home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


1.

Войска и население Ленинграда находились в исключительно тяжелом положении. Ставка Верховного главнокомандующего принимала все меры к скорейшему снятию блокады с осажденного города. Поэтому несмотря на то, что все имеющиеся резервы требовались для задуманного контрнаступления на главном Западном направлении, она тем не менее направила под Ленинград две армии, благодаря которым на северо-западном направлении к началу января 1942 г. общее соотношение сил и средств изменилось в пользу Советской армии. А для улучшения управления на этом направлении 17 декабря 1941 г. Ставка образовала Волховский фронт, в состав которого вошли: 4, 52, 59 и 26-я армии. Командующим войсками фронта был назначен генерал армии К.А. Мерецков.

До нового года войскам этого фронта удалось существенно ослабить силы немецкой группы армии «Север» и очистить часть захваченной прежде территории. В результате чего ГКО и Ставка ВГК смогли наладить снабжение голодавшего города через Ладогу.

Таким образом, контрнаступление на севере и на юге способствовало осуществлению подготовки и проведению крупнейшей контрнаступательной операции под Москвой.

5 января 1942 г. в Кремле состоялось заседание членов Политбюро ЦК ВКП(б) и Ставки ВГК. На этом заседании Сталин предоставил слово начальнику Генерального штаба маршалу Б.М. Шапошникову, который проинформировал его и присутствующих о положении на фронтах и изложил проект плана дальнейших действий.

Из этого выступления следовало, что важнейшая военно-политическая цель, стоявшая перед Вооруженными Силами, заключалась в том, чтобы ликвидировать угрозу Ленинграду, Москве и Кавказу и, удерживая стратегическую инициативу в своих руках, разгромить армию Германии и ее союзников и создать условия для завершения войны в 1942 г.

Сталин так прокомментировал доклад начальника Генерального штаба: «Немцы в растерянности от поражения под Москвой, они плохо подготовились к зиме. Сейчас самый подходящий момент для перехода в общее наступление. Враг рассчитывает задержать наше наступление до весны, чтобы весной, собрав силы, вновь перейти к активным действиям. Он хочет выиграть время и получить передышку. Наша задача состоит в том… чтобы не дать немцам этой передышки, гнать их на запад без остановки, заставить их израсходовать свои резервы еще до весны…»

Согласно замыслу Ставки ВГК, девяти фронтам, двум флотам и ВВС предстояло перейти в наступление практически одновременно на фронте от Ладожского озера до Черного моря с самыми решительными целями: окружить и уничтожить основные силы групп армий «Север», «Центр», «Юг» и к весне 1942 г. продвинуться на глубину 300 – 400 км. В дальнейшем «обеспечить… полный разгром гитлеровских войск в 1942 г.».

Но не все было просто в действительности. К началу 1942 г. советские Вооруженные силы оказались в тяжелейших условиях. Им предстояло вести свою первую наступательную кампанию при самой низкой технической оснащенности за все годы войны, слабом оснащении действующей армии боеприпасами, горючим, транспортом. Они уступали вермахту и в подвижности.

А кроме того, Ставка ВГК испытывала трудности с людскими ресурсами. Напряженная шестимесячная борьба, приведшая в 1941 г. к огромным безвозвратным и санитарным потерям, – 4 млн 473 тыс. 820 человек (из них 52, 2% – пропавшие без вести и попавшие в плен), оставление более 5 360 тыс. военнообязанных на оккупированной территории, развертывание военной промышленности, а также увеличение фронта борьбы вынудили советское правительство призвать на военную слу жб у му жчин всех возрастов вплоть до 1890 г. рождения. В Ставке ока – зались основательно завышенные данные о потерях противника.

Так, по данным разведывательного управления Генштаба Советской армии, вооруженные силы Германии с 22 июня до ноября 1941 г. потеряли более 4, 5 млн человек, а на 1 марта 1942 г. – 6, 5 млн, в том числе сухопутные войска – 5, 8 млн. По данным же начальника генерального штаба сухопутных войск вермахта, потери на 1 января 1942 г. составили 830 903 человека, что равнялось 25, 96% численности всех сухопутных войск на Восточном фронте (3, 2 млн человек). Таким образом, отсутствие достоверной информации не способствовало объективной оценке Ставкой ВГК стратегической обстановки и отрицательно влияло на принятие целесообразных решений.

Именно в таких условиях и был рассмотрен план общего наступления Советской армии.

Командование Волховского фронта видело свои задачи в том, чтобы, «наступая в северо-западном направлении, разбить противника, оборонявшегося на р. Волхов, во взаимодействии с войсками Ленинградского фронта окружить и пленить его (18-ю немецкую армию), а в случае отказа противника сдаться, истребить его».

Ставка ВГК, учитывая тяжелое положение Ленинграда, возложила на войска Ленинградского, Волховского и правого крыла СевероЗападного фронта при содействии Балтийского флота задачу разгромить группу армий «Север».

Однако против одновременного наступления всех фронтов в январе 1942 г. высказался член Ставки ВГК генерал армии Г.К. Жуков, а также кандидат в члены Политбюро ЦК ВКП (б) И.А. Вознесенский.

Он, как никто из присутствующих, знал, в каком состоянии находится народное хозяйство страны, какие трудности выпали на долю военной промышленности. «Мы сейчас, – заявил он, – еще не располагаем материальными возможностями, достаточными для того, чтобы обеспечить одновременное наступление всех фронтов…»

А вот что писал в своих мемуарах К.К. Рокоссовский:

«Мне запомнился разговор, происходивший в моем присутствии между Г.К. Жуковым и И.В. Сталиным. Это было чуть позже, уже зимой. Сталин поручил Жукову провести небольшую операцию, кажется в районе станции Мга, чтобы чем-то облегчить положение ленинградцев. Жуков доказывал, что необходима крупная операция, только тогда цель будет достигнута.

Сталин ответил: «Все это хорошо, товарищ Жуков, но у нас нет средств, с этим надо считаться». Жуков стоял на своем: «Иначе ничего не выйдет, одного желания мало». Сталин не скрывал своего раздражения. Но Жуков не сдавался. Наконец Сталин сказал: «Пойдите, товарищ Жуков, подумайте. Вы пока свободны».

Видимо, в тех условиях более целесообразно было принять план последовательного решения задач и начать разгром противника с груп – пы армий «Центр», где успех сразу же сказался бы на работе промышленности Москвы, московского железнодорожного узла и всего московского промышленного района, а это позволило бы улучшить снабжение войск. Приняв же план разгрома врага на всех стратегических направлениях, все-таки не удалось создать достаточно сильных группировок ни на одном из них. Все резервы Ставки – девять армий, сформированных накануне наступления, – были распределены по фронтам почти равномерно.

Но для осуществления операций на окружение были необходимы и соответствующие условия. Таких условий просто не было. По этой же причине нереальными оказались задачи войск Ленинградского, Волховского и правого крыла Северо-Западного фронта по окружению основных сил группы армий «Север» и снятию блокады Ленинграда.

По решению Ставки, основная роль в разгроме врага отводилась Волховскому фронту. Его войска должны были прорвать оборону противника по р. Волхов, во взаимодействии с 54-й армией Ленинградского фронта окружить и пленить войска 18-й немецкой армии, блокировавшие Ленинград, которые выдвинулись к Ладожскому озеру в районе Мги.

Между тем немецкой группе армий «Север» уточнялась задача: удерживать «рубеж р. Волхов и линию железной дороги, проходящей от станции Волхов на северо-запад… Оборонять указанный рубеж до последнего солдата, не отступать больше ни на шаг и тем самым продолжать осуществление блокады Ленинграда».

Для противника основополагающими целями военной кампании на зиму 1941/42 г. были: удержание захваченных территорий на возможно более выгодном рубеже минимальными силами; предоставление войскам отдыха, их пополнение; создание предпосылок для возобновления наступательных операций весной 1942 г.

По замыслу советского командования войска Волховского фронта в составе 4, 59, 2 ударной и 52-й армий должны были перейти в общее наступление, имея целью разбить противника, оборонявшегося по западному берегу Волхова, главными силами выйти на рубеж Любань (ст. Чолово). В дальнейшем, наступая в северо-западном направлении, войска фронта во взаимодействии с Ленинградским фронтом должны были окружить и пленить силы врага, блокировавшие Ленинград. Ленинградскому фронту ставилась задача содействовать Волховскому фронту в разгроме противника под Ленинградом и освобождении его от блокады. Войска Северо-Западного фронта получили задачу правым крылом нанести удар в направлении Старая Русса, Сольцы, Дно, перерезать коммуникации Новгородской группировки немцев и во взаимодействии с войсками левого крыла Волховского фронта нанести ей поражение, содействуя тем самым решению главной задачи вырвать Ленинград из кольца блокады.

Командующий войсками Волховского фронта генерал армии К.А. Мерецков решил главный удар нанести силами двух новых армий (2-й ударной и 59-й), прорвать вражескую оборону в районе Спасская Полисть, выйти на рубеж Любань, Дубовик, Чолово и уничтожить во взаимодействии с 54-й армией Ленинградского фронта любанско-чудовскую группировку противника. В дальнейшем командование фронта предполагало наступление в северо-западном направлении и при содействии части сил Ленинградского фронта осуществить прорыв блокады Ленинграда. Левое крыло Волховского фронта получило задачу во взаимодействии с войсками правого крыла Северо-Западного фронта разгромить врага в районе Новгород, Сольцы, Дно.

Завершение сосредоточения войск фронта в исходных районах для наступления было назначено на 26 декабря 1941 г. Однако из-за сильных морозов и снежных заносов, слабой пропускной способности железных дорог, изношенности и недостатка автотранспорта, слабой организации автодорожной службы оно шло с запозданием на 10 – 15 суток и закончилось лишь к 7 – 8 января 1942 г., а артиллерии – к 10 – 12 января. Вследствие отставания тылов войска испытывали большой недостаток в боеприпасах и других материальных средствах.

«Не довольствуясь директивными указаниями, – вспоминал спустя десятилетия К.А. Мерецков, – Ставка в конце декабря направила на Волховский фронт своего представителя Л.З. Мехлиса, который ежечасно подгонял нас». Главной задачей уполномоченного Ставки было обеспечение своевременного прибытия пополнений и снабжение войск.

Так, проверив положение в 4-й армии, Мехлис телеграфирует 4 января начальнику тыла Красной армии генералу Хрулеву: «Положение с продфуражом нетерпимое. На 2-е января по данным управления тыла в частях и на складах армии мяса – 0, овощей – 0, сена – 0, консервов – 0, сухарей – 0. Кое-где хлеба выдают по 200 грамм… Что здесь – безрукость или сознательная вражеская работа?»

Тщательной подготовки войск фронта к наступлению не получилось и по другим видам обеспечения. К.А. Мерецков в книге воспоминаний отмечал, «что к началу января 1942 г. фронт, по существу, не имел своего тыла». Войска снабжались напрямую, минуя фронт: центр – армия. Для вновь прибывших армий это было очень плохо, так как их подвижные запасы находились в пути, а фронт ничего не мог им дать.

«Снабжение войск фронта оставалось неудовлетворительным еще продолжительное время. Причин тому было три: нарушение графика подачи снабженческих эшелонов, слишком большая растяжка путей подвоза и почти полное отсутствие автотранспорта. Гужевой транспорт, являвшийся в подготовительный период основным, ввиду больших расстояний от пунктов снабжения до районов сосредоточения не мог справиться даже с подвозом фуража. Один его оборот обычно занимал несколько суток».

Но тем не менее для выполнения задач операции командующий Волховским фронтом создал следующую группировку своих войск. На правом крыле фронта на участке Кириши – Лезно действовала 4-я армия. В ее состав входило 7 стрелковых дивизий, которые были ослаблены в предыдущих боях и имели большой некомплект в людях и вооружении. Командующий – генерал-майор П.А. Иванов. Левее на фронте Завижа – Дымно развернулась 59-я армия под командованием генерал-майора И.В. Галанина. В ее состав также входило всего 7 стрелковых дивизий.

Южнее 59-й армии, по правому берегу Волхова на фронте Крупичино – Русса, заняла исходное положение 2-я ударная армия (бывшая 26-я резервная) под командованием генерал-лейтенанта Г. Г. Соколова. В составе армии находились одна стрелковая дивизия (327-я) и семь стрелковых бригад (25, 57, 58, 23, 24, 22, 59-я). Все они были укомплектованы личным составом, однако недоставало вооружения и его приходилось получать в ходе выдвижения.

Левее 2-й ударной армии до озера Ильмень развернулась 52-я армия, которой командовал генерал-лейтенант В.Ф. Яковлев. В армию входили всего пять стрелковых дивизий и одна кавалерийская дивизия.

Все соединения имели некомплект в личном составе, им недоставало артиллерии и автоматического оружия.

Войскам Волховского фронта противостояли 1-й и 38-й армейские корпуса 18-й армии противника, имевшие 8 пехотных дивизий (11, 21, 61, 215, 216, 254, 291-я немецкие и 250-я – испанская). В оперативном резерве группы армий «Север» на данном направлении находились 39-й моторизованный корпус и 285-я – охранная дивизия.

В ожидании наступления советских войск немцы спешно создавали сильную оборону. На подготовленных позициях, состоявших из системы узлов сопротивления и опорных пунктов, у них имелось большое количество дзотов, пулеметных блиндажей и площадок. Передний край обороны в основном проходил по западному берегу Волхова. Второй оборонительный рубеж пролегал по насыпи железнодорожной линии. Оперативную глубину обороны немцев составляла система узлов, оборудованных главным образом в населенных пунктах. Они имели сильную артиллерийскую группировку, а оборона наземных войск поддерживалась значительным количеством авиации. К тому же нельзя не учитывать и то обстоятельство, что зима больше благоприятствует обороне, чем наступлению.

Маневр – главный элемент наступления, зимой ограничен глубоким снегом и коротким днем. А тем более на больших пространствах. Кроме того, зимние ночи обеспечивают обороняющемуся возможность ведения эффективного огня вследствие хорошей видимости. В этих условиях боевые действия сводятся, как правило, к борьбе за дороги и населенные пункты. При расчете времени все цифры увеличиваются в три-четыре раза. Короткие дни и длинные ночи значительно сокращают то благоприятное время, которое необходимо для ведения боевых действий.

Офицер генерального штаба сухопутных войск Германии Эйке Миддельдорф так напишет в своей книге «Русская кампания: тактика и вооружение»: «Опыт русской кампании показывает, что зимние наступательные операции в Восточной Европе в большинстве случаев были связаны со значительными потерями в живой силе и технике. Эти потери не оправдали достигнутых результатов, а операции часто оканчивались провалом. Позиционная оборона или наступательные действия местного характера даже в особо тяжелых зимних условиях, наоборот, проводились успешно». И еще: «Зимой чрезвычайно трудно проводить крупные наступательные действия с решительными целями. В зимних условиях критический момент наступательной операции наступает намного раньше, чем летом. Ударные части наступающих войск привязаны к дорогам. Поэтому они имеют очень узкое построение и легко могут быть отрезаны. Обход крупных очагов сопротивления связан с большой затратой времени и значительной нагрузкой на войска. Фронтальное наступление при глубоком снежном покрове в большинстве случаев неосуществимо».

Такого рода выводы были сделаны автором уже после Второй мировой войны, но тем не менее они объясняют многое.

В начале января Волховский фронт вел борьбу за расширение плацдармов на левом берегу р. Волхов, которые удалось захватить еще в ходе контрнаступления под Тихвином. Войска фронта превосходили немцев в людях в 2, 2 раза, в танках – в 3, 2 раза, в артиллерии – в 1.5 раза. А вот 54-я армия Ленинградского фронта имела преимущество над противником в людях – всего в 1, 2 раза и в артиллерии – в 1.6 раза. Противостоящий им противник обладал абсолютным господством в воздухе и создал хорошо организованную оборону как на левом берегу Волхова и у Погостья, так и под Ленинградом.


Глава 1. Стратегическая ошибка… | «Пятая колонна» Гитлера. От Кутепова до Власова | cледующая глава