home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

Все получили приглашения в один и тот же день. На элегантных матово-белых карточках с золотым обрезом было лаконично напечатано: «Мел Векслер имеет удовольствие пригласить Вас на… числа… месяца… в…» и адрес его дома в Бел Эйр. Секретарша красиво написала на каждом приглашении имя и фамилию, время — восемь часов — и внизу, как ее проинструктировал Мел: «на вечер знакомства с коллегами по съемочной группе».

Секретарша также позвонила в «Чейзен» и заказала любимые блюда Мела: бифштексы, жареный картофель, спаржу с голландским сыром, различные закуски и много икры; на десерт — шоколадный торт и мороженое с шоколадной глазурью. Такое хорошее, простое меню должно было понравиться всем. Ожидалось пятеро гостей. Мел решил больше никого не приглашать и дать им возможность познакомиться без посторонних. Он хотел, чтобы пятеро ведущих актеров и актрис сериала подружились, это представлялось ему важным для успешной работы. Всю неделю Мел утрясал различные вопросы с телекомпанией. Наконец все было согласовано, были подписаны все контракты, не оставалось неясностей с исполнителями главных ролей. Франсуа Брак ждал Сабину в Париже через две недели, шел набор актеров на вторые роли у в прессу уже просочились сведения о ведущих актерах «Манхэттена». Всем этим Мел был доволен, чрезвычайно доволен, и поэтому в день, на который был назначен прием, уходил из офиса с хорошим настроением. Он хотел прийти домой пораньше и лично проконтролировать приготовления к ужину, убедиться, что убранство дома и все остальное соответствует его пожеланиям. Гости были приглашены в вечерних туалетах, чтобы создалась атмосфера торжества.

Дома все было в полном порядке. «Чейзен» знал свое дело, а экономка Мария за всем проследила. Мелвин даже успел поплавать в бассейне и немного отдохнуть в шезлонге. Он был спокоен, что, если даже заснет, Мария разбудит его вовремя, чтобы успеть одеться.

Не только Мелвин позволил себе вздремнуть в эти послеполуденные часы. Билл за весь день так изнервничался, что решил для разрядки побегать трусцой по холмам, а потом принял душ и уснул на кровати совершенно голый. Рядом с ним на полу вытянулся Берни, верный сторож своего хозяина. Когда в спальню вошла Сэнди, он только завилял хвостом; он никогда не встречал ее так же восторженно, как Билла. Сэнди чуть постояла, глядя на них и не зная, будить мужа или нет. Но Билл сам пошевелился и, словно чувствуя, что в комнате кто-то находится, вдруг сел и уставился на нее, не понимая, сон это или явь.

— Привет…

Сердце у Билла сжалось при виде жены. Она выглядела даже хуже, чем три недели назад, на щеке у нее был безобразный кровоподтек и свежий шрам.

— Где ты была?

Он с ужасом подумал, что, наверное, ее кто-то бил.

— Как ты себя чувствуешь?

Глупый вопрос — вид Сэнди говорил сам за себя, но на этот раз она хоть не была в полной отключке, может, лишь под легкой дозой. На ней было надето что-то незнакомое. «Где она сейчас живет?» — подумал Билл и вдруг почувствовал себя неловко, осознав, что сам облачен в костюм Адама. Он взял полотенце, оставленное на кровати, и прикрылся. Сэнди присела на край кровати и сказала:

— Я слышала, ты получил роль, которую ждал.

Билл кивнул, больше заботясь о ней, чем о себе.

— Я рада за тебя, Билл.

— Спасибо… Где ты сейчас обитаешь?

— У друзей, в Южном Ла-Бреа. У меня все в порядке.

В это трудно было поверить, глядя на нее.

Она была грязной, выглядела усталой и на десять лет старше своего возраста.

— Я хотел бы, чтобы ты легла в больницу. Билл не отказался от нее. Он чувствовал, что обязан ей помочь, хотя бы ради воспоминаний о хороших временах и еще потому, что его собственная жизнь теперь резко менялась к лучшему.

— Лягу на днях, как появится возможность.

— Может, прямо сейчас?

Он сам готов был отвезти ее все равно в какую клинику, лишь бы она прошла курс лечения. Просто, прежде чем начать новую жизнь, Билл хотел знать, что Сэнди в хороших руках и лечится.

— Мне пока надо побыть в другом месте… Билл знал, что Сэнди говорит не правду, но спорить с ней не имело смысла. Он больше не имел над ней власти, да и никогда ее не имел, по правде говоря.

— Я просто хотела сказать тебе, как я за тебя рада. Ты переедешь в Нью-Йорк? Билл покачал головой:

— Мы едем на натурные съемки на месяц-полтора. А потом я вернусь.

Он хотел, чтобы Сэнди знала, что в случае надобности всегда может позвонить ему. Билл боялся за нее. Она вступила в пугавший его мир, в котором с ней могло случиться все что угодно.

— Я думаю, что ты скоро захочешь развестись со мной.

Однако Билл пока этого не хотел, опасаясь шума в средствах массовой информации.

— Торопиться некуда. Развестись всегда успеем. Верно?

— Конечно.

Она грустно посмотрела на него, словно теряла самое дорогое. У Билла разрывалось сердце — Сэнди была так похожа на напуганное, надломленное дитя.

— ..Я просто подумала, что теперь… в связи с сериалом…

— Ничего, не беспокойся. Печально глядя на Билла, Сэнди продолжала:

— Я не хотела впутывать тебя, посчитала, что лучше мне держаться от тебя подальше, и потому не звонила.

Билл понял, что по той же причине она и не возвращалась домой. Он обернул полотенце вокруг бедер и встал. Контраст между ними был удручающим. Сэнди — слабая, тощая, бледная, а он — здоровый, сильный, бодрый.

— Приготовить тебе поесть?

Она покачала головой. Сэнди жила на батончиках и сигаретах, и у нее совершенно не было аппетита. Ей нужно было только зелье и ничего больше. Ее даже не привлекал вид еды. Словно по иронии, холодильник теперь был полон. Биллу заплатили за первый сезон четверть миллиона долларов. Он никогда не мечтал о подобных заработках. Теперь его холодильнику предстояло быть полным в течение долгого, долгого времени. Билл пожалел, что Сэнди не пользуется благами его новой финансовой ситуации, и, хотя между ними все было кончено, он спросил:

— Ты в чем-нибудь нуждаешься? Я могу… Он хотел было предложить ей денег, но сообразил, что они все уйдут на наркотики, а Сэнди, тоже это понимая, заставила себя покачать головой, затем медленно поднялась:

— Я же сказала… У меня все в порядке. Глаза у Билла наполнились слезами. Он ласково коснулся плеча жены:

— Сэнди, останься… Я помогу тебе вылечиться. Клянусь. Если только хочешь — оставайся.

— Нет, я не могу.

Сэнди печально улыбнулась ему.

— Сейчас не могу. Мое время ушло. Сейчас твое время.

Двадцатипятилетняя, она вела себя так, словно жизнь кончена. Это было ужасно. Билл отвернулся, чтобы Сэнди не видела, как он плачет.

— Твое время снова может вернуться, стоит тебе только пожелать. Главное, не забывай об этом. Тебе надо всего-навсего вылечиться.

Всего-навсего… Нелегкая задача, но и не невозможная, оба это понимали. Проблема состояла в том, что Сэнди не хотела лечиться.

Она дотронулась до его руки так нежно, что Билл едва почувствовал ее прикосновение, и сказала:

— Береги себя.

Потом поцеловала его в щеку и быстро вышла. Он услышал, как ее стоптанные туфли застучали по тротуару, и заставил себя не выбежать за ней. Билл стоял и, не обращая внимания на слезы, стекавшие по его щекам, шептал:

— Прощай, любимая.

У него уже не было желания куда-либо идти.


В Пасадене Джейн провела послеполуденные часы у парикмахера. Для нее это был большой день. Она готовилась к знакомству с остальными актерами и нетерпеливо ждала его с момента получения приглашения. У «Сакса» она купила белое платье, отделанное бисером, потом чуть не вернула его, решив, что оно слишком броское. Но платье смотрелось на ней так великолепно, что продавщица уговорила ее оставить себе покупку.

Девочки еще были в школе, когда Джейн вернулась домой с идеальной прической и маникюром. Она вынула платье из шкафа, снова посокрушалась над ним, как она сокрушалась над всем подряд, но в конце концов махнула рукой и стала наливать ванну. До выхода оставалось еще несколько часов, к тому же Мел обещал прислать за ней машину. И это было только начало, Джейн это знала. Ей предстояло стать королевой не только на день, но, возможно, и на год или дольше, если рейтинги будут высокими. Все это было чрезвычайно волнительно. Единственное, что омрачало радостное предвкушение будущей работы, так это поведение Джека. Он настраивал девочек против матери, кроме того, поехал к Джейсону, в Санта-Барбару и наговорил тому тех же гадостей. Джейсон позвонил ей и умолял не сниматься в сериале, поскольку это, дескать, слишком расстраивает папу. А «папа» обратился к адвокатам и не только подал на развод, но и предложил жене выкупить у него его половину дома. В случае несогласия Джейн пришлось бы искать себе другое жилье. Согласно полученному письму ей давалось 90 дней отсрочки. Как Джейн ни старалась связаться с супругом, тот не подходил к телефону. Наконец она оставила эту затею и тоже наняла адвоката. Трудно было поверить, что такое случилось всего за какие-то несколько недель. Джек не шутил. Она захотела играть в сериале, и он подал на развод. Джейн не раз думала отказаться от роли, но знала, что если сделает это, то потом возненавидит его; их брак был необратимо расстроен. Она больше не хотела водить Джека за нос, с нетерпением ждала своей новой жизни и надеялась, что в конце концов дети поймут, что и она живой человек, со своими чувствами и потребностями, и что все россказни о ней отца — не правда.

Она не слышала, как открылась входная дверь, не слышала шагов в коридоре, стояла в белье, ждала, когда нальется ванна, и буквально подпрыгнула от неожиданности, увидев его.

— Джек… что ты здесь делаешь?

Она не видела его несколько недель, с тех пор, как он приходил за остальными вещами, и вдруг — вот он, стоит и смотрит на нее, словно хочет что-то сказать.

— Я заехал кое-что забрать.

Но она знала не хуже его, что забирать больше нечего, все давно увезено. Джейн недоумевала, зачем он явился.

— У тебя все нормально? Она с беспокойством наблюдала за ним. Выражение его глаз было каким-то странным.

— Вроде да. Я собирался тебе позвонить и поговорить.

— А я тебя не могла застать.

— Я был занят.

Джек пожал плечами, глядя на ее груди.

— Я считаю, что нам иногда надо обсуждать кое-какие вещи, но…

Джейн не хотела ему признаваться, что ей нужно время, чтобы спокойно одеться.

— Понимаешь, сегодня не очень подходящий для этого день.

Джек подозрительно посмотрел на нее:

— Почему?

Она решила, что обманывать его нет смысла.

— Сегодня у нас вечеринка дли актеров.

— И что вы там будете делать? Трахаться друг с другом и смотреть, у кого это лучше получается?

Его глаза зло сверкнули, и Джейн поняла, что он «под мухой». Это было что-то новое для него. Раньше он так часто не пил. Она терпеть не могла общаться с ним нетрезвым.

— Это всего лишь ужин, и все. Может, я позвоню тебе завтра в офис?

— Зачем, чтобы рассказать, как там было? Какое мне дело? Я тебя и так знаю как свои пять пальцев.

Он шагнул к ней. Джейн, споткнувшись о коврик, отступила.

— Джек… остановись… Давай не будем снова это начинать. Нам надо сесть и поговорить.

— Я не желаю сидеть с тобой. Я не устраиваю посиделок со шлюхами.

«Он просто болен, — подумала Джейн. — Его шлюхомания зашла слишком далеко».

— Может, ты ушел бы? — тихо спросила она. Говорить с ним не имело смысла. Но Джек не собирался никуда идти.

— А что? Ты кого-то ждешь?

— Только девочек, и еще мне надо одеться.

— Не стесняйся. Я все уже видел.

— Замечательно. Тогда почему бы тебе не уйти прямо сейчас?

— Я хочу повидать девчонок. Джек вызывающе смотрел на нее.

— Ты можешь их повидать в другой раз.

— Ты не имеешь права вышвыривать меня вон. Это все еще мой дом. Он по-прежнему мой…

Он подступал к ней.

— И ты тоже моя. Я могу взять тебя в любое время, когда захочу.

— Давай не будем об этом.

Джейн вдруг испугалась. Ей стало не по себе наедине с Джеком. Он вел себя как ненормальный. Почувствовав ее страх, он сделал еще один шаг и схватил Джейн за руки.

— Знаешь, это ведь правда… Ты моя собственность… как и прежде… ты моя маленькая стервочка.

Она ненавидела, когда Джек так говорил, ненавидела в нем все. Джейн задавала себе вопрос, новое ли это чувство или оно в ней сидело давно. В этот момент Джек дернул ее за руки и потянул в спальню, на кровать.

— Ну Джек… пожалуйста…

— Что «пожалуйста»? Ты просишь дать тебе то, что я тебе всегда давал? Ты всегда была для меня только удобной телкой… Я плевать на тебя хотел, тебе это известно?.. Известно, ты, сучка?

Джейн не понимала, почему Джек так ее ненавидит, а он тем временем повалил ее на кровать, придавил всем своим телом, сорвал с нее бюстгальтер и спустил трусики. Это был идиотизм — она двадцать лет была его женой, а теперь он насиловал ее. Это было похоже на абсурд.

— Джек, прекрати! — сквозь слезы прохрипела она, едва дыша под его весом. Джек расстегнул брюки и вошел в нее.

— Ну пожалуйста! — умоляла она, а Джек кусал ей до крови губы, соски, вонзался в нее, причинял ей боль, тискал груди. Потом вдруг дал ей сильнейшую пощечину и стал бить, постанывая от накатывающегося экстаза. Затем он грубо отстранился, посмотрел на нее, рыдавшую на испачканной кровью кровати, поднялся, застегнул брюки, усмехнулся и, бросив «шлюха!», ушел. На улице взревел мотор его автомобиля, Джейн лежала, всхлипывала и чувствовала жуткое безразличие ко всему на свете.


Глава 11 | Секреты | Глава 13



Loading...