home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


18

Внезапное начало бури немало озадачило Тернера. Облака собирались и темнели с необычайной скоростью, обращая небо из бледно-серого в черное, а снег начал падать еще до того, как день исчез в сгущающемся мраке.

Он сразу понял, что буря магического происхождения. Он мог это почувствовать, даже если бы внезапность не выдавала ее с головой. Магия, нагромождавшая тучи, создавала такие колебания в воздухе, как если бы это была гроза, прервавшая долгую летнюю засуху, а не снегопад в середине зимы. Вне всякого сомнения, бурю вызвали маги.

Но зачем магам понадобился снегопад?

Наверное, у них были на то собственные причины. Скорее всего, где-то кончаются запасы воды. Он мог бы подать сигнал или мысленно поговорить с ними и узнать, в чем дело, но компьютер заметит. Сэм пожал плечами и поскакал дальше.

Через несколько мгновений после того, как первые снежинки обелили его темно-русые волосы, компьютер спросил:

— Запрос: причина высокой концентрации гравитационных аномалий в очаге снежной бури и вокруг него.

Тернер вздохнул, его дыхание подхватил ветер, и оно затерялось в снегопаде.

— Не знаю, — солгал он. — Я полагаю, местные маги пытаются прекратить бурю.

Он не видел смысла признаваться, что маги умеют вызывать бури: тогда возможность использования псионики как оружия будет несомненна. Это неизбежно приведет к следующему вопросу: не могут ли маги управлять действиями самого Тернера? Флейм и ее компьютер достаточно подозрительны и без подобных осложнений.

Хотя он и не обмолвился об этом компьютеру, его на самом деле интересовало, существовала ли связь между бурей и его собственными действиями. Попытки угадать это были тщетны, но, чем больше он размышлял, тем явственнее понимал, что связь есть, и самая прямая. Раньше он никогда не слышал, чтобы кто-то нарочно вызвал буран. Конечно, маги часто собирали облака и перенасыщали их, вызывая дождь для урожая и питьевой воды, но со снегом? Такого еще не случалось.

Столкнувшись с двумя столь необычными явлениями, сопутствующими друг другу, как снегопад и его конфликт с Флейм, только дурак мог сомневаться, что одно из них — причина, а другое — следствие. Вряд ли буря принесла Флейм на Дест, но прибытие Флейм вполне могло вызвать снегопад и мало ли какие еще чудеса. Местные маги вообще отличались странностями, но Сэм полагал, что все они лояльные подданные Праунса. Скорее, к буре приложили руку его товарищи.

Однако он понятия не имел, зачем им это понадобилось.

Могло ли это иметь отношение к просьбе Совета захватить корабль Флейм невредимым?

А вдруг буря означает начало мятежа против Праунса? Ни то, ни другое не казалось правдоподобным. Тернер знал: эти края отличались миролюбием в течение многих-многих лет. Он был совершенно уверен, что район, через который он двигался, не завоеван силой, но присоединился к Праунсианской империи добровольно. Подобные земли не склонны к мятежам, скорее они выслали бы послов с предупреждением.

Но если буря все же была чем-то вроде атаки в новой, не признающей границ войне, может быть, Праунс захотел захватить звездолет, чтобы отомстить враждебным магам?

Это и вовсе не имело смысла. Когда он покидал город, все было спокойно, не было и намека на войну.

И потом магию использовали как оружие только в разведке, или если врагами были не маги, или если в нападении был элемент неожиданности.

Войны не случаются просто так, без предупреждения. Какому идиоту придет в голову нападать на Праунс? Регулярная армия Праунса была самой большой и сильной на планете. Если бы даже Праунс не обладал большим, чем другие народы, числом магов и наиболее сильной магией, ему и тогда не понадобился бы звездолет, чтобы противостоять враждебной магии. Дюжины компетентных магов было бы вполне достаточно.

Но если Совет захотел иметь корабль не для защиты от магических нападений, тогда зачем? Чтобы напасть на города-государства, которые остались незавоеванными? Для быстрой перевозки грузов? Из-за компьютера или из-за технологических знаний, которые он может дать?

В действительности, дошло вдруг до Сэма, они могут и не знать точно, зачем. Они могут просто видеть редкую и великолепную возможность, которую не хотят упускать. Может быть, они даже не знают, что сделать с кораблем; они вообще знают о нем очень мало.

Тогда для чего все эти чудеса? А что, если звездолет нужен магам Праунса, чтобы объединить под своей властью весь Дест? Это казалось наиболее вероятным.

Но какое право имели они его об этом просить? Почему он должен дать им корабль?

Наконец, была ли какая-то связь между кораблем и бурей?

Он еще несколько минут поломал над этим голову, потом, озабоченный тем, как направить лошадь сквозь густо падающий снег, Сэм забыл обо всем.

Буря усиливалась быстро и неуклонно. Ветер перешел из умеренного в ревущий, снег начал валить целыми облаками. Видимость быстро ухудшалась, продвигаться становилось все труднее, поэтому Тернеру пришлось спешиться и взять лошадь под уздцы.

Окружавший его лес почти не служил укрытием. Тяжелый мокрый снег все падал и падал, так что даже ветки вечнозеленых деревьев пригнулись к земле под его тяжестью. Тернер не мог припомнить такого сильного бурана. И уж, конечно, он никогда не сталкивался ни с чем подобным. Он бы никогда не поверил, как быстро метель может превратиться в светопреставление.

Создавшие ее маги действительно превзошли самих себя.

Через полчаса после появления первых хлопьев Тернер обнаружил, что с трудом преодолевает сугробы метровой высоты и не может ничего разглядеть, кроме рыхлой белизны впереди. Только один раз он ощутил в нескольких сантиметрах от себя ствол дерева. Когда он в очередной раз дернул поводья, таща упирающуюся лошадь, то сквозь мокрую одежду почувствовал, как дрожит животное. Даже сквозь завывание ветра он мог слышать, как ломаются под тяжестью снега ветки вокруг него. Где-то справа с громким треском упал сук.

Он начал опасаться, что заблудится и начнет кружить, как об этом рассказывается в бесчисленных старых историях и на Десте, и на Древней Земле. Возможность замерзнуть или шагнуть под обрыв с каждым шагом казалась все менее абсурдной.

— Компьютер, — спросил Тернер, пробираясь через сугроб, — я держусь правильного направления?

— Подтверждение, — незамедлительно и ясно ответила машина. Тернер с облегчением заметил, что буря не подействовала ни на передачу, ни на ее восприятие.

— Дай мне знать, когда я собьюсь с пути, ладно? — попросил он.

— Подтверждение.

Немного успокоенный, он продолжал борьбу.

Полагая, что слабая магическая аура, которая пропитывала снегопад, может скрыть ту, что создаст он сам, Тернер рискнул использовать свои собственные псионические чувства, чтобы отыскать дорогу. Компьютер не отреагировал. С небольшой долей магической помощи, которая дублировалась указаниями компьютера, Сэм прокладывал себе дорогу в буране.

Однако через четверть часа Тернер должен был признаться, что безумно устал и к тому же, кажется, потерялся. Его накидку покрывал толстый слой снега, борода оледенела от собственного замерзшего дыхания. Растаявший снег и пот от рук замерз на поводьях, сделав их жесткими и неудобными, и с каждым шагом лошадь все больше и больше упиралась.

Поскольку, боясь компьютера, Сэм не мог использовать энергетическую магию, он не создал теплового поля, и в результате уже не чувствовал пальцев. Он не решался согреть даже их.

Буря и усталость притупили его чувства. Он больше не ориентировался на местности.

Компьютер, по установленному порядку записывавший каждую черточку, которую он видел на планете, был единственной надеждой. И Тернер это знал.

Сейчас ему пришло в голову, что он может найти лучшее, более насущное применение компьютерному банку данных, нежели сопровождать его в Киллалах.

— Компьютер, — спросил он, — у тебя есть какие-нибудь записи о местах обитания людей в непосредственной близости от меня — скажем, в километре? Это может быть не город и даже не деревня; вполне подойдет ферма или постоялый двор.

— Подтверждение, — сразу ответил компьютер. — Изолированное строение расположено приблизительно в двухстах сорока метрах с запада на юго-запад от настоящего местонахождения киборга с кодовым наименованием Слант. Оно обладает признаками индивидуального жилища.

— Замечательно, — искренне сказал Тернер. — Веди меня туда, ты можешь?

Компьютер подчинился. Прошло несколько долгих минут — и протянутая рука Тернера уперлась в стену дома. Он двигался на ощупь вдоль здания, пока не нашел дверь, и попробовал замок.

Дубовая дверь была заперта изнутри, значит, внутри кто-то был. Тернер постучал по занесенному снегом дереву со всей оставшейся у него силой.

Только когда дверь внезапно открылась и Тернер попал в уютную жилую комнату, он убедился, что компьютер был прав и снег занес весь белый свет.

Он только что прошел под низко висящей вывеской гостиницы, не заметив ее.

Невысокий мужчина средних лет в коричневой домотканой одежде открыл дверь. Позади стояла женщина, в ее руке был длинный нож. Когда дверь открылась, подавшись его весу, Тернер рухнул на пол. Он слишком устал, чтобы его беспокоили такие мелочи, как необходимость держаться на ногах.

Когда мужчина запер за ним, Тернер улыбнулся им обоим с места, где приземлился.

— Привет, — сказал он. — Я надеюсь, что не слишком побеспокоил вас, но я потерял дорогу в буране. Могу ли я остаться здесь на время и переждать?

Он снова улыбнулся, разламывая лед в бороде, улыбнулся не столько для того, чтобы успокоить хозяев, сколько от истинного облегчения, что вырвался из этого белого ада, хотя бы на мгновение.

Прежде чем он почувствовал, как хорошо лежать на полу, Тернер понял, каким усталым и разбитым он был. И не только из-за бурана. Ему не довелось как следует отдохнуть с тех пор, как он по глупости попытался этим утром читать мысли Флейм. Он бежал через лес, и учил жену интерлингву, и прокладывал себе путь в снегу — и все в один день.

Подняться с пола будет не просто.

Мужчина и женщина смотрели друг на друга, а потом оба начали одновременно говорить.

Никто не выгонит человека в такую бурю, перебивая друг друга, горячо убеждали они. Хозяев дома звали Хеллегай и Турея, и у них было множество вопросов. Они хотели знать, кто он, откуда пришел, знает ли что-нибудь о буре. Вообще интересовались абсолютно всем, вплоть до смысла жизни.

Тернер сказал самому себе, что он не может бесконечно лежать на полу.

У него есть кое-какие обязанности — например, спасти эту заснеженную планету.

Однако сейчас у него были более близкие цели. Он с усилием встал, горячо поблагодарив Хеллегая и Турею, но полностью проигнорировав их вопросы. Уже стоя на ногах, он глубоко вдохнул теплый воздух, плотно запахнул пальто и принялся искать путь назад, к своей лошади.

Введя несчастное животное в конюшню, пристроенную к дому, Тернер привязал ее к столбу, потом стал искать ведро и кормушку. Ведро было почти полным. Он разбил лед ребром ладони и поставил ведро так, чтобы жеребец мог до него дотянуться.

Накормить животное было немного труднее, но в конце концов он просто стянул порцию из стойла другой лошади, по-видимому, принадлежавшей его хозяевам.

Тернер слишком устал для того, чтобы беспокоиться о более тщательном уходе; но он, по крайней мере, сумел снять с лошади седло. Попону на лошади он оставил — конюшня была холодной. Стены задерживали снег и ветер но плохо сохраняли тепло. Когда Тернер удостоверился, что животное не упадет замертво, он сделал глубокий вдох и открыл дверь наружу.

Ветер налетел на него с такой дикой силой, что он бы застонал, если бы не надо было экономить дыхание. Вместо этого он только сгорбился и зашагал назад.

Добравшись до спасительной двери, Тернер вошел шатаясь и с облегчением рухнул на половик у камина.

Немного придя в себя и согрев лицо и руки у огня, он смог подумать о других вещах, в частности о том, что сейчас делает Флейм, чем занимается Парра и зачем магам Праунса понадобился корабль.


предыдущая глава | Маг и боевой звездолёт | cледующая глава