home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4. «Не плачьте, Стерко!..»

Стерко стоял на коленях, скорчившись, и боялся даже головой встряхнуть. Каждое движение вызывало тошноту и дикую пляску разноцветных огней перед глазами.

Оказавшиеся на удивление твердыми и сильными руки маленького руада поддерживали его, не давая упасть, и Стерко, чувствуя внутреннее сопротивление, все же отдался этим рукам.

— Как же так, защитник? Разве можно быть столь неосторожным? — укоризненно проговорил Л'Шасс, подхватывая обмякшее тело Стерко и переворачивая его на спину. — Что вы наделали?!

— А что я наделал? — скрипнул зубами Стерко.

— Вы убили его.

— Кого? — изумился Стерко.

— Андрея Качурина.

Стерко изо всех сил, до боли, зажмурился, и когда перламутровые узоры перед глазами все же рассосались, открыл глаза и уставился на взволнованного руада.

— Ну что? — неласково уточнил Л'Шасс. — Может быть, вы забыли, кто такой Качурин?

— Хотел бы я забыть… — Стерко приподнялся и с опаской встряхнул головой. Результат оказался малоприятным, но уже вполне терпимым. Поэтому Стерко решительно встал на ноги.

Л'Шасс остался сидеть, глядя на хаварра снизу вверх с осуждением и крайним беспокойством.

— Ты хорошо видел, что произошло? — спросил его Стерко.

— Конечно, — отозвался руад.

— Ну и?

— Мы удачно вскрыли проход. Качурин оказался там один и очень близко. Вы, Стерко, поставили браслет на проникающий режим…

— Л'Шасс, я тебя все-таки убью! — вскипел Стерко. — Память я еще не потерял! Ты мне о том говори, чего я уже не видел!

— Да не о чем тут говорить! — руад вдруг вскочил с возмущенным криком.

Хотя звуки языка хаварров давались Л'Шассу куда труднее, чем более приемлемая для руадов человеческая речь, Л'Шасс бойко и довольно разборчиво затараторил:

— Как вы могли совершить такую ошибку, Стерко? С чего вы взяли вчера, что у Качурина есть проникающее поле? Если бы оно у него было, он легко отреагировал бы, и уж во всяком случае, браслет не причинил бы ему вреда! Но импульс убил его на месте, а вам досталось отраженная порция… У него никогда не было поля! Здесь нужно было открывать стандартный проход! Неужели у вас не было в запасе лишней пары минут на то, чтобы подстраховаться?.. Что теперь говорить об этом? Этот человек мертв!

Вообще-то, Стерко вовсе не обязательно было выслушивать рассказ руада. Когда он почувствовал, как отраженный импульс шибанул ему по нервам и мышцам, он понял мгновенно, что сделал нечто непоправимое. Теперь вожделенный объект потерян навсегда.

С одной стороны, конечно, одним потенциальным врагом у обитателей мироздания только что стало меньше, и хоть подобный поворот не входил в планы начальника департамента внешней защиты, исход был в сущности не самым худшим из возможных. Лэри не мог не рассматривать и его тоже.

Но с другой стороны, чем теперь заменить Качурина? Где сыскать оправдание для неумолимого вершителя? Согласится ли это чудовище на иной выкуп за жизни детей?

— Да, Л'Шасс, теперь майр Лэри никогда не дождется от меня столь ценного для него трофея… — пробормотал Стерко.

— Вы убили этого человека! — настойчиво повторил руад.

— Ну так и что? — удивился Стерко. — Конечно, я еще дорого заплачу за свой прокол, но тебе-то что до этого? Распереживался…

— Вы убили этого человека! — снова произнес руад тем катерогическим тоном, которым родители на всех этажах мироздания убеждают ребенка ни в коем случае не брать в руки всякую бяку. — Вы убили его, а он, скорее всего, не был ни в чем виноват!

— Он был сыном вершителя и его наследником! — возразил Стерко.

— После того, как он умер после первого же импульса, вам не кажется, защитник, что вы заблуждались на его счет?! — воскликнул руад.

— О чем ты говоришь, парень?! — взвился Стерко. — Это не было моими догадками! Это был результат многолетних поисков ребят из департамента! Это было убеждение Лэри! Наконец, есть множество нормальных, стандартных и бесспорных доказательств в архиве!

— А что говорит вам ваша совесть, Стреко? — тихо проговорил Л'Шасс. Разве вы сделали хоть что-нибудь для того, чтобы удостовериться на месте в том, что вам наговорили другие? Андрей Качурин был необузданным типом, но это еще не говорит о том, что этот парень тот, кем его считал майр Лэри! Разве мнение начальника обязательно истина в последней инстанции? Сдается мне, что вам просто по какой-то причине нужно было срочно протащить его в Пограничье, и поэтому вы даже не стали сами ни в чем разбираться… О ваших прошлых подвигах ходят легенды, но сейчас вы поступаете, как профан, Стерко!

— Замолчи! — Стерко сжал кулаки.

— От того, что я замолчу, ничего не изменится. Вы стали бездумным убийцей!

И Стерко ударил Л'Шасса, наотмашь, от души, вложив всю силу. Руад оказался сообразительным и подвижным. Он стремительно отклонился, и вовремя, иначе кулак Стерко проломил бы ему челюсть или расплющил бы нос. Удар получился «вдогонку», но его оказалось достаточно, чтобы хрупкое и очень легкое тело руада отлетело на несколько шагов.

Л'Шасс упал на камни, и до ушей Стерко донесся металлический скрежет.

— Вы дурак, Стерко… — прошелестел руад, медленно поднимаясь. — Мало того, что вы не умеете выслушивать правду, вы не перестаете показывать, насколько вы глупы… Вы сломали мне браслет!

— Если за ближайшим холмом тебя сожрет чудовище, я не буду рыдать над твоими костями! — заорал Стерко.

Руад еле слышно рассмеялся:

— Верно, не будете! Потому что тогда наши кости, скорее всего, лягут рядом, защитник. Вы лишили себя вооруженного помощника… Советов моих вы слушать не желаете, а голыми руками я не смогу защитить вас.

— Больно ты мне нужен! Я не просил тебя ходить за мной и читать мне нотации! Помощничек… — прошипел Стерко.

Руад пожал плечами и неловко присел на камни, потирая поясницу. Видимо, при падении досталось не только браслету… Оперение Л'Шасса стало переливаться темной зеленью, лицо руада подрагивало, и, как Стерко было известно, это означало, что его пернатый напарник борется с сильной болью.

Как ни нелепо было идти на поводу у прилипчивого существа, одержимого чрезмерным чувством служебного долга, Стерко все же ощутил неловкость.

— Ну извини меня, приятель… — проговорил он, подсаживаясь к руаду. — Я погорячился. Хоть ты и наглец, бить тебя не стоило…

— Это вам не стоило делать необдуманные шаги и убивать Качурина… — отозвался Л'Шасс. — А уж тумаки ваши я как-нибудь переживу.

— А ты упрямая пташка! — возмутился было Стерко, но вдруг странная апатия овладела им. Он скорчился, обхватив себя за колени, и задумался.

Выхода из ситуации он не видел.

— Вас что-то мучает, защитник? — тихо спросил руад. — О чем вы все время думаете? О ваших детях?

— Именно, — кивнул Стерко, отворачиваясь от руада. Ему вдруг захотелось хоть с кем-нибудь поделиться своей бедой. Но Л'Шасс ничем не смог бы ему помочь, да скорее всего и не понял бы того, что Стерко принялся добровольно выполнять задание вершителя.

— Мне очень легко понять, вас, защитник. Я знаю, что такое потерять всех… — вкрадчиво прошелестел руад. — Сейчас, когда есть риск остаться совсем одному на свете, вы плохо понимаете, что происходит вокруг, и я не виню вас за то, что вы возмутительно обращаетесь со мной…

— Я не одинок, Л'Шасс. Хотя я много лет прожил в эмиграции, все эти годы меня ждал друг и ждет до сих пор…

— Ну, допустим, что я знаю эту историю, — пробормотал руад. — Только не сочтите меня снова наглецом… Я не стал бы чрезмерно уповать на эту дружбу. Возможно, что ваше положение куда серьезнее, чем вам кажется. Молитесь, чтобы с детьми все обошлось…

— Твои измышления меня не трогают, — Стерко потер щеки руками и пружинисто вскочил. — Ты для меня обычный иномирянин, и в том, что может быть дорого для хаварра, совсем не разбираешься. Для тебя майр Лэри всего лишь могущественный покровитель, опытный и требовательный начальник, которому ты подчиняешься… Все остальное тебя не касается.

— Вы так думаете? — Л'Шасс покачал головой. — Что ж, пусть будет так. До поры…

— Я не сильно зашиб тебя? Идти-то сможешь? — снисходительно уточнил Стерко.

— Придется потерпеть, — пожал плечами руад и встал на ноги.

Стерко расстегнул и снял с его руки бесполезный теперь браслет, осмотрел его. Действительно, удар пришелся в самое хрупкое место, и блок питания был непоправимо разрушен. Стерко с досадой выбросил браслет и взглянул на своего низкорослого спутника.

Руад стоял, подбоченясь, и, высоко запрокинув голову, высматривал что-то в небесных сполохах.

— Давай-ка, я открою тебе прямой проход обратно к Лэри… — предложил Стерко. — Вернешься в департамент.

— Нет, я не пойду, — покачал головой руад. — Вы нелепое ничтожество, и, наверное, ничто не заставит меня изменить свое мнение. Но я принял свои обязательства, Стерко, и я не могу оставить вас. У меня своя работа.

— Ну, как хочешь, — насупился Стерко. Этот парень выводил его из себя. — А что ты там разглядываешь?

— К нам приближается кто-то… — пояснил руад.

— Или что-то?

— Кто-то, — твердо сказал Л'Шасс, и Стерко пришлось поверить. Объект пристального внимания руада был еще всего лишь точкой на разноцветном небосводе, но зрение у руадов не в пример лучше, поэтому Стерко хоть и был раздражен до крайности, спорить не стал. А Л'Шасс через несколько секунд сообщил: — Это кто-то, причем верхом на ком-то еще…

— Приятно будет познакомиться, — проворчал Стерко. — Возможно, раз этот кто-то догадался, как оседлать животное, он имеет понятие об элементарных правилах хорошего тона и не бросится на нас, не поздоровавшись и не представившись…

Точка росла, и Стерко вскоре разглядел на удивление грузное крылатое существо, которое кругами спускалось на покрытый кустарником каменистый склон, где стояли Стерко и Л'Шасс. Верхом на нем сидел кто-то в длинном просторном балахоне и, с виртуозной легкостью сопротивляясь ураганным потокам ветра, направлял свое животное к цели.

Стерко вскинул руку к браслету. Кончики пальцев привычно пробежались по клавиатуре, готовые изобразить любую требуемую комбинацию, как только проявится надобность в обороне.

— Парень, давай-ка поближе ко мне! — скомандовал он беззащитному теперь руаду.

Но Л'Шасс вдруг засмеялся и повернулся к Стерко:

— Нам повезло, защитник! Отбой тревоги! Это не враг…

— А кто же это?

— Это Пласси везет к нам дорогого гостя, — усмехнулся Л'Шасс.

Через минуту грузный летун приземлился. С неожиданной легкостью существо опустилось на землю. Это было громадного роста чудовище с мускулистым телом, покрытым грубой замшелой кожей, и перепончатыми крыльями. Крылья были огромны, но, приземлившись, существо сложило их в несколько раз, открыв на обозрение две пары мощных когтистых лап. Спина чудища вздыбилась горбом, и от этого казалось, что его большая круглая голова растет из живота. В длинные треугольные уши его были продеты концы внушительной металлической цепи, которую всадник держал, как поводья. Животное часто дышало, вывалив длинный узкий язык и оскалив пасть с мелкими треугольными зубами, и выглядело уставшим. От него исходила тошнотворная вонь.

Всадник, плотно сидевший на шее чудища, опирался спиной на замшелый горб и располагался почти как в кресле. Энергично перекинув ногу через голову животного, всадник бросил цепь и спрыгнул на землю. Дернув плотно завязанный под подбородком шнурок, он распустил и сбросил капюшон.

Загорелись золотом пышные волнистые пряди, и Стерко обмер от удивления: Лэри!

— Здравствуй… — Лэри поспешил к Стерко, протягивая руки, и Стерко бросился навстречу.

Уткнувшись в грубую ткань накидки Лэри, пропахшую потом хаварра, ветром и запахом летучего урода, Стерко обнял друга и только успел пробормотать:

— Убери их всех, мы должны остаться вдвоем…

Лэри ничего не ответил, но когда Стерко отстранился, Л'Шасс и чудище направлялись вниз по склону холма. Руад размашисто шагал и что-то оживленно рассказывал чудовищу, а монстр семенил рядом.

— Они не помешают нам, — проговорил Лэри. — Как ты, Стерко?

— Неважно. А как ты нас нашел?

— Что же, по-твоему, у меня нет наблюдателей в Пограничье? усмехнулся Лэри. — Обижаешь.

Стерко растерянно замолчал. Невидимые наблюдатели Лэри могли уже знать все.

— Ну и как ты объяснишь мне все это? — вздохнул Лэри.

— Что?

— То, что ты здесь.

Стерко пожал плечами.

Лэри потянул Стерко вниз, и они присели за высоким валуном. Теперь руад и чудовище их больше не видели, и Стерко почувствовалв себя свободнее.

— Я убил его, Лэри, — произнес Стерко.

Лэри вздрогнул.

Стерко ожидал всего, чего угодно: язвительного замечания, раздраженной брани, гнева и издевательских обвинений в глупости и беспомощности. Но Лэри молчал и молчал так долго, что Стерко не выдержал:

— Лэри, то, что я сделал, непростительно для того, кого ты считал профессионалом…

— Замолчи! — оборвал его Лэри. Он нервно ломал пальцы, уставившись в никуда, и в золотых глазах крепло отчаяние.

— Я знаю, как он был нужен тебе…

— Замолчи! — сухо бросил Лэри и, согнувшись, накрыл голову сцепленными пальцами.

Но Стерко, видя, как расстроен друг, не мог замолчать:

— Не знаю, Лэри, что со мной произошло, но я даже не подумал о том, что непозволительно рискую его жизнью…

Лэри молчал.

— Я видел характерный всплеск на развертке и квалифицировал его, как проникающее поле…

— Ты ошибся. У него не было поля. Оно пришло бы к нему в день посвящения.

Ты не имел право вытаскивать его сюда полем! Если уж ты избрал этот нелепый путь через Пограничье, надо было действовать иначе… Ох, Стерко, тебе ли я это говорю? Ведь ты не новичок… — Лэри потер лицо ладонью и резко добавил: — Ладно, Стерко, эта тема закрыта.

— Прости меня, Лэри.

— Я сказал, забудь об этом. Как бы то ни было, эта ниточка оборвана, и придется искать иные пути… — задумчиво произнес Лэри и вдруг внимательно взглянул в лицо Стерко. — Хотя когда-нибудь мне хотелось бы узнать правду.

— Какую правду? — растерялся Стерко.

— Я думаю, ты представляешь, какую. Возможно, у кого-нибудь другого и не возникло бы вопросов, но я слишком хорошо тебя знаю, — мягко сказал Лэри.

— Так ты не доверяешь мне? — оцепенел Стерко от одной мысли, что вершитель уже успел доложить Лэри о их союзе. — Ты мне не доверяешь, да?!

— Я давно понял, что ты можешь иногда делать мне больно, но что бы ни случилось, ты никогда не предашь меня, — спокойно отозвался Лэри. — И я даже не сомневаюсь в этом. Но ведь что-то гложет тебя, я вижу. И когда-нибудь, когда твоя тайна перестанет быть актуальной, я хотел бы узнать все…

Стерко не выдержал, порывисто обнял Лэри, опустил голову ему на плечо, спрятал лицо от проницательного золотого взгляда.

— У меня плохие новости для тебя, Стерко, — сказал вдруг Лэри.

Стерко отпрянул:

— Что-то с моими ребятами?

Лэри кивнул:

— Зого. Он мертв, Стерко.

Стерко низко наклонился, чтобы не напугать друга своей гримасой. Новость не была неожиданной. А чего еще можно было ждать от раздосадованного вершителя? Ведь Стерко не выполнил его задание, поэтому наказание было закономерным…

Сердце Стерко сжалось от горькой вины. Не смог спасти несчастного ребенка, не смог вытащить братишку, и все по глупости своей… Прав Л'Шасс, ох, прав!.. Дурак ты, защитник, самый последний дурак! Забыл, почем стоит быть на твоем месте дураком? Ну так вспомни…

Стерко очнулся. Рука Лэри лежала на его плече, мягко пожимая его.

— Есть ли вести о Шото? — проговорил Стерко.

— Увы, нет. И я начинаю подумывать, не сделал ли я ошибки, послав тебя к людям… Может быть, если бы ты занялся поиском детей, ты вытащил бы их…

— Да и Качурин в таком случае остался бы жив, — горько съязвил Стерко.

— Перестань. Конечно, ты сильно подвел меня, но есть еще один шанс получить Качурина и воспользоваться им, как приманкой и временным союзником.

— Например? — удивился Стерко.

— Не догадываешься? — вздохнул Лэри. — По моим данным, семья Качуриных ни ранее, ни теперь не придерживается суеверий и традиций. А значит, вряд ли Игорь Качурин сегодня занавесил зеркала в своем доме…

— Лэри! — Стерко не поверил своим ушам. — А я-то надеялся, что это только у меня одного что-то с головой! Ад Зеркал?!!

— Он самый, — спокойно подтвердил Лэри.

— Пойдешь, бухнешься в ноги вершителю, попросишь: «Отпусти, владыка, одного человечка, очень нужно!»… — усмехнулся Стерко.

— Это не единственный способ.

— Ад Зеркал недосягаем для пришлых сущностей! — возразил Стерко.

— Это если вступать во владения зеркалиц с развернутыми стягами и под барабанный бой. Но пройти можно и с черного хода, по блату.

Стерко взглянул на друга повнимательнее, но Лэри не шутил.

— Я, похоже, сильно отстал от жизни? — уточнил Стерко.

— Есть немного. Мы неплохо поработали в Пограничье за время твоего временного безделья. И одна из самых больших удач — мы нашли общий язык с некоторыми зеркалицами…

— Бред какой-то… — вырвалось у Стерко.

Чтобы некие особи из племени зеркалиц нашли общий язык с врагами владыки Пограничья. Из множества урожденных тварей Пограничья племя зеркалиц славилось своей непокорностью, упрямством и крайней жестокостью. Подчинялись они только вершителю. Стерко несколько раз сталкивался с ними на границе их владений. Схватки были весьма кровопролитными. Вдоволь напускал Стерко холодной хрустальной крови, да и своей тоже. И понял тогда Стерко: силой у зеркалиц никого не отобрать. Мирный уговор по чести, по совести? Неужели поможет?

— Так ты хочешь сказать, что во владения зеркалиц теперь можно попасть незамеченным и забрать оттуда того, кто нам нужен?

— Скажем так: для этого появился шанс. Опасность по-прежнему велика, потому что зеркалицы ведут себя, как всегда, враждебно и агрессивно. Мы с этим смирились, потому что они исполняют свое предназначение и ничего с этим никто поделать не сможет. Но Пласси с детства знает безопасные тропы во владениях зеркалиц. Он бывал в самом Аду Зеркал и уже несколько раз исполнял там мои поручения. Было несколько неудач, и мы теряли тех, кто был нам необходим. Но шанс остается, и я уверен, что Пласси поможет нам снова, тем более, что за несколько визитов туда он умудрился завести себе там друзей-приятелей…

— Подожди, подожди… — опешил Стерко. — Пласси? Вот эта вонючая тварь, на которой ты прилетел? Эта зверюга выполняет твои поручения?

— Это не зверюга, Стерко. Это совершенно нормальное разумное существо. Это отличный парень, и он мой друг…

Стерко передернулся. Слово «друг» у хаварров имело несколько более интимное значение, чем катание верхом.

— Где ты вообще раскопал этого красавца?

— Это шухор.

— Я не встречал таких в Пограничье.

Лэри вытаращил глаза:

— Милый мой, ты что, сегодня родился? Он не уроженец Пограничья, он обычный иномирянин. Разве ты не бывал на этаже шухоров?

— Не довелось.

— Мне, вообще-то, тоже. Пласси с детства живет в Пограничье. Он тут совершенно свой парень. Он очень многим помогает нам в последнее время. Когда я делаю вылазки сюда, он возит меня на себе…

— То-то ты так ласково со своим дружком управляешься — цепью!

— Там, наверху, Стерко, довольно сильные ветры и разнообразные шумы. Пласси не слышит в полете ни моих просьб, ни команд. Зато натяжение тяжелой цепь он отлично чувствует… — пояснил Лэри. — И теперь будем уповать на удачу. Пласси обязательно нам поможет… Я немедленно найду, кого нам отправить вместе с Пласси за Качуриным.

— Что значит «найдешь»?! Я готов хоть сейчас! Вот только нос зажму покрепче…

— Ты не пойдешь. Я не отпущу тебя. Хватит и того, что уже случилось.

Ты угробил парня, следующим шагом ты так же неосторожно погубишь себя, а мне этого не надо! — решительно сказал Лэри и встал на ноги. Домой отправляйся, отдыхай. А когда придешь в себя, принимайся за поиски сына…

— Лэри! — взмолился Стерко. — Мне тоже нужен этот проклятый парень!

— Не выдумывай, — отмахнулся Лэри.

— Но я хочу доказать, наконец, хотя бы сам себе, что я еще не окончательно деградировал!

— Решено: с Пласси полечу я сам! — рявкнул Лэри. — А ты отправляйся домой, и чтобы я от тебя больше ни звука не слышал!

— Начальство твоего уровня не летает на вонючих уродах к зеркалицам, чтобы самолично забирать оттуда людей!

— Начальство моего уровня должно делать все, чтобы его народ мог защитить себя от беспредела Пограничья. Если для этого нужно слетать в Ад Зеркал, я это сделаю. А ты пока можешь посидеть в моем кабинете, покомандовать!.. — отрезал Лэри и почти бегом направился вниз, туда, где на низкой каменной гряде сидели рядышком крошечный пернатый руад и гора вонючего крылатого мяса.

Увидев, что Лэри приближается к ним, чудище вскочило и грохнулось наземь, распластавшись. Лэри легко вскочил ему на шею и подобрал свисающую цепь. Что-то сказав руаду, Лэри похлопал урода по макушке, Пласси раскрыл крылья и легко, почти вертикально взмыл вверх.

Глотая слезы, Стерко побрел по склону. Он знал, что Лэри остынет, успокоится и простит. Только сможет ли Стерко когда-нибудь простить себе смерть больного хавви-подростка?.. Да и на то, что ему доведется увидеть живым сына, Стерко уже не надеялся.

— Не плачьте, защитник, не плачьте… — проговорил руад, подходя к Стерко. — Чем сильнее вы будете желать, чтобы с ним все было в порядке, тем вы лучше поможете ему…

— Да я не о Лэри, — буркнул Стерко, вытирая глаза.

— Так и я не о нем, — нахмурился руад. — Думайте о том, что ваш сын выживет, и никак иначе…

Стерко не сдержался, оттолкнул руада, и, отвернувшись, запрокинул голову, пытаясь успокоиться.

— Не плачьте, Стерко. Я помогу вам.

— Вот утешил!.. Да пропади ты пропадом! — прошипел Стерко, развернулся и пошел прочь, торопливо настраивая браслет на путь домой.


Глава 3. Тяжкий крест | Наследник | Глава 5. Пасынок вершителя