home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3. Пещеры Хоутомай

Деревянные настилы перед вырубленными в утесе пещерами жителей деревни Хоутомай казались весьма ненадежными, но они служили своей цели. Я думаю, здешние обитатели привыкли к ним и, не зная ничего лучшего, были ими довольны. Их конструкция была простой, но практичной. В дыры, проделанные прямо в поверхности утеса, сложенного песчаниками, были вставлены прямые вилки деревьев, которые торчали наружу примерно на два фута. Они подпирались другими ветвями, нижние концы которых покоились в выемках, вырезанных примерно в футах двух ниже дыр. На верхние торцы этих ветвей были положены шесты и связаны полосками сырой кожи, на них были брошены необработанные шкуры. Эти настилы казались очень узкими, особенно если смотреть вниз с опасной высоты утеса, и у них не было поручней. Я не мог не подумывать о том, как скверно было бы ввязаться в драку на таком настиле. С такими мыслями на уме я пробирался ко входу в третью пещеру слева. Все тихо, и внутри темно, как в кармане у трубочиста.

— Эй, там, внутри! — крикнул я.

Мне ответил сонный женский голос.

— Кто там? Чего ты хочешь?

— Бунд хочет, чтобы ее новую рабыню отправили вниз, — сказал я.

Я услышал, как кто-то зашевелился внутри пещеры, и почти сразу же к выходу из пещеры на четвереньках подобралась женщина с растрепанными волосами. Я знал, что было слишком темно, чтобы она могла рассмотреть меня. Я мог только надеяться, что она слишком сонная, чтобы мой голос возбудил ее подозрения, хоть он и не похож на голоса здешних мужчин. По крайней мере, я надеюсь, что не похож… Все же я старался изменить его, как мог, подражая Льюлиной мягкой манере говорить.

— Зачем она понадобилась Бунд? — спросила женщина.

— Откуда мне знать? — ответил я вопросом на вопрос.

— Очень странно, — сказала она. — Бунд ясно мне сказала, чтобы я не выпускала ее из пещеры ни при каких обстоятельствах. О, вот Бунд сама идет сюда.

Я глянул вниз. Драка окончилась, и женщины поднимались в свои пещеры. С учетом этого настил перед пещерой Бунд показался мне самым неподходящим местом для прогулок. Я понял, что сейчас ничего не смогу сделать для Дуари. Так что я поспешил ретироваться, как мог — быстро и элегантно.

— Наверное, Бунд передумала, — сказал я женщине и повернулся к лестнице, ведущей на верхний настил. К счастью для меня, рабыня еще толком не проснулась, и больше всего ее в этот момент заботило, как бы добраться до своего логова. Она пробормотала что-то вроде того, что все это очень странно, но я уже был на пути наверх.

Мне не понадобилось много времени, чтобы взобраться по шаткой лестнице на настил перед пещерами мужчин и добраться по нему до последней пещеры слева от лестницы. Внутри было абсолютно темно и воняло так, как будто пещеру не мешало проветрить, и это нужно было сделать несколько поколений назад.

— Льюла! — шепнул я.

Раздался стон.

— Снова ты? — спросил жалобный ворчливый голос.

— Твой старый друг Карсон собственной персоной, — ответил я. — Похоже, ты мне не рад.

— Нет. Я надеялся больше никогда тебя не увидеть. Я надеялся, что тебя убьют. Почему тебя не убили? Ты мало там пробыл. Почему ты оттуда ушел?

— Я решил подняться наверх и проведать моего старого приятеля Льюлу, — сказал я.

— А потом ты сразу уйдешь?

— Не сегодня. Может быть, завтра. Надеюсь, что завтра.

Он снова застонал.

— Не попадайся им на глаза, когда завтра станешь вылазить отсюда, — взмолился он. — И зачем только я показал тебе свою пещеру?

— Это было с твоей стороны очень глупо, Льюла. Но не беспокойся, я не втяну тебя ни в какие неприятности, если ты мне поможешь.

— Помочь тебе! Помочь тебе выкрасть твою подругу у Бунд? Да Бунд меня убьет!

— Ну ладно, давай не будем волноваться на этот счет сегодня. Нам обоим лучше поспать. Но слушай, Льюла, не вздумай меня предать. Если ты это сделаешь, я расскажу Бунд все от начала до конца. И еще; ты живешь в этой пещере один?

— Нет, со мной живут еще двое мужчин. Они, наверное, скоро поднимутся сюда. Не говори со мной, когда они будут здесь.

— Ты думаешь, они нас выдадут?

— Не знаю, — честно признался он. — Но лучше не рисковать.

Мы погрузились в молчание. Вскоре снаружи послышались шаги, и в пещеру забрались двое мужчин. Они разговаривали по дороге, и я услышал конец их разговора.

— …побила меня, так что я больше не заговаривал об этом. Но как раз перед тем, как мы поднялись сюда, я слышал, как об этом говорят женщины. Почти все в тот момент были в своих пещерах. Это случилось как раз перед тем, как мы спустились вниз, чтобы развести костры для последней еды, как раз перед тем, как стемнело. Я вышел из пещеры, чтобы спускаться вниз, посмотрел вверх и увидел это.

— За что твоя женщина тебя побила?

— Она сказала, что я лгу, а она не любит лжецов, она их не выносит, и если я могу сказать такую глупую ложь, то я могу солгать по любому поводу. Но только что две женщины говорили, что они тоже это видели.

— Что на это сказала твоя женщина?

— Что я в любом случае заслуживал трепки.

— А на что была похожа эта штука?

— На большую птицу, только она не махала крыльями. Она летела прямо над каньоном. Женщины, которые ее видели, сказали, что это та самая штука, которая сидела на земле, когда они сегодня захватили рабыню и убили светловолосого мужчину.

— Эта штука, должно быть, тот самый энотар, о котором говорил Льюла.

— Но он ведь сказал, что пошутил.

— Как он мог шутить о чем-то, чего никогда не видел? Здесь что-то не то. Эй, Льюла!

Льюла не отзывался.

— Эй. Льюла, ты где? — снова окликнул его вошедший.

— Я сплю, — сказал Льюла.

— Тогда лучше проснись. Мы хотим знать про этот энотар, — настаивал мужчина.

— Я ничего о нем не знаю. Я его никогда не видел и не летал на нем.

— Кто говорит о том, что ты на нем летал? Как вообще человек может летать на чем бы то ни было? Этого не может быть.

— Нет, может, — воскликнул Льюла. — На нем могут летать два человек, или даже четыре. Он летит куда хочешь.

— Мне казалось, ты ничего о нем не знаешь.

— Я собираюсь спать, — заявил Льюла.

— Ты собираешься рассказать нам все, что знаешь про этот анотар, или я расскажу о тебе Бунд.

— Нет, Вайла, ты этого не сделаешь! — воскликнул Льюла.

— Сделаю, — настаивал Вайла. — Лучше расскажи нам все.

— А если я расскажу, вы обещаете не говорить об этом ни одной живой душе?

— Я обещаю.

— А ты, Элли? Ты обещаешь? — спросил Льюла.

— Я никому ничего не скажу и никогда тебя не выдам, Льюла, как ты можешь во мне сомневаться? — успокоил его Элли. — Ну. давай, рассказывай.

— Ладно. Так вот, я видел энотар и летал в нем по воздуху.

— Врешь, — возмутился Вайла.

— Клянусь чем угодно, не вру, — настаивал Льюла. — Если не веришь мне, спроси Карсона.

Я так и предполагал, что этот придурок все выболтает, поэтому не сильно удивился. Я думаю, что если бы у Льюлы обнаружился интеллект, то коэффициент такового не превышал бы двух.

— Кто такой Карсон? — спросил Вайла.

— Он заставляет энотар летать, — объяснил Льюла.

— Ну и как мы можем спросить его? По-моему, ты снова лжешь, Льюла. У тебя в последнее время появилась дурная привычка лгать.

— Я не лгу, и если вы мне не верите, то можете спросить Карсона. Он здесь, в этой пещере.

— Что? — в один голос спросили оба.

— Льюла не лжет, — сказал я. — Я здесь. И Льюла действительно летал со мной на энотаре. Если вы двое тоже захотите полетать, я возьму вас с собой завтра. Конечно, если вы поможете мне выбраться отсюда так, чтобы женщины не заметили.

Некоторое время все молчали. Затем Элли заговорил довольно перепуганно.

— Что скажет Джед, если она об этом узнает? — спросил он. Джед была их вождем.

— Ты дал обещание молчать, — напомнил ему Льюла.

— Джед не узнает, если никто из вас не скажет ей, — сказал я. — А если кто-то из вас расскажет, то я скажу, что вы трое знали обо всем, и что вы привели меня сюда, чтобы я ее убил.

— Но ты ведь не скажешь так на самом деле? — вскричал Элли.

— Конечно, скажу. Но если вы мне поможете, никто ни о чем не узнает. И вы сможете полетать на энотаре.

— Я боюсь, — сказал Элли.

— Бояться нечего, — сказал Льюла с важным видом. — Я не испугался. Видишь весь мир целиком, и никто не может на тебя напасть. Я бы хотел оставаться там наверху все время. Я бы тогда не боялся ни сарбанов, ни даже Бунд.

— Я хочу полетать, — сказал Вайла. — Если не испугался Льюла, значит, никто не испугается.

— Если ты полетишь, то и я с тобой, — пообещал Элли.

— Я полечу, — сказал Вайла.

Мы поговорили еще немного. Прежде чем заснуть, я задал им еще несколько вопросов касательно привычек женщин, и выяснил, что охотничьи и сторожевые отряды выходят рано утром, и охранять деревню остается только несколько женщин-воительниц. Я также узнал, что рабыни утром спускаются вниз, и в отсутствие охотничьих и дозорных отрядов собирают дрова для костров и носят в пещеры воду в глиняных кувшинах. Кроме этого, они помогают мужчинам делать сандалии, набедренные повязки, украшения и посуду.

На следующее утро я оставался в пещере, пока охотники и дозорные не покинули деревню, затем спустился по лестнице на землю. Я узнал о женщинах достаточно, чтобы быть уверенным, что не покажусь им подозрительным, так как мужчины настолько держатся в стороне, а женщины обращают на них так мало внимания, что не знают в лицо никого, кроме собственных партнеров. Но я не был так уверен в мужчинах. Они все знали друг друга в лицо. Невозможно было предвидеть, как они поступят, когда среди них обнаружится чужак.

Полдюжины женщин-воительниц прогуливались все вместе посредине каньона. Рабыни и мужчины занялись своей повседневной работой. Некоторые из них посмотрели в мою сторону, когда я спустился на землю и направился к группе рабынь, работавших поодаль, но никто не окликнул меня.

Я держался в стороне от мужчин, насколько это было возможно, и приближался к работающим рабыням. Я искал взглядом Дуари. Сердце мое упало, так как я нигде ее не видел, и я подумал, что лучше бы я сначала заглянул в пещеру Бунд и поискал ее там. Некоторые рабыни посматривали на меня вопросительно, одна даже заговорила со мной.

— Кто ты такой? — требовательно спросила она.

— Ты сама должна знать, — ответил я, и пока она ломала себе голову над ответом, я прошел дальше.

Из оврага сбоку появились рабыни, несущие охапки дров, и среди них я увидел Дуари. Мое сердце затрепетало. Я стал там, где она должна была пройти, и ожидал, когда она узнает меня. Она подходила все ближе и ближе, мое сердце билось все сильнее… В двух шагах от меня она глянула мне прямо в лицо и прошла мимо, не узнавая. На мгновение я почувствовал себя уничтоженным, затем рассердился, повернулся и схватил ее за плечо.

— Дуари! — шепнул я.

Она остановилась и обернулась ко мне.

— Карсон! — воскликнула она. — Ах, Карсон! Что с тобой случилось?

Я забыл про черные волосы и страшные шрамы на моем лбу и щеках, один из которых тянулся от виска до подбородка. Я действительно был неузнаваем.

— Но ты не умер. Ты живой! Я думала, что они убили тебя. Скажи мне…

— Не сейчас, милая, — сказал я. — сначала давай выберемся отсюда.

— Но как? Разве мы можем сбежать у них на глазах?

— Мы просто побежим — быстро-быстро. Не думаю, что нам представится лучшая возможность.

Я быстро осмотрелся. Воительницы все еще не обратили на нас внимания, как не обращали внимания и на остальных. Они были высшими существами, которые презрительно взирали на мужчин и рабынь. Мы были ближе к выходу из каньона, чем большинство рабынь и мужчин, но мимо нескольких нам пришлось бы пройти.

— Вы еще пойдете за дровами? — спросил я.

— Да, — ответила она.

— Хорошо. Когда вы будете возвращаться, постарайся оказаться самой последней. Я пойду вслед за вами в овраг, если смогу. Пока мне не приходит в голову ничего лучшего. Теперь лучше иди.

Они покинула меня, а я отправился искать Льюлу. Мужчины, мимо которых я шел, смотрели на меня с подозрением, но они были так глупы, что поначалу появление чужака их просто озадачило. Они не задумывались над тем, что по этому поводу предпринять. Я надеялся, что, когда они наконец решат задуматься, будет уже слишком поздно, чтобы помешать моим планам. Когда я нашел Льюлу, а тот увидел, кто к нему приближается, он выглядел примерно таким же счастливым, как если бы встретил привидение.

— Возьми Вайлу и Элли, — велел я ему, — и пойдемте со мной.

— Зачем? — спросил он.

— Неважно. Делай, как я сказал, и побыстрее, иначе я все расскажу этим женщинам.

Он был слишком глуп, чтобы сразу сообразить, что я не посмею этого сделать. Так что он пошел и привел Вайлу и Элли.

— Что ты хочешь? — спросил Вайла.

— Я собираюсь взять вас с собой полетать на энотаре, как обещал вчера, — сказал я.

Они посмотрели друг на друга вопросительно. Я видел, что они боятся — возможно, их пугала мысль о полете, но еще больше пугали женщины. Элли закашлялся.

— Я сегодня не могу, — сказал он.

— Вы идете со мной в любом случае, полетите вы на энотаре или нет, — сказал я тоном, не допускающим возражений.

— Что тебе от нас нужно? — повторил вопрос Вайла.

— Пойдемте со мной, и я вам покажу. И не забывайте, что если вы меня не послушаетесь, то я расскажу женщинам об этом вашем плане — чтобы я убил Джед. Пошли, быстро!

— Ты подлый бессовестный негодяй!.. — жалобно проскулил Вайла.

Ими всю жизнь так помыкали, и это выработало у них такой невероятный комплекс неполноценности, что они боялись всех и каждого, и если им не давали времени подумать, готовы были послушаться кого угодно, так что они пошли со мной.

Рабыни сложили принесенные дрова и направлялись обратно в овраг, чтобы принести еще. Я подогнал моих подневольных спутников к тому месту, где должны были пройти рабыни. Когда они приблизились к нам, я, к своему большому облегчению, увидел, что Дуари замыкает процессию. Когда она оказалась напротив нас, я собрал свою троицу вокруг нее, чтобы по возможности скрыть ее от женщин-воительниц. Затем я повел их прогулочным шагом по направлению к выходу из Узкого Каньона. В этот момент я бы дорого дал за зеркало заднего обзора, потому что мне очень хотелось знать, что происходит за нашими спинами, но я не смел оглянуться, чтобы не навести никого на мысль, что мы делаем что-то недозволенное. Это был тот случай, когда спасти могла беспечность — или ничего. Минуты никогда не тянулись для меня так долго. Но наконец мы добрались до конца каньона, и в этот момент нас грубым голосом окликнула женщина:

— Эй, вы там! Вы куда? Вернитесь!

При этих словах трое мужчин замерли на месте, и я понял, что с секретностью покончено. Я схватил Дуари за руку и мы продолжали идти к выходу из каньона. Теперь я мог обернуться. Льюла, Вайла и Элли шагали обратно к своим повелительницам, а три женщины направлялись к нам. Когда они увидели, что мы не подчинились их команде и продолжаем идти дальше, они начали громко кричать. Когда мы не обратили внимания и на крики, они пустились за нами трусцой. Тогда мы побежали. Я не сомневался, что мы опередим их, потому что они не были созданы для быстрого бега. Однако нам нужно было добраться до корабля намного быстрее, чем они, чтобы успеть отвязать найтовы до их появления.

Когда мы выбрались из Узкого Каньона, мы оказались на довольно ровной местности, которая постепенно повышалась в том направлении, куда мы бежали. Повсюду были разбросаны рощицы прекрасных деревьев, а где-то неподалеку нас ждали корабль и безопасность. И вдруг прямо напротив нас в паре сотен ярдов показались три сарбана.


2. Женщины-воительницы | Карсон Венерианский | 4. Новая земля