home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


7.

Екатерина Андреева в своей работе «Генерал Власов и Русское освободительное движение» написала не случайно: «Рассказы о том, как составлялся Пражский манифест, разнятся между собой».

И далее: «Когда Гиммлер дал разрешение опубликовать программу Русского освободительного движения, Жиленков в конце сентября 1944 г. собрал вместе редактора «Зари», бывшего зыковского заместителя Ковальчука, старшего дабендорфского преподавателя Зайцева, сотрудника отдела печати Дабендорфа Норейкиса и приказал им составить манифест. Жиленков, в качестве главы отдела пропаганды Русского освободительного движения, видимо, осуществлял переговоры с немецкими властями. Двое из вышеупомянутых, оставшиеся в живых, описывают процесс составления манифеста по-разному. Норейкис вспоминает, что Жиленков, созвав всех троих, потребовал, чтобы они спешно составили манифест, и прибавил, что не отпустит их, пока не получит удовлетворительного текста. Тогда Норейкис написал проект декларации, который Жиленков раскритиковал за журналистский подход. Защищая Норейкиса, Зайцев сказал, что при поставленных условиях можно и ожидать только лишь журналистики. Тогда проект был унесен и о нем больше не говорили.

К этому рассказу Зайцев прибавляет некоторые подробности и вносит оговорки. Например, когда Жиленков просил составить текст, который мог бы служить официальным манифестом, он прибавил, что ему нужен проект политической декларации и что Власов хочет получить его, чтобы внести туда историческое обоснование. Зайцев ответил, что он не может работать в коллективе и под давлением, но только самостоятельно. Было решено, что Ковальчук напишет введение, Зайцев – статьи программы, а Норейкис – заключение. Норейкис в своем рассказе отвергает версию разделения труда. Зайцев заявил, что не может составлять программу без подготовки, и покинул остальных, с тем чтобы достать программу НТС и другие документы, которые считал необходимыми. Следующей ночью он составил четырнадцать пунктов программы, которые его будущая жена печатала под его диктовку. На следующее утро он передал свой вариант Жиленкову и последний остался им доволен».

Однако Власов на вопрос следователя в 1945 г.: «Кто участвовал в составлении манифеста, написанного по предложению Гиммлера?», – отвечал несколько по-другому.

Итак, Власов:

«Проект манифеста, который нами разрабатывался по предложению Гиммлера, составляли я, Малышкин, Трухин, Жиленков и работавший в ведомстве Геббельса генерал-майор Закутный – бывший начальник штаба 21-го стрелкового корпуса Красной Армии».

А теперь немного отвлечемся и остановимся на биографии этого генерала.

Дмитрий Ефимович Закутный родился в 1897 г. на Дону. В 1911 г. окончил сельскую школу, а в 1914 г. экстерном сдал экзамен за 5 классов реального училища. В РККА с 1918 г. С сентября – пом. командира батареи, с ноября – в штабной роте штаба южного боевого участка Царицынского фронта. 1 февраля 1919 г. – адъютант отдельного артдивизиона, затем адъютант артдивизионов ряда соединений. С 26 мая 1921 г. – исполняющий должность порученца в инспекции артиллерии 2-го Кавказского корпуса. С 21 августа – пом. адъютанта стрелкового полка, с 16 марта 1922 г. – командир взвода конной разведки стрелкового полка, с 25 июня – пом. начальника штаба стрелкового полка, с 25 июля – пом. нач. пулеметной команды, с 30 октября – пом. нач. штаба корпуса. Осенью 1923 г. зачислен слушателем на курсы усовершенствования при разведуправлении РККА, после окончания которых – заведующий разведотделом штаба корпуса. В 1925 г. – пом. нач. развед. отдела штаба СКВО. В 1928 г. зачислен слушателем в ВАФ. В 1931 г. – начальник 1-й части штаба стрелкового корпуса. С марта 1932 г. пом. начальника 1-го сектора оперативного отдела Генштаба РККА, затем – зам. начальника сектора. С 1935 г. – начальник 1-го отделения оперативного отдела Генштаба РККА, полковник. В 1936 г. зачислен слушателем в Академию генштаба, а в 1938 г. назначен ассистентом кафедры службы штабов ВАФ. С 1939 г. – начальник штаба Горьковского стрелкового корпуса, комбриг. В 1940 г. ему присвоено звание «генерал-майор». 21 июля 1941 г. назначен командиром 21-го стрелкового корпуса. 26 июля в Гомельской области взят в плен. До конца лета содержался в особом опросном лагере в Лодзи. Осенью переведен в офлаг XIII-D в Хам-мельбурге. В контакт с Власовым вступил в августе 1944 г.

Вернемся к Власову.

«В манифесте в антисоветском духе излагалось положение в Советском Союзе, возводилась клевета на руководителей Советского государства, которые якобы своей неправильной политикой привели страну к войне, и сейчас народы России проливают кровь за империалистов Англии и США. Доказывалась необходимость борьбы с большевизмом и сообщалось о создании для этой цели Комитета освобождения народов России.

В манифесте декларировалось, что комитет создан для освобождения народов России от большевистской системы, заключения мира с Германией и создания Российского государства без большевиков. После этого проект манифеста через Крегера был передан Гиммлеру, который внес в него ряд поправок и утвердил.

Манифест подписали 37 членов и 12 кандидатов в члены Комитета освобождения народов России.

14 ноября 1944 г. в Праге, во дворце Градчаны прошло торжественное собрание так называемого Комитета освобождения народов России (КОНР).

Собрание открыл профессор С.М. Руднев. Очевидцы утверждают, что он плакал, произнося речь. Затем, стоя за столом, Власов прочитал доклад.

Я приведу текст манифеста полностью, чтобы было понятно, о чем шла речь в этом документе.


Телеграмма рейхсфюрера СС генералу Власову | «Пятая колонна» Гитлера. От Кутепова до Власова | МАНИФЕСТ КОМИТЕТАОСВОБОЖДЕНИЯ НАРОДОВ РОССИИ