home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Все настенные экраны показывали текущее время — точно 12:31. Через пять минут надо исчезнуть отсюда — столько времени по расчету Дункана требовалось органикам, чтобы добраться сюда из других башен. А местные прискачут в любую секунду.

Сник волокла все еще стонущую женщину к рабочему пульту и кричала:

— Заткнись! Ты останешься живой, если выполнишь, что я скажу!

Женщина заныла, лицо ее сделалось белым, вытаращенные глаза вращались. Дункан помог Сник дотащить ее до стула. Луч насквозь прошил бедро женщины, но он же прижег рану, и кровь не шла.

— Отключи сирены! — орал Дункан.

Женщина, задыхаясь, произнесла код в расположенный перед ней экран сирены смолкли, световые сигналы тревоги отключились.

Голова мужчины показалась в одном из дверных проемов. Дункан выпустил луч — коробка задымилась, голова исчезла. Дункан подбежал к двери убедиться, что там никого нет. Где-то за его спиной Сник продолжала отдавать приказы, а раненая женщина визжала:

— Я не могу это сделать! Они не простят мне!

— Скажешь, что тебя заставили силой. Я убью тебя! Выбирай!

Дункан внимательно осматривался кругом — в длинном зале не было никого, но органики могли появиться в любую из дверей.

Сник таки добилась своего: женщина выполняла ее приказы. На настенных экранах воспроизводились коды, которые оператор, прекратив сопротивление, быстро вводила. Впервые в истории Новой Эры все в городе были д_е_с_т_о_у_н_и_р_о_в_а_н_ы _о_д_н_о_в_р_е_м_е_н_н_о_.

Не считая обитателей башни распределительной станции Болдуин Хиллз, во всех двадцати одной башнях находился миллион живущих людей одного дня и шесть миллионов — в стоунерах.

Коды вызвали одновременное поступление энергии во все цилиндры, заключавшие в себе людей, превращенных в камень. Дестоунированные вообразят, что на это утро и приходится их плановый день жизни. Граждане Вторника, Среды, Четверга, Пятницы, Субботы, Воскресенья и Понедельника будут крайне удивлены, когда обнаружат, что и другие дни также свободно разгуливают.

Можно лишь представить шок и хаос в каждой башне. Более ста сорока миллионов человек запрудят все и вся — ведь башни и окружающие площади рассчитаны лишь на ежедневные двадцать миллионов.

Это будет только первый удар. Второй придет, когда они прочтут послания Дункана на экранах.

Сник установила пробник на режим среднего оглушения — луч в затылок и жертва опустилась на панель пульта.

Уже через десять секунд аэролодка уносила Дункана и Сник в обратный путь. Все повторялось: лодка замедлила движение у правого поворота в коридоре, со скрипом протиснулась в нем меж двух стен, миновала длинный зал и арочный свод и остановилась. Здесь она развернулась на девяносто градусов — и вновь в проем.

Выше располагалась огромная, круглая, хорошо освещенная комната двести пятьдесят футов в диаметре и сотня футов в высоту, — окруженная галереями. В центре, занимая полкомнаты, блестел светло-пурпурный цилиндр. Под полом — Дункан не сомневался в этом — к основанию цилиндра проходил мощный огромной толщины кабель. Он соединялся с меньшими цилиндрами, размещенными в главном; двадцать один кабель — десять футов в сечении расходился отсюда вдоль стены под внешней обшивкой. Огромный кабель нес энергию, переданную из гигантского комплекса в пустыне Мойджав. Центром этого комплекса являлся шахтный ствол, прожженный протонными акселераторами на глубину для забора тепла от металлического ядра Земли. Термоионный конвертер превращал тепловую энергию в электрическую, и часть ее направлялась на станцию Болдуин Хиллз в штате Лос-Анджелес.

Все управляющие экраны в башне были отключены. Ни обитатели башни, ни местные гэнки не знали, где находится аэролодка.

Дункан установил в пушке режим непрерывного огня полной мощности. Орудие выплюнуло в цилиндр широкий луч. В течение нескольких секунд фиолетовый луч, сливаясь с багровым цилиндром, с жадностью поедал его. Открылась стена. Сквозь образовавшееся темное отверстие луч впился во внутренний цилиндр; затем еще несколько секунд безмолвной работы тысячи мегаватт, сконцентрированных в шестидюймовом луче, заставили слезиться глаза от обжигающего нос, перенасыщенного озоном воздуха.

Сник вылезла из лодки и с двумя протонными пистолетами притаилась у дверей. Дункан тоже настороженно следил за всеми входами в зал. Один пистолет он сжимал в руке, другой покоился рядом, на сиденье.

— Гэнки на галерее! — внезапно вскричала Сник. Он не мог видеть их должно быть, они появились на верхних ярусах. Пламя и дым, раскаленные белые вспышки и грохот сотни Ниагарских водопадов — все это выплеснулось из пробоины в цилиндре. Дункан был оглушен; навалившееся на него ослепляющее вонючее облако жгло ноздри, огненными пальцами сжимало легкие. Он кашлял и кашлял, в ушах стоял пронзительный крик Сник, карабкавшейся на сиденье позади него. Говорить она не могла и лишь молотила его правое плечо, торопя убираться прочь.

Дункан запустил аппарат. Дым был настолько плотным, что скрыл от глаз яркий луч пушки. Дункан еще раз выстрелил. Облако осталось позади, хотя все еще клубилось в зале. Они могли уже глотнуть чистый воздух. Путь более не освещался — значит, кабели распределения энергии были уничтожены, превращены в расплавленную массу. В другую минуту Дункан закричал бы от радости, но сейчас он мог только остервенело откашливаться. Лодка вновь процарапалась меж стен на повороте, подпрыгнула и помчалась под арку к водам бухты Лос-Анджелес. Глазами, полными слез и боли, Дункан тщился получше разглядеть окружающее.

Ни на крышах башен, ни на соединяющих их мостах огней не было. Исчез и отблеск, отбрасываемый низкими облаками. Лишь несколько гидросамолетов и аэролодок желтовато-красными жуками-светляками огней мерцали над водой, показывая, что город-штат здесь еще существует.

Когда глаза перестали слезиться и боль немного отступила, Дункан смог различить бледные блестящие края облаков над Башней Бербэнк за Голливуд Хиллз.

Все еще кашляя, Дункан откинул фонарь кабины. По меньшей мере дюжина судов органиков с прожекторами сновали вокруг только что покинутой им и Сник башни. Обитатели ее наверняка крайне озадачены. Несомненно запрашивают сейчас по радио всяческое начальство, пытаясь выяснить, чем вызвано такое полное затемнение.

Лодка наконец-то в воде, полностью погруженная, медленно двигалась в северо-западном направлении.

В приступах кашля Дункан хриплым голосом объяснял Сник, что он предполагает делать дальше.

— Ты согласна? — закончил он вопросом изложение плана.

— Это еще более безрассудно, чем то, что мы сделали. Но мне нравится, — отозвалась она.

Дункан направил лодку — теперь уже со светящимися огнями — к своей первой остановке — Башне Университета. Любой гэнк принял бы лодку за одну из своих. Когда органики поймут ошибку, будет уже поздно.

Он отыскал огромный сводчатый вход на десятом уровне и опустился там. Здесь находились лишь две аэролодки, людей видно не было. Дальше по меньшей мере один гэнк торчит на дежурстве, но свой пост не оставит: таковы инструкции. У него обязательно должен быть переносной сигнальный фонарь.

Кашель уже не так мучил Дункана. Они прошли со Сник по коридору и оказались в комнате, где одиноко у стола сидела женщина — сержант второго класса. Фонарь — «солнечный» прожектор — свисал с крюка в центре потолка. Несколько натянуто улыбаясь, она встала.

— Рада видеть вас. Я тут заскучала одна. Как дела в башне? Все в порядке?

Вместо ответа Сник извлекла из кобуры пистолет и наставила его на сержанта.

— Руки вверх!

Побледнев, женщина повиновалась. Дрожащим голосом она спросила:

— В чем дело?

— Кто-нибудь еще есть поблизости? — вмешался Дункан.

Она отрицательно покачала головой.

— Не хотите ли вы… — сержант споткнулась не договорив.

— …расстаться с этой штукой? — закончила за нее Сник.

Женщина промолчала.

— Ждете кого-то еще? — спросил Дункан.

Она опять покачала головой. Сник подошла и освободила сержанта от пистолета, привычно заткнув его себе за пояс. Затем подошла к шкафчику на стене. Осмотрев его содержимое, прихватила пару баллонов ТИ [Truth Mist (англ.) — туман истины] и четыре упаковки зарядов для протонного пистолета. Она рассовала все это по карманам.

Сник утолила жажду из фонтанчика в углу; пока Дункан следовал ее примеру, она держала сержанта под прицелом.

— Нам нужна еда. Где у вас кладовка? Сержант — руки за головой провела их в кухню штаба территории. Дункан нес тяжелый фонарь, а обратно — еще и коробку, полную консервов, и пару специальных консервных ключей. Он предпочел бы какие-то деликатесы, но они были стоунированы.

Сник наручниками пристегнула сержанта к ножке приделанного к полу стола, и они с Дунканом, прихватив свою добычу и пару фонарей, вышли. Оставшаяся в темноте женщина слала им вслед проклятия и угрозы.

Уже на площадке порта они убедились, что обе аэролодки органиков на месте. Одна из них — трехместная — обладала не только большей скоростью, но и была солиднее обеспечена энергозапасом для двигателя и пушки. Это было мощное судно класса V. Сложив продукты, оружие и фонари в заднюю секцию, оба залезли в кабины. Дункан вызвал на дисплей карту бухты и прилегающей местности. Не зажигая огней, аэролодка летела низко над водой к огромному водохранилищу в северо-восточной части бухты. Здесь судно поднялось над бетонной плотиной, пересекло большое озеро и проследовало курсом Лос-Анджелес — Ривер. Уже достигнув большого водного массива, называемого озером Пэнг (прежнее название Лейк Хьюз), Дункан повернул направо и пролетел вдоль трехполосной пластиковой дороги на Борон. В этой небольшой деревеньке размещалась заправочная станция для наземного транспорта, курсировавшего между термоионным энергокомплексом Мойджав и Лос-Анджелесом. Дункан уже перед самой станцией выключил огни и, сделав крюк миль десять по пустыне, вернулся к дороге.

Пошел сильный дождь. И молния и гром разгулялись чуть западнее.

Когда они со свистом проносились над хайвэем, преодолевая последние шестьдесят миль до комплекса, Дункан представлял себе, какое столпотворение и бедлам творятся сейчас в Лос-Анджелесе. Наверно, органики уже вычислили виновников. Однако сколько времени уйдет на восстановление порядка, прежде чем гэнки смогут собрать достаточные силы для их преследования. Пока разрушенная станция распределения энергии не будет работать, им вряд ли удастся справиться с хаосом. Да и куда направились беглецы — органикам неизвестно.

Им повезло, что небо затянуло тучами. Постоянно контролирующие территорию спутники окажутся беспомощными. Приборы инфракрасного видения, конечно же, будут работать, но его судно не очень-то поддается этому «глазу». Двигатель Гернхардта с вращательным электроприводом, который установлен в лодке, вызывает сильные электромагнитные помехи. Да и приближающаяся электрическая атмосферная буря также не поможет спутнику.

Дункан не по-доброму усмехнулся. То, что им удалось сделать в Лос-Анджелесе, — сущие пустяки в сравнении с тем, что они сотворят на площадке станции Мойджав. Конечно, если все пройдет по-задуманному.

Шторм захватил их в сети дождя, грома и молнии. Дункан включил лампы ультрафиолетового излучения, чтобы легче ориентироваться в незнакомой местности. Да и близкие и частые грозовые разряды помогали ему. Уже через пятнадцать минут лодка была вблизи гигантской дыры — могущественнейшее дело рук человеческих лежало перед ними. По крайней мере — одно из них. Пятьдесят подобных отверстий, одинаковых по размеру, возникли на пяти континентах.

Судно остановилось у края круглой впадины — двадцать миль в поперечнике, тысяча футов ниже уровня моря. Она была вырыта на месте огромной скалы два тысячелетия назад. Свет, струившийся от разбросанных строений и фонарей, столь ярко сиял сквозь бесконечные струи дождя, что Дункан и Сник легко разглядели белую цилиндрическую башню в центре впадины и окаймляющие ее, расположенные по кругу сооружения в глубине. Башня имела две мили в диаметре и пятьсот футов высоты. Стены из картона двадцатидюймовой толщины, подвергнутые обработке стоунирующей энергией и потому неуязвимые для любых тепловых воздействий, за исключением, возможно, температуры в центре земного ядра.

Башня прикрывала полумильной ширины шахтный ствол, уходивший на тысячу семьсот миль в глубь земли. Стены ствола также были покрыты стоунированным картоном. Конец трубопровода в центре почти достигал границы земной мантии и жидкого расплава, окружающего ядро. Поднимающееся по трубопроводу тепло расходилось в башне по дюжинам трубопроводов, проложенных горизонтально и отходящих в другие огромные цилиндры вокруг центральной башни. Там находились термоионные преобразователи — огромные устройства, превращающие тепло в электричество. Отсюда кабельные каналы толщиной пятьдесят футов доходили до строений третьего круга — там находились трансформаторы; далее подземные кабели передавали энергию на еще один ряд трансформаторов и оттуда — в центры распределения десятков западных департаментов, которые именовались также штатами.

Целью Дункана было здание, в котором находился трансформатор N_6. Оно размещалось на западной стороне внешнего круга и было выполнено из стали. Значит, стены не устоят против пушки с протонным акселератором класса V.

Сквозь дождь тускло мерцали огни жилых домов у основания отверстия, которое не удивляло бы, будь оно в стране Бробдиньяг [название вымышленной страны в романе Джонатана Свифта «Путешествия Гулливера» (1726 г.)]. Дороги, связывающие внутренние строения с домами, где проживал персонал, были пустынны.

— Успехи и поражения. Как у Финнегана [в романе Дж. Джойса «Поминки по Финнегану» (1939) каменщик Тим Финнеган; в романе описывается «пьяное падение» героя — циклическая смена подъемов и падений, умирания и возрождения], - громко произнес Дункан. — Если радар сразу же не обнаружит нас, дело может выгореть. Не очень-то приятно в такой дождь ползти на брюхе по земле.

Дункан был уверен, что радары расположены по краям отверстия и где-то внизу. Пока еще он не видел ни одного. Возможно, они не работают. Ведь еще никто в истории Новой Эры не пытался нападать на комплекс термоионного генератора. Внимание к безопасности могло ослабеть, особенно в такую штормовую дождливую ночь.

Лодка подлетала к краю отверстия. Когда небо было чистым и солнце наполняло теплыми лучами глубокую шахту, туда приходил день. Но дождь охладил воздух — там воцарилась холодная ночь. Лодку подхватил сильный западный ветер и понес ее к подножию отвесной скалы. Дункан включил энергию подъема, чтобы как-то противостоять влекущему вниз воздуху, и теперь снижался со скоростью тридцать миль в час. Он сбросил скорость, пытаясь обогнуть скалу. Это удалось лишь в нескольких метрах от земли. Затем он вновь увеличил скорость. До цели оставалось две мили — и он опять свел ее к минимуму, поскольку при большой инерции движения остановить лодку в ограниченном пространстве не удалось бы.

Через несколько минут полет прекратился; лодка зависла в пятидесяти футах над землей, уставившись носом на обшивку большого конвертера.

Ни звуковых, ни световых сигналов тревоги не было.

Пушка изрыгнула фиолетовую массу. Обшивка задымилась, но дождь сковал распространение дыма.

Прошла минута. Две.

Индикатор зарядов на приборной панели показывал, что две трети запаса израсходовано. Дункан убрал пушку. Завыли сирены, запестрели огни на обшивке и на фасадах отдаленных строений. Квадраты света внезапно вспыхнули вдоль пасти дыры. Открывались гаражи и ангары, выпуская машины и аэролодки.

Дункан устремился прочь, на большой скорости миновав гигантскую дыру. На борту имелся радар, но, если где-то рядом размещается радарная вышка, индикатор ничего не покажет. Снизившись до сотни футов над пустыней Мойджав, лодка летела на предельной скорости. Потом Дункан сбросил ее, продираясь на посадку сквозь дождь и разъяренные грозовые разряды. Лодка располагала и ближним и дальним светом и ультрафиолетовым источником света. Судно снизилось до пяти футов. Сник вскрикнула — в тумане перед ними неожиданно возникла скала. Дункан одновременно резко отвернул лодку и сбросил скорость. Лодка едва не задела скалу. Миновав опасность, судно продолжало полет.

Далеко позади, неясно мерцая на разной высоте, дрожа в тяжелом дожде, рыскали прожекторы множества аэролодок органиков.


предыдущая глава | Распад | cледующая глава