home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 12

Несмотря на утро, в тесном зальчике толпилась куча народу. Какие-то странные люди. Один был одет как рабочий. У стены замер здоровый парень, судя по внешнему виду, какой-нибудь грузчик. Чуть дальше, человек с внешностью учителя провинциальной школы. И еще человек пятнадцать самого разного вида и возраста.

Все это Сэм заметил, войдя в зал, и порадовался за Оттоми. Похоже, ее дела шли в гору. Сэм обошел стол и остановился рядом с ясновидящей. Она выглядела точно так же, как и в прошлый раз. В том же желтом балахоне, с тем же значительным выражением на лице. Даже голос ее не изменился. В кресле напротив сидела цветущая мулатка средних лет. Одета она была довольно крикливо и пестро, волосы, выкрашенные в рыжий цвет, завиты мелкими колечками.

«Ей явно не идет эта прическа». — Подумал Сэм. Рядом с мулаткой на низеньком стульчике восседал холеный мужчина в белом костюме. Сытый и довольный, он снисходительно усмехался одной стороной рта, как бы сообщая вам: «Она, конечно, дурочка, но мы-то знаем, что все это только трюк для выманивания денег».

— Как вы говорите его звали? — Спросила Оттоми, продолжая начатую раньше беседу.

— Орландо. — Быстрой скороговоркой выпалила мулатка и с ожиданием уставилась на ясновидящую. Ее спутник снова усмехнулся.

— Орландо, Орландо. — Загробным голосом повторила Оттоми. — Есть здесь кто-нибудь по имени Орландо?

«Я здесь!» — Быстро ответил негр, стоящий у стены. Тот самый, с видом грузчика. Большинство стоящих обернулось к нему, и Сэм с удивлением понял, что живых в этой комнате гораздо меньше, чем мертвых.

— Он здесь! — Возвестила Оттоми.

«Можно» — Поинтересовался Сэм.

— Сэм? — Сбившись с загробного голоса взвизгнула Оттоми.

«Эй, позвольте, — вмешался грузчик, — Орландо — это я!»

«Откуда все эти привидения, Оттоми? — Удивленно спросил Сэм. — Ты их тоже слышишь?»

— Тоже? — Возмутилась постановкой вопроса Оттоми. -Тоже слышу? Да я их постоянно слышу! Утром я слышу, вечером слышу, я слышу их лежа, я слышу их в ванной!!! Сэм, что ты наделал! Ты растрепал обо мне всем на свете привидениям?! Ко мне даже из Нью-Джерси стали привидения приходить!

«Забавно, — засмеялся Сэм. — Ты в самом деле имеешь дар ясновидения».

— Нельзя ли побыстрее? — Осведомился тип в белом костюме.

— А вы умолкните, умолкните. — Отрезала Оттоми.

«Оттоми, ты должна мне помочь».

— Ну уж нет, Сэм. Я не хочу больше иметь с тобой дела. Смотри: ты цепляешься за жизнь, а жизнь больше не хочет тебя! Ты не нужен миру живых!

— Вы со мной разговариваете? — Поинтересовалась мулатка, усиленно стараясь понять, кому же адресован этот странный монолог.

— А что, похоже, что я разговариваю с вами? -Повернулась к ней ясновидящая. — Когда я обращусь к вам, тогда и будете говорить. А пока заткнитесь!

— Вы ведь должны сосредоточиться, не так ли? — Жалобно выдавила мулатка. Она ничего не понимала, но ей казалось, что спиритический сеанс должен проходить как-то по-другому.

— Спасибо за совет. — Съязвила Оттоми. — Вы пришли сюда подурачиться? Нет? Ну, так и сидите. — Она повернулась на голос. — Все. Благодарю за внимание, Сэм, выйди отсюда.

— Вы готовы? — Повернулась она к мулатке, и та с готовностью кивнула головой. — Тогда слушайте…

«Оттоми, у меня к тебе неотложное дело. Я составил план! Все, что мы должны сделать, это… Оттоми!»

Отчаявшись дождаться начала разговора, Орландо разбежался и прыгнул в… Оттоми. Словно ветер подул. Балахон ясновидящей приподнялся, волосы на голове шевельнулись, будто их' достигло невидимое дуновение и… черты лица Оттоми стали меняться на глазах. Они расплывались, уступая место другому лицу. Тяжелая челюсть, резкие морщины от ноздрей протянулись к уголкам рта. Лоб, казалось, вытянулся и приобрел пока тость, даже щеки надулись, принимая округлую форму. Оттоми Браун больше не было. Вместо нее в кресле сидел другой человек. Это лицо было лицом…

— Орландо?… — Испуганно спросила мулатка. — Орландо, это ты?

— Атисса? — Мощный густой бас шел из горла существа, сидевшего в кресле. — Где ты? Я плохо вижу! — Глаза его слепо выкатились. — Вот она, она здесь… — промямлил тип в костюме. — Я перед тобой, вот же я! — Подтвердила мулатка. Глаза существа остановилися на парочке, сидевшей перед ним.

— Дьявол! — Воскликнул он. — Чувиха, что ты сделала со своим хайром?

— Орландо, тебе не нравится? — Забеспокоилась мулатка. — Это называется «Осенний рассвет». Сейчас очень модно.

Внезапно лицо существа перекосилось, словно внутри него шла ожесточенная борьба. И затем со странным, похожим на хлопок пробки, звуком Орландо вылетел из тела Оттоми и покатился в угол. Лицо ясновидящей приобрело прежние черты, и Сэм вздохнул с облегчением.

— А ну выматывайся отсюда! — Заорала Оттоми. — Только попробуй со мной еще раз такое сделать! Только попробуй!!!

— Орландо? — Встрепенулась мулатка. Орландо тяжело завозился в углу, пытаясь подняться.

«Не могу пошевелить правой рукой». — Пожаловался он.

— Правильно! — Орала во весь голос Оттоми. — Будешь знать! Влезть в человека, это тебе не два раза плюнуть! Понять, урод? А ну, все вон отсюда!

— Что случилось, Орландо! — Завизжала мулатка. — Что происходит? Где наш задаток?

— Вы что, оглохли? — Разорялась ясновидящая, не обращая внимания на ее слова. — Я сказала: пошли все вон! ВОН! Все вон!!!

Духи, с укоризной поглядев на Орландо, так досадившего гадалке, нехотя прошли сквозь стену и исчезли.

— Живо! Живо!! Живо!!! Воооон! — Орландо поторопился скрыться следом за остальными. Мулатка со своим красавчиком испуганно ретировалась за дверь. А вместо них в комнату вошел НЕКТО. Был он высокий и страшный. Оттоми подозрительно оглядела паучью фигуру и жуткую физиономию вошедшего, напоминающую морду гориллы. Человек приблизился к столу, не вынимая рук из карманов кожаной коричневой куртки.

— Ты что, не слышал? — Раздраженно спросила его Оттоми. — Я сказала: вон.

Ее слова тронули вошедшего не больше, чем писк комара.

— Ты гадалка? — Угрюмо спросил он, разглядывая Оттоми из-под густых нависающих бровей.

— А ты кто такой? — Спросила она в ответ. — Интересный вопрос. — Жутко оскаблился он. — Ты же гадалка. Может сама догадаешься?

«Вилли Лопес». — Прозвучал над самым се ухом голос Сэма.

— Это тот, который «303, Плейс-проспект», да? -Повернулась она на голос.

«Уноси ноги, быстро!» — Крикнул Сэм. Оттоми вскочила, но человек уже рванул из кармана «беретту» 25-го калибра.

Вилли Лопес четко сознавал, зачем он здесь. «Беретта» выплюнула маленький металлический цилиндр в латунной оболочке. Грохот выстрела потряс комнату, наполнив ее сизым пороховым дымом. Ствол пистолета смотрел Оттоми прямо в живот. И, возможно, именно это ее спасло.

Сэм резким движением поддел тяжелый стол рукой и опрокинул его на ребро, создавая заграждение между стреляющим и его жертвой. Пуля с глухим звуком вошла в крышку, отбивая кусочки дерева. Деревянная баррика да пошатнулась, но устояла, спасая тем самым жизнь Оттоми Браун. Вилли заревел от ярости, сбивая стол ударом ноги и одновременно разворачиваясь следом за Оттоми и взводя курок.

КРАК! — Треснула крышка стола, заваливаясь на бок. Оттоми захлопнула за собой дверь чулана. БАНГ! БАНГБАНГБАНГБАНГБАНГ!!! — Загремели выстрелы. Пули, пробивая дверь, впивались в стены, подобно толстым смертельно опасным осам. И мгновенная тишина.

Вилли с досадой посмотрел на дымящийся пистолет, жалея, что не взял запасную обойму. Но кто же мог знать, что эта сука окажется такой шустрой, черт ее побери! Карл придет в ярость, узнав о его промахе, и заставит его вернуться сюда. Ладно, хрен с ним. Он все равно убьет эту стерву. А сейчас или чуть позже, не имеет значения.

Вилли спрятал пистолет в карман и, не торопясь, вышел из разгромленной конторки ясновидящей. Он знал, что торопиться нельзя. Торопящийся человек всегда вызывает большее подозрение, чем идущий спокойно. Именно поэтому, выйдя на улицу, Вилли побрел спокойным прогулочным шагом, несмотря на собирающуюся на звуки выстрелов толпу.

Оттоми прислонилась к стене и прошептала:

— Я спокойна. Я спокойна…

Вообще, она держалась молодцом для человека, только что заглянувшего под капюшон смерти. Даже не побледнела. Стараясь не напугать ее, Сэм тихо и спокойно сказал:

«Оттоми, у нас неприятности. Ты должна мне помочь!»

— У кого это у нас? — Взвилась Оттоми. — Кто это мы? Ты уже умер! Тебя нет!!! Это МЕНЯ пытаются убить!

«Правильно. Именно поэтому я и вернулся. У меня есть план».

— Слушай, пойди найди себе другой дом. Поселись в нем, хлопай дверьми и пугай людей по ночам. А меня оставь в покое! — Орала она. Испуг нахлынул на нее только теперь, когда все уже кончилось. Она отчетливо поняла, что этот парень — Вилли Лопес — не шутил. Он приходил УБИТЬ ее. И наверняка вернется еще раз. А если ему это не удастся снова, то еще и еще. Пока не доведет начатое до конца. ДО ЕЕ СМЕРТИ. И все это из-за Сэма.

«Ты выслушаешь меня или нет? — Быстро и твердо спросил Сэм. — У меня есть план. Тебе понадобятся фальшивые документы».

— Нет. — Отрезала она. — Забудь об этом. Оттоми толкнула дверь чулана и оглядела бардак, творившийся в комнате. Стол. Бедный несчастный старик. Он служил ей верой и правдой в течениие пяти лет. И вот погиб от пули этого безмозглого ублюдка Лопеса. Ей богу, жаль. Она вздохнула.

«Если ты сделаешь то, что я тебе скажу, эти люди никогда больше не потревожат тебя. Обещаю, честное слово». — Прозвучал за спиной голос Сэма. Оттоми задумчиво поскребла в курчавой голове.

— Хорошо. Черт с тобой, уговорил. Что я должна делать? Что, конкретно, я должна делать?

«У тебя есть красивое платье?»

— А чем, черт возьми, тебе не нравится мое платье? -Возмутилась она.

«Нравится, нравится. Успокойся. Я просто спросил, есть ли у тебя еще какое-нибудь платье, кроме этой хламиды?»


То, что увидел Сэм, превзошло самые худшие его ожидания. За все годы работы в банке он ни разу не видел ничего подобного. Ни разу.

Оттоми вырядилась так, словно собралась на рождественский балмаскарад. Черная юбка, ярко-сиреневый расшитый фальшивыми бриллиантами жакет и черная майка под ним. Курчавую голову украшал сшитый из того же материала колпак с длинными, не менее полуметра, черными страусиными перьями. На шею было надето ожерелье из каких-то стекляшек, от которых за версту несло утильной лавкой. Дополняли картину черные в крупную сетку чулки и сиреневые туфли. Его попытка уговорить се одеться менее броско не увенчалась успехом. Оттоми среагировала однозначно.

— Будешь орать на меня, вообще никуда не пойду. Надо же! Меня учит привидение. Заткнись и радуйся, что я согласилась тебе помогать!

Сэм понял — она в том состоянии, что ее лучше не трогать, и смирился.

Оттоми, похожая на праздничную броскую куклу, топала по самому центру города, взволнованно оглядываясь по сторонам, прислушиваясь к голосу Сэма. Не то, чтобы она боялась, просто проведя четыре года в тюрьме, поняла, что это далеко не курорт, а то, чем они с Сэмом занимались сейчас, как раз тюрьмой и попахивало. Она волновалась, и голос Сэма успокаивал ее. По крайней мере, было не так одиноко.

Конечно, он призрак, и случись чего, останется на свободе. А она поедет на годик-другой за решетку.

— Я не пойму, что такого в моем платье? Чем оно тебе не нравится?

«Нравится. Я пошутил. Твои туфли в самом деле ничего. Даже подходят к остальной одежде».

— Не знаю, что к чему подходит, — орала Оттоми, — одно могу сказать точно! Ни хрена у нас не выйдет! Все. Я иду обратно. Я нервничаю. Я и не думала волноваться, но теперь волнуюсь и иду домой. Все.

«Я знаю, что ты переживаешь. — Успокаивал ее Сэм. -Успокойся. Я подскажу, если что. По-моему, твои права получились замечательно. Просто здорово».

— О, Сэм! Ты думаешь, что у меня получится открыть этот расчетный счет?

«Конечно. Только делай, что я тебе говорю и не болтай лишнего, О'кей?»

Она кивнула, соглашаясь, но Сэм уже знал, что, когда Оттоми «понесет», она становится неуправляемой.

Они благополучно достигли здания банка и вошли в гулкий прохладный холл. «Иди налево». — Подсказал Сэм. Оттоми гордо прошествовала через фойе мимо лифтов и вплыла в операционный зал. Женщина-клерк подняла глаза и удивленно посмотрела на стоящую перед столом негритянку.

Господи, это же чадо, напялить на себя такое? — Подумала она, в то время как лицо ее оставалось совершенно бесстрастным.

Банк должен заботиться о деньгах своих клиентов, остальное его не касается.

И все-таки, она выглядит очень странно. — Подумала женщина. Тем не менее она улыбнулась и приветливо спросила:

— Я могу вам чем-нибудь помочь? Негритянка таращила на нее большие испуганные глаза и, казалось, прислушивалась к чему-то со стороны. Затем она громко прокашлялась и подтвердила:

— Можете. Я хочу открыть счет и заполнить карточку.

— Хорошо. — Согласилась клерк, глядя как клиентка, нервно дернувшись, словно ее ткнули в бок, плюхнулась в кресло. — Какой у вас номер?

— А? — Переспросила Оттоми.

«9263103» — Прошептал ей на ухо Сэм.

— Точно. — Расплылась в улыбке ясновидящая. — 9263103.

«Рита Миллер». — Подсказал Сэм.

— Кто? Что? — Встрепенулась Оттоми.

«Скажи: Рита Миллер!» — Яростно повторил ей Сэм.

— Рита Миллер, мое имя. — Пояснила ясновидящая удивленно глядевшей на нее женщине. — Да. Так и зовут. Рита Миллер. Точно.

Служащая набрала имя и номер на компьютере, увидела цифру и еще больше удивилась.

— А разве вы не завели карточку, когда открывали счет? -Осведомилась она.

— Я-то? А-о… — Оттоми замялась.

«Скажи: Карл Брюннер открыл его для тебя по телефону и сказал зайти сегодня»

— Вспомнила! — Возопила Оттоми. — Карл Брюннер открыл мне его по телефону и попросил зайти сегодня к вам.

— Понятно. — Кивнула служащая и принялась заполнять карточку, все больше удивляясь чудачествам странной миллионерши.

— Правильно? — Повернувшись к Сэму, спросила ясновидящая.

«Правильно». — Вздохнул тот.

Клерк подумала, что вопрос адресован ей и кивнула утвердительно.

— Хорошо. — Она подняла голову и протянула Оттоми карточку. — Распишитесь внизу, пожалуйста.

— Можно вашу ручечку? — Улыбаясь голливудской улыбкой, спросила ясновидящая. Клерк очень удивилась, но протянула ручку миллионерше.

Первый раз вижу миллионершу, у которой нет ручки. -Подумала она.

— Спасибо. — Улыбка стала еще шире и, глядя клерку прямо в глаза, Оттоми уверенно вывела в свободной графе: «Оттоми Бр…»

«Что ты пишешь? — Заорал у нее за спиной Сэм. — Рита Миллер!»

Клиентка снова подпрыгнула в кресле и, сморщившись, словно смущаясь, каким-то театрально-идиотским тоном протянула:

— Ой… Мне так неловко. Дайте-ка мне другую карточку, а то я подписалась не тем именем. — Улыбаясь она кокетливо поглядывала на служащую.

У той от удивления полезли на лоб глаза. Поведение Миллионерши становилось все более непонятным. Недоуменно поглядывая на негритянку, корчащую жуткие гримасы, которые, видимо, должны были выражать со жаление, она заполнила новую карточку. Клиентка схватила ручку, быстро нацарапала «Рита Миллер» и протянула карточку обратно служащей.

«Скажи, пусть проверит этот счет на машине на третьем этаже, потому что ты ждешь на него перевод.»

— Пожалуйста, проверьте этот счет на машине, которая стоит на третьем этаже. Я жду на него перевод. — Быстро, одной слитной скороговоркой выпалила Оттоми и вытаращила глаза на женщину, ожидая ответа.

— На чем проверить? — Изумленно переспросила служащая. Ее удивление достигло предела.

«Ладно, пошли». — Вздохнул Сэм.

— Ну, нам пора. Мы пошли. — Повторила Оттоми, выбираясь из кресла. Она встала и, подмигнув клерку, чем вызвала у той легкий шок, значительно до бавила: — Но вы-то поняли, что я имела в виду. Можно мне оставить у себя эту ручку? — Уже обычным голосом спросила она.

— Да, конечно. — Клерк уже вообще перестала что-нибудь понимать.

— А-ха. -.Удовлетворенно кивнула Оттоми. — Большое спасибо. Пока.

Она пошла от стола странной дерганой походкой, словно кто-то подталкивал ее в спину. Клерк застыла, ошарашенно глядя ей вслед.

— Слушай, какая классная ручка! — Галдела Оттоми, пока они с Сэмом поднимались на третий этаж.

«Зачем ты стреляешь ручки? — Спроси Сэм. — Ты же в банке».

Они поднялись на третий этаж и остановились у дверей операционного зала по работе с наличными средствами.


Карл Брюннер нервничал. Господи, он еще ни разу в жизни так не волновался, как сейчас. Скорее бы стрелка часов встала на место. Скорее бы.

Стрелка настенных часов, словно приклеившись, замерла на без двадцати четыре.

А может быть, сделать все сейчас? Вот прямо сейчас? Нет. Энди сказал без пяти. Еще целых пятнадцать минут. Боже мой, как долго! Целых пятнад цать минут. Вечность! Стрелка дрогнула и переползла на следующее деление. Четырнадцать. И я богат! Богат!!! Да нет, господи, я раньше с ума сойду от ожидания. Точно. Прямо здесь. Господи, скорее бы эта' чертова стрелка встала на место. Экран компьютера высвечивал: «Перевод. Первый Национальный банк Нассау. Сумма: 4 000 000. Вкладчик: Рита Миллер. Номер счета получателя: 4869580». Карл с тоской взглянул на стрелку. Тринадцать. Плохое число.

Резко зазвонил телефон. Что? Что случилось? Он сорвал трубку и срывающимся голосом выдавило — Карл Брюннер. Слушаю.

— Карл, это Джон. — Раздался озабоченный голос приятеля по отделу.

— Да, Джон. Слушаю. — Карл перевел дыхание, успокаивая подкатившее к горлу, готовое разорваться сердце. — Прости, что не узнал. Что случилось?

— Только что поступили данные на компьютер.

— Да? Хорошо. Я потом подключусь.

— Отлично. Я буду здесь до шести. — Джон явно испытал облегчение.

— Ладно. Я позвоню. — Карл бросил трубку и посмотрел на часы. Без семнадцати.

Осталось двенадцать минут.


Сэм оглядел зал, выбирая человека, у которого внезапная клиентка, да еще такая экстравагантная, вызвала бы меньше подозрений.

Лайл Фергюссон. Точно. Фергюссон. Этого типа он знал как облупленного и, в случае чего, мог бы сыграть на этом.

«Это здесь. — Наклоняясь к Оттоми шепнул Сэм. -Постарайся говорить спокойно и не вертеть головой в мою сторону, а то шляпу потеряешь».

— Хватит меня «прикалывать»! — Взвизгнула Оттоми. — А то сейчас сам пойдешь с ним договариваться.

Хмурый пожилой охранник угрюмо посмотрел на нее и отвернулся.

«Скажи охраннику, что ты пришла к Лайлу Фергюссону». -Шепнул Сэм.

Оттоми ткнула охранника в плечо и, улыбаясь, выпалила:

— Привет. Я пришла к Лайлу Фергюссону. Охранник окинул ее презрительным взглядом. Ну и экземпляр. — Подумал он и, на всякий случай, переместил руку поближе к висевшему на боку «кольту».

— А у вас встреча назначена? — Поинтересовался он.

— Нет. — Улыбаясь, ответила Оттоми и пожала плечами. -Я вообще-то просто так зашла. Шла мимо, дай думаю…

«Не говори так! — Прошипел ей на ухо Сэм, и она умолкла, прикусив язык. — Пусть скажет: пришла Рита Миллер».

— Да. Скажи ему, что пришла Рита Миллер. Охранник посмотрел на нее подозрительно, но поскольку ничего, бросающегося в глаза, вроде гранатомета, заметно не было, нехотя согласился. — Подождите минуточку.

Тяжелой переваливающейся походкой он прошел к столу.

«Не выдумывай ничего сама». — Прошептал Сэм.

— Ладно. — Громко ответила Оттоми. Охранник обернулся.

— Что? — Спросил он.

Оттоми повела плечами, мол, ничего, так просто. Полицейский со все возрастающим беспокойством еще раз внимательно оглядел ее и направился к столу Фергюссона.

«Слушай. Этот Фергюссон — болван. Мы знакомы пять лет, но он до сих пор считает, что меня зовут…»

— Объясни мне, — перебила Сэма ясновидящая, — почему ты говоришь шепотом?

«Молчи и слушай! — Скомандовал Сэм. — Этот тип считает, что у него отличная память и ему нечего бояться. Но ты скажешь, что он знает тебя. Вы были вместе с ним и его женой Ширли на Рождество у Брюстеров».

Раздраженный охранник подошел к ней и зло процедил:

— Мистер Фергюссон не знает никакой Риты Миллер.

— Что?! — Возмущенно заорала Оттоми. — Да он, наверное, просто забыл меня! Мы так славно повеселились на прошлое рождество у Брюстеров, с ним и его красоткой Ширли. Было так классно! — Продолжала разоряться она. — Елка была в тысячах бенгальских огней и… Ой!

Последнее слово вырвалось у нее непроизвольно в тот момент, когда локоть Сэма вонзился ей в бок.

Она обнажила в улыбке все тридцать два зуба и, сморщившись, объяснила охраннику:

— Это у меня газы. Со мной это случается. — Поскольку охранник все еще недоверчиво смотрел на нее, она перестала улыбаться и пояснила ему как идиоту:

— Газы. Время от времени. Да!

Охранник опять побрел к столу Фергюссона, иногда оборачиваясь, чтобы еще раз оглядеть странную посетительницу.

— Хватит толкаться! — Зашипела Оттоми на Сэма.

«Я же говорил — не завирайся». — Парировал он.

Карл взглянул на часы: 15.46. Он вздохнул и принялся разглядывать желтые буквы на экране дисплея. «Рита Миллер. Рита Миллер».

«На этом банкете Фергюссон так напился, что мог повстречать Тину Тернер, а потом не вспомнить об этом. Так, что не бойся». Оттоми нервно стучала мыском туфли по ковру. Фергюссон — высокий седеющий мужчина — растерянно взглянул на нее, поднялся, суетливо застегивая пиджак, и, изобразив на лице подобие радушной улыбки, замахал ясновидящей рукой. «Идем».

Оттоми угловато подошла с столу и, улыбнувшись своей самой широкой улыбкой, опустилась в кресло для посетителей.

— Здравствуйте. — Чуть поклонился Фергюссон.

— Здравствуйте. — В тон ему ответила негритянка. Оба замолчали, явно не зная, о чем говорить. Лайл Фергюссон мучительно рылся в памяти, пытаясь разыскать там хотя бы один эпизод прошлого рождества, в котором бы фигурировала эта женщина. Нет. Не помнил. Видно, он и впрямь был сильно пьян. Поняв, что разговор придется начинать ему, Фергюссон кашлянул в кулак и непонятно к чему протянул:

— Да, конечно. Да.

— Сколько времени прошло. — Неопределенно поддакнула Оттоми, прислушиваясь, не появится ли где голос Сэма.

— Да, сколько дней. — Подхватил Фергюссон. — Давненько не виделись. — Кивнула Оттоми, пытаясь растянуть улыбку еще шире, только чтобы не было заметно ее растерянности.

— Да, точно. — Тоже закивал банкир, пытаясь сообразить, зачем пришла эта женщина.

Понимая, что все нейтральные приветствия исчерпаны, Оттоми было приготовилась пуститься наутек, но, к ее огромному облегчению, в этот момент над ухом раздался голос Сэма.

«Спроси у него, как Бобби и Снуки?»

— Ну, а как там Бобби Снуки? — Радостно гаркнула ясновидящая.

— Отлично, отлично. — Так же радостно ответил Фергюссон. Радость его была неподдельной в основном из-за того, что ему представилась возможность вести беседу, отвечая на вопросы, а не задавая их. Ибо, к своему смущению, он понял, что не помнит об этой женщине ВООБЩЕ НИЧЕГО. Не желая показаться невежливым, банкир тут же поинтересовался:

— Ну, а как ваша семья, надеюсь, все в порядке?

— О! Отлично, отлично. Как нельзя лучше.

15:48.

"Спроси, как у него дела с «Гибралтар секьюри-ти». — Подсказал Сэм.

— Ну а как там дела с «Гибралтар секьюрити»? -Откидываясь в кресле, небрежно поинтересовалась Оттоми.

Фергюссона прошиб холодный пот. Как! Он и об этом болтал? Господи, вот это да! Здорово же он напился! Он кисло улыбнулся и пробормотал:

— «Гибралтар секьюрити»? Да вроде ничего. — Потом замолчал на мгновение и закончил: — Выкрутились вроде.

— Это уж точно, это уж точно. — Энергично закивала головой гостья.

Перья заколыхались на ее дурацком колпаке, и эта деталь почему-то выбила Фергюссона из колеи.

— Молодчина Ренди. — Выдавил он.

— Да уж. — Тут же подхватила негритянка. — Молодчина Ренди. У него есть голова на плечах. — Она улыбнулась.

— У нее. — Быстро сказал банкир, продолжая улыбаться.

— У нее. — Поправилась Оттоми. — На плечах. Да… -Она замолчала.

15:49.

— А что вас привело сегодня к нам? — Вежливо поинтересовался Фергюссон. — Я снимаю деньги и закрываю счет. Когда разговор шел о деньгах, у Оттоми улыбка не сходила с лица, сияя как солнце в июньский день.

Фергюссон тоже почувствовал облегчение. Они вернулись к делам. К ДЕНЬГАМ. А деньги — это то, с чем он умел обращаться виртуозно.

— Вот как? Чудесно. — Банкир повернулся к компьютеру. -Каков номер вашего счета?

— Да, да. — Покивала головой посетительница. Выражение лица при этом у нее было такое, словно она напряженно вслушивалась во что-то, слышное только ей. — 9263103. Да.

Фергюссон набрал номер на компьютере. Он, конечно, ко многому был готов, но к такому… На экране загорелась надпись: "Имя: Рита Миллер.

Наличность на счете: 4.000.000 долларов". У него перехватило дыхание и, прежде чем заговорить, он перевел дух.

— Рита… — Голос его понизился до шепота. — Вы собираетесь снять четыре миллиона долларов?

Глаза ясновидящей округлились, став размером с кофейное блюдце каждый, лицо расплылось в идиотско-восторженной улыбке, и, не в силах сдерживаться, Оттоми заорала на весь операционный зал:

— Ух ты! Четыре миллиона долларов!!! Удивленный Фергюссон уставился на нее. Такой всплеск эмоций ему доводилось видеть только один раз в жизни. Во время футбольного матча на кубок «Америкэн Боул», когда «Чикаго Беарс» на последней минуте отвоевали победное очко у «Лос-Анджелес Рэйдерс». Тогда болельщики на стадионе орали также, только здесь энтузиазма было побольше.

«Скажи: да! — Злобно гаркнул ей в ухо Сэм. — Да!»

— Да. — Потупив глаза, тоненьким голоском ответила Оттоми.

— Это точно? — Переспросил банкир, уже сомневаясь во вменяемости своей знакомой.

«Да!» — Прошипел Сэм.

— Да! — Вдруг мощным басом ответила Оттоми. Фергюссон, не понимая, что с ней происходит, тупо уставился на гадалку. Та, сообразив, что ответ не удался, попробовала взять еще более естественный тон.

— Да. — И выше. — Да. — Совсем пискляво. — Да.

«Спокойно, спокойно». — Осадил ее Сэм.

— Да! — Нормальным голосом рявкнула Оттоми. «Она точно сумасшедшая». — Подумал банкир.

— Как вам выдать сумму? — Спросил он.

15:51.

— Десятками двадцатками! — Выпалила негритянка. Фергюссон застыл, пораженный.

— Простите? — Переспросил он, думая, что ослышался. Я прав. Она точно ненормальная.

«Скажи ему: чеком на предъявителя.» — Зарычал на нее Сэм. В этот момент ему безумно захотелось стукнуть ее по голове.

— Чеком на предъявителя. — Поправилась Оттоми.

— Отлично. — Фергюссон вздохнул с облегчением. — Вы, конечно, знаете наши правила требовать удостоверение личности?

— Конечно, конечно. Сейчас. — Ответила ясновидящая, открывая сумочку и вываливая содержимое на стол. Сэм взвыл.

Безделушки со звоном и треском раскатились по столу. Помада, ручка, носовой платок, шарики, заколочки и еще какая-то дребедень. Все это громоздилось на столе, создавая ощущение свалки в миниатюре.

Оттоми выудила из кучи водительское удостоверение и сунула его пребывающему в состоянии легкой прострации банкиру.

Фергюссон несколько секунд тупо разглядывал темно-зеленую корочку, затем встал и, тихо прошептав: «Спасибо. Я сейчас» -пошатываясь, побрел за конторку выписывать чек.

— Господи, четыре миллиона долларов! — Восторженно шепнула Оттоми.

15:53.

— Пожалуйста. — Чек в руке Фергюссона привел ясновидящую в трепетное состояние. — Первый Национальный банк Нассау. -Прочел на нем фергюссон и, ткнув пальцем в пустую графу, пояснил:

— Вам надо подписать здесь и тогда ваш счет будет официально закрыт.

Оттоми приняла чек как святыню, легко и трепетно. Ей казалось, что если она сделает хоть одно резкое движение, то проснется и услышит храп подруг в соседней комнате.

«Напиши: Рита Мюллер». — Вернул ее к реальности голос Сэма. Она схватила ручку и быстро расписалась.

15:54.

Фергюссон взял чек. Он разглядывал подпись, силясь разобрать что-нибудь в этих странных каракулях. Наконец, ему это удалось и он прочел чуть ли не по слогам:

— Рита Миллер.

— Меня так зовут. Да. — Забормотала Оттоми. — Рита Миллер, да. Да. Меня зовут Рита Миллер. Фергюссон, успевший выйти из транса, выписывая за конторкой чек, почувствовал, что начинает сходить с ума.

Он стал набирать команду на компьютере, закрывая счет. При этом все его мысли были сосредоточены на одном: Надо убежать и спрятаться, чтобы эта женщина оставила меня в покое.

В это время Сэм, стоящий за спиной Оттоми, увидел то, чего не мог предвидеть, потому что такие случаи происходят раз в сто лет. В зал вошла Молли Дженсен. Она легкой походкой шла по проходу, здороваясь со знакомыми.

— Привет, Молли. — Улыбнулась ей девушка из отдела ведения счетов. — Привет.

Оттоми еще не видела ее и не успела запаниковать. И Сэм, рванувшись с места, кинулся навстречу Молли. Он знал только одно — его план под угрозой. Если Молли подойдет к Фергюссону и объяснит, что эта женщина за столом вовсе не Рита Миллер и уж точно далеко не миллионерша, все рухнет. Молли повернула голову, оглядывая зал, и изумленно остановилась.

Она узнала женщину, сидящую за столом Лайла Фергюссона. Гадалку. Оттоми Браун.

15:55.

— Вот чек. Он ваш. — Лайл Фергюссон протянул его сидящей напротив женщине, мечтая лишь об одном: чтобы она взяла свой чек и побыстрее убиралась отсюда к чертовой матери.

Посетительница взяла чек, сложила и сунула в сумочку, но уходить явно не торопилась.

Она и не могла. Оттоми ждала команды Сэма. Без этой команды ее не вытащили бы из кресла ни за какие коврижки.

Молли медленно направилась к столу Фергюссона, с удивлением разглядывая гадалку. Она не могла ошибиться. Это действительно Оттоми Браун, но что за нелепый наряд на ней.

Молли уже прошла половину пути, когда с ближайшего стола поднялась стопка документов. Несколько секунд кипа бумаг висела в воздухе, а затем с шелестом разлетелась по ковру у самых ног девушки. Молли растерянно посмотрела на документы и, присев, начала быстро подбирать их, продолжая время от времени поглядывать на ясновидящую.

Одуревший Лайл Фергюссон, подперев подбородок ладонью, тоскливо глядел на галдящую негритянку. Его перегруженный мозг отказался переваривать получаемую информацию и отключился, вследствие чего Фергюссон опять впал в транс.

— …Мама взяла капитал, накопленный на нефтяных скважинах, и вложила в газовые скважины. А газовые скважины стали в пятьдесят раз прибыльнее с тех пор. Это так здорово у нас получилось…

«Нам пора. Прощайся.» — Быстро пробормотал голос над ее ухом.

Слава богу. — Подумала Оттоми. — Еще минута, и у меня язык отвалился бы. Да и этот парень — Фергюссон — похоже немного устал. Она встала.

— Нам пора. Иметь дело с вами истинное наслаждение. -Лицо Лайла озарилось безграничным счастьем, и Оттоми тут же добавила: — Можно, я возьму себе эту…

Сэм дернул ее за руку с такой силой, что она вылетела в проход и пулей пронеслась через коридор, оставляя позади Молли, Лайла, всех остальных и, сделав Лайлу ручкой, заорала на весь зал:

— Привет Бобби и Снуки!

Фергюссон, вымученно улыбнувшись, прохрипел, подавляя в голосе ненависть:

— Пока. — Ему показалось, что само небо оберегает эту женщину. Еще чуть-чуть и он бы ее задушил.

— Ну, что на этот раз не так? — Спросила Оттоми, когда они с Сэмом выбрались на улицу.

Она так и не заметила Молли и не знала, какой опасности была подвергнута ее свобода.


Все. Все-все-все-все. Карл увидел, как минутная стрелка переползла на очередное деление.

15:55.

Отлично. Он быстро пробежал пальцами по клавиатуре. Три минуты. Это займет всего три маленьких минуты!!!

Экран засветился лаконичным: «Перевод невозможен. Неправильно набран код». Какого дьявола? Карл заволновался. Что-то он сделал не так. Где-то ошибка. Где? Он тысячу раз проделывал эту операцию. Даже с закрытыми глазами он смог бы сделать это. Что же на этот раз случилось? Пальцы его тыкались в клавиши. «Имя вкладчика: Рита Миллер». «Номер кода». -Спросил компьютер. «9263103».

«Счет закрыт». — Замигала на дисплее желтая надпись.

Этого не может быть! Этого не может быть!!! Сброс.

«Имя: Рита Миллер. Номер: 9263103. Счет закрыт». Ты ошибаешься, сука! — Чуть не заорал он. Так. Спокойно. Спокойно. Может быть, кто-то снял деньги? Нет. Это исключено. Этой женщины нет. Нет! Она выдумана! Про нее никто не знал, кроме него и Эдди! Что же тогда? Думай! Думай!!! Эта говенная машина врет. Точно. Или ты сам где-то ошибся. Спокойно. Попробуй еще раз. Давай. Медленно. По буквам. Черт, как дрожат пальцы. Так. Медленно. «Ввод». Ага. Отлично. Теперь не торопись. «Имя? — Р-И-Т-А — М-И-Л-Л-Е-Р». Хорошо. Хорошо. Только не торопись. Только не торопись.

«Введите код.»Внимательно. следи за пальцами. Так. «9-2 -Отлично. — 63-1 — Внимательно. Не перепутай. — 0-3». «Счет закрыт!»

— Дерьмо! — Заорал Карл, вскакивая с кресла. Один из клерков удивленно обернулся на крик.

— Карл! Что-нибудь не так?

Лицо Карла, перекошенное от ярости, повернулось на голос.

— Никто не играл с моим компьютером? — Заорал он глядящим на него клеркам.

— Что? — Удивленно спросил кто-то из них.

— Мой счет аннулирован!

— Позвонить узнать? — Рука клерка потянулась к телефону.

— Нет! — Крикнул Карл. Нельзя. Нельзя. Они могут узнать в чем дело. Могут догадаться. — Нет. — Повторил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Сам справлюсь. Клерки вернулись к работе.

Самое поганое в этой ситуации было то, что у него больше НЕ БЫЛО записной книжки Сэма! Он разорвал ее на мелкие клочки и выбросил. Слишком большая улика. Энди объяснил ему, что никто — НИКТО! — не должен даже догадаться, куда делись эти деньги. И он как последний дурак стер всю информацию из памяти компьютера. А книжку спустил в сортир.

Так. Спокойно. Посмотрим, может быть,еще можно что-то сделать. Карл сел в свое кресло и нажал кнопки. «Рита Миллер. Деньги переведены с…»


— Простите, Лайл? — Девушка остановилась перед его столом.

Хорошенькая. Где он мог ее видеть? Ах да, точно, на том самом рождестве у Брюстеров. Он испуганно дернулся и взглянул на проход, словно боялся, что сумасшедшая негритянка появится снова. Не появилась! Он вздохнул и вымученно улыбнулся.

— Да? Простите…

— Молли. Молли Дженсен. — Напомнила она. — Скажите, эта женщина, которая сейчас была у вас, что ей нужно?

Фергюссон удивленно взглянул на нее: в банке не принято задавать таких вопросов. Девушка сообразила, что ее не так поняли и быстро пояснила:

— Я хотела сказать, это как-то связано со мной или с Сэмом?

— С Сэмом? — Удивился банкир. — Нет, конечно. Вспомнил! Она жена Сэма Вита. Вернее… Ах ты, черт. Конечно. Сэма же убили. Но ее он помнит. Тогда почему же он не помнитэту полоумную миллионершу?

— Ее имя Оттоми Браун, не так ли?

— Нет. — Улыбнулся Фергюссон, гордясь тем, что хорошо запомнил имя клиентки. Он вообще не очень силен на имена, но уж это имя… — Ее зовут Рита Миллер. Скорее всего, вы обознались. Она закрыла счет. А что, какиенибудь проблемы? -Поинтересовался он.

— Да нет… — Задумчиво ответила девушка. — Пожалуй, нет…

Они оба крайне удивились бы, увидев Оттоми в эту минуту.

Негритянка шла по улице и, вертясь по сторонам и размахивая правой рукой, галдела так, что голуби, пугаясь звука ее голоса, поднимались с крыш, норовя убраться подальше.

Левой рукой она крепко держала сумочку, в которой покоился драгоценный чек на имя Риты Миллер.

— Боже мой! — Крикнула она. — Боже мой!!! Четыре миллиона долларов!!! Боже мой! Я куплю себе особняк! Нет!!! я куплю себе целый квартал!! Моя сестра умрет от зависти! Она-то решила, что я дура, а она — гений! Ха!

«Стой, Оттоми! — Подал голос Сэм. — У меня есть мысль! Вынь чек из сумочки».

— Это ты прав. — Засуетилась Оттоми и, вынув чек, начала заталкивать его за корсаж. — Я засуну его так, что никто его у меня не…

«Нет, нет. Отдай его». — Сэм остановился напротив, глядя на ясновидящую.

— Да нет. Если я отдам его, он может упасть и его кто-нибудь поднимет. — Рассудила она.

«Но Оттоми, это ведь не твои деньги. Я не говорил, что деньги пойдут тебе. Это кровавые деньги. Меня УБИЛИ ради этих денег. Отдай чек, Оттоми».

В душе Оттоми поднялась буря протеста. Отдать кому-то четыре миллиона? Вот так, за здорово живешь? Ну уж дудки. Фигушки. Она эти деньги из рук не выпустит. Но… этот парень. Сэм. Его и правда убили из-за этих денег. Может ли она оставить их? Но с другой стороны… Это же четыре миллиона долларов…

— Сэм, что ты хочешь с ними сделать? — В ее голосе было столько сомнения, что Сэму стало даже жаль ее. Действительно, нелегко отдавать деньги, да еще столько. Но если Оттоми оставит их у себя, Карл и Вилли легко отыщут ее. И тогда ей уже не отсидеться в чулане.

«Посмотри налево. Вон туда. На углу». Оттоми завертела головой.

Прямо на углу стоял ящик с приклеенной надписью: «Жертвуя сегодня — ты входишь в рай завтра». В крышке ящика была прорезана щель, в которую богопослушные граждане могли бросать свои деньги. Рядом, бдительно охраняя жертвенную казну, замерли две монашки в черных рясах и таких же черных платках, покрывающих головы. Надо сказать, воззвание не вызывало энтузиазма у граждан, никто не торопился бросить деньги. Может быть, потому, что завтра в рай никто не собирался?

— Ты что, хочешь, чтобы я отдала четыре миллиона долларов какой-то конторе монахов? — Возмутилась Оттоми.

«Оттоми. — Очень серьезно сказал ей Сэм. — Если ты не сделаешь этого, люди, у которых ты взяла чек, тебя выследят и убьют. Единственный выход — избавиться от него».

— Брось ты, Сэм. — Протянула ясновидящая. — Это же четыре миллиона долларов… Но Сэм уже понял, что сопротивление сломлено.

«У тебя еще будут миллионы».

— Будут миллионы… — Передразнила Оттоми. — Не отдам и точка. — Буркнула она.

«Давай, давай, Оттоми». — Улыбаясь подтолкнул ее Сэм.

Оттоми дернула плечом и нехотя направилась к стоящим в стороне монашкам.

— Привет! — Улыбнулась она им. — Как дела? Монашки выжидающе уставились на негритянку.

«Пожертвование от имени Риты Миллер. — Весело подсказал Сэм. — Вручай и гордись собой!»

— Я хочу в последний раз подержать его. — Буркнула Оттоми, поворачиваясь на голос.

«Отдай чек и покончим с этим». — Ну дай, я еще немножечко подержу его в руках. — Капризно ответила ясновидящая, сжимая чек в побелевших пальцах.

Сэму показалось, что если бы сейчас на нее набросились Карл, Вилли и еще дюжина мужиков, их попытка потерпела бы поражение. Оттоми протянула чек монашке, и та, приняв его двумя пальцами, потянула на себя. Тщетно. Что-что, а хватка у Оттоми была как у бульдога.

«Нет. Отдай чек. Ты в состоянии это сделать». — Жестко сказал ей Сэм. Его опыт подсказывал, что такой тон действует на ясновидящую лучше всего.

Губы Оттоми растянулись в любезной улыбке, хотя зубы при этом оставались крепко сжатыми. Лицо ее, и без того богатое мимикой, сейчас просто разъезжалось в стороны, принимая различные выражения. От без граничного удивления до полного отчаяния. Крепко вцепившись в чек, Оттоми тянула его на себя. Ее разум все еще не мог свыкнуться с такой потерей.

Монашка не осталась в долгу и тоже стала дергать чек, пытаясь вырвать его из пальцев жертвующей. Так и тянули каждая на себя. Эта борьба выглядела довольно забавн.о и прохожие с большим интересом оглядывались на своеобразное состязание, а пара умников даже заключила цари, кто же победит.

«Отдай чек! — Закричал Сэм. — Отпусти.»

— Отдала! — Прорычала Оттоми, не разжимая зубов, с той же деревянной улыбкой на губах. С видимым усилием, но ей все же удалось разжать пальцы, и монашка, все еще тянущая чек, чуть не упала, отшатнувшись к стене.

— Да хранит тебя господь, дитя мое. — Отдуваясь прохрипела она.

— Черт! — Рявкнула Оттоми. Она резко повернулась и пошла вдоль улицы.

Один из умников, делавших ставки, отдал другому десять долларов.

Сэм улыбнулся и прокричал ей вслед:

«Оттоми, я горжусь тобой!»

— А мне что до этого? — Тут же обернувшись, заорала гадалка. Хотя ей и были приятны слова Сэма, но все же было безумно жаль чек. Она просто не могла себе позволить уйти просто так, не поскандалив. — Убирайся, чтобы духу твоего здесь не было! Ты — ненормальный призрак! И не смей со мной больше разговаривать!

Оттоми снова развернулась и широкими угловатыми шагами направилась к подземке. «Ты — прелесть!» — Засмеялся ей в спину Сэм. Она обернулась и, скорчив гримасу, показала ему язык, а затем пошла дальше по улице. Если бы Сэм догнал ее и заглянул ей в лицо, то увидел бы: Оттоми улыбалась.

Но зато, он видел, как монашка развернула чек. Глаза у нее выкатились, дыхание перехватило, и, она, покачнувшись, рухнула снопом на руки еле успевшей подхватить ее подруги.


Глава 11 | Привидение | Глава 13