home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 26

Расхаживая по приемной Мела, Билл вспоминал свое первое появление здесь. Теперь не было и следа того радостного нетерпения, наоборот, на душе было очень тяжело. Через своего агента Билл получил информацию, что в пятницу ему надлежит явиться не на съемочную площадку, а на беседу к Векслеру. В девять часов утра.

В девять пятнадцать секретарша наконец пригласила его. Лицо у нее было равнодушным, несмотря на то, что о Билле всю неделю трезвонили в теленовостях и газетах. Она вела себя так, словно никогда прежде его не видела. Из этого Билл заключил, что Мелвин его немедленно выгонит. У него были на то все основания. Для расторжения контракта было достаточно уже того, что при его подписании Билл дал неверные сведения о своем семейном положении.

— Привет, Билл.

Глаза у Мела были участливые, но на этот раз в них отсутствовала теплота.

— Привет, Мел.

Билл опустился на стул по другую сторону письменного стола. Он был аккуратно одет, тщательно побрит, но бледен. Неделя выдалась не из приятных, сказалось и несколько ночей без сна. Просто трудно было поверить, сколько случилось за эти дни.

Мелвин сначала внимательно посмотрел в глаза сидевшему перед ним молодому человеку, а затем сразу перешел к делу.

— Я хотел бы знать, почему ты сказал мне не правду, почему скрыл, что женат?

— Я теперь об этом жалею. Думаю, я тогда побоялся. Сэнди была в очень плохом состоянии, а наш брак мы с самого начала держали в секрете.

— Почему? Она что, принимала наркотики, когда ты на ней женился?

Мел задавал себе вопрос, есть ли и у Билла пристрастие к наркотикам или было когда-то? Множество вопросов промелькнуло у него в голове за эти три дня, с тех пор как Билл был арестован.

— Нет. Но она снималась в «Воскресном ужине».

Мелвин читал об этом накануне в газетах и вроде бы даже вспомнил ее: симпатичная девушка, немного похожая на Габи. «Может, поэтому он срывал на Габи свою злость?» — думал Мел.

— Ее агент считал, что огласка замужества повредит ее имиджу. По сценарию сериала ей должно было быть пятнадцать лет, и она на столько выглядела. Я согласился с идеей конфиденциальности нашего брака… Билл пожал плечами.

— А потом она стала принимать наркотики, и ее выгнали из сериала. Мы продолжали держать наш брак в тайне. Из-за наркотиков то и дело появлялись проблемы. Сэнди один раз начала лечение, но потом бросила его и вернулась к наркотикам. Это было ужасно.

Биллу хотелось расплакаться, но он держал себя в руках. На сочувствие со стороны Мел-вина он не рассчитывал.

— А как насчет тебя? Ты вместе с ней увлекался наркотиками?

Мел считал, что имеет право это знать.

— Нет, — произнес Билл, глядя в глаза Мелу. — Клянусь, не увлекался. Я пытался послать ее лечиться, но безуспешно. Как раз перед твоим звонком мне она прошлым летом попалась за наркотики и проституцию и оставила меня без гроша в кармане. Я был в отчаянии. И когда ты спросил, женат ли я, я тебе солгал. Я не хотел, чтобы ты узнал, о ее состоянии, а кроме того, мы тогда как раз разошлись.

— А потом развелись?

Билл горестно покачал головой:

— Нет. Тогда я боялся огласки. Потом я потерял ее след. Пока мы были в Нью-Йорке, она пропала, и снова я с ней повстречался лишь пару недель назад. Я тогда хотел поговорить с ней о разводе, но не решился. Она выпросила у меня немного денег, а на днях снова позвонила… остальное ты, кажется, знаешь. Я приехал домой, застал там фараонов и…

На глаза Билла накатились слезы. Некоторое время он не мог продолжать.

— Мои юристы посоветовали мне предъявить тебе иск, Билл, — негромко произнес Мелвин в тиши кабинета.

Билл удрученно посмотрел на него:

— Я понимаю.

Он сознавал свою вину. Он совершил обман. Но не убийство.

— Однако я этого делать не собираюсь. Пока.

Билл вытаращил глаза. Мелвин не сказал, что это Сабина уговорила его проявить милосердие.

— Я думаю, у тебя и без того много проблем. Но ты можешь нанести ущерб сериалу. Очень большой ущерб. Очень большой. Если тебя обвинят в убийстве, наши рейтинги очень пострадают. Съемки могут вообще быть прекращены.

Билла терзало чувство вины, когда он это слушал.

— Я не делал этого, Мел… Как перед Богом…

Из глаз Билла вытекли слезинки и побежали по щекам.

— Я не убивал ее.

— Да уж надеюсь, — сказал Мел добродушно. Он действительно любил этого молодого актера.

— Я предложил полиции проверить меня на детекторе лжи, с радостью проверился бы еще раз и ради тебя.

— Я тебе и так верю, Билл. Кстати, как твои судебные дела?

— Через две недели я должен явиться на предварительное слушание, и мы с адвокатом надеемся, что обвинения против меня тогда будут сняты.

— А если не будут?

Мелвин был реалистом и не мог не заботиться о судьбе своего сериала. Большого сериала.

— Тогда через три месяца мне придется предстать перед судом.

— То есть когда?..

Мел нахмурился, надел очки и взглянул на календарь, стоявший на его столе.

— Где-то в июне?

— Думаю, да.

Мел кивнул. Он думал о сериале. Обо всей группе. Думал на протяжении всей этой недели, днем и ночью.

— Я думаю, что мы продолжим съемки. На время слушания, конечно, тебе будут предоставлены выходные. А первого июня начинаются каникулы.

Мелвин сделал паузу, покусывая конец дужки очков.

— Мы снимем две финальные сцены. Одну, предусмотренную графиком, а другую такую, где бы тебя убили. Если будет нужно, мы покажем ее в следующем году и таким образом объясним твое исчезновение.

Второй вариант представлялся Мелвину, конечно, очень нежелательным. Убийца жены вряд ли мог стать американским героем.

— Если тебя оправдают, мы снова пригласим тебя после каникул, то есть, согласно плану, в конце августа. А если нет, у нас будет необходимая финальная сцена. Но мне еще надо все до конца продумать. Даже если тебя оправдают, нам придется серьезно поговорить относительно принципов честности и целей, которые ты себе ставишь. Ты не можешь рассчитывать, что, сбросив на нас такую бомбу, будешь принят обратно с распростертыми объятиями.

— Я понимаю.

— Эта история тяжела для всех. И прежде всего для тебя. Кто твой адвокат?

— Эд Фрид. Он друг моего агента.

— Я хочу, чтобы ты поговорил с представителями адвокатской конторы «Гаррисон и Гуди». Завтра. А в понедельник ждем тебя на съемочной площадке.

— Я… Э-э… Я бы встретился с адвокатами во второй половине дня, если им это удобно…

Мел приподнял бровь. Билл постарался сдержать слезы.

— Утром будут похороны Сэнди. Мел отвел глаза. Во взгляде Билла сквозила нестерпимая боль… Видимо, права была Сабина, пожалевшая этого несчастного ребенка.

— Извини, Билл.

Билл кивнул и вытер глаза. Вся его жизнь рухнула в считанные дни. Это действительно был кошмар.

— Я также хочу довести до твоего сведения, что, если мы не пригласим тебя после каникул, никакого выходного пособия не будет. Тебе придется в письменной форме дать на это согласие.

— Да, сэр.

Билл готов был упасть перед Мелвином на колени, сделать все что угодно, чтобы смягчить его гнев. Готов был дать на отсечение руку и ногу, если бы они Мелу потребовались.

— Но советую тебе также поговорить с нашими адвокатами и выяснить, не смогут ли они тебе в чем-то помочь. Уголовное право — это не их специальность, но уверен, что они свяжут тебя с нужными людьми…

Мел откашлялся и снова надел очки для чтения — маленькие полулинзы, в которых он выглядел старше своих лет и очень напоминал директора мужской школы. В них он всегда хмурил брови.

— Мы оплатим твои расходы на адвоката. К этому Мелвина также склонила Сабина. Билл, казалось, был потрясен:

— Мне неловко… Мел…

— Так надо. По двум причинам. Во-первых, для блага сериала важно, чтобы тебя оправдали. А во-вторых… — голос у Мелвина стал мягче, — ..потому что мы за тебя все переживаем.

На этот раз слезы брызнули из глаз Билла. Он встал и пожал Мелу руку:

— Я не знаю, как тебя благодарить.

— Приходи в понедельник на съемки, а в суде старайся добиться оправдания.

— Да, сэр.

Он медлил, но беседа подошла к концу. Еще раз пожав Мелу руку, Билл вышел из кабинета и тихо прикрыл за собой дверь. Когда он спускался вниз по лестнице, у него было ощущение, будто один груз с его плеч сняли, а другой взвалили. Его не уволили немедленно, но увольнение могло произойти во время каникул. Финальная сцена, которую планировалось снять, это подтверждала. Билл понимал, что очень вероятен вариант с ее использованием, но он был также глубоко тронут, что Мел обеспечивает его адвокатами. Он знал, что это будут лучшие специалисты, и молил Бога, чтобы они помогли.

Сев в машину, Билл направился к съемочному павильону. Он чувствовал себя неловко и побаивался встречи с коллегами по группе, но так или иначе она должна была произойти, да и с Габи следовало поговорить. Билл хотел спросить, почему она ради него решилась на лжесвидетельство, и в любом случае поблагодарить ее за старания.

Когда он прибыл, шли съемки сцены с участием Сабины и Джейн. Подходя к площадке, Билл услышал звонок и остановился как вкопанный, стараясь быть вне поля зрения Сабины. Он знал, как та не любит, чтобы ее отвлекали. Все старались уважать ее требование, и поэтому в павильоне редко появлялись посторонние.

Наконец режиссер крикнул: «Стоп!» Билл подошел ближе. Несколько человек его заметили, некоторые тихо поздоровались, другие проигнорировали. Им тоже было неловко, они не знали, что сказать, а Билл впервые осознал, что кое-кто, наверное, считает его убийцей. Страшно было такое думать, ему хотелось закричать в тиши павильона: «Я невиновен!» — но вместо этого он пошел прямо в артистическую Габриэлы в надежде застать ее там.

Его надежды оправдались. Габи сидела, пила кофе и читала сценарий. Она удивленно посмотрела на Билла и робко улыбнулась. Она знала, что Билл вышел на свободу, но до сих пор не звонила ему.

— Я не помешал?

Габи покачала головой:

— Нет. Заходи. Как твои дела?

— Нормально вроде бы. Я только что был у Мела.

Она нахмурилась:

— И что он сказал?

— Он хороший мужик. Разрешил мне остаться до каникул.

— А потом?

— Потом не знаю. Они хотят на всякий случай снять со мной финальную сцену, где бы меня убили. В июне у меня суд, и неизвестно, чем он закончится.

— Что-то мало оптимизма у тебя в голосе, — заметила Габи, наливая ему кофе. Билл взял чашку — руки у него все еще дрожали — и сел напротив нее.

— У меня сейчас не особенно веселое настроение, — признался он и, мягко взглянув на Габи, сказал:

— Я хочу перед тобой извиниться и поблагодарить тебя. Я прежде вел себя с тобой по-свински и не понимаю, почему ты попыталась обеспечить мне алиби. Я этого не заслужил.

— Я считаю, что ты невиновен, — просто ответила Габи.

— Но ты не можешь быть в этом уверена, как и другие не могут.

Билл это почувствовал, придя на съемочную площадку. Ему уже не доверяли. В считанные дни он стал чужим. Однако некоторые все же его поддерживали, а Габи оказалась самой верной его защитницей.

— Следователи все равно поняли, что ты их обманывала. У тебя в связи с этим могли быть неприятности.

— По-моему, игра стоила свеч… Их взгляды встретились.

— Я не знаю, почему ты вообще разговариваешь со мной после моих хамских выходок.

— Не говори глупостей…

Габи улыбнулась и отставила свой кофе.

— Конечно, ты временами вел себя как настоящий негодяй, я готова была убить тебя, когда ты в Нью-Йорке разболтал всем, кто я такая, и показал им газету, но, когда здесь это случилось, я поняла, что ты попал действительно в тяжелое положение.

Она помолчала, потом спросила:

— Ты из-за жены был все время сам не свой?

— Наверное… Я очень за нее беспокоился, особенно когда мы были в Нью-Йорке. Постоянно думал, что она может передозировать зелье: мне казалось несправедливым, что у меня все идет хорошо, а она скатывается по наклонной плоскости. Еще я страшно боялся, как бы Мел не узнал, что я женат. Ведь я прикинулся холостяком, когда он меня брал. Я даже сомневался, стоит ли мне подавать на развод — это наделало бы много шума.

Билл как-то странно посмотрел на Габи и продолжал:

— Знаешь, а ты ведь немного на нее похожа. И это мне тоже не давало покоя. Ты была такая свежая, жизнерадостная, нормальная и здоровая. Я негодовал от одной мысли, что Сэнди могла быть такой, как ты… если бы захотела… перед ней открывалась блестящая карьера, когда мы поженились.

— Почему ты держал ваш брак в секрете?

— Это долгая история. Так хотел ее агент и постановщик сериала, в котором она играла… а потом я соврал Мелу… и это все осложнило.

Он вздохнул.

— Сейчас тоже дела обстоят не лучшим образом. Когда у группы начнутся каникулы, я предстану перед судом.

Билл рассказал Габриэле о том, что Мел предложил ему воспользоваться услугами своих адвокатов.

— Он клевый мужик, — согласилась Габи. — Меня он в Нью-Йорке пригласил на ужин, когда я была в депрессии.

«Из-за тебя», — подумала, но не сказала она и, озорно улыбнувшись, спросила:

— Как ты думаешь, Сабина с ним спит? Билл рассмеялся. Это была первая легкомысленная фраза, услышанная им за последние дни.

— Возможно. Она знает толк в мужчинах. Думаю, далеко не все ее ювелирные украшения подарены Санта-Клаусом.

— А я думаю, он в нее влюблен.

— По-моему, он очень порядочный мужик, и даже если он меня выгонит, в чем я не сомневаюсь, он заслуживает много хорошего в жизни.

Билл снова вздохнул и перевел разговор на сериал:

— Вы много сняли за эту неделю?

— Не особенно. Снимали сцены, где тебя нет. Ты опять начнешь работать с понедельника?

Как ни странно, они вдруг стали общаться как старые друзья, словно и не было между ними неприязни. Билл по достоинству оценил поступок Габриэлы, ему было очень неловко за свое прежнее к ней отношение.

— Ага, — кивнул он и, будто чувствуя потребность поделиться, тихим печальным голосом добавил:

— Завтра похороны Сэнди.

Габи вздрогнула:

— Сочувствую тебе. Может, я могу чем-то помочь?

Он покачал головой. Теперь уже никто ничем не мог помочь ни ему, ни Сэнди… Дома у него сделала уборку специализированная фирма, по заказу Гарри. Билл не мог бы смотреть на стены, забрызганные ее кровью. Собака пока находилась под присмотром ветеринара. Впрочем, Билл уже решил найти другое жилье — во-первых, чтобы быть подальше от воспоминаний, а во-вторых, убийца Сэнди мог вернуться и убить его, хотя это было маловероятно, тот парень наверняка был заинтересован, чтобы подозреваемым оставался муж убитой.

Билл смотрел на Габи и видел ее словно в первый раз. Теперь она казалась ему очень симпатичной.

— Спасибо за гостеприимство.

Он поднялся, не зная, что еще сказать. Ему вспомнилось ее теплое объятие в тюрьме, но теперь это, видимо, было неуместно. Кто-то постучал в дверь:

— Твой выход, Габи!

Это был один из ассистентов. Габи в ответ крикнула:

— Спасибо! Иду!

Потом, заглянув Биллу в глаза, произнесла:

— Все будет хорошо, Билл. Может, придется нелегко, но в конце концов все будет о'кей. Так должно быть. Ты же невиновен. Ты победишь. Просто не падай духом.

— Спасибо.

Он все-таки решился ее обнять, а затем тихо и незаметно покинул павильон.


Глава 25 | Секреты | Глава 27



Loading...