home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 4. «Рыдай, Пограничье!..»

Лэри проводил своего неразумного брата взглядом и немного полежал, собираясь с силами.

Конечно, положение было достаточно серьезным.

Игорь заупрямился. Упрямый перепуганный ребенок. Не поднимать же руку на него! Лэри в принципе готов был и на это, но отец в свое время прочно вдолбил в его голову: дети твоего отца — такая же опора рода, как и ты сам, и как бы тебе иногда ни хотелось, ты не имеешь права причинять им зло.

Лэри знал, что едва Игорь примет посвящение, он осознает свою принадлежность к великому роду, и его не нужно будет просить о помощи. Хитрое подземелье, в которое Лэри отправил Игоря было смертельной ловушкой только на превый взгляд. Во-первых, Лэри не сомневался, что даже в непосвященном наследнике рода вовремя проснутся инстинкты, которые подскажут правильный выход. Во-вторых, зеркальный фантом этого примитивнго придурка Андрея Качурина не зря посажен на крючок в подземной камере смертников. Он исполнит все, что будет нужно сделать для ничего не подозревающего Игоря.

Лэри приготовился терпеливо ждать, но он прекрасно понимал: на то, чтобы спуститься в подземелье, чтобы найти нужную дверь, чтобы попасть в ловушку, а потом выбраться из нее и проделать обратный путь, понадобится значительное время. И какой-то минуты Игорю может не хватить.

Лэри не предполагал, что маленький отряд защитников под предводительством Стерко наделает ему таких хлопот. Надо же было тут появиться этой калганской толстухе с ее ужасным оружием…

Калганский этаж был весьма таинственным местом. У хаварров руки не доходили всерьез и методично заниматься освоением диких просторов, населенных весьма своеобразными существами.

Когда пару веков тому назад хаварры довели шахту Лифта до этажа калганов, разведчики-наблюдатели один за другим принялись докладывать о том, что местное население находится на низком уровне развития. Ни отсталая материальная, ни дремучая духовная культура калганов не вызвала поначалу никакого интереса у союза рас. Только потом в департаменте внешнего надзора стали понимать, насколько крепкий орешек они невзначай подобрали.

Да, у расы калганов не было даже городов. Они существовали в условиях мелкопоместного разделения земель. Ступенчатая система сословной подчиненности, жесткие традиционные установки во всем. Феодализм в чистом виде. Плюс какая-то оголтелая языческая религиозность. Простота, доходящая до примитива. Все это было неинтересно союзу рас мироздания.

Но нечто все же насторожило наблюдателей. При всей своей технической и духовной убогости калганы не проявили никакой враждебности к неизвестно откуда взявшимся гостям. Это сначала обрадовало исследователей. Но после оказалось, что и к достижениям сверхцивилизаций калганы отнеслись предельно равнодушно, без страха и без восторга. Объяснение, которое монарх калганской расы дал хаваррским послам, было абсурдным: калганы не воюют с богами и не пытаются овладеть достижениями богов. Богом для калганов становился каждый, кто обладал исключительными умениями, то есть такими, которыми не обладали сами калганы. Путешествия по шахте Лифта и создание технических диковинок сделали хаварров в глазах калган многочисленным скопищем богов, с которым нет никакого резона связываться.

Хаварры изменили тактику работы на этаже калганов. Боги так боги, им было все едино. Боги постигали тайны калганской расы, боги обучали знатную молодежь, забирая ее на более развитые этажи. Боги пытались выяснить, даст ли что-нибудь обеим сторонам вступление калганов в союз рас. Результаты были неутешительными: сближение было почти бессмысленным.

Калганы не желали ощущать себя частью беспредельного мира. Сейчас знать калганов уже могла общаться на нескольких языках мироздания, научилась пользоваться индивидуальными браслетами хаваррского производства и самостоятельно бродить по этажам. Но они не видели смысла в том, чтобы все это делать. Они прекрасно чувствовали себя в своем замкнутом мирке.

Все, что надо калгану, это подняться по сословной лестнице, окружить себя преданными соплеменниками, любящей женой и множеством детей, а для развлечения вполне подходила азартная шумная охота на крупного зверя. И надо сказать, у зверья совсем не было никаких шансов против тяжеленных дробовиков с живыми шариками. Это оружие оказалось единственным секретом калганской расы, который так и остался нераскрытым. Как и из чего изготавливалась живая дробь калганов? Годы и годы ушли на кропотливую работу. Калганы тщательно охраняли свой секрет, стояли в прямом смысле насмерть. Поскольку департамент Лэри занимался в том числе и таинственными секретами, защитники не жалели сил, чтобы заполучить желанную информацию. В ход шли любые средства, вплоть до таковых, какие на большинстве цивилизованных этажей именуются грязными.

Поняли калганы, кто охотится за тайной их чудесного оружия, и решили поступить просто: уничтожить одного из богов, того самого, который на словах пытался помочь отсталой расе, а на деле занимался банальным шпионажем.

И не смутил монарха калганов тот факт, что он собирается обезглавить солидное учреждение, работающее на интересы всего союза рас. Просто подослал свою милую доченьку пальнуть в нечистого на руку бога. А он еще и вершителем оказался — вот удача для защитников!.. Ох, дьявол бы забрал это чудесное оружие рогатых неуживчивых калганов! Приспичило же союзу рас заложить это чудо в свои закрома…

Если бы у Лэри было немного сил в запасе, он от души посмеялся бы над тем, как пышнотелая наследница калганского трона прихлопнула его, словно назойливую мошку…

Но у гибнущего вершителя не было сил ни посмеяться, ни разгневаться.

Время шло, а никто не появлялся в многогранном зале с гобеленами. Ни калганская принцесса, ни руад, ни бойцы защиты не озаботились тем, что умирающий вершитель остался в полном одиночестве. В сущности, беспокоиться было и не о чем. Очень медленно, но жизнь покидала тело Лэри.

Однако и простой смертный редко оставляет надежду. А уж вершитель сдается не раньше, чем его сердце остановится. И Лэри стал осторожно приподниматься.

Калганские шарики зашевелились в нем, и от боли Лэри едва не потерял контроль над собой.

Ему удалось найти нужную позу, в которой требовалось минимум усилий для осторожного передвижения, и он встал на ноги. Прижавшись к стене, Лэри несколькими короткими плавными шажками добрался до выхода на главную винтовую лестницу.

Здесь вовсю носились сквозняки, и, чуть вдохнув свежего воздуха, Лэри почувствовал облегчение.

Он спускался на пару ступенек, потом ждал несколько секунд, восстанавливая силы, потом снова делал осторожные шажки, сосредоточившись и сжав зубы покрепче. Калганская дробь то и дело вырывалась из-под его контроля, и Лэри знал, что если кто-нибудь из братьев не поделится силой, конец близок.

Когда внизу послышался звук каблуков, Лэри с досадой остановился. Он надеялся, что его беспомощное бегство подольше останется незамеченным. Неужели и без того слабые шансы неумолимо тают?

Лэри взглянул вниз, и сердце его забилось с надеждой: это Стерко Лег-Шо поспешно поднимался по каменным ступеням. Едва завидев Лэри, он ускорил шаги. Однако лицо хаварра говорило скорее о том, что он не обрадован способностью Лэри держаться на ногах.

— Так вот, значит, как? — зловеще проговорил Стерко. — Ты не настолько плох, как пытался нам представить. Куда путь держишь, вершитель?

— Ты забыл мое имя, Стерко? — с упреком прошептал Лэри.

— Которое? Как мне величать тебя? Владыкой Пограничья? Лэри? Или может быть, Миорком? Ведь это имя тебе нравилось? — с холодной издевкой уточнил Стерко. — Ты хороший артист, вершитель.

— Спасибо, доблестный защитник, — отозвался Лэри голосом Миорка. Если бы я получил Великую Силу Пограничья, я смог бы обеспечить тебе личную встречу с твоим ненаглядным Миорком… Но увы, я не успел получить способность превращения…

— Замолчи… — Стерко сжал кулаки.

— Почему я должен молчать? — Лэри не удержался на ногах и осел на пол. Дробь в груди зашевелилась, и кровь наполнила разорванные легкие. Лэри понял, что с удушьем он уже не справится. — Стерко, ты нашел Пласси?

— Нет. Его нет ни в замке, ни в окрестностях, — коротко отозвался темноволосый защитник.

— Ты, должно быть, лжешь? — прошептал Лэри.

— С какой стати мне лгать? Если бы я не хотел его найти, я просто не пошел бы на поиски. Я отдал распоряжение ребятам, как только они завидят вонючего урода, ему передадут твою просьбу.

— Думаю, что уже поздно. Только Пограничье будет рыдать над моим телом, но это не так уж и мало, — усмехнулся Лэри. — Я умираю, Стерко.

Хаварр попытался улыбнуться, но вместо улыбки получился оскал:

— На какую реакцию с моей стороны ты рассчитываешь?

— Почему бы тебе не присесть рядом и хотя бы не подержать меня за руку? — с надеждой спросил Лэри.

— Я не прикоснусь к тебе. Ты сломал все, что было мне дорого, вершитель. Всему есть граница. Всему. Даже моей наивности.

— Что ж, можно только поздравить твой доблестный отряд защитников. Пусть с помощью калганской принцессы, но они уничтожили вершителя в Пограничье! Раньше это никому не удавалось. Ты превзошел всех, Стерко…

Лэри замолчал, увидев, что лицо друга становится все более непроницаемым.

— Ты самый опасный маньяк мироздания, вершитель, — вздохнул Стерко.

— Я всего лишь существо, чье тело родилось на этаже хаварров, а душа — в Пограничье. Прими это, и ты поймешь и простишь меня, — ответил Лэри. — Я не мог стать. Я таким рожден… А теперь, Стерко, тебе лучше уйти. Я хочу остаться один.

— Я уйду, а ты вскочишь на ноги, и ищи тебя потом по всему подземелью… Лэри взглянул на Стерко с укором:

— Если тебя будет приятно поприсутствовать при моей кончине, я согласен, стой и смотри, как меня вывернет наизнанку калганская дробь…

Лэри еще раз с надеждой огляделся, но даже если бы Игорь или Пласси в эту минуту оказались рядом, ни кто-то из них, ни оба они вместе не могли бы спасти старшего брата. И в последний раз взглянув в синие глаза Стерко, Лэри зажмурился и перестал сопротивляться калганским шарикам.

Растущая боль и клокотание крови, готовой вырваться наружу… Сквозь муки агонии умирающий вершитель ясно услышал горестный плач: беспредельная земля прощалась с ним. Лэри по-прежнему был любим Пограничьем.


Глава 3. Выгодная сделка | Наследник | Глава 5. Что бы это значило?