home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ГЛАВА 8

— Что с ним, Юрий Натанович? Что-нибудь серьезное?

— Конечно, серьезное. Не в игрушки же он играл! Ребро у него треснуло. Может, и сломалось, у меня рентгена нет.

Мышцы на груди распороло сильно, когда вдоль ребра пуля скользила. В ноге дырка, но не опасная, только мышцу повредило. Хорошо, хоть не боевое оружие. Пневматика импортная, стальными шариками били. Вообще-то могли и насмерть, штука мощная. Повезло, что чуть наискось. Еще его побило сильно, расцарапало, крови много потерял. Не это страшно. Выгорел он, понимаешь? Всё, что в человеке про запас есть, использовал. Как тот гонец, что из Марафона в Афины бежал. Учили по истории?

— Учили. И что, он теперь умрет? Может, его в город отвезти, в больницу? Надо же что-то делать?!!

— Не паникуй. В любом случае его до города везти — только хуже. Сейчас его и перевернуть-то лишний раз страшно. Ничего, денька через два отлежится.

— А как же его кормить? Как лекарства давать? У вас капельница есть?

— Нету. Обойдемся без нее — думаешь, пока ее не изобрели, все сплошь помирали?! Напоить его — это запросто. Трубочку вставила, приподняла под плечи — дальше само пойдет. А на крайний случай у меня шприц есть, хоть и не люблю я его. Можно и примочками, припарками многое сделать.

— Может, я чем-то могу помочь? Я могу… у меня иногда получалось руками лечить. Биоэнергетикой.

— А вот это ты не вздумай! — Егерь почему-то разозлился.

— Парень и без этой дури справится, ты ему только навредить можешь. Наш лес его и без тебя вылечит! Ты лучше расскажи, как ты на той поляне оказалась?!

— Ну я же вам говорила — не помню я! — Девушка всхлипнула. — Почему вы мне не верите?!

— Потому что просто так горожане здесь не оказываются. Что, шла себе по своей улице, а потом очнулась в лесу? Или вообще дома сидела? Не темни, Ирина! Я тебе в отцы гожусь, если не в деды. Всякое повидал, а еще больше — слышал. И не реви, меня женские слезы давно уже не задевают. Рассказывай, как всё было! Что молчишь? Не хнычь, нос еще больше распухнет, болеть будет. В твоем возрасте пора уже своих детей рожать, а не маленькой и глупенькой прикидываться! Ну? Я жду!

— Это… была у нас одна такая компания… Я их только по именам знала и в лицо. Ну нормальные они ребята были, нормальные, понимаете! — Ирина всё-таки разрыдалась, задела нос и ойкнула. — Не панки какие-нибудь, в майках с черепами не ходили, даже травку не курили. Там даже девчонки были. Всё время разговоры у них такие интересные о предназначении человека, о разных культурах. Мистика всякая, древние народы, сказания, волшебники. Ну кто же знал?!

Некоторое время в комнате слышался только тихий плач.

— На, платок возьми. Аккуратно только, про нос не забывай. И не психуй. Небось позвали Хэллоуин отпраздновать вместе ?

Ирина закивала головой и снова разрыдалась. Наконец сглотнула, отдышалась и продолжила:

— Обещали… показать какое-то таинство. Говорили, что у меня огромные способности. Их надо раскрыть, а без обряда я этого не смогу. Сказали, если я соглашусь, то получу большую силу, больше даже, чем у некоторых из них. Говорили, что я будущая жрица…

— Ты в Бога веришь? — неожиданно перебил Натаныч.

— Крещеная… Только крестик не ношу, мешает он мне. Никак цепочку не могла подходящую подобрать, все лопаются, а с веревочкой ходить — некрасиво. А почему вы спросили?

— Да так, ничего. Продолжай. Ну, предложили они отпраздновать Хэллоуин, а дальше что было?

— Дальше… — Ирина на секунду задумалась, наморщила лоб. — Пришли мы на квартиру к одному парню. Там уже тыква стоит, свечки, всё такое. Выпили немного, какую-то музыку послушали, потанцевали даже. Потом кто-то предложил поехать в лес, развести костер, около него потанцевать. Это же древний праздник, вы знаете? Он еще до христианства был. Только назывался как-то по-другому, я не помню, как. Ну вот и решили отпраздновать, как в старину. У нас сейчас чуть не половина факультета на чем-нибудь старинном помешана: кто дворянских предков ищет, кто костюмы какие-то шьет, кто стихи японские читает… Вот и поехали. Там у одного парня машина была. Иномарка, но не крутая, что-то японское. Джип какой-то маленький, мы почти друг на друге сидели. Потом заехали к знакомым этого парня. У них тоже была машина, а еще там были трое на мотоциклах. Поехали за город, где-то долго тряслись. Я еще спросила, почему так далеко, а они сказали, там место особое. Приехали, разожгли костер. Все что-то пили вкруговую, до меня очередь дошла. Я глотнула — вроде бы вино, а потом меня та-ак накрыло!

— И больше ничего не помнишь?

Девушка замотала головой — разлетелись русые пряди. Потом мелко задрожала. Старый егерь сел рядом, приобнял за плечи:

— Ну-ну, не трясись. Всё позади, дочка, все обошлось. Скажи Саньке спасибо — это он почуял и пошел тебя выручать.

— Правда? — Ирина недоверчиво заглянула Натанычу в глаза.

— Точно. Только он не знал, что именно происходит, просто почуял неладное и сказал, что должен идти. Рвался один, но я его не отпустил, с ним навязался.

— Правильно сделали, спасибо вам огромное.

Неожиданно девушка поцеловала Натаныча в щеку. Чуть укололась о белесую щетину. Егерь смутился.

— Да ладно тебе… Вон, Саню целовать будешь, спасителя своего. Ваше дело молодое, тем более, говоришь, встречались где-то.

— Это на одной тусовке, там собираются… Ну, в общем, встречались. Вы не знаете, он и вправду где-то воевал? Ребята говорили, то ли в Чечне, то ли еще где, чуть ли не в спецназе, а я подсчитала — не получается ничего. Он институт закончил, когда в Чечне уже закончилось, а служил раньше. А Афган слишком давно был.

— В разведке он служил, еще до Чечни. Знаешь, был в прошлом веке такой генерал Кульнев, гусар, кажется. Так вот он сказал: «Хороша Россия-матушка еще и тем, что в каком-нибудь углу да дерутся!» Вот и Сане свой угол достался. Очнется, сама расспросишь. Ты лучше постарайся всё-таки вспомнить, Иришка, что дальше было. Я понимаю, что тяжело, только и ты меня пойми. У нас тут подобная компания тоже сильно нагадила с месяц назад, только вот до людей они не добрались. А на следующий раз они не тебя подловят, так кого-то еще. Этих… — Натаныч тяжело вздохнул, помолчал и продолжил:

— У… в общем, вроде твоих приятелей, развелось в последнее время, как крыс. Ступить некуда. Понимаешь?

Ирина кивнула. Снова попыталась вспомнить Что-то, вздрогнула, но быстро справилась с собой. Только голос подрагивал.

— Они меня… раздели.

— Это я заметил. Не… ну, в общем, ясно? Взрослая уже.

— Нет! Они сказали, что я посвящена какому-то хозяину и должна предстать перед ним. Я даже не боялась. Всё как в тумане было, словно так и надо. Положили меня куда-то… Холодно было, но я не мерзла, не знаю, почему. Потом что-то они вокруг меня делали… А потом вокруг появились какие-то черные, с мечами, один подошел ко мне, поднял нож… — Девушка всё-таки расплакалась, уткнувшись в плечо егеря. — Так страшно стало, так страшно! Не могу!!!

— Не бойся, не бойся, всё прошло. — Угловатые, огрубевшие пальцы пригладили пышные волосы. — Больше никого нет, никому мы тебя в обиду не дадим.

Девушка никак не могла успокоиться, ее словно прорвало, и выплескивалось все пережитое:

— Там была такая жуть, вы не поверите, а они ее звали, звали ко мне, чтобы она меня забрала! А этот черный хотел меня зарезать, я видела и не могла пошевелиться! А жуть подползала снизу, подползала, я кричать хочу, а дышать не получается! Они всё поют, всё воют, зовут своего хозяина! Я видела только нож, а потом меня снизу как схватило что-то!

Я… я дальше ничего не помню, совсем отключилась… Прихожу в себя — всё болит, кругом темно, рядом сидит кто-то с ножом, рожа вся в крови, и глаза светятся, как у волка! Думала, я уже на тот свет попала, рванулась, а он хвать! Потом поняла, что человек, где-то видела, а где — не вспомнила. Думала, он один из них, там тоже были такие, пятнистые и с ружьями, вроде как телохранители. Они их в глаза — «воины», а между собой — «быдло зеленое», «псы»! А потом замерзла, ногу распорола, он всё гнал, я ничего не соображала. Потом я на обрыве не удержалась, покатилась вниз, разбилась вся. А там наверху стреляли, а потом он спустился… Дальше вы все знаете, вы же нас и подобрали. Я в себя только на катере пришла. Юрий Натанович, а можно вопрос ?

— Валяй, спрашивай.

— Для чего вы ракетами стреляли? У вас же винтовка была! Так вы только себя подсвечивали. И прожектором! Вы от нас отвлекали, да?

— Ну-у, прямо Кутузов в юбке! Я думал, она про парня спросит, а ей тактику подавай! Молодец, боевая девка, раз успела заметить. А говорила, не помнишь ничего!

— Я же как в себя пришла, всё точно помню. Ну, не хотите говорить, не надо. Может, это секрет какой.

— Этот секрет тебе любой офицер откроет, и не только офицер. Впрочем, не любой, есть у нас еще в штабах кресла дубовые… Ты сама подумай — что будет, если привыкшему к темноте человеку под нос горящий магний сунуть?

— Так вы их просто ослепили?!

— Точно. Как маршал Жуков немцев под Берлином. Ну, а потом пришлось и угомонить кое-кого… Хотел без этого, да уж больно упрямые попались. И с автоматом. Вариантов не было, или — или. Как думать, не ошибся с выбором?

— Вам виднее…

На широкой койке заворочался, застонал раненый Александр.

— О, Санек оживает! Стонет — значит, сил прибавилось. Ну-ка, разведка, как у нас дела?


* * * | Древняя кровь | * * *