home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 25

— Хенриксон? — произнес Грант. Он быстро наклонился и поднял с земли свое ружье. — Ты?

— Совершенно верно, Грант. «Мед-Тех» платит гораздо лучше, чем армия. И задание тоже чертовски интересное. Мне оно доставило большое удовольствие. — Он перевел ствол ружья на Козловски. — Ну же, полковник... сэр. Снимите свой пальчик с курка и бросьте эту игрушку.

Она послушалась.

— Ты собираешься убить нас и оставить здесь?

— Конечно. Ничего умнее и придумать нельзя. А к тому времени, когда мы вернемся на Землю, изрядная часть желе «испарится». И образцы ДНК тоже пропадут. Я полагаю, поскольку мистер Грант будет объявлен убитым в бою, его скрипучая империя развалится. И ученые из «Нео-Фарм» окажутся на улице. Лучших из них возьмет к себе «Мед-Тех».

— Черт, я же сама проверяла твои документы, характеристики и рекомендации... Они были безупречны! — Козловски ждала неприятностей, но никак не с этой стороны. Ей казалось, что она знает все об этом парне, может читать его как открытую книгу. Он казался ей прямым и совершенно не способным на измену.

— Деньги могут все, — усмехнулся Хенриксон. — Вы не на ту лошадку поставили, Козловски. — Судя по зловещей улыбке, он уже торжествовал победу.

— Неужели ты действительно робот, Хенриксон? — спросил Грант. Он был поражен таким поворотом событий не меньше Козловски. И было от чего. Он считал Хенриксона своей главной опорой, сам привел его в лабораторию и показал инкубатор. Он доверял ему как брату.

— Вздор, я не робот. Если бы я был роботом, то принимал бы «Ксено-энергию» без всяких последствий! — Он кивнул в сторону желе. — Но я уберег себя от этого дерьма.

— Но я... я же верил тебе, — растерянно произнес Грант. — А у меня хороший нюх на такие дела.

Ухмылка Хенриксона стала еще шире.

— Вот тут-то «Мед-Тех» и обошел вашу компанию, Грант. Каждый день я смазывал тело специальным феромонным составом. Он воздействует через органы обоняния, но не на всех людей, а только на лидеров. Вот почему вы доверяли мне, а остальные солдаты не обращали на меня внимания... Они не из того теста, на которое рассчитан этот феромон. И вы, ребята, проглотили эту наживку!

— Но ты же рисковал своей жизнью вместе с нами... И показал себя отличным солдатом! — воскликнула Козловски.

— А я и есть солдат, дорогие мои. Только солдат удачи. Я разорял гнезда чужих ради денег на свой страх и риск. Но на этот раз я получу столько денег, что мне и не снилось. Ну и как-никак совершил межзвездное путешествие, получил массу удовольствия. И это все. Не ищите чего-то другого.

— Однако смерть чужого детеныша... диверсия... Это для чего? Что-то тут не вяжется.

— Все просто, Грант. Я вызвал панику, сорвал научную программу и подставил под удар вместо себя старика Бегалли. Вот что я скажу, когда вернусь с этим жидким золотом: «Это все Бегалли, ребята. Он мертв, но это он убил Гранта и Козловски. Экспедиция закончена, так что давайте стартовать домой». Вот видите? И все шито-крыто.

Он рассмеялся.

Алекс понимала, что, если ничего не делать, через несколько секунд они будут убиты. Хорошо еще, что все они без шлемов.

Козловски решительно бросилась на землю и схватила свое ружье. Но в тот момент, когда она положила палец на курок, ее настиг выстрел четырехствольного оружия Хенриксона.

Грант в ужасе смотрел на рваную рану в левом бедре Алекс. Он бросился на землю.

Следующее, что осознал Грант, — это то, что он накинулся на Хенриксона. Тот хотел добить свою жертву, но удар Гранта кулаком прямо в лицо капрала остановил его в тот самый момент, когда он готов был снова нажать курок.

Как все получилось, Грант и сам не понял. Но он почувствовал мощный прилив сил, неизвестно откуда взявшихся.

Неожиданная атака настолько озадачила Хенриксона, что он застыл в нерешительности. Чтобы защититься от ударов, придется бросить ружье. Но Козловски еще жива, и это означало его поражение. Он поднял свободную руку, но Грант опередил его и нанес новый удар, еще более сокрушительный.

Слава Богу, что он регулярно тренировался. Правда, делал он это не для драки, а для поддержания формы в глазах женщин. Но реакция у него была хорошая, и это сейчас очень пригодилось.

Из носа и изо рта Хенриксона пошла кровь. Он обмяк, как мешок с картошкой, и повалился на колени. Грант выбил у него ружье и снова ударил в голову. Сильно.

Голубые глаза капрала покрылись пеленой тумана.

— Больше ты не будешь очаровывать меня своим запахом, Хенриксон!

Позади раздался тяжелый стон. Дэниел подобрал оружие Хенриксона и подошел к Козловски.

— Ооо! — снова простонала она. — Кажется, кость цела.

Грант посмотрел на дымящуюся и кровоточащую рану.

— Ничего, еще посмотрим. Скафандр способен выдерживать очень сильные удары.

Он помог ей встать.

— Ничего, я справлюсь. Похоже, ты здорово отделал Хенриксона. Удивляюсь, как ты не пристрелил предателя из его же ружья.

— Не думай, что эта мысль не пришла мне в голову. Но он мне еще понадобится. Чтобы подвесить «Мед-Тех» за одно место.

— Звучит убедительно. Ну что, пошли?

Пошли.

Отхлестав Хенриксона по щекам, они привели его в чувство настолько, чтобы он понял, куда направлены стволы их ружей.

Грант осторожно усадил Козловски на броню вездехода. Она могла кое-как ковылять, но Дэниел решил, что силы могут еще понадобиться ей. В скафандре стало невыносимо жарко, и он расстегнул его.

— А шлемы? — спросила Алекс.

— Забудь про шлемы. Мы и так двигаемся как черепахи.

— Хотя бы подбери их и положи на вездеход, черт побери.

— Слушаюсь, сэр.

Он заставил это сделать Хенриксона. Тот повиновался беспрекословно.

— Чужие, должно быть, в милях отсюда, — сказал Грант.

Они двинулись обратно тем же путем, которым и пришли сюда. Грант держал Хенриксона на мушке, Козловски управляла вездеходом. Однако, как только они подошли к входу в туннель, в противоположной стороне пещеры вдруг раздался грохот.

— Что за дьявольщина, — сказал Хенриксон, оглянувшись.

— Вот дерьмо! — выругалась Козловски.

Грант, все еще не веря своим глазам, наблюдал, как из другого туннеля в пещеру вбежал чужой. За ним еще один. Потом третий, четвертый... Толпа чудовищ наводняла пещеру.

— Как же мы не подумали, что есть второй вход! — простонала Козловски. — Они ощутили смерть своей Королевы, черт бы ее побрал, и ринулись обратно.

— Причем наверняка коротким путем, — добавил Грант. — Давайте-ка сматываться отсюда. Я...

Всего на секунду он ослабил наблюдение за Хенриксоном. И гигант этой секундой воспользовался.

Он навалился всей массой своего тела на Гранта, выбил у него из рук ружье. Оно упало на землю, и Грант пополз, чтобы снова схватить его. Завязалась рукопашная схватка за обладание ружьем. Все это происходило по другую сторону от вездехода, и Козловски не могла тут же вмешаться в борьбу.

— Одумайся, идиот, — проговорил Грант, — они же уже дышат нам в затылок!

— Я уйду, Грант, — ответил Хенриксон. — Но я буду единственным из нас троих.

Во время борьбы из кармана Гранга неожиданно вывалилась бутылочка «Ксено-энергии». Она упала и разбилась, таблетки рассыпались по земле.

Это отвлекло внимание Хенриксона, и Грант, в свою очередь, не упустил момент. Он вырвал ружье из рук капрала и ударил его прикладом в подбородок.

Хенриксон закачался и упал навзничь.

Козловски кое-как переползла вместе с ружьем на другую сторону вездехода.

— Отойди, Грант! Я пристрелю его!

— Нет, — ответил он. — Я придумал кое-что получше. Он собрал с земли пригоршню таблеток, затолкал их в рот Хенриксону и зажал рот ладонью, пока тот не проглотил их.

— Перебирайся в переднюю часть вездехода, сейчас поедем.

— Что ты делаешь?

— Сейчас капрал Хенриксон совершит куда более благородный поступок, чем собирался совершить.

Грант вложил в руки капралу его четырехствольное ружье, вскочил на вездеход, и они тронулись в путь.

Он открыл глаза. В голове ревело и гудело, точно там взорвалась атомная бомба.

Он повел головой из стороны в сторону, увидел в нескольких метрах перед собой ряды наступающих жуков, услышал их многоголосое шипение.

В его руках было ружье.

«Огонь» бесновался в его жилах и нервной системе.

Отступать не было нужды, ведь теперь он Бог, и в руках у него пучок огненных молний!

Он с улыбкой ожидал приближения чужих.

— Ну, давайте, сучье племя, подходите! Сейчас поиграем!

Он убьет их всех до одного. А потом догонит Гранта с Козловски и прикончит их тоже.

Да!

Ружье в его руках начало изрыгать потоки смертоносной энергии.

Внизу что-то происходило. Перемещались огромные массы. Детектор движения в руках рядовой Махоун зашкалил. А ее внутренний инстинкт говорил, что это надвигается смертельная опасность.

— Дьяволы, — произнес рядовой Дайсер. Глаза его были вытаращены, губы дрожали от нервного тика. — Я чувствую, как дрожит земля!

По лбу рядового Клэптона текли струйки пота.

— Черт, что же нам делать?

— Полковник сказала, что если они не вернутся, мы можем возвращаться на корабль. Мне кажется, мы должны выполнить приказ.

Каждой клеткой своего тела Махоун была согласна с этим решением. Ей хотелось убежать и спрятаться. Она устала от всего, но прежде всего от собственного страха.

Однако что-то в самой глубине души удерживало ее. Какое-то сильное чувство постепенно овладевало ею, вытесняя страх.

— Нет.

Что ты сказала? — спросил Клэптон.

Грохот все нарастал.

— Черт, Махоун, эти идиоты внизу наверняка уже разорваны в клочья. Если мы останемся, то же самое ждет и нас!

Дайсер, с выпученными от ужаса глазами, бросился бежать. За ним Клэптон.

— Стоять, ослиные задницы! Кто сделает еще шаг, пристрелю!

Дайсер продолжал бежать, и Махоун выстрелила на метр впереди него. Оба остановились, поняв по выражению лица Махоун, что она действительно может убить их.

— Махоун, ты что, с ума сошла? — захныкал Клэптон.

— Мы останемся здесь и окажем им помощь, ребята. — Ее глаза заблестели. — А еще лучше пойдем на встречу.

— У тебя что, не все дома?

— По моим часам нам положено ждать еще десять минут. Ты сам сказал, что надо выполнять приказ.

Солдаты нехотя побрели обратно.

Махоун улыбнулась сама себе. Она кое-что обрела в этой сумасшедшей охоте за желе. Она вновь обрела свою душу.

Оставалось лишь надеяться, что будущее не окажется слишком коротким для нее.

Козловски увидела у развилки троих солдат и вздохнула с облегчением. Значит, она в них не ошиблась.

— Что случилось? — спросила Махоун. — Что там происходит?

— Некогда объяснять, — ответил Грант. — Надо убираться отсюда. Толпа чужих у нас на хвосте.

Больше ничего объяснять не потребовалось. Грузовой вездеход покатил вперед, за ним пошли солдаты.

Внизу гулким эхом раздавались выстрелы Хенриксона. Затем они прекратились и донесся вопль, какого Алекс еще никогда в жизни не слышала.

— Я полагаю, прежде чем броситься в погоню, им придется расчистить вход в туннель от груды трупов, — сказал Грант. — Но нельзя ли заставить этот тарантас двигаться быстрее?

— Мощность на пределе, — ответила Алекс.

Казалось, они двигались целую вечность. Но вот наконец и свет в конце туннеля. Они вышли наружу и увидели впереди терпеливо дожидавшегося их «Муравьеда».

От радостного возбуждения Козловски почти забыла об острой боли в бедре.

Она включила рацию.

— О'Коннор, включай заграждение по всему периметру и скажи Фитцуильяму, чтобы запускал двигатели! — проговорила она, задыхаясь. — Приготовиться к аварийному взлету!

— Слушаюсь, сэр.

— Эллис, готовь пушки к бою. Нам придется встретить гостей из этой норы, и очень скоро. Постарайся остановить их, если сможешь!

— Слушаюсь, сэр.

Козловски знала, что они бросились выполнять приказы.

Они прошли половину пути, когда из туннеля хлынул поток чужих.

— Давай, Эллис!

— Слушаюсь.

Он открыл огонь. Снаряды начали рваться в гуще чужих. Один угодил в верхний свод туннеля, и обрушившиеся глыбы земли придавили немало жуков. Но из туннеля, как из рога изобилия, появлялись все новые и новые.

И двигались они чертовски быстро.

— Поторопитесь! — крикнул Грант.

К счастью, они спускались под гору, что облегчало движение.

«До корабля уже рукой подать. Вот он стоит с опущенным пандусом и ждет их. Все, что осталось, — думала Козловски, — это подняться по пандусу, войти внутрь и закрыть ворота».

И все.

Грант бежал рядом с ней.

— Алекс... Как нога?

— Лучше. А что?

— Мне кажется, без вездехода мы двигались бы быстрее. Надо бросить его.

Козловски упрямо покачала головой.

— Ни за что. Ради этой дряни мы проделали весь долгий путь. Мы не бросим его, слышишь? Я мечтаю увидеть, как ты примешь ванну в этом дерьме!

Грант усмехнулся.

— Только голым и только с тобой.

Если нам повезет, Грант. Если повезет.

Вот они уже и на пандусе. Вездеход бодро катился наверх.

— Эллис, закрывай свою лавочку и быстро на корабль! — крикнула Козловски.

Гидравлические опоры пандуса начали поднимать платформу. Через пассажирский люк вбежал рядовой Эллис, прижимая к груди саксофон своего друга.

— Черт, теперь нам нечем отстреливаться, — сказала Козловски и спрыгнула с вездехода, продолжая опираться на него, как на посох.

— Запускаю двигатели!

Сначала надо задраить люки! — крикнула она.

И тут начался кошмар.

Когти отчаянно скребли по пандусу, закрывающемуся подобно перекидному мосту старинного замка перед лицом варваров. Над кромкой пандуса показалась знакомая бананообразная голова, заклацали челюсти.

Злобное шипение перекрыло звук гидравлических механизмов.

Стволы орудий повернулись в сторону карабкающегося чужого.

— Нет! — крикнула Козловски. — Кровь разъест ворота, и мы не сможем взлететь!

— Черт, — сказал Эллис. — Все равно я никогда не научусь играть на этой штуке.

И он со всей силы бросил саксофон в голову жука.

Бонк!

Прицепившийся к платформе жук разжал когти и упал. Через секунду ворота плотно закрылись.

Взревели двигатели, «Муравьед» задрожал, и Козловски показалось, что он с негодованием отряхивает пыль отвратительной планеты со своих посадочных опор.

Эпилог.

Полковник Александра Козловски лежала на койке и любовалась восхитительным видом звездного неба в иллюминаторе.

Она была цела и невредима. Несколько ненаркотических лекарств, введенных внутривенно, заглушили боль в бедре.

Алекс перестала принимать «Огонь». Экспедиция закончена. Армейское начальство будет счастливо и, может быть, даже повысит ее в чине. Она тяжело переживала смерть своих солдат, но, в конце концов, это не первые потери в ее жизни. Ощущение пустоты постепенно уходило. Душевная рана зарастала, как и физическая.

Ее не мучило больше постоянное ощущение нависшей угрозы. Она читала книги, смотрела видео.

Время праздновать победу. Но отчего же все-таки не проходит щемящее чувство тоски?

Когда «Муравьед» вернулся на «Рэзию» и они перекачали желе, оказалось, что его удалось собрать две тысячи галлонов. Ученые Гранта пришли в полный восторг. Они получили желе в достаточном для работы количестве и притом отличного качества, без всяких генных примесей красных. У них появилась реальная возможность вырастить собственную матку.

Десантники на прощанье послали ракету с ядерной боеголовкой и на гнездо черных.

Конечно, на планете остались живые ксено. Но им понадобится много, очень много времени, чтобы снова сгруппироваться в рой.

Алекс представила себе, как один из них, глядя на пылающее гнездо, выводит печальную мелодию на саксофоне.

Да!

Фрайл и прочие оказались правы. Красные чужие оказались случайным явлением, ошибкой природы. Но теперь их Королева и остальные матки мертвы, яйца уничтожены. Они не постучатся больше в дверь вселенной.

Однако их генетический код...

Эти тараканы успели расползтись по другим планетам и будут мстить.

Что ж, она сделала все, что было в ее силах.

Настало время отдохнуть, восстановить силы.

На этом размышлении Алекс прервал Дэниел Грант, который зашел навестить ее. Она очень обрадовалась его приходу, но сделала все, чтобы он этого не заметил.

— Привет, полковник. Как самочувствие?

— Нормально. Перелом не очень серьезный. Автомат уже вправил кость, и она срастется во время гиперсна. Немного физиотерапии на Земле, и я буду совершенно здорова.

— Я рад. Очень рад. — Его взгляд устремился в глубину звездного пространства.

— Есть тема для разговора?

— Так, ничего особенного. Просто зашел узнать, как здоровье.

— Прекрасно. Что-нибудь еще?

— Остальные снимают эмоциональный стресс. Большей частью отсыпаются...

— А ты? Чем ты занимаешься? Уже принял ванну в королевском желе?

— Нет-нет... дожидаюсь тебя. — Он рассмеялся. — Над желе уже колдуют ученые. Они говорят, что теперь у них все получится как надо.

— Надеюсь. Мы заплатили за это десятком жизней.

— Я сделаю все, чтобы эти жертвы не оказались напрасными, Алекс. — Он заботливо поправил край одеяла. — А знаешь, мне действительно нужно поговорить с тобой кое о чем.

— Валяй. Я никуда не сбегу.

— Когда мы вернемся, мне понадобится человек, способный возглавить службу охраны «Грант Индастриз». Это место для тебя, если согласишься.

Алекс рассмеялась.

— Уволиться из десантных войск? Ни за что. У меня есть цель в жизни, Грант. И она не имеет ничего общего с охраной твоей задницы.

Дэниел сокрушенно покачал головой.

— Не понимаю, Алекс. Долго ты еще собираешься выполнять задания, подобные этому? Сколько раз ты еще думаешь поиграть в жмурки со смертью?

— Я не представляю себе иной жизни... кроме...

— Кроме какой?

— Когда я была маленькой, Грант, я жила нормальной жизнью. Полноценной жизнью. Но потом пришла толпа чудовищ и разрушила этот мир, унесла жизни многих людей. — Она встряхнула головой. — Подумай об этом, Грант. Почаще вспоминай о войне, когда вернешься и займешь свое место в «Башне Гранта». Конечно, война — грязное дело. И эта экспедиция была одной из самых грязных. Но подумай вот о чем — большинство войн между людьми вспыхивало из-за каких-нибудь пустяков. Это глупо и бессмысленно, когда люди убивают людей. Вся наша история состоит из кровавых строк о безвинно погибших людях. Не думаю, что когда-нибудь начну писать книги по истории, Грант. Но уверена — то, что я делаю в борьбе против... против этой чумы... против этой заразы, распространившейся по галактике... это не бессмысленное занятие. — Она глубоко вздохнула. Сколько людей теперь могут быть уверены... что их жизнь чего-то стоит. Что они живут и сражаются за некое добро.

Грант молча обдумывал ее слова.

— С этим трудно спорить, Алекс. — Он ударил ладонями по коленям и встал. — Но не могут же все быть Жаннами Д'Арк. Кто-то должен подливать масло в двигатель торговли.

— Может быть, у тебя изменится взгляд на вещи теперь, когда ты посмотрел на жизнь как бы через пасть чудовища, готового проглотить тебя.

— Конечно, конечно. Теперь я буду думать, как мне смотреть на жизнь, не остерегаясь чудовищ из «Мед-Тех».

Она рассмеялась.

— Я думаю, адмирал и генералы будут настолько довольны, что у тебя не будет с этим проблем.

— Не знаю... Я лишь надеюсь, что эта экспедиция изменит что-то к лучшему.

— Я наблюдала за тобой, Грант. Ты уже изменился к лучшему, с желе или без него.

— Спасибо. Может быть, ты и права. — Он подошел к двери, но остановился и обернулся.

— Алекс.

— Да, Дэниел?

— Если уж ты не хочешь работать у меня... может быть, согласишься когда-нибудь отужинать со мной? Обещаю много икры, шампанского и прочих деликатесов.

— Пошел к черту.

Он вздохнул и снова повернулся, чтобы выйти.

— Но если ты захочешь выпить пива и закусить горячими сосисками, Дэниел, в моем холодильнике всегда найдется то и другое.

Он посмотрел на Алекс сконфуженно, и она подмигнула ему.

Дэниел покраснел и рассмеялся.

— Жди в гости, полковник. Обязательно жди.

Он снова взялся за ручку двери.

— Постой-ка, малыш Дэнни, — крикнула она.

— Что?

Алекс вытащила сигару, которую он дал ей когда-то, и зажигалку.

— Спасибо за сигару.

— На здоровье, полковник, на здоровье.

Грант открыл дверь и вышел.

Она снова стала смотреть на звезды. Ей казалось, что она давно уже не видела их такими красивыми... С самого детства.

Алекс выпустила в потолок густой клуб сизого дыма. Ей чертовски захотелось пива с сосисками.


Глава 24 | Геноцид |