home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Рюмину пришлось постараться, чтобы втиснуть машину перед подъездом жилого дома на Тимирязевской улице. Путь перегородила белая «Газель» с синими полосами на борту, рядом с ней притулились «шестерка» патрульно-постовой службы и черная «Волга» с голубыми милицейскими номерами.

«Гости съехались, и праздник идет полным ходом, — подумал капитан. — Не хватает только именинника — задуть свечи на пироге. Можете не расстраиваться, я уже здесь. Приехал отдуваться ».

Он поднялся на шестой этаж. Дверь с табличкой «57» была широко распахнута, туда-сюда ходили люди в форме. Рюмин давно уже не мог припомнить такой суеты и неразберихи.

На капитана никто не обращал внимания. Все были заняты своим делом.

Рюмин увидел старшего лейтенанта с папкой из коричневого кожзаменителя под мышкой, подошел к нему и показал служебное удостоверение.

— Наконец-то, — обрадовался старший лейтенант и представился: — Участковый Свиридов. Я введу вас в курс дела.

Он попросил коллег покинуть место происшествия, и его просьба была встречена с пониманием и видимым облегчением. Участковый провел Рюмина через маленькую прихожую и остановился на пороге спальни. Рюмин быстрым взглядом окинул комнату. Сердце наполнилось тоскливой пустотой.

На кровати лежало обнаженное тело девушки. Она была молода и красива, и оттого ее смерть выглядела еще более ужасной.

Белое шелковое белье, пушистый бежевый ковер, стены над изголовьем и платяной шкаф, — все было залито и забрызгано кровью. Изящная шея девушки была неестественно вывернута, и на ней зияла страшная рана, обнажая синеватые хрящевые кольца трахеи.

— Скорее всего, смерть наступила во время полового акта… — стал пояснять Свиридов, но Рюмин перебил.

— Как ее зовут?

Участковый порылся в бумагах.

— Лапина. Оксана Витальевна. Тело обнаружила…

Рюмин поднял руку, призывая его помолчать.

— Лапина… Оксана Витальевна… — медленно повторил он, приближаясь к кровати.

По мере того как он подходил ближе, взору его открывалась пугающая картина: Рюмин увидел раны на теле девушки. Поперек живота тянулись три неглубоких пореза; три таких же пореза, но расположенных продольно, проходили между белых, словно высеченных из мрамора, грудей.

Опыт подсказывал Рюмину, что девушка погибла около суток назад: тело успело остыть и потерять упругость. Из него ушла жизнь — но даже мертвое, оно было очень красивым.

Капитан осмотрел запястья и щиколотки и не нашел ни синяков, ни следов от веревок. Бесспорно, порезы были нанесены еще при жизни; вокруг ран бурой коркой запеклась кровь. Если бы убийца глумился над трупом, раны были бы бескровными.

— Есть перчатки, лейтенант? — спросил Рюмин.

Тот пожал плечами.

— У меня — нет. Может, у кого из ребят…

— Принеси, пожалуйста, — сказал Рюмин. Он вышел на середину спальни и опустился на колени. Длинные ворсинки ковра были примяты множеством ботинок. Разобрать, какие из следов принадлежат убийце, не представлялось никакой возможности.

Рюмин покачал головой и встал.

— А это что? — вслух спросил он.

На стене, над изголовьем, кровью была нарисована большая буква «М». Капитан пригляделся. Линии нигде не прерывались и на всем протяжении были одинаковой ширины. Следовательно, тот, кто это начертил, был спокоен.

— …и чувствовал себя в безопасности, — прошептал Рюмин.

— Что вы сказали? — послышалось над ухом — Рюмин так увлекся, что не заметил, как вернулся участковый.

— Да нет, ничего.

Капитан натянул перчатки, тугие резинки громко щелкнули, охватывая запястья.

— Кем она была? — спросил Рюмин.

— Моделью в одном из агентств, — ответил Свиридов. Он многозначительно поднял палец, показывая в потолок. — Наверняка чья-то пассия…

— Оставим догадки. Ограничимся фактами, — прервал его капитан, не желая развивать эту тему.

Наверное, убитая была чьей-то любовницей. Это было очевидно — иначе Надточия не стали бы вызывать в отдел, а шеф не стал бы разыскивать Рюмина. Но так же очевидно было и другое — кем бы она ни была, девушка не заслуживала такой участи.

В комнату вошел высокий парень в кожаной потертой куртке. В руках он держал профессиональный «Никон». Парень улыбнулся Рюмину, довольно бесцеремонно вышел на середину ковра и начал делать снимки.

Рюмин махнул рукой — все равно следы уже затоптаны, пусть работает.

— Возьми крупным планом порезы и букву на стене, — распорядился капитан.

Парень кивнул.

Рюмин подошел к шкафу. На полированной поверхности виднелись следы порошка для снятия отпечатков. Капитан открыл дверцы.

Одежда, аккуратно висевшая на плечиках, разительно контрастировала с довольно бедной обстановкой квартиры. Платья, костюмы и блузки смотрелись роскошно и явно были сшиты на заказ. По крайней мере, Рюмин не нашел ни одной фабричной этикетки.

Блеск и нищета. Фасад и изнанка. Девушка, носившая дорогие наряды, ютилась в скромной однокомнатной квартире.

— Она здесь прописана? — спросил Рюмин.

— Нет, снимала, — ответил участковый. — Уже два года. А прописана в Тюмени.

— Понятно.

Капитан еще раз осмотрел спальню. Больше здесь делать нечего. Широкая кровать, платяной шкаф, телевизор и компьютер в углу, — вот и вся мебель.

— Ни следов, ни улик, — сказал Рюмин.

— Ошибаетесь, — улыбнулся участковый. — В ванной, на зеркале — отличный отпечаток. Четкий, неразмазанный! Заглядение!

— А ну-ка, — Рюмин, сопровождаемый лейтенантом, направился в ванную комнату.

На зеркале, над раковиной, действительно стоял кровавый след пальца — вызывающий и демонстративный, как и буква «М» над изголовьем.

— Рано или поздно… — сказал Свиридов, потирая ладони.

— Думаю, его нет в картотеке, — остудил его энтузиазм Рюмин.

— А вдруг? — с надеждой спросил лейтенант.

Рюмин махнул рукой. Сейчас его больше интересовала сама ванна.

Капитан отдернул пластиковую занавеску: по ее нижнему краю, то прерываясь, то появляясь вновь, шла бледно-розовая полоса.

— Однако… — сказал он.

— Что-то нашли? — оживился участковый.

Рюмин не отвечал. Он залез в ванну, прижался щекой к стене и пальцем обрисовал на кафеле округлую фигуру.

— В чем дело, капитан? — Свиридова распирало от любопытства.

Он крутился и так, и этак, пытаясь выяснить, чем занимается Рюмин. Но тот молчал, прикидывая какие-то размеры. Наконец вылез из ванны.

— Он высокий, где-то около ста восьмидесяти пяти сантиметров, — сказал Рюмин, снимая перчатки. — Примерно как тот криминалист с фотоаппаратом, — он кивнул в сторону комнаты. — Хладнокровный и расчетливый убийца. Тем более непонятно, почему он оставил знак над кроватью и отпечаток? Как вызов?

— Откуда вы узнали про его рост? — спросил Свиридов.

— Это несложно, — вздохнул Рюмин. — Он убивал ее долго. Сначала резал. Думаю, бритвой — только острая бритва оставляет такие следы. Он держал девушку за горло — поэтому она не могла кричать. А потом — одним взмахом перерезал шею. До самого позвоночника. Удар четкий и сильный, направление раны ровное. Он был весь перепачкан в крови, поэтому помылся перед тем, как уйти, — видишь полосу на занавеске? На кафеле вода, высыхая, оставила матовое пятно. Я бы держал душ чуть ниже, значит, он выше меня. Как раз на пять сантиметров.

— Здорово, — сказал участковый. — Может, еще что-нибудь?

— Пока нет, — ответил Рюмин. — Соседей опросили?

— Никто ничего не видел и не слышал.

— Стандартная ситуация. Так кто, говоришь, обнаружил тело?

Свиридов оживился.

— Ее подруга. Тоже модель. Знаете, такая… фигуристая девочка. Чем-то похожа на Жанну Фриске.

Рюмин вымученно улыбнулся.

— Сейчас все хотят быть похожими на Жанну Фриске…

— Она торопилась на какой-то показ. Оставила свою визитку.

Участковый достал из коричневой папки темно-синюю карточку с золотым обрезом. Рюмин машинально сунул ее в карман.

— Свиридов, у тебя сигареты есть?

В дни тренировок капитан не покупал новую пачку, но сейчас очень хотелось курить.

— Некурящий, — ответил участковый.

— Молодец…

— Сергей, ты где? — послышался знакомый голос.

Рюмин вышел в прихожую и увидел Юрия Быстрова. Сегодня он был дежурным экспертом на Петровке, и капитан мысленно поблагодарил судьбу за эту маленькую милость. Быстрое всегда работал очень тщательно, не упуская ни одной мелочи.

— Я вижу, машина твоя стоит, — сказал Быстров, пожимая Рюмину руку. — Ну, думаю, наконец-то! Сподобился. Ты все осмотрел?

— Да, пожалуй, — ответил капитан. — А ты?

— Здрасьте! — Юрий хлопнул себя по ляжкам. — Я эту поляну давно уже отработал — даже взял образцы пыли под кроватью. А тебя все нет и нет. Решил сходить за пиццей. Ночь впереди, а у меня живот подвело. Пора возвращаться на базу. Что скажешь?

— Пора, — подтвердил Рюмин и повернулся к участковому. — На всякий случай… Пусть ваш эксперт пришлет копии снимков.

— Обижаешь, Сергей, — покачал головой Быстров. — Я устроил такую фотосессию…

Он не успел договорить. Участковый изумленно уставился на Рюмина.

— Какой наш эксперт?

В душу капитана закралось нехорошее предчувствие.

— Парень с «Никоном»? Высокий, с темно-каштановыми волосами, зачесанными назад, в потертой куртке… Я еще сказал, что он такого же роста, как убийца? Это же — ваш эксперт?

— Нет, — ответил участковый.

— Тогда какого черта он здесь делал?

— Я думал, он — ваш.

Рюмин бросился в комнату. Там никого не было. Капитан выбежал на лестницу и замер. Тихо. Ни звука шагов, ни шума лифта.

Никаких следов парня в потертой кожаной куртке.

«Отличное начало, капитан! — подумал Рюмин. — Фаворит вышел на ринг и тут же получил в лоб! «Шел бы ты домой, мальчик», — ласково сказал рефери и не стал открывать счет. Господи, неужели я настолько старый?».

— Сергей! — встревоженно сказал Быстров. — Что-то случилось?

— Ничего особенного, — ответил Рюмин. — Обычный бардак. Утешает только одно — я в нем главный.

Не дожидаясь лифта, он стал быстро, перепрыгивая через две ступеньки, спускаться по лестнице. Курить хотелось нестерпимо.


* * * | Роман с демоном | cледующая глава