home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава восьмая

Тим спросил у Герби, где Флэш Моран. Бармен притворно удивился: как, разве Моран не за своим столом? Тим протолкался через толпу посетителей и по длинному, узкому, темному коридору отправился на склад.

Ему послышались приглушенные голоса и возня. Вытянув из кобуры кольт, он осторожно двинулся вперед. Доски под ногами скрипнули, и он пошел медленнее. Глаза уже почти свыклись с темнотой, и он увидел человека, что-то снимающего с полок и передающего кому-то другому. Тим прибавил шагу — и успел в самый раз, чтобы застать Флэша Морана за передачей бутылок полукровке Вульфу. Тим, не колеблясь, нажал на спусковой крючок. Пуля вдребезги разнесла бутыль в руке Флэша.

Тот вскрикнул, обернулся и, выхватив свой револьвер, выстрелил в ответ. Тим увернулся, прыгнул вперед и выбил оружие из рук шулера. Завязалась борьба. Вульф и его спутники бросились наутек. Моран же, свирепо ругаясь, бурно сопротивлялся. Но Тим был моложе и сильнее.

Обезоружив шулера, Тим принялся наносить ему удары, пока не услышал хныканье. В кромешной тьме шулер все же узнал своего противника.

— Прекрати, Паркер! — взмолился он. — Хватит!

Тим стоял над упавшим на колени Флэшем с кольтом в руке. Он сказал холодно:

— Так значит, это ты продаешь сиу спиртное?

— Это не я, Паркер! Так распорядился Трент!

Тим не сомневался, что шулер говорит правду. Но ведь и Моран грел руки на этом грязном бизнесе. И даже испытывал удовольствие, выполняя инструкции Трента наперекор Паркеру. Тим сказал с отвращением:

— Ну хорошо. Поднимайся. И не пытайся искать свой револьвер.

— Нет-нет, Паркер, — шулер поднялся с колен.

— И не вздумай подстроить какую-нибудь пакость вроде нападения одного из твоих головорезов, — предостерег Тим. — Терпение мое лопнуло.

— Со мной у тебя больше не будет неприятностей. Я обещаю!

— Чего стоят твои обещания!..

Тим повернулся и пошел в салун.

Он был в ярости. Значит, Трент не посчитался с его решением не продавать спиртное индейцам. Просто вменил это в обязанность Флэшу Морану. Вот и предлог сказать мэру в лицо все, что тот заслужил…

Тим направился прямиком в магазин скобяных изделий. Как и полагалось в такой поздний час, центральная дверь была на замке. Но Паркер заметил, что в офисе Трента с той стороны здания горит тусклый свет. Он обошел дом кругом и постучал в дверь. Послышалось шарканье ног по коридору. Осторожный голос спросил через дверь:

— Кто там?

Это был Трент.

— Я, Паркер. Нужно срочно поговорить с тобой.

Лязгнула щеколда, дверь приотворилась. Трент сказал с упреком:

— Ты должен возвращаться в салун. Сейчас самая работа,

— Мы и об этом поговорим, — пообещал Тим, входя.

— Надеюсь, у тебя действительно что-то важное, — сказал Трент, запирая за ними дверь. — Здесь Нильсон и судья. Они обсуждают со мной дела, и им не очень-то понравится…

— Причина у меня серьезная, — бросил Тим.

— Посмотрим, — сказал мэр. Он провел Тима в офис. Тим оказался в плохо освещенной комнате.

Судья визгливо сказал:

— Тебе полагается сейчас быть в «Счастливчике Паломино» и охранять наши интересы!

Джим Трент плюхнулся в свое вращающееся кресло перед бюро.

— Я уже сказал ему это!

Жирный Нильсон, подавшись вперед в своем кресле, добавил:

— Ну, напомнить лишний раз не повредит…

— Ну же, Паркер, — сказал Трент. — Что тебя гложет?

Тим не сводил глаз с мэра.

— Мы только что интересно поболтали с Флэшем Мораном.

Трент рассмеялся:

— Впервые слышу, что Моран может быть интересным собеседником!

Тим прищурился:

— Тем не менее, он рассказал кое-что интересное. Например, что он по твоему приказу продавал спиртное Вульфу и остальным индейцам.

Человек во вращающемся кресле ответил не сразу. Сначала он бросил многозначительный взгляд на жирного Нильсона и косоглазого судью.

— Когда я брался за работу в «Счастливчике Паломино», я поставил условие: никакой выпивки для сиу! И я соблюдал это, — сказал Тим.

— Мы помним, что у тебя есть свои причуды насчет индейцев и спиртного, — ответил Трент. — И мы готовы пойти тебе навстречу. Вот мы и велели Морану взять на себя эту часть работы, чтобы ты не расстраивался.

— Ты сказал ему продолжать это тайком от меня, за моей спиной!

Джим Трент поднялся из кресла, его лицо исказила ярость:

— Мы тут решаем серьезные проблемы, и у нас нет времени выслушивать дурацкие жалобы.

— И ты надеешься, что я допущу это?

— Даже уверен. Кто ты такой, Паркер? Если ты сам этого не знаешь, я объясню. Ты — бродяга, которого мы наняли и привезли сюда, чтобы ты делал, что тебе скажут!

— Вот именно, — вторил мэру банкир. — А до твоих взглядов нам дела нет.

— Эта дрянь должна знать свое место, — раздраженно сказал судья. — И это твоя ошибка, Трент, — представить ему нас!

Тим знал: по-своему они правы. Если ты продаешь свой револьвер и свои принципы, нет у тебя права спрашивать, что именно тебе прикажут делать.

Приняв молчание Тима за согласие, Трент обратился к нему почти дружески:

— Давай-ка забудем обо всем этом, Паркер. Возвращайся к своей работе, а мы возьмемся за свои дела. Приглядывай за салуном и не мешай Морану. Я полагаю, вы еще сработаетесь. Ты ведь не стремишься и дальше портить с ним отношения? — спросил мэр с надеждой.

— Мы с ним немного поцапались, джентльмены. И Флэшу немного нездоровится…

Трент нахмурился:

— Плохо, очень плохо. У Флэша скверный характер. Он тебе этого не простит. Тебя ждут трудности…

— Вовсе нет, — сказал Тим. — Дело в том, джентльмены, что я на вас больше не работаю.

Трент помрачнел.

— Ты не можешь бросить работу. Мы заплатили тебе хороший аванс!

— Слишком хороший, — возмутился банкир.

— Это просто воровство! — завопил судья.

— Как вы — так и я, — ответил Тим.

Мэр смотрел на него с ненавистью:

— Ты сам сделал выбор, Паркер, — сказал он. — Может, ты и прав. Но предупреждаю: убирайся из Мэд-Ривер! Отныне в нашем городе жизнь тебе не гарантирована.

— Можно подумать, свет для меня клином сошелся на этой дыре!

— Просто убирайся отсюда — вот все, что я тебе скажу, — не успокаивался Трент. — И не надейся, что это сойдет тебе с рук. Ты ведь уедешь, не расплатившись с долгами, и я постараюсь, чтобы тебе было нелегко подыскать другую работу.

— Это меня не волнует, — ответил Тим.

Держа руку на кольте, он попятился из офиса, быстро спустился к выходу, отодвинул засов на двери и вышел. Но успел сделать лишь три-четыре шага, как услышал у себя за спиной шорох. В следующее мгновение его револьвер был выбит, и чьи-то мощные руки стиснули Тиму горло.

— На этот раз ты не такой прыткий! — прорычал противник, и Тим узнал голос бармена Герби. Так вот кого Моран послал рассчитаться с ним…

Рассчитав свои силы, Тим пнул великана ногой в пах. Бармен взревел от боли и ярости. Хватка его ослабла. Мгновения хватило Паркеру, чтобы вывернуться из смертельных объятий и отступить в темноту аллеи.

Великан не отставал от него, но в открытом бою преимущество было за Тимом. Великан не успевал отвечать на быстрые удары. Атака, один-два стремительных выпада — и Тим проворно отскакивал. Мощные удары неповоротливого бармена оставались, по большей части, без адреса. Наконец, удар Тима пришелся Герби прямо в подбородок. Со слабым стоном он рухнул на колени. Тим продолжал осыпать ударами его голову. Конец наступил скоро: бармен завалился на бок и больше не двигался.

Тяжело дыша, Тим зажег спичку, отыскал свои револьвер и шляпу и быстро пошел по аллее.

Да, в Мэд-Ривер ему будет трудно выжить. Нет смысла тут оставаться. Вот только разобраться с кое-какими делами… В платной конюшне Тим взял лошадь и поскакал к особняку Сэма Смита.

Сонный слуга-индеец открыл гостю, и Тим решил не беспокоить хозяина дома до утра.

Утром огромный особняк казался пустым и безжизненным, и Тим подумал, что Смит где-то в отъезде. Но тут старый старатель неожиданно вынырнул из какого-то закоулка своей роскошной берлоги.

— Рад тебя видеть, — приветствовал старатель Паркера. — Ну, как твоя работа?

— Я теперь человек свободный, — сказал Тим. — Прошлой ночью я вышел из дела.

Сэм Смит присвистнул:

— Я думаю, это не доставило удовольствие Тренту и его партнерам.

— Они очень расстроились.

— Трент — опасный враг, — предупредил старик.

— Я знаю.

— Но ты ведь ушел от него не без причины?

— Флэш Моран продавал виски краснокожим, хотя я это запретил.

— Так вот что заставило тебя уйти…

— Я думал, передо мной хотя бы извинятся.

— Что же сказал Трент?

— Что в Мэд-Ривер — не тот климат для моего здоровья.

— Он прав, — согласился старик. — Теперь твоя жизнь не будет стоить здесь и цента.

— Я прекрасно управляюсь с оружием, если на то пошло, — напомнил Тим.

— Ты не знаешь, какой властью обладают эти люди. Ты — не чета им и их убийцам.

— Я и сам был одним из них. Вспомни-ка.

— Конечно. Но теперь ты — не «один из них», а просто один. Затаись на время. Останься-ка здесь. Ты умеешь играть в шашки?

— Немного.

— Отлично. О, давненько я ждал, с кем бы сыграть… Можешь оставаться у меня, сколько захочешь.

Тим покачал головой:

— Спасибо, но я тронусь дальше.

— Вот уж не думал, что ты приехал только за тем, чтобы сказать мне это, — расстроился старик.

— Я хотел сказать тебе — до свидания. Ты был первым из тех, с кем я познакомился по пути сюда. Не хочется уезжать, не поговорив с тобой.

— Право, приятно это слышать, сынок. Только лучше бы ты остался. Мне так одиноко в этом огромном замке…

— Могу себе представить, — сказал Тим. — Может, иногда я буду возвращаться, чтобы пожить с тобой здесь…

— Я буду ждать.

— А сейчас мне надо вернуться в город и повидаться еще кое с кем, — сказал Тим.

Старик хитро подмигнул ему:

— А «кое-кто» — это та хорошенькая малышка-блондинка, что была в дилижансе?

Тим улыбнулся:

— Ты прав. Хочу попрощаться с Сабриной и ее отцом. Они — прекрасные люди. Этому городу повезло, что они поселились тут.

— Да. Я тоже так считаю. Но не думаю, что преподобный отец продержится здесь долго. Он не сможет устоять против беззакония в городе, где правят подобные Тренту.

— Если порядочные люди объединятся, они смогут провалить Трента на выборах…

— Ни один не отважится пойти против него. Может быть, кроме меня. Но голосовать за меня они не будут, потому как вообразили себе, будто я — сумасшедший.

Тим рассмеялся:

— Может быть, сумасшедший мэр — это как раз то, что нужно Мэд-Ривер?

— Я еду в город вместе с тобой, — объявил Сэм Смит. — Устал я разговаривать сам с собой в окружении этих индейцев.

— Поехали, если хочешь, — сказал Тим. — Но я для тебя — опасная компания, если Трент решит начать на меня охоту.

— Я рискну. Между прочим, я еще не разучился нажимать на курок, — сказал старик и тут же перепоясался ремнем с шестизарядным кольтом.

Это произвело на Тима впечатление.

— Тебе идет, — сказал он.

Странная получилась пара: старый старатель верхом на муле плелся позади лошади, на которой ехал Тим, и пыль клубилась между ними так, что временами Тим просто терял спутника из виду. До Мэд-Ривер они добрались лишь после полудня. В городе было тихо.

Тим направился прямиком к лавке, где расположился преподобный Абель Грей. Паркер привязал лошадь прежде, чем отставший Сэм Смит успел подъехать к коновязи. Старик махал ему рукой, делая какие-то знаки. Тим помахал ему в ответ и вошел в лавку. За кафедрой никого не было. Но священник, видимо, услышал шаги и вышел из своей комнаты. Похоже, он удивился, увидев Тима.

— Не ожидал увидеть тебя в такой ранний час, — сказал он. — Ты слышал? Индейцы возобновили свои налеты.

— Налеты? — Тим был ошеломлен.

— Прошлой ночью они напали на ранчо Лайонела Мейсона.


Глава седьмая | Шериф с Мэр-Ривер | Глава девятая