home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Предисловие

Автор книги "Моя тайная война", выдающийся советский разведчик-интернационалист Ким Филби, посвятил всю свою сознательную жизнь делу коммунизма, делу защиты завоеваний Великой Октябрьской социалистической революции, разоблачению агрессивных планов империалистических держав и подрывной деятельности их спецслужб, направленной против Советского государства, против мира и социального прогресса.

Имя Кима Филби по праву стоит в одном ряду со славными именами таких советских разведчиков, как Рудольф Иванович Абель, Конон Трофимович Молодый, Николай Иванович Кузнецов, Лев Ефимович Маневич, Рихард Зорге, чье высочайшее мужество, идейная убежденность, обостренная ответственность за порученное дело легендарны. Разведчиками, как и солдатами, не рождаются - ими становятся. И все перечисленные выше стали ими, хотя каждый шел в разведку своим путем и судьбы у них сложились по-разному.

Ким Филби уже в молодые годы выбрал свой путь - путь борьбы против фашизма, за торжество идей марксизма-ленинизма, социальную справедливость и прогресс. Горячее сердце и осознание необходимости принять личное участие в этой борьбе привели его в ряды советской разведки, где он овладел всеми методами и приемами работы, закалил характер и волю, рискуя жизнью, в течение долгих лет сражался на переднем крае невидимого фронта. Глубокая убежденность в правоте дела, которому он посвятил жизнь, верность социалистическим идеалам, готовность к самопожертвованию и несгибаемая воля позволили Киму Филби успешно выдержать все выпавшие на его долю испытания, с честью выполнить долг советского разведчика-интернационалиста.

Многогранный и обширный по географии подвиг ветерана советской разведки совершался им на территории ряда европейских государств и США, стран Ближнего и Среднего Востока. На его долю выпало немало испытаний, связанных с характером работы разведчика, особенно после того, как Филби был зачислен в кадры английской разведки. И обо всем этом достоверно рассказывается в этой книге.

Ким Филби родился в 1912 году в семье чиновника английской колониальной администрации в Индии. Впоследствии его отец увлекся исследованием арабского Востока и стал видным ученым-востоковедом. Являясь долгое время советником короля Саудовской Аравии Ибн-Сауда, Филби-старший поддерживал тесные связи с консервативно настроенными аристократическими кругами, финансистами и парламентариями Великобритании и ряда других западноевропейских государств.

Отец Филби прекрасно понимал: чтобы завоевать положение среди британской элиты, необходимо кроме происхождения и воспитания получить соответствующее господствующим в этих кругах представлениям образование, и поэтому определил сына в Кембридж.

После успешного окончания Кембриджского университета Ким Филби получил возможность занять престижное место в правительственном аппарате, и он воспользовался этой возможностью, но не ради карьеры, а для того, чтобы выполнять задания советской разведки.

Еще в университете наряду с обязательными дисциплинами Филби занялся изучением научного социализма и под влиянием этого передового учения стал глубже осмысливать окружавшую его буржуазную действительность. Пытливый ум, наблюдательность, критическая оценка развернувшихся в 30-е годы классовых битв привели к тому, что Филби решительно порвал со своим классом и стал в ряды борцов за коммунизм.

"Мое решение занять активную позицию в борьбе против реакции не было результатом внезапного обращения в другую веру, - писал Ким Филби в предисловии к английскому изданию своей книги. - Самые ранние мои политические раздумья шли в русле лейбористского движения... Много читая, я постепенно начал замечать, что британская лейбористская партия стоит далеко в стороне от основного потока мирового развития левых сил. Однако настоящий переворот в моем мышлении произошел после... катастрофического поражения лейбористской партии в 1931 году. Казалось невероятным, что партия может проявить подобную беспомощность перед лицом реакции, продемонстрировавшей способность к мобилизации своих резервов в случае кризиса. Более того, восприимчивость, казалось бы, просвещенного избирателя к циничной пропаганде того времени ставила под сомнение сами посылки, лежащие в основе парламентской демократии в целом... Все это сблизило меня с левым крылом общественного мнения, критически настроенным по отношению к лейбористской партии, и особенно с коммунистами. Интенсивное изучение политической литературы и классиков европейского социализма перемежалось с активными, иногда накаленными дебатами на собраниях...

Прошло два года, прежде чем я перешел от социалистического к коммунистическому мировоззрению... Университет я покинул с дипломом в кармане и убеждением, что моя жизнь должна быть отдана коммунизму".

Эта вера в торжество идей марксизма-ленинизма помогала Киму Филби выстоять в тяжкие годы сталинских репрессий, когда бесследно исчезали его советские коллеги, еще недавно работавшие рядом. "Открывшийся мне путь, - писал Филби, - требовал сжать зубы и твердо верить, что идеалы революции переживут заблуждения, даже самые огромные, отдельных личностей".

Без этой веры была бы невозможна работа в неимоверно сложной международной обстановке тех лет. Ведь не успели отгреметь последние залпы первой мировой войны, просохнуть слезы вдов и матерей, а над миром уже начали сгущаться зловещие тучи новой войны. В Западной Европе поднимал голову фашизм, агрессивный и антисоветский по своей сущности. Осуществив захват Маньчжурии, к восточным границам Советского Союза выдвинулась милитаристская Япония.

В этой сложной для Советского Союза международной обстановке и приступил Ким Филби к работе в советской разведке, которая стала смыслом всей его последующей жизни.

Киму Филби было совершенно очевидно, что для успешной работы в разведке недостаточно университетского образования и знаний иностранных языков. Под руководством своего советского коллеги он начинает овладевать искусством разведки, расширяет свои связи в кругах, заинтересованных в достижении договоренности с нацистами и готовых во имя удовлетворения имперских амбиций Британии признать "особые интересы" фашистской Германии в Восточной Европе.

Вспоминая те далекие годы, Филби рассказывал: "...Затем наступила пора профессиональной подготовки... Мой советский коллега провел скрупулезную работу, основанную на продуманном сочетании теории и примеров из практики...

Должен признаться, что порой многое казалось мне нудным повторением. Однажды я заявил, что данный вопрос мы уже отрабатывали десятки раз, и усомнился, нужно ли повторять его снова и снова. "Что? - воскликнул он. - Только десять раз?! Вам придется выслушать это сто раз, прежде чем мы покончим с этим вопросом".

Я глубоко благодарен ему за его настойчивость. Когда я приступил к настоящей работе в нацистской Германии и фашистской Испании, я был буквально напичкан идеями безопасности и конспирации. В значительной мере благодаря этому мне удалось выжить и стать ветераном".

Умело используя знакомства в пронацистски настроенных кругах, Ким Филби вышел на высокопоставленных чиновников государственного аппарата Германии, даже удостоился личных встреч и бесед с Риббентропом.

Этому в немалой степени способствовало знакомство Филби через отца с известным английским разведчиком Локкартом, а через последнего с издателем немецкого фашистского журнала "Геополитик" генералом Хаусхофером.

Начав в 1935 году работать в качестве сотрудника в журнале "Ревью оф ревью", Филби принял затем предложение Локкарта и перешел в редактируемую им газету "Ивнинг стандард".

Выдавая себя за сторонника сближения между Англией и Германией, Филби вступил в члены англо-германского общества, был замечен генералом Хаусхофером и по его рекомендации совершил несколько поездок в нацистскую Германию в качестве корреспондента "Ивнинг стандард" и представителя "Геополитик". Эти поездки позволили Киму Филби получить полезную информацию о политических и военных устремлениях нацистских главарей и ближе познакомиться с интересовавшими советскую разведку лицами.

Вспоминая о том трудном периоде вживания в чуждую среду ради достижения поставленной цели, Филби в беседе с молодыми чекистами в 1985 году сказал: "...Моей задачей было вылепить из себя не образ нациста, а образ независимо мыслящего англичанина, воспринимающего гитлеровскую Германию как фактор европейской жизни середины 30-х годов и пытающегося извлечь из этого как экономические, так и культурные выгоды для своей страны. Эта линия была выработана мною с моим советским коллегой. При этом мы предусматривали все возможные в будущем перемены, в том числе, конечно, и разгром гитлеровской Германий. Зарекомендовать себя откровенным нацистом я просто не имел права, и наши предположения оправдались.

Насколько дальновиден и предусмотрителен был советский коллега, я убедился позднее, когда бывший редактор издававшейся в Англии пронацистской газеты Кэррол, стопроцентный нацист, после начала войны между Англией и гитлеровской Германией был арестован и всю войну провел в тюрьме. Представляете, как много "пользы" я бы принес, если бы мне пришлось всю войну просидеть в тюрьме".

Когда после фашистского мятежа в республиканской Испании встал вопрос о направлении на захваченную фалангистами территорию советского разведчика, Филби не только был готов профессионально выполнить это серьезное задание, но и, что не менее важно, смог запастись множеством рекомендаций от сотрудников германского посольства в Лондоне, из Берлина и от британских магнатов к их коллегам в Испании.

Ким Филби успешно выполнил задание, сумел утвердиться в интересующих в то время советскую разведку кругах и даже получил от Франко орден за выдающиеся заслуги.

Франкистский посол в Англии герцог Альба, которому лорд Крэмборн пожаловался, что Франко плохо относится к английским журналистам, заверил его, что после того, как газета "Таймс" прислала такого блестящего молодого журналиста, как Ким Филби, этого не повторится.

Можно себе представить, как нелегко приходилось Филби, который, сочувствуя всем сердцем республиканцам, был вынужден, чтобы не выдать себя, в своих статьях оставаться беспристрастным. "Я старался сообщать только сухую информацию, - писал он. - Но за всю мою жизнь это был, очевидно, один из самых страшных периодов. Я приходил на поле боя, видел убитых товарищей, ради которых я отдал бы всего себя, но вынужден был ходить среди них как представитель "победителей".

Сколько горечи и скорби в этих словах! Какого нервного напряжения потребовало это от Филби и сколько невидимых рубцов отложилось на его сердце!

Этот богатый событиями отрезок своей жизни, названный испанским периодом, автор с присущей ему скромностью коротко изложил в прологе к книге, сопроводив заголовком "На волосок от гибели". Основную же часть своей книги он посвятил работе в английской разведке (СИС), постепенно, шаг за шагом знакомя читателя со структурой, кадрами и направлением деятельности СИС на разных этапах. С твердых марксистских позиций Ким Филби показал не столько неспособность, сколько нежелание правящих кругов Англии использовать аппарат разведки для развертывания активной борьбы против фашистской Германии, особенно на оккупированных ею территориях западноевропейских государств.

"...Англичане просто хотят восстановления статус-кво, существовавшего до Гитлера: возврата к Европе, где будут спокойно господствовать Англия и Франция при помощи реакционных правительств, достаточно сильных, чтобы поддерживать порядок среди своих народов и служить "санитарным кордоном" против Советского Союза, - пишет Ким Филби. - Такая точка зрения, однако, исключала само существование управления специальных операций, целью которого, говоря словами Черчилля, было зажечь пожар в Европе. А этого нельзя было добиться, призывая народ к сотрудничеству в восстановлении непопулярного, дискредитировавшего себя старого порядка..."

Отдельные зарисовки Филби о кадрах и системе подготовки в диверсионной школе, о некоторых коллегах по СИС не лишены свойственного автору тонкого юмора и наблюдательности.

На богатом фактическом материале он знакомит читателя с антисоветской направленностью подрывной деятельности английских и американских секретных служб в послевоенный период, основы которой закладывались в то время, когда Великобритания и США являлись союзниками СССР по антигитлеровской коалиции.

Итак, цель, которая была поставлена перед Филби в начале его разведывательной карьеры, была достигнута - он стал кадровым сотрудником английской разведки. И это явилось не игрой случая, а закономерным результатом кропотливой планомерной работы по достижению поставленной цели. Много лет спустя, вспоминая первые годы работы в советской разведке, Филби с большой теплотой отзывался о своем первом руководителе, его прозорливости, умении выделить главное: "...Когда он говорил со мной о перспективах будущей работы и упоминал о возможности моего поступления в британскую секретную службу, я думал, что он фантазирует. Возможно, так оно и было. Однако его фантазия стала реальностью. Я часто задавался вопросом, узнал ли он об этом до своей безвременной гибели от рук фашистских агрессоров..."

Нельзя без восхищения думать об идейной стойкости и профессиональном мастерстве Филби, железной выдержке и хладнокровии, когда читаешь главы о его работе в английской разведке.

Начиная с 1940 года Ким Филби занимался операциями, направленными против специальных служб фашистской Германии и ее сателлитов, внося тем самым вклад в борьбу антигитлеровской коалиции против коричневой чумы. Его опыт сотрудника советской разведки помогал ему в решении профессиональных задач и как сотруднику СИС, что в определенной степени способствовало его быстрому продвижению по служебной лестнице.

Занимая ответственные посты в центральном аппарате английской разведки и ее представительствах за границей, Ким Филби вел активную разведывательную работу в интересах СССР. "Я рассматривал все занимаемые мною посты в СИС исключительно как прикрытие своей основной деятельности, а мое стремление к компетентному выполнению своих служебных обязанностей диктовалось стремлением занять те должности, на которых я мог принести максимальную пользу Советскому Союзу", - написал он в 1968 году в своем обращении к английскому читателю.

Даже не искушенному в делах разведки человеку не составит особого труда догадаться, какую ценность для органов государственной безопасности СССР представляла поступавшая от Филби информация, благодаря которой удалось сорвать или предупредить многие замыслы и подрывные акции спецслужб США, Великобритании и их сателлитов, обезвредить забрасываемых агентов и диверсантов. Очень точно сказал об этом бывший сотрудник СИС, ныне известный писатель Грэм Грин: "Когда Филби достиг вершины своей карьеры, любая инициатива разведок Запада была заранее обречена".

Вместе с тем занимаемое Филби в английской разведке положение требовало от него поистине филигранной точности действий, тщательной соразмерности каждого принимаемого им решения.

Филби постоянно стоял перед дилеммой: - если бы все проводимые им по линии спецслужб противника операции оканчивались неудачей, то его бы в лучшем случае уволили; - если бы они были слишком успешными, то наносили бы ущерб Советскому Союзу и коммунистическому движению.

В этих условиях Филби приходилось планировать и проводить каждую из операций, направленных против интересов СССР, таким образом, чтобы они либо самым "естественным" путем проваливались, либо имели ограниченный успех и находились под контролем органов госбезопасности СССР. Это были годы колоссального нервного напряжения, требовавшие полной отдачи духовных и физических сил, постоянного поиска оптимальных решений. И Ким Филби ни разу не допустил ошибки.

Ким Филби, несомненно, был не только одаренной, но и сильной личностью. Получив в 1951 году информацию об угрозе ареста, нависшей над его единомышленниками Дональдом Маклином и Гаем Берджессом, занимавшими ответственные посты в министерстве иностранных дел Англии, Ким Филби, сознавая опасность, предпринял все возможное для их спасения. Начались годы тяжелой, изнурительной борьбы, когда Киму Филби в полной мере пришлось на себе испытать коварство и изощренность английских спецслужб, действовавших в ходе расследования методом "кнута и пряника".

Свое положение после первых допросов Филби охарактеризовал следующим образом: "Допрос потряс меня, однако мелькнул и луч надежды. Стало ясно, что, хотя на бумаге дело против меня выглядит очень серьезно, тем не менее доказательств у них нет.

Я был достаточно опытным в подобных делах и знал, что за отсутствием доказательств они могут вести дело против меня только в том случае, если я сам во всем признаюсь. Поэтому все, Что я должен был сделать, - и это твердо стоять на позиции непризнания, а также не допускать противоречивых показаний".

Прекрасное знание противника и его приемов, высокие морально-волевые качества, выдержка и самообладание позволили Филби достойно выдержать продолжавшееся почти пять лет неравное противоборство.

Английским властям трудно было поверить, что талантливый разведчик Ким Филби, награжденный за особые заслуги орденом Британской империи, не их человек.

В 1955 году, когда вновь началось разбирательство, министр иностранных дел Англии Макмиллан во время дебатов в парламенте был вынужден публично снять все обвинения с Кима Филби.

Тонкий психолог, человек высокого интеллекта, понимающий и умеющий вовремя раскусить собеседника и его уловки, прекрасно анализировать складывающуюся обстановку и точно рассчитывать момент перехода от обороны к наступлению - таким предстает перед нами Ким Филби в этом поединке.

Несмотря на то что английская контрразведка (МИ-5) продолжала подозревать, что Филби причастен к делу Маклина-Берджесса, он, проявляя свои лучшие бойцовские качества, вновь активно включился в борьбу с происками американской и английской спецслужб против СССР с территории государств Ближнего Востока. Зная о подозрениях МИ-5, советская разведка принимала особые меры по обеспечению его личной безопасности. И когда в 1963 году поступила информация о нависшей над ним новой угрозе, Центр организовал выезд Кима Филби из Бейрута в СССР - страну, ставшую для него подлинной Родиной, которую он беспредельно любил и в которой обрел настоящее счастье. После короткого отдыха Ким Филби вновь включился в активную чекистскую работу, вносил большой вклад в дело обеспечения мира во всем мире, содействовал росту авторитета Советского Союза в глазах всего человечества.

Ким Филби прожил счастливую жизнь. Выступая перед коллективом чекистов на собрании, посвященном 100-летию со дня рождения Ф. Э. Дзержинского, он имел полное право сказать: "Большая часть моей жизни позади. Оглядываясь на прошедшие годы, я думаю, что прожил их не зря. Мне хочется от себя повторить слова рыцаря революции Феликса Дзержинского: "Если бы мне предстояло начать жизнь сызнова, я начал бы ее так, как начал..." Об этом же он говорил в своем последнем интервью английскому журналисту Филипу Найтли, опубликованном в лондонской газете "Санди таймс" весной 1988 года.

За выдающиеся заслуги перед Советским государством Ким Филби был награжден орденами Ленина, Красного Знамени, Отечественной войны I степени, Дружбы народов, знаком "Почетный сотрудник госбезопасности".

Книга Кима Филби "Моя тайная война" имеет большую познавательную ценность, на конкретном достоверном материале раскрывает подрывную деятельность империалистических разведок против СССР и стран социалистического содружества.

С. Громов.


Ким Филби. Моя тайная война. | Моя тайная война | От автора