишь? Не знаешь, что это делает со мной? Что это сделает с Дэвидом? – В ее голосе появилось страдание.

Малыш начал плакать.

Кирк потянулся к нему, но Кэрол крепче сжала их ребенка в объятиях, нежно качая маленькую, спеленутую фигурку.

– Мой сын не будет воспитываться призраком, что находится за тысячи световых лет от дома. Я не буду отмечать его день рождения с помощью запоздавших на месяц подпространственных писем. – Она закрыла глаза, склоняясь над ребенком. – Он не будет смотреть на звезды, зная, что среди них погиб его отец. Этого не будет.

Кирк ощущал, как его сердце рвется из груди. Каждая частица в нем кричала – сражайся. Отвергни это изгнание.

Но он тоже любил Кэрол. Он знал, что она любит их ребенка. И потому, что не был уверен в том, что делать, не оказал сопротивления.

И подобно падающей звезде, что уносилась в космос, он наблюдал, как Кэрол и Дэвид уходили от него, из его жизни.

Пустоту от того, что они ушли, невозможно было заполнить, а боль его только усиливалась.

Это был последний раз, когда он позволил кому-то контролировать свою жизнь без борьбы. Это был последний раз, когда он позволил кому-то принимать решения за себя.

С этого дня он старался не делать ничего, что оставило бы у него хоть какое-то сожаление.

Каждый день стал лучшим днем. Каждая цель достигалась, и он знал, зачем.

Через два года он стал новым капитаном «Энтерпрайза», отправившимся на пятилетнюю миссию.

Вопреки невероятным случайностям он привел корабль домой.

И каждый раз, когда он сталкивался с неудачей, каждый раз, когда он сталкивался со смертью, он вспоминал, как держал в руках сына, такого хрупкого, столь полного жизни и обещаний.

Никто не может отнять это у меня, сказал он себе. Жизнь слишком драгоценна. Обещание будущего слишком необходимо.

С того дня, когда Кэрол попросила его уйти, каждое сражение велось за детей. Не только за его собственного ребенка, за всех детей. За будущее, за всех. Не было ничего более важного.

Все, что ему нужно было сделать – вспомнить своего ребенка на руках.

Именно это Кирк и помнил сейчас.

Во сне.

Ощущая прохладную ткань, прижатую ко лбу.

Вдыхая насыщенные ароматы джунглей Чала.

Его глаза, дрогнув, открылись.

Лицо, склонившееся над ним, приблизилось.

– Кэрол? – спросил он неуверенно.

– Тейлани, – ответила она мягко.

Кирк мгновенно насторожился.

Он потерял корабль. Но война продолжалась.

Он скатился с кровати, пробираясь сквозь прозрачную кисею, что висела вокруг нее.

Он был в доме Тейлани.

Две стены выходили в солнечный двор, окруженный густой зеленой растительностью.

Экзотические создания Чала, похожие на птиц, исполняли серенады с ближайших деревьев.

Он стоял голышом на прохладном, выложенном изразцами полу. Повел руками и плечами. Ни следа никаких повреждений от оглушения дизраптором или от падения на защитный экран.

Тейлани выскользнула из постели, одетая только в шаль из ткани, столь же прозрачной, как и кисея вокруг кровати. Но ее красота на него не подействовала.

Кирк повысил ставки, изменил правила.

Его сердце болело сильнее, чем он мог вынести, но теперь Тейлани была врагом.

– Где моя одежда? – резко спросил он.

Она игриво улыбнулась, не обращая внимания на его настроение.

– Иди в постель, Джеймс. Я хочу посмотреть, полностью ли ты выздоровел. – Она потянулась к нему.

Но Кирк отвернулся от нее и пошел к деревянному сундуку. Внутри была его гражданская одежда с Земли. Он начал одеваться. Хотел бы он, чтобы у них была его форма Звездного Флота.

– Джеймс, что случилось?

– Нападающие на той ферме – это были твои люди, не анархисты.

Тейлани придвинулась к нему поближе, руки скользнули вокруг него.

– Как они могли быть ими? Они пытались тебя убить.

Он вывернулся от нее.

– Эта игра окончена.

Он оглядел эту просторную комнату. Увидел свой комбинезон, лежащий вместе с ее на кресле. Метнулся к нему.

– Они не могли меня убить, – сказал он. Разорвал воротник комбинезона. Вырвал серебряное металлическое кольцо, спрятанное в нем. Нажал на переключатель активации на одном конце, заметил слабую готовность. Легкий свет.

– Что-то вроде эмиттера силового поля, не так ли? – сказал он, бросая это ей. – Отклоняет выстрелы. Именно поэтому ты велела мне не волноваться о выстрелах из пистолетов прошлой ночью. Именно поэтому ты потянула за мой воротник прямо перед тем, как мы напали – чтобы включить это. И именно поэтому в меня могли стрелять в упор и не попасть.

Тейлани встала на землю.

– Но, Джеймс, на ферме, ты же видел, в нас стреляли.

Кирк схватил рубашку и натянул на голову.

– Я видел, как ты потянула свой воротник, когда повернулась спиной к окну в кухне. А через секунду выстрел задел твое плечо. Меня бы не удивило, если бы ты могла настроить эмиттеры и на максимум, и на минимум, как инерционные амортизаторы. Заставить пули огибать тебя – или просто срезать угол, чтобы это хорошо выглядело.

– Тебе не нужно этого делать, Джеймс. Угроза анархистов миновала.

Кирк надел пиджак, ища ботинки.

Скотт был прав. В глубине души, вероятно, он всегда сомневался в Тейлани и ее мотивах. Но он был так захвачен этим приключением – находиться с ней, что отказался подвергнуть сомнению себя и свои мотивы.

– Анархисты на корабле были застрелены теми же самыми чалцами, что были на ферме. Должно быть, у тебя есть некоторые врожденные вулканские способности – от ромуланской части. Мысленный контроль за автономными системами? Так? Заставить сердце остановиться на несколько минут, чтобы одураченный человек выручил?

Тейлани все еще придерживалась вида оскорбленной невинности.

– Я не пыталась тебя одурачить.

Кирк сидел на краю кровати, надевая ботинки. Он знал, что злится на себя за собственную глупость. Но обратил это на нее.

– Ты лгала мне с самого начала, да? С первой встречи на ферме.

– Ты влюбился в меня тогда.

– Мы занимались любовью, – сказал Кирк. – Это разные вещи.

– Не поверю, что я тебе безразлична.

Кирк потянулся к ней, коснувшись ее лица.

– Теперь я вижу, как хорошо ты меня разыграла. Сначала ты бросилась ко мне. Но я сказал нет. И через минуту мы бежим, спасая наши жизни, сражаемся бок о бок… а потом…

Тейлани удержала его руку и поцеловала ее.

– А потом ты ощутил то, что ощутила я.

Кирк убрал руку.

– Ты предложила мне сложную задачу, когда ее у меня не было. Ты предложила мне шанс спасти мир. Это моя работа, Тейлани. То, что я делаю. То, кем я являюсь. Я не мог от тебя отказаться, и ты это знала.

Тейлани возмутилась.

– Скажи мне, что никогда не любил меня. Что до сих пор не любишь.

Кирк ощутил только стеснение.

– У меня замечательное ощущение, что Звездный Флот не может быть вовлечен в некоторые вещи, связанные с ромуланами и клингонами. Замечательное ощущение, что существует нечто, что я могу сделать и как гражданское лицо.

Тейлани повысила голос.

– Я хочу услышать, как ты скажешь, что не любишь меня.

Кирк не отвел от нее глаз.

– Я люблю свою работу.

Тейлани его ударила. Ее клингонские ногти царапнули щеку.

Кирк ощупал царапины, когда она отошла. Взглянул на следы крови на пальцах.

– Я еще могу помочь тебе, – сказал он спокойно. – В этом мире существует тайна, о которой, по-моему, не знаешь даже ты.

Лицо Тейлани исказил гнев.

– Какую ложь поведал тебе анархист?

– Ты была когда-нибудь в Арсенале?

Он заметил, что она вздрогнула.

– Как ты ослепила меня! Как я сам позволил себя так ослепить… Эта первая атака должна была заставить меня заподозрить, что это не ваша электростанция. Если бы анархисты и в самом деле хотели внести хаос в ваше общество, они бы сосредоточили бомбардировку на ней, чтобы ее разрушить. Но они хотели проникнуть туда. Зачем?

Подбородок Тейлани напрягся. Она была готова взорваться.

– Что там, Тейлани?

Она отвернулась.

– Не знаю.

Кирка удивило ощущение, что она говорит правду.

Он подошел к ней. Положил руки ей на плечи.

– Тогда пойдем туда со мной.

Он почувствовал ее дрожь.

– Почему только ты не можешь допустить, что сделал то, что и предполагалось сделать? – сказала она. – Мы победили! Чал в безопасности! Ты можешь остаться здесь со мной и всегда быть молодым.

Кирк развернул ее, чтобы взглянуть ей в лицо, вглядываясь в ее глаза.

– Ты не знаешь, как сильно я хочу сделать именно это, – нежно сказал Кирк. – Но судя по тому, что сказал анархист, то тайн Чала может быть и больше.

Она прислонилась к нему. Голова ее не доставала до его подбородка.

– Я знаю, ты меня любишь. – Он чувствовал ее трепет.

– Этого недостаточно, – сказал Кирк.

Зачирикал его коммуникатор.

Кирк вытащил его из пиджака, открыл, подтверждая вызов.

– Эт' Скотт, капитан. Я улавливаю судна, приближающиеся на высоких сверхсветовых скоростях. Как миним' два из них – клингоны.

– Гражданские?

– Судя по кривой мощности, я б сказал, что эт' военные крейсеры.

– Когда они будут здесь, Скотти?

– Всего через шесть минут. Датчики эти совсем не те, что раньше.

Тейлани положила руку на коммуникатор.

– В конце концов ты не остановил анархистов вовремя.

– Вовремя для чего? – спросил Кирк.

– Того, чего мы боялись. Если они не смогли нас уничтожить, то это лишь вопрос времени, когда они доберутся до того, кто сможет. Точно также как я добралась до кого-то, кто, как я думала, сможет спасти нас.

– Эти клингонские корабли идут сюда, чтобы разрушить Чал?

– Именно поэтому мы хотели, чтобы у тебя был звездолет, полностью вооруженный и защищенный.

– Правда, возможно, была бы более полезна, чем звездолет, – сказал Кирк. – Федерация в мире с клингонами. По крайней мере, мы пытаемся.

Он взял у нее коммуникатор.

– Скотти, подними меня прямо на мостик.

– Поднимать одного? – спросил Скотт.

Кирк сделал шаг от Тейлани.

– Одного, мистер Скотт.

Но как только он произнес эти слова, он понял, что Тейлани воспримет их как вызов.

Луч рассеял его в тот момент, когда она бросилась в его объятья.


Глава 34 | Пепел Эдема | Глава 36