home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Но они еще не могли вернуться.

— Валис говорит, старая Фрона умерла, — сказал Даниэль, копаясь в руинах очередного здания. С невероятной для его возраста силой мальчик поднял один конец деревянной балки, перекрывающей вход. Эрик помог ему. — Она мне нравилась.

Эрик молча кивнул. Брин уже сказал ему. Безумная старая женщина спрыгнула с лодки в воду. Очевидно, смерть сына окончательно лишила ее рассудка. Стражники не пытались спасти ее, да и течение было слишком быстрым.

— Вот они! — внезапно закричал Даниэль.

Он показал на три знакомых мешка, виднеющихся среди останков обвалившейся крыши. Эрик с облегчением вздохнул. В конце концов, там лежала его одежда — пусть, может, и попорченная, но все лучше, чем тряпка вокруг бедер. Он потянулся к ближайшему мешку, но Даниэль выхватил его прямо из рук Эрика.

— Я видел, как солдат принес их сюда.

— Да что же у тебя там такое?

С тех пор как они покинули Расул, мальчишка не выпускал этот несчастный мешок из виду. Впрочем, Даниэль не ответил, и пришлось порыться в другом тюке.

Эрик невольно сморщил нос. Мокрая кожа издавала резкий запах. С другой стороны, набедренная повязка была явно не в его стиле. Он оделся как можно быстрее. Даниэль ждал его на улице с мешком за плечами, оглядываясь по сторонам.

— Это моя вина, — сказал он, мрачно покачав головой и сдвинув брови. На миг Эрику показалось, что парнишка вот-вот расплачется, но он ошибся.

— Не глупи. — Эрик взъерошил ему волосы. Но выражение лица Даниэля не смягчилось.

— Если бы я не потерял посох в реке… — Он прикусил губу и сглотнул. — Солдат, которого мы отнесли в ров… ты же его тоже узнал — да, это тот рыбак, которого мы видели прошлой ночью. Он был шпион, понимаешь? Возможно, мой посох насторожил его, а уж найти отпечатки наших ног на берегу было и вовсе нетрудно.

Эрик смотрел вдаль. Изо рва близ руин лагеря шел дым. В соответствии с законами Владений Света они сложили вместе тела солдат и их жертв и предали огню.

— Ты же не можешь быть уверен, что солдат и рыбак — одно лицо? — Он старался говорить убедительно, но сам немного сомневался. И все же не хотелось, чтобы мальчика мучило чувство вины. — На реке было темно. Они могли обнаружить нас и как-то иначе. Может, нас вообще унюхали чиморг, а?

Даниэль вздохнул и крепче схватился за лямки своего драгоценного заплечного мешка.

Эрик снова посмотрел на огонь. Валис и Брин все еще были там, они подбрасывали в ров бревна, оставшиеся от разрушенного лагеря. Ветер доносил запах дыма и горелой плоти.

— К этому можно привыкнуть, — сказал Даниэль, проследив за взглядом Эрика.

Эрик пристально взглянул в лицо мальчика. На этот раз — бесстрастное, тверже стали. Эрик называл его иногда «малыш» — зря, наверно: это был солдат тысячелетней войны, переживший смерть родителей и завоевание своей родины, прошедший через три страны. Солдат, сколько бы лет ему ни было на самом деле.

— Иногда, — сказал Эрик почти шепотом, — ты меня по-настоящему пугаешь. — Он подождал ответа и, не дождавшись, хлопнул паренька по плечу. — Ты из Чуле, да?

Даниэль кивнул.

— Как на твоем языке называют младшего брата?

— Мью, — подозрительно глядя на Эрика, ответил Даниэль.

— Мью, — повторил Эрик. Он снова взъерошил волосы мальчика, и тот наконец улыбнулся.

Аланна устало брела по улице со стороны реки. Кто-то перевязал ее запястья кусками мягкой ткани. За поясом у нее был рог единорога, такой же, как у Роберта.

— Давай спросим, как идут приготовления к отплытию, — предложил Эрик Даниэлю, и они подошли к ней.

— Марис уже собрала почти всех калосанцев, — сказала Аланна, кладя одну руку на рог и отбрасывая другой прядь волос со лба. — Местные ушли в леса. Самые слабые направляются вдоль реки в деревню, которую мы видели, с припасами, найденными в руинах.

— Они скажут всем, что их король мертв, — с одобрением в голосе сказал Даниэль. — Терреборн никогда не сдался бы темным силам. Керис Чатерит, должно быть, убил его и использовал его тело.

Эрик уже обсудил это с Валисом. Теперь он кое-что знал об оживленных трупах и о том, почему здесь все так стремятся похоронить своих мертвецов. Тем не менее оставалось непонятно, почему Керис Чатерит скрывался здесь, вблизи границ Гурана, и чего он ждал.

— Думаю, говорить будут не только об этом, — добавила Аланна. — Многие думают, что видели Сына Утра.

— А где Роберт? — спросил Эрик. Он не видел брата с тех пор, как они отнесли в ров последнее тело.

Аланна задумалась.

— Даниэль, поищи-ка Валиса. Может, сейчас ему понадобится твой дар.

Мальчик скорчил недовольную мину. Он прекрасно понимал, что это только предлог, но покладисто побрел ко рву.

— Он на причале, — сказала девушка, когда они остались одни. — Сказал, что хочет побыть один.

Эрик усмехнулся.

— Вечно он твердит одно и то же. Это вовсе не значит, что так оно и есть.

Он двинулся к реке, едва не налетев на кучу мусора. Все его мысли были заняты лишь братом. После того как пленные вышли на свободу, Роберт впал в глубокую задумчивость.

Аланна поспешила за Эриком, скользя сапогами по грязи, смешавшейся с кровью. Впрочем, мрачное выражение ее лица не имело никакого отношения к этой мерзости — Эрик успел достаточно хорошо изучить ее, чтобы быть в этом уверенным.

— Ты же весь вечер хотела что-то сказать. Да ты просто вне себя от ярости, потому что Бобби заколол это чудище.

— Разумеется, я вне себя! — Аланна поймала его за Руку и заставила остановиться. — Я же люблю его.

— Я не слепой.

— Слепой — в том, что касается законов Пейлнока. — Она наконец отпустила его руку, и гнев сменился выражением бесконечной усталости. Аланна приложила ладонь ко лбу. — Роберт ударил его ножом в горло, не зная, что это не человек. Человек или не человек — ему было все равно, несмотря на все предупреждения Родриго.

Эрик вскипел:

— Откуда ты знаешь, что он в тот момент думал? — Он мучительно пытался не терять контроль над собой, в конце концов, вокруг были люди. — Это так называемое привидение собиралось зарезать меня, как барана. И ты была бы следующей! — Он отвернулся и быстро зашагал по улице.

Аланна догнала его:

— Он же видел, на что способны дандо! Он рисковал своей жизнью!

Эрик остановился и ткнул пальцем ей в грудь:

— Ради спасения наших жизней, будь они неладны! Вся эта история с Сыном Утра едва не доконала его, но он смог использовать ее, чтобы спасти нас. — Глаза его сузились до щелок. — Оставь его в покое, Аланна. Если ты его так любишь, дай ему прийти в себя.

Все ее тело напряглось на мгновение, словно она хотела ударить его. Потом Аланна немного расслабилась и беспомощно развела руки:

— И что мне, по-твоему, делать?

— Не знаю, — сказал он одновременно нетерпеливо и с сожалением, потом протянул ей руку. Она накрыла его ладонь своей и устало улыбнулась. До реки они дошли молча.

Роберт сидел на причале в позе лотоса, устремив взгляд в небо, где играли две краснокрылые птицы. Лучи предзакатного солнца поблескивали в его волосах и на голых плечах. Когда Эрик и Аланна подошли, старые доски скрипнули, но он не пошевелился.

— У них есть лишь одно занятие — быть птицами, — сказал Роберт. — Больше им не о чем беспокоиться.

Птицы скользнули над водной гладью и исчезли в лесу.

Эрик и Аланна обменялись беспокойными взглядами. Роберт медленно опустил глаза и уронил левую руку на колено. На ладони лежал нож. Солнце отражалось в открытом лезвии и на маленькой серебряной эмблеме, украшающей потертую пластиковую рукоятку. Роберт поднял нож, вытянул под водой руку и заставил его балансировать на своем указательном пальце. Нож заколебался, на мгновение пришел в равновесие и с тихим плеском упал в реку.

— Вот что сейчас со мной, — с жутковатым спокойствием сообщил Роберт. — Не в равновесии.

Эрик опустился на колени и обнял его за плечи.

— Но это ведь оказался не человек, Бобби. И он был уже мертв. Ты никого не убивал.

Роберт вздрогнул.

Аланна наклонилась, и Эрик невольно отодвинулся. Она провела ладонью по шее Роберта и зашептала ему на ухо:

— Каэша.

Роберт высвободился из ее объятий и встал. Он долго глядел в прозрачные глубины Шайламара, потом обернулся:

— Я знал, что это не Сердце Тьмы. — На лице его были явственно написаны страх и решимость одновременно. — Знал это так же точно, как и ваши имена. Чувствовал это! Ничего не понимаю… — Он вскинул руки, уронил их, опять отвернулся к реке. — Я был здесь раньше.

— Но как, Бобби?..

Роберт отрезал:

— Я же сказал, что не знаю! — Он немного успокоился и поскреб затылок. — Здесь столько всего знакомого, но я ничего толком не помню. А надо бы. — Он сжал кулаки и помрачнел. — Я должен вспомнить все.

— Мы ведь никогда не были полностью уверены, что попали сюда лишь волей случая, — сказал Эрик.

— Вот именно, — согласился Роберт. — Это какой-то план. Но чей?

Эрик поскреб подбородок и нахмурился. У причала восемь больших длинных лодок, похожих на каноэ, и несколько маленьких. Часть суденышек уже отчалили и начали свой путь вниз по реке в Гуран. Но относительно много жителей Калосы все еще было здесь. Некоторые хотя бы смогли найти одежду в руинах или снять ее с убитых солдат. Марис пыталась успокоить их, разговаривала с ними, перевязывала раны.

— Не знаю, — сказал наконец Эрик со вздохом. — Но надо забрать отсюда этих людей. К утру вернутся солдаты, и потом, где-то еще бродит чиморг, — мы ведь убили только одного.

Роберт посмотрел на столпившихся у берега людей.

— А где наши?

— Рядом со рвом, — ответил Эрик. — Сейчас схожу за ними.

— Валис никуда не поедет, — отозвалась Аланна. Эрик сурово глянул на нее:

— Поедет, даже если мне придется отправить его в лодку пинком под зад.

Он шел по пустынной улице, пока не столкнулся уже на площади с Брином, Даниэлем и Валисом. Кузнец переоделся в мундир одного из солдат. Он выглядел измученным, но от этого не менее решительным.

— Надо выбираться отсюда, пока мы не напоролись на второго чиморг, — сказал Эрик.

Валис отмахнулся:

— Он не нападет на нас. Это глаза и уши Тьмы. Он будет смотреть на нас издалека, и в Шримурне узнают все.

— Странно, но меня это почему-то не успокаивает, — саркастически заметил Эрик. — И потом, разве вы не заметили, что эти чиморг служат Керису Чатериту?

— Ты ошибаешься, — возразил Брин. — Их породила Шандал Карг, Сердце Тьмы, — зачем им служить Керису Чатериту?

Валис положил руку на плечо кузнеца:

— В словах Эрика есть доля правды. Силы и амбиции Кериса Чатерита растут. Царство Ночи для нас не менее опасно, чем Темные Земли.

— Надо как можно скорее сообщить обо всем в Расул, — заметил Даниэль, задумчиво пожевывая травинку.

Эрик подытожил:

— Пора отправляться в путь. На лодках — пленные слишком ослабели, чтобы идти пешком.

Брин усмехнулся:

— Мой народ отлично позаботится о себе сам. Мы прирожденные гребцы. А вам, насколько я понимаю, сейчас важнее всего доставить Марис в Шерен-Чад.

Валис кивнул:

— Пусть тогда Брин поведет караван лодок по Шайламару через Великое озеро в Расул. Марис полетит на Звезде, и вы — с ней.

— А ты? — спросил Эрик.

— Я не могу уехать. Здесь воздух наполнен смертью. — Он сжал в кулаке серебряный медальон, висевший у него на шее. — Не только живые нуждаются во сне, Эрик Погловски.

— Тебя что, беспокоят души этих вояк?

Валис кивнул:

— Да, и тех несчастных узников, чьим душам медленная смерть не принесла успокоения. Я могу облегчить некоторым из них путь в рай.

— Так это и есть твой дар? Ты что, экзорцист? Изгоняешь бесов?

Валис пристально посмотрел на него, и Эрик понял, что зашел слишком далеко.

— Я жрец. Так же как Родриго исцеляет живых, я облегчаю страдания мертвых. Не то чтобы это был дар, скорее уж мой долг.

Эрик уставился в огонь, на душе было как-то скверно.

— Здесь много мертвецов.

Валис пожал плечами, и его жест невольно выдал усталость, которую Эрик прежде не замечал.

— Я смогу помочь лишь немногим, — ответил он, — но то, что возможно, я сделаю. Ты и твой брат — вы славные люди. — Он взял Эрика за руку. — Отвезите Марис в Расул. Брин оставит мне какую-нибудь лодчонку, и я вернусь, как только закончу.

Эрик понял, что Валиса не переубедить. Выругавшись про себя, он отправился к реке с Даниэлем и Брином. Забавно, в своем собственном мире он привык обходиться без друзей. Знакомые, ученики, коллеги — но не более. Но здесь ему как-то не хотелось оставлять Валиса одного.

По крайней мере, хоть Роберт пришел в себя. Почти все лодки уже отплыли. Он стоял по бедра в воде, помогая калосанцам. Марис протянула ему крошечного ребенка, мальчика, и он передал малыша матери, сидящей в лодке.

— Не занимайте самую маленькую, — крикнул Эрик. — Она понадобится Валису. Сестра Аланны полетит с нами.

Когда все расположились в лодках, Марис помахала им рукой на прощание, что-то шепнула на ухо Брину и поцеловала старого кузнеца в щеку. Потом она вернулась на берег и направилась к Эрику и Роберту. Немного старше Аланны, более худощавая. Она соприкоснулась с ними ладонями в прощальном жесте.

— Я не смогла встретиться с вами в своем родном селении, но Аланна хорошо говорила о вас обоих. — Она перевела полный уважения взгляд на Роберта. — Спасибо за спасение моего народа.

— Но это мы навлекли на него опасность.

Она взглянула на Аланну и снова улыбнулась.

— Ты права, сестра. Они все еще не понимают. — Марис сжала их руки. — Мы всю жизнь чувствовали себя в опасности. Кто бы ни решился бороться со злом, должен навек отречься от покоя.

Марис снова помахала вслед последней лодке. Брин встал на носу, и по его команде весла погрузились в воду — Лодка вышла на середину реки, и никто более не оборачивался.

— Ой… а где же Аланна? — спросил Эрик.

— Ушла созывать драконов, — отозвался Роберт, все еще провожая взглядом лодку.

Марис быстро зашагала к разрушенной деревне, вода капала с явно великоватых ей солдатских штанов.

Тень, Дымка и Звезда опустились на луг за деревней. Эрик не знал, где они пропадали все это время; дикие драконы, однако, уже разлетелись. Аланна ждала их на краю луга. Вдалеке, в клубах дыма, все еще поднимающихся изо рва, Эрик различил Валиса.

— Как не хочется оставлять его здесь одного, — уныло пробормотал Эрик.

Аланна помогла сестре забраться в седло, причем с немалыми усилиями: сразу было видно, что Марис никогда не доводилось летать на драконе. И все же было заметно, что она не боится огромного зверя.

— Мы будем рядом, — мягко сказала сестре Аланна. Марис кивнула и посмотрела в небо. Аланна запела, и Звезда поднялся в воздух. Марис запрокинула голову, глаза ее расширились, руки крепче ухватились за луку седла. Вскоре дракон скрылся за лесом.

Аланна и Роберт полетели следом на Дымке. Даниэль перевесил мешок на грудь. Эрик не сказал ни слова — он уже почти привык к скрытности мальчика, пристроившись в седле, он прошептал:

— Ты сможешь сделать круг в воздухе?

— Зачем? — удивился Даниэль.

— Пожалуйста.

Даниэль сразу понял. Он нахмурился, поколебался немного, но запел, и Тень взмыл в воздух. Они поднимались все выше и выше. Дым застилал глаза. Они сделали круг, и Эрик свесился с седла, чтобы было лучше видно.

Думая, что он один, Валис медленно вышел на середину луга. Некоторое время он просто стоял там, потом раскинул руки и закружился. Эрик и Даниэль не могли на таком расстоянии разглядеть лицо, но Эрику послышался громкий вой. Валис разорвал тунику у себя на груди, упал на колени и забарабанил кулаками по земле.

Эрику стало жутко, и он крепче схватился за своего спутника.

— Что с ним?

Тень распростер крылья и описал еще один круг.

— Валис вбирает в себя разгневанный дух и позволяет ему срывать ярость, пока тот не успокоится. Только тогда умерший сможет достичь рая.

— Неудивительно, что он не называет это даром.

— Это невероятно тяжело. Но он будет стараться до последнего, а затем — отсыпаться где-нибудь несколько дней и только потом отправится домой.

Валис сорвал с себя последние остатки одежды и распростерся на земле; даже сверху были видны кровавые полосы на его широкой груди.

— Он поранился!

Даниэль помотал головой:

— Это не страшно. Хуже, если он растеряет себя во всех этих душах.

Эрик призадумался, вспомнив о том, что случилось после его собственного контакта с духом Сумеека. Он говорил не на своем языке и даже не был уверен, что спас калосанцев по собственному желанию, а не по воле умершего.

— Пора лететь, — резко сказал Даниэль. Он запел, и дракон повернул на юг. — Валису не нравится, когда на него смотрят. Это слишком личное, понимаешь?

Эрик, конечно, понял. Но ему хотелось еще кое-что узнать.

— Что ты видишь там, внизу, мью? Я имею в виду твой дар.

Даниэль свесился с седла, рискуя упасть. Выпрямившись, он заговорил на удивление мрачно.

— Это ужасно. Столько нерастраченной ярости и горя. Повсюду духи. — Он помотал головой. — Это место еще долго будет гибельным.

Некоторое время оба летели в молчании. Эрик прислушивался к порывам ветра и биению драконьих крыльев, стараясь очистить свой ум от любых мыслей. Потом они пролетели над рекой Чониа, и Даниэль запел. Тень стал набирать скорость, пока земля внизу не слилась в одно пятно и Эрику не стало по-настоящему страшно. Но когда он прислушался к словам песни, страх исчез. Мальчик пел гимн Расула.


Братья, довольно, довольно молчать,

Довольно скрываться в ночи!

С губ побледневших сорвите печать,

И пусть наша песнь прозвучит.


— Это же просто песня! — крикнул Эрик, пытаясь объяснить сам себе реакцию дракона. — Как Тень ее понимает?

— Слова не имеют значения, все дело в музыке: она помогает открыть сознание и общаться. В Гуране и Киласе драконам поют, но в Вистовиме и Пилантиме играют на флейтах, а в Пилантиме — еще и на барабанах.

— А без музыки драконы глухи к вам?

Даниэль расхохотался:

— Они не глухие — это человек может оказаться немым.

Вскоре они нагнали остальных. Даниэль разошелся не на шутку и даже выскочил вперед. Эрик заметил, как нахмурилась Аланна. А ее сестре, похоже, было не страшно, Марис откровенно наслаждалась полетом. Впрочем, почему бы и нет? Он только сейчас осознал, что сам перестал бояться. Эрик запрокинул голову и громко рассмеялся.

Домой они летели куда быстрее, чем в Терреборн. Впереди расстилалось Великое озеро, но на его восточном берегу, там, где должен был находиться Расул, зависла темная туча.

— Черт! — Эрик хлопнул себя по бедру. — Даниэль, смотри!

Даниэль уже и так все видел — и тучу, и молнию. И девушки видели. Аланна пригнулась к шее дракона и заставила его лететь еще быстрее.

— Давай, Даниэль! — кричал Эрик, не в силах унять бешеное сердцебиение.

И тут, словно они пересекли какую-то границу, солнце исчезло. Крылья дракона засветились. Внизу на улицах, примыкающих к Шерен-Чаду, столпились люди с факелами, шарами и бутылочками секой'мелина. Взявшись за руки, они пели.

Даниэль направил дракона к башне.

— Не садись! — крикнул Эрик. — Мы спрыгнем!

Мальчик не стал возражать. Они спрыгнули на крышу башни. Эрик оцарапал щеку и сильно ушиб правую лодыжку, но заставил себя встать и пойти.

Даниэль уже подбежал к треножнику и приводил в действие механизм, отпирающий дверь. Эрик, хромая, последовал за своим юным другом. В тот же миг на парапет приземлился дракон Аланны и Роберта.

— Где Марис? — крикнул Эрик. Дверь со скрипом приоткрылась.

— Звезда будет кружиться, пока я не позову ее, — объяснила Аланна.

Даниэль нетерпеливо пнул дверь и уже готов был проскользнуть внутрь, но Эрик удержал его.

— Стой! Мы же не знаем, что там!

— Это все Керис Чатерит! — воскликнул мальчик. — Валис говорил, что в Шерен-Чаде предатель. Он сумел узнать, что Флогиса не охраняют!

Аланна кивнула. Дверь открылась полностью, и они помчались вниз по лестнице. Даниэль обогнал товарищей и замолотил кулаками по внутренней двери.

— Возможно, он прав, — сказала Аланна. — Остальные секурнен ищут новых членов Совета по всей стране. Здесь оставались только Родриго и Блор. Самое время для удара.

— Заперто! — крикнул с отчаянием в голосе Даниэль.

— Это не Шандал Карг, — пробормотал Роберт. — Я бы ее почувствовал.

— Наверно, это твой дар, — таинственно сказала Аланна.

Роберт схватил Даниэля за плечо и оттащил от двери.

— А мой дар, леди Аланна, это сила моего удара!

И он двумя мощными ударами ноги сокрушил деревянную дверь.

— Я возьму шар! — закричал Эрик, схватил стеклянный сосуд и, забыв о боли в ноге, зашагал вниз, прямо в святилище Флогиса.

Диез лежал ничком у полуоткрытых дверей. Изнутри помещение заливал красный мерцающий свет и клубился дым. Доносились какие-то нечеловеческие крики.

Аланна опустилась на колени рядом со старым испанцем. И тут Даниэль закричал:

— Берегитесь!

Слишком поздно. Толстая рука, увешанная браслетами, выбила светящийся шар из рук Эрика, и секой'мелин потек по полу, быстро испаряясь.

Эрик толком не успел сориентироваться в темноте, а Блор уже накинулась на него, обхватив руками и ногами, и вместе с ним упала на пол. Стекло хрустнуло у него под спиной, пальцы Блор угрожающе потянулись к глазам.

— Прочь! Отпусти меня! — закричал он.

— Флогис! — крикнул откуда-то Роберт. Раздался еще один нечеловеческий вопль, прокатилась такая знакомая волна ярости.

Внезапно Блор запрокинула голову. Эрик поднял глаза и увидел, что Аланна схватила толстую библиотекаршу за волосы, ударила кулаком и оттащила от Эрика.

— Помоги мне, господин! — кричала Блор, стоя на коленях.

Там, где стояли два котла, возникла черная дыра, источающая молнии, — такая же, как в небе над Терреборном. Толстая женщина на четвереньках подползла к шкатулке с инструментами, схватила кусок мела и попыталась провести линию на полу. Флогис снова закричал.

— Она хочет изгнать его! — воскликнула Аланна, снова схватила Блор за волосы, оттолкнула ее и стерла линию ногой.

Роберт вышел на середину комнаты и взглянул прямо в черную дыру.

— Остановись! Ты знаешь, кто я!

Мощный электрический разряд ударил Роберта в грудь, отбросив назад. Из сгустка тьмы послышался голос:

— Да, теперь я знаю, кто ты, сын Парадейна! Моя раба все мне рассказала.

По комнате прокатилась волна веселья, потом ее сменил гнев. Но это был не гнев дандо. Он исходил от Кериса Чатерита.

— Когда вы убили чиморг, я чувствовал только твоего брата. Даже теперь я чувствую лишь его мысли, не твои. В твоей голове словно черный щит, за который я не могу проникнуть. Я не знаю, кто вы такие, но если один из вас смог убить чиморг, а другой — противиться моей воле, тогда мне лучше поскорее прикончить вас обоих, а потом захватить Флогиса и Расул. И тогда я совершу то, на что не осмеливается даже Сердце Тьмы!

По груди Роберта расползалось багровое пятно, но глаза были открыты. Он покачнулся и застонал, ноги у него подкосились.

— Шандал Карг знает, что мы несокрушимы! — закричал Даниэль. Мальчик смог подползти совсем близко к черной дыре, сжимая в руках свое завернутое в мешок тайное сокровище. — Ты — чудовище, ты убил моих родителей и погубил мой народ!

— Жалкий червяк, — сказал голос. Блеснула молния и отбросила Даниэля назад с такой силой, что он ударился о противоположную стену. — Червяк, которого нужно раздавить.

Мальчик сел. Глаза его были полны боли и ненависти. Шатаясь, он поднялся на ноги и пошел к Керису Чатериту, оттолкнув Аланну, пытавшуюся его остановить.

— Я знаю тебя! — Он сунул руку в мешок. — Я знаю, почему ты нападаешь по ночам и прикрываешься темнотой. Я знаю, почему Блор разбила светящийся шар. Свет ранит тебя! Я сожгу тебя, чудовище! Я уничтожу тебя!

Даниэль отбросил мешок. В руках у него оказался фонарь Эрика и Роберта, о котором братья уже успели забыть. Мальчик нажал кнопку, и яркий белый свет залил святилище.

Керис Чатерит испустил громкий вопль. По комнате заметались молнии, одна обдала жаром руку Эрика. Молния была не слишком сильна, но оставила болезненный ожог.

Блор с трудом выпрямилась.

— Не-е-е-ет!

Она побежала к Даниэлю и попыталась выхватить у него фонарь, но Аланна снова сбила ее с ног.

— Гори, проклятый! — кричал Даниэль, подходя все ближе. Молнии обжигали его, но он не останавливался, даже пылая с головы до ног. Наконец он поднял фонарь и швырнул его в черную бездну.

Керис Чатерит снова возопил в агонии, и комнату наполнило его отчаяние. Вспышки молний немедленно прекратились, и на мгновение темный провал засиял, подобно гаснущей звезде. Эрик закричал, прикрыл ладонью глаза и упал.

Он не знал, как долго пролежал так без движения, пока Роберт не прошептал:

— Вставай, брат. Все закончилось.

Эрик открыл глаза. Единственным источником света были два котла, но и этого оказалось достаточно, чтобы разглядеть распростертое на полу дымящееся тело Даниэля. В воздухе тек знакомый запах — тот же, что во рву близ руин лагеря.

Он подполз к мальчику и замер, не прикасаясь к нему. Волосы и брови сгорели дотла, на правой скуле обнажилась кость. Правого глаза не было. От одежды остался пепел и обугленные лохмотья.

— Мью? — беспомощно позвал Эрик. Хотелось подхватить ребенка на руки, но он знал, какую боль это причинит. — Мью?

Ответа не было. Даниэль был мертв.

Сзади послышался какой-то шум. Аланна схватила Блор обеими руками за волосы и била головой об пол, пока Роберт ее не оттащил. После третьего удара библиотекарша уже не кричала. Она так и осталась лежать в луже крови.

Эрик задержал дыхание. Аланна выпрямилась и оттолкнула Роберта.

— Давай же! — Лицо ее было искажено яростью, руки сжались в кулаки.

Полупрозрачная душа Блор поднялась от тела и набросилась на Аланну, растопырив руки, но прежде чем она смогла напасть, между живой и мертвой женщинами появился другой дандо. Флогис, огромный и могучий, схватил маленькую душу Блор и разорвал на части, которые тут же вспыхнули и исчезли.

Аланну это вмешательство лишь разозлило. Она посмотрела на Флогиса и лишь постепенно поняла, что произошло. Роберт хотел ее обнять, но она оттолкнула его руки и убежала прочь.

Эрик посмотрел ей вслед, потом перевел взгляд на брата и наконец снова склонился над Даниэлем. Было ли это похоже на то, что испытывал Роберт, склоняясь над убитым Скоттом? Он поднял кулаки и обрушил их на каменный пол.

— Господи! О Господи!

Роберт подошел, опустился на колени и обнял его. Флогис исчез. Они остались вдвоем в темноте и долго плакали.


ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ | Братья Дракона | ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ