home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава двенадцатая

Тим стоял ошеломленный.

— Почему ты не сказала мне это прежде?

Она посмотрела с упреком:

— Я знаю, как ты относишься к индейцам… Ко всем индейцам. Я хотела, чтобы ты полюбил меня.

— Это бы никак не повлияло на мои чувства к тебе. Я должен был знать. И многие в Мэд-Ривер, кроме старика Сэма, знают об этом?

— Не думаю. Сэм был другом моего отца. По крайней мере, отец жалел старика. Однажды ночью, когда они беседовали здесь, папа обмолвился, что его мать была чистокровная сиу.

— Старый Сэм этого не забыл, — обеспокоенно сказал Тим. — Теперь он намекает, что у тебя была причина симпатизировать Вульфу.

— Может, он прав. Я сочувствую индейцам. Я думаю, что переселенцы несправедливы к ним.

— Мы можем лишь надеяться, что Сэм не скажет об этом кому-нибудь еще. Если по городу пойдут разговоры об индейской крови в твоих жилах — трудно сказать, что из этого выйдет…

— Решат, что я помогла Вульфу сбежать?

— Возможно.

— Подождем — увидим.

— Между тем этот сумасшедший полукровка остается на свободе и наводит на горожан страх. Флэш Моран подходил ко мне сегодня. Он настолько боится, что до полусмерти надирается виски.

— Подходящий конец для такого, как он, — сказала Сьюзан.

— Я не переживаю за Морана. Но вот за нас с тобой…

— Сэм не станет болтать. Он сказал только тебе, и то потому, что был слишком пьян.

— Хорошо бы так, — сказал Тим мрачно. Он припомнил, что старый старатель все еще продолжал пить, когда он покидал салун. Трудно сказать, с кем он еще будет болтать и что еще скажет…

В тот день, когда вдова Лайонела Мейсона и ее дети покидали ранчо, проданное синдикату, Тим был вызван в офис банкира Нила Нильсона. Толстяк, последний из дьявольского трио, на которое когда-то работал Тим, был весь в нетерпении.

— То, что я хочу сказать, займет немного времени, помощник шерифа.

— Ничего не случилось?

Толстяк невесело рассмеялся:

— Глупый вопрос. Ты ведь знаешь, что я больше никуда без охраны не выхожу, и еще спрашиваешь!

— Мы пытаемся выкурить Вульфа, — сказал Тим.

— Хотелось бы верить.

— Мы ищем.

— Откровенно говоря, мне надоело ходить вокруг да около. Поговорим прямо. Меня не удовлетворяет нынешний шериф или, скажем, то, как она работает, Я никогда не жаждал видеть ее на этом посту. Курам на смех! А теперь, раз уж она не в состоянии обеспечить нам защиту от индейцев, я целиком за то, чтобы сменить шерифа.

— Понимаю, — сказал Тим.

— Ее должность мог бы получить ты, Паркер. Забудем прошлое. Ты искусно владеешь оружием, и я бы хотел, чтобы ты был на моей стороне. Все, о чем я прошу, — это чтобы ты прикончил Вульфа до конца недели. Достаточно приемлемый срок для тебя. Я уверен, что ты догадываешься, где он прячется. Просто поджидаешь верного случая, да, Паркер?

Тим пытался сдерживать свое отвращение к банкиру.

— Я поразмыслю.

— Я знал, что ты меня поймешь, — сказал, повеселев, Нильсон. — Назначать нового шерифа буду я. Если им станешь ты, могу обещать тебе богатое будущее.

— Каким образом?

— Железная дорога приближается к нашему округу, Паркер. А с ней — более чем достаточно зелененьких для всех нас. Подожди, сам увидишь! Я буду управлять всем округом — вместе с тобой. Ведь ты сделаешься моей правой рукой…

— Соблазнительно.

— Дело всей жизни, Паркер! Не отказывайся.

— А как быть со Сьюзан Слейд? — спросил Тим. — Где она пристроится?

— Об этом я пока не думал. Если ей повезет — отпустим на все четыре стороны. Здесь она мне не нужна.

— Мне не хотелось бы, чтобы с ней что-нибудь случилось.

— Ей-то все равно, что случается с другими! — почти провизжал банкир. — По ее милости я — в списке смертников.

Тим задал тот же вопрос, который задавал когда-то судье:

— Почему? Что имеет Вульф против тебя?

Нильсон скорчил гримасу.

— Он вбил себе в башку, будто мы мало заплатили ему за кое-какую работу. Но, по правде, ему заплатили больше, чем он стоил.

— Ему заплатили столько, сколько обещали? Или нет? Индейцы уважают людей, которые держат свое слово.

— Ты вдруг заговорил так, словно влюбился в индейцев! Кто-то обратил тебя в другую веру?

У Тима кровь прилила к лицу:

— Нет. Просто интересуюсь фактами. Если ты нарушил слово, данное Вульфу, — жди неприятностей.

— Теперь это ничего не значит, — сказал банкир. — Ты и я — мы заодно. Ты покончишь с полукровкой, а я сделаю тебя шерифом.

— Полагаю, что управлюсь, — сказал Тим, поднимаясь. — Это все?

— Все, Паркер. Я заметил, что ты ловкий парень, с той самой ночи, когда впервые увидел тебя в офисе Трента. Теперь у тебя есть шанс доказать это. Нет нужды приводить сюда Вульфа живым. Пуля между глаз — этого хватит.

— Если я что-либо обнаружу, дам тебе знать, — сказал Тим.

Из банка он возвращался в унылом настроении. Нильсон надеялся, подкупив его, перехитрить Сьюзан. Никакие деньги не толкнут Тима на предательство. И подыгрывал он жирному банкиру только для того, чтобы он не сделал такое же предложение кому-нибудь другому. Нильсон затевает грязную игру…

А насчет того, что Тим переменил отношение к индейцам… Тут банкир попал в точку. Жизнь показала Паркеру, что у любого народа — свои негодяи и свои праведники. Нелепо взваливать на целый народ вину за выходки нескольких человек.

Возле миссии Абеля Грея стояла группа опечаленных детей и стариков. Тим подозвал одного из мальчиков и спросил:

— Что тут происходит?

— Священник умер, — сказал мальчик, чуть не плача.

Тим передал Сьюзан горестное известие.

— Как стыдно, — расстроилась она. — Я должна навестить Сабрину.

— Обязательно, — согласился Тим.

— Что же теперь будет? Она не управится без отца.

— Справлялась же она до сих пор…

— Но отец, пусть даже больной, был рядом. Теперь же у нее никого не будет, если… — она осеклась.

— Если — что?

— Если она не найдет себе супруга. И побыстрее. Как насчет тебя, Тим? Я знаю: ты ей нравишься…

Тим вздохнул:

— И она мне нравится. Прекрасная девушка! Но я никогда ее не любил…

— Продолжаешь отгораживаться от чувств?

— Может быть… Нет, не уверен.

Они навестили Сабрину вдвоем. Тим сказал убитой горем девушке, что прихожане преподобного обязательно оплатят ей дорогу обратно на Восток. Сабрина, казалось, была готова покинуть штат, где ее отец провел свои последние дни.

Похороны проповедника собрали удивительно много людей, и Сабрина услышала множество слов сочувствия.

Неделя заканчивалась, а Тим еще ничего не сделал, чтобы продолжить игру, начатую банкиром. Ведь Нильсон ждал известия, что с Вульфом покончено…

Ночью, во время обхода, Паркер решил зайти в банк и поговорить с Нильсоном, который частенько возвращался туда даже ночью. Окна на фасаде были темны, но откуда-то из .глубины офиса пробивался свет.

Тим слез с лошади, привязал ее к столбу и толкнул переднюю дверь банка. К его удивлению, дверь отворилась. Тим постоял в раздумье: где же охранники, нанятые банкиром? Нильсон всегда брал их с собой, едва наступала темнота… Тим бросился к кабинету толстяка.

Луч света пробивался через приоткрытую дверь. Распахнув ее, Тим увидел то, чего следовало ожидать. Нильсон сидел за своим столом и, не мигая, смотрел на вошедшего широко раскрытыми, полными ужаса глазами. Голова толстяка была аккуратно оскальпирована, и кровь капала на пол. Толстяк только выглядел, как живой.

Вульф свел счеты с последним из троицы. Оставался только Флэш Моран!

Охранников Тим обнаружил во дворе. Оба были пьяны и плели что-то про бутылку с ромом, которую обнаружили в одной из своих седельных сумок.

Сьюзан не пошла в кабинет. Тим посвятил ее во все детали на улице. Когда он закончил, она глубоко вздохнула:

— Хватит, решено! Я готова предъявить обвинение Вульфу.

— Я предупреждал тебя с самого начала! — сказал он.

Сьюзан была бледна.

— Я поверила его рассказу. Он говорил так искренне!

— Не думай об этом, — сказал Тим.

— Я не имела права… Теперь я в ответе за смерть и судьи, и Нильсона.

— Не воспринимай этого так…

— А как? Я не имею права носить значок шерифа. Мне следует сейчас же уйти в отставку.

— Не торопись. Раз нам известно, что убийца — Вульф, я начну искать его. Начну сегодня же ночью!

— Искать — где? Где он скрывается? Ты можешь рыскать месяцами и не обнаружить его.

— Я начну со «Счастливчика Паломино». Флэш Моран был посредником между Трентом и Вульфом. Я допрошу Флэша. Ему хочется, чтобы Вульфа обезвредили. Если он что-нибудь знает, тут же расскажет мне.

— Ты так считаешь? — в ее голосе была надежда.

— Уверен, — сказал он и поцеловал ее.

Он обнаружил Флэша Морана в его конторе. Шулер дремал за столом, положив голову на руки. Он был снова пьян. Тим крепко потряс его и окликнул по имени. Моран ответил руганью. Тогда Тим выплеснул на него воду из стоявшего рядом кувшина. Мокрый, протрезвевший шулер уставился на Тима:

— Паркер? Чего тебе?

— Подробности, и живо! Нильсон убит сегодня ночью. Оскальпирован.

— Нет! — закричал шулер, окончательно трезвея от страха.

— Да. Это был Вульф. Следующий в его списке — ты. Если желаешь спасти свою шевелюру, рассказывай: где Вульф бывает, когда ему надо спрятаться.

— У него целая уйма таких местечек, — простонал шулер, схватившись за голову руками. — Мне конец! Ты его никогда не схватишь…

— Надо попытаться, — сказал Тим. — Составь список возможных тайников. И запомни: возможно, твоя жизнь зависит от твоей памяти…

Кажется, Флэш действительно старался. Он упомянул с полдюжины мест: пещеры в холмах, уединенные хижины вдали от города. Тим тщательно записывал. Оставил он несчастного шулера совершенно потерявшим самообладание.

Уже почти рассвело, когда Тим добрался до холмов. Он имел при себе подробные объяснения, как обнаружить каждое из пяти или шести убежищ метиса. Если повезет, он застанет убийцу в одном из них. Что потом? Он остановит Вульфа. Если этого не сделать, то бремя вины раздавит Сьюзан.

Никогда еще Тим не шел по следу с такой решимостью. И никогда еще не был так далек от успеха.

Розовый рассвет сменился ярким утренним солнцем, затем — обжигающим зноем полудня… И Тим, и его лошадь обессилели. Они остановились, чтобы передохнуть у водоема по дороге к шестому, последнему из известных убежищ Вульфа. Тот словно растворился в этой дикой местности. Рыскай по пустыне хоть месяц — даже тени его не увидишь. Значит, надо устроить ловушку. И Тим отправился обратно в Мэд-Ривер.

Стемнело, на небе высыпали звезды. Ночная прохлада привела в чувство обоих — и всадника, и лошадь. Паркер держал путь вдоль главной улицы к зданию тюрьмы. Он решил не подавать виду, что обескуражен. Хоть этим он хотел поддержать Сьюзан.

Толпу перед зданием тюрьмы он заметил издалека. Что-то случилось с шерифом? Он пришпорил усталую лошадь.

Протолкаться сквозь толпу было нелегко. Возле дверей путь ему преградил ковбой. Тим спросил:

— Что здесь происходит?

— Ждем шерифа, — сказал ковбой.

— Я — помощник шерифа, — представился Тим, показав на значок. — Где она?

— Не знаем, — сказал ковбой. — Но здесь ее точно нет. А внутри — мертвец.

Тим не верил своим ушам. Он кинулся внутрь. В отпертой камере лежал Флэш Моран с окровавленным месивом вместо головы. С него тоже содрали скальп… Итак, пока Тим рыскал в поисках полукровки, здесь разыгралась жуткая драма. Флэш Моран пошел повидать Сьюзан по какой-то причине, а Вульф, должно быть, следовал за ним. Видимо, он связал Сьюзан и разделался с шулером на ее глазах. А затем скрылся, захватив ее с собой как заложницу.

Ковбои толпились вокруг Тима, заходили в камеры, бродили там, где не имели права находиться, но Паркеру было не до них. Он растерянно осматривал камеру, ее голые оштукатуренные стены, по которым плясал свет зажженной в коридоре свечи. И тут… Совершенно случайно он заметил смутные очертания букв, написанных на пыльной стене. В неровном свете свеч и Тим прочитал слово, которое наверняка было написано Сьюзан в тот момент, когда убийца снимал скальп с Морана.

Он бросился к выходу. На улице он попросил у ковбоев свежую лошадь. Он надеялся, что успеет предотвратить еще одно убийство, а может быть, и два!

На пыльной стене тюремной камеры Тим прочитал: «Замок». Так называл Сэм Смит свое владение!

Очевидно, Вульф увез Сьюзан в особняк Смита. Тим и сам удивлялся, почему он не заехал туда. Это же идеальное укрытие для Вульфа! Сиу, присматривавшие за старым старателем, наверняка приютили убийцу. Недаром у Сэма было предчувствие, что когда-нибудь индейцы могут предать хозяина… Тим все чаще подстегивал коня.

До места он добрался уже около полуночи. Огромный замок неясно вырисовывался на фоне звездного неба, как призрак. Тим спешился. Огромная дубовая дверь была приотворена. Никаких признаков присутствия сиу. Вытащив свой кольт, Тим приготовился ко всяким неожиданностям. Он осторожно вошел в замок. Тишина и бесформенные тени под высокими сводами. Он двигался дальше, держа палец на спусковом крючке. Послышались шаги. Кто-то невидимый очень спешил вверх по лестнице.

Тим бросился за невидимкой. Тот поднимался все выше. Оставив предосторожности, он рванулся вперед. На верхней площадке лестницы он огляделся, но ничего не увидел в темноте.

— Брось револьвер, Паркер! — вдруг сказали из темноты. — Брось, или я тебя продырявлю!

Спорить не приходилось. Тим бросил револьвер.

— Это я, Сэм, — сказал он. — Тебе не стоит пугаться. Я пришел, чтобы помочь тебе справиться с Вульфом.

— Как великодушно с твоей стороны! — сказал Сэм Смит, появляясь из темноты с револьвером, нацеленным на Тима. — Но дело в том, что Вульфа, по случайности, здесь нет.

— Он здесь. И он увел с собой Сьюзан.

Сэм Смит рассмеялся:

— Это был не Вульф. Я подумал, что она может пригодиться потом…

Страшная догадка мелькнула в голове Тима. Сэм Смит — вот кто его враг! Сумасшедший старый золотоискатель, взявший его на мушку, и был убийцей. Это он теперь держал Сьюзан в качестве заложницы.

— Почему? — хрипло спросил Тим.

Старик сделал шаг вперед, не опуская револьвера. Он торжествовал:

— Все в Мэд-Ривер навесили на меня ярлык сумасшедшего. Но я умнее их всех! Трент, и Нильсон, и судья — они делали лишь то, что приказывал я. Это мои индейцы руководили налетами вместе с Вульфом и несколькими другими, готовыми сделать все за бутылку виски.

— И ты снимал скальпы? — с отвращением спросил Тим.

— Да, — кивнул маленький человек. — Я овладел этим искусством, когда провел пару лет среди сиу. Прекрасная работа, чистая, не правда ли? Вот только немного засуетился с Мораном, поскольку девчонка была в панике!

— Почему ты убил Морана?

— Он знал обо мне, — спокойно ответил Сэм Смит. — Он сделал ошибку, пытаясь со мной сторговаться. А когда понял, что будет следующим, бросился к тюрьме, чтобы рассказать все Сьюзан. Но я шел за ним по пятам.

— Ты выжил из ума, — сказал Тим. — Ты сумасшедший!

— Именно так и они всегда называли меня, — хихикнул Сэм Смит. — Но когда я избавлюсь от тебя и от девчонки, не останется никого, кто знал бы правду. Никто! Только мои сиу, которые будут молчать. А когда сюда протянут железную дорогу, сумасшедший станет хозяином всего округа. Что ты на это скажешь, мистер Паркер?

Ответа старик не дождался. Выстрел был точным. Словно споткнувшись, Смит выронил револьвер и упал. Тим обернулся на выстрел. Вглядываясь, он различил очертания фигуры. Это был Вульф, который сделал свой выбор не в пользу Сэма Смита.

Сьюзан, связанную по рукам и ногам, но невредимую, Тим отыскал в подвале. И узнал от нее, что сиу, которые уже давно ненавидели своего хозяина, предоставили Вульфу убежище. Вульф ждал случая доказать свое мужество, однако не отважился показаться в Мэд-Ривер: ведь жители города не стали бы его слушать и тотчас же расправились бы с индейцем, которому Смит создал страшную репутацию.

Тим прижал Сьюзан к груди:

— Смит мертв. И ты оказалась права насчет Вульфа…

— Да, — сказала она, крепче прижимаясь к нему. — Но не верится, что всему этому пришел конец…

— Конец, — сказал Тим. — И несколько последних часов помогли мне взглянуть на многие вещи по-иному. Я хочу остаться в Мэд-Ривер и жениться на тебе. Полагаю, что смогу уговорить себя взяться за работу шерифа. Но только в том случае, если ты обменяешь свою серебряную звезду на обручальное кольцо.

Она посмотрела на него влюбленным взглядом:

— А ты уверен, что готов жениться на девушке, в чьих жилах течет кровь сиу?

Он ответил ей поцелуем.


Глава одиннадцатая | Шериф с Мэр-Ривер |