home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


13

Бартон тяжело поднялся и, пошатываясь, вышел из круга. Окруженный роем бабочек, он шел в сумерках почти наугад, держа руки в карманах измятого пиджака.

Они проигрывали. Реконструкция кончилась неудачей.

Вдали, на другой стороне долины, виднелась на фоне ночного неба гигантская туманная фигура Аримана - вселенского разрушителя, державшего надо всем разведенные руки. Где, черт возьми, Ормузд? Бартон откинул голову назад, пытаясь взглянуть вертикально вверх. Конечно, он здесь: этот горный хребет, наверное, его колено. Но почему он ничего не делает? Что его сдерживает?

Внизу мерцали огни города. Город-призрак, иллюзия, созданная Ариманом восемнадцать лет назад, в день Перемены. В тот день великий план Ормузда был нарушен, причем без сопротивления с Его стороны. Почему он позволил Ариману сделать это? Может, ему все безразлично?

- Это извечный вопрос, - сказал из тени доктор Мид. - Если Бог создал этот мир, то откуда же взялось зло?..

- Вон оно стоит, - отрешенно заметил Бартон, - словно гигантская резная скала, а мы изо всех сил стараемся воссоздать вещи такими, какими их сотворил Ормузд. Вы думаете, он нам поможет?

- Неисповедимы пути Господни.

- Вижу, вас это не очень-то беспокоит.

- Совсем наоборот. Это так беспокоит меня, что я боюсь об этом говорить.

- Может, ваш шанс как раз близится.

- Надеюсь, - сказал доктор Мид и добавил: - Но дела плохи.

- Да, нас одолели. Похоже, моя помощь не пошла впрок. Наступил кризис, и я ничего не могу сделать.

- Почему?

- Сил не хватает. Кто-то стал между нашей моделью и объектом, разделил нас. Сейчас он уничтожает то, что мы успели восстановить.

- Кто?

- Да вы и сами знаете. - Бартон указал на город. - Он там со своими крысами, пауками и змеями.

Доктор Мид сжал кулаки.

- Если бы я мог заполучить его...

- У вас был шанс, но, похоже, положение вещей вас устраивало.

- Мистер Бартон, это от страха. Я не хотел возвращаться в прежний облик. - Доктор Мид с беспокойством смотрел на него. - Я до сих пор боюсь. Знаю, творится что-то ужасное, но ничего не могу сделать. Я не хочу, чтобы вернулось прошлое... сам не знаю, почему. Я даже не знаю, кем был прежде. Мистер Бартон, сейчас я даже рад вашей неудаче. Понимаете? Я рад, что все возвращается обратно. Боже, почему я не умер?

Бартон не слушал его, он смотрел на что-то, вдруг появившееся на середине склона. Какое-то серое облако медленно поднималось вверх, дрожа и увеличиваясь с каждой секундой. Что это такое? В полумраке было плохо видно. Несколько Странников вышли из круга и торопливо двинулись к краю склона. Со стороны облака доносилось тихое гудение.

Бабочки.

Несколько серых пятен суматошно закружились вокруг Бартона, затем улетели к Хильде. Огромное количество бабочек летело вверх по склону к Странникам. Их были тысячи. Все, что находились в долине, возвращались одновременно. Почему?

И тут он увидел. В ту же секунду остальные Странники покинули круг и собрались у края склона. Хильда торопливо выкрикивала приказы. Реконструкция была забыта, бледные и испуганные люди сбились в кучу, а бабочки, охваченные паникой, кружились над ними.

Клок паутины пролетел возле Бартона, и едва он отмахнулся от него, как другая облепила его лицо. Скомкав, он отшвырнул ее в сторону, и только теперь заметил пауков, мчащихся вверх по склону. Они выглядели как прибывающая серая вода, как косматая волна, омывающая скалы.

За ними мчались крысы, поблескивая бесчисленными глазами и зловеще щеря клыки. Следом, наверное, ползли змеи. Возможно, они ползли другим путем, но вероятнее всего, спешили за крысами.

Одна из Странниц вскрикнула, покачнулась и упала. Что-то небольшое перепрыгнуло с нее на другую, та отряхнулась и сделала шаг вперед. Это был голем, в руках он держал что-то блестящее.

Питер вооружил своих големов.

Дело принимало скверный оборот, и Бартон отступил вместе со Странниками. Големы перебрались через край склона, не замеченные никем: бабочки боялись прежде всего пауков и все прочее их не касалось, они совершенно не заметили бегущих фигурок из ожившей глины. Большая группа големов напирала на Хильду, но та яростно сражалась, давя их, разрывая на кусочки или просто сбрасывая, когда они пытались подобраться к ее лицу.

Бартон подбежал и истребил часть големов, колотя их съемником; остальные разбежались. Хильда покачнулась, но Бартон вовремя подхватил ее и не дал упасть. Из ее рук и ног торчали иглы - копья Големов.

- Они повсюду, - проворчал Бартон. - У нас нет шансов.

- Куда нам идти? В глубь долины?

Бартон быстро огляделся. Волна пауков приближалась, вскоре здесь будут и крысы. Что-то хрустнуло под его ногой - змея, ползущая к Хильде. Бартон скривился и шагнул назад.

Они отступали к дому. Странники держались вокруг них, пиная и топча все на земле, сражаясь со все сжимающимся кольцом желтозубых теней и десятисантиметровых фигурок с поблескивающими шпагами. Пауки не представляли особой угрозы, они перепугали бабочек, но это было все, на что они оказались способны. А вот змеи...

Один из Странников рухнул на землю, и его тут же накрыл серый ковер из крыс и големов. Небо из темно-фиолетового превратилось в серое, стало лучше видно. Скоро должно было взойти солнце.

Что-то кольнуло Бартона в ногу, он съемником размазал голема и отступил. Твари были повсюду. Крысы цеплялись за манжеты брюк, по рукам бегали косматые пауки, пытаясь оплести паутиной. Бартон побежал.

Вдали он заметил какую-то фигуру и сначала решил, что это один из Странников, но тут же понял, что ошибся. Этот некто шел вверх по склону вместе с яростной ордой. Он руководил, но поднимался с трудом.

Бартон мгновенно забыл об атакующих его крысах и големах. Ничто, виденное до сих пор, не поразило его так сильно. Прошла минута, прежде чем он все понял.

Разумеется, он ожидал увидеть здесь Питера и даже удивлялся, почему его так долго нет. Питер появился в городе после Перемены, и то, что сейчас дрожало и колебалось на склоне холма, было когда-то им. Сейчас он восстановился в своем естестве.

Это был сам Ариман.

Все вокруг разбегались. Странники один за другим в панике спешили к Дому Тени, Хильда исчезла из виду, закрытая медленно движущейся серой стеной. Кристофер вместе с другими пробивался к дверям, доктор Мид возился с дверцей фургона, пытаясь ее открыть. Те, кто успел войти в Дом Тени, баррикадировались в своих комнатах, но это не имело смысла: всех их выловят одного за другим.

Отступая, Бартон давил големов и крыс, яростно размахивал съемником. Ариман был огромен. В виде мальчика он был нестрашен и победить его было легко, но сейчас ничто не могло его остановить. Он рос на глазах - кипящий, пухнущий серо-желтый студень из нечистот. Густая грива спутанных волос взлетала и опадала при каждом шаге. Кусками самого себя он метил дорогу, по которой шел, словно космический слизняк, сочащийся слизью и прочей пакостью.

Не переставая двигаться, он ел, раздувался и снова ел, поглощая все, встреченное на своем пути. Его щупальца хватали Странников, големов, крыс, змей. Бартон видел гору тел, беспорядочно наваленных в его животе и находящихся на разных стадиях разложения. Двигаясь вперед, он поглощал все живое, превращая жизнь в тлен.

Ариман заглатывал жизнь, выдыхая леденящий холод космической пустоты и отвратительную вонь, бывшую его естественным запахом. Разложение и смерть. И он продолжал расти. Скоро он не поместится в этой долине, а затем и весь мир станет ему тесен.

Бартон перепрыгнул двойную линию големов и вбежал под деревья - огромные кедры, растущие недалеко от Дома Тени.

Пауки падали на него сотнями, он сбрасывал их, продолжая бежать, а за ним росла гигантская фигура Аримана. Собственно, он не двигался, остановившись на краю склона, но рос все выше и выше - гора мусора и пузырящегося студня. Он рос, а все окружающее начал окутывать холод.

Бартон остановился, чтобы отдышаться и осмотреться. Он был в небольшой выемке за кедрами, прямо над дорогой. Вся долина показалась в своей утренней красе из накрывавшей ее темноты. Но на поля, фермы и дома падала широкая тень - тень Аримана, бога-разрушителя во всем его природном величии. И тень эта никогда не исчезнет.

Что-то шевельнулось, какое-то поблескивающее тело метнулось к Бартону, и он испуганно отскочил. Змея промахнулась и теперь готовилась к очередной атаке. Бартон швырнул в нее съемником и раздавил ей голову.

Он снова схватил съемник - змеи так и кишели вокруг. Он миновал целое их гнездо, откуда они ползли по склону холма, и несколько раз наступил на них. Внезапно он поскользнулся и упал на шипящую, извивающуюся массу.

Бартон катился по мокрой траве, пытаясь встать. Пауки набрасывались на него, големы кололи куда попало, он боролся с ними, сдирая с себя паутину. Наконец ему удалось подняться на четвереньки и он пошарил рукой в поисках съемника. Куда он делся? Неужели он его потерял? Пальцы его наткнулись на что-то мягкое... клубок шнура. Съемник исчез, и это был последний удар. Символ окончательного поражения. В отчаянии Бартон выпустил из рук клубок.

Какой-то голем прыгнул ему на спину, и Бартон увидел сверкающую иглу, возникшую перед его глазом, готовую вонзиться в мозг. Он вскинул было руки, но они запутались в паутине. Бартон в отчаяньи зажмурился. Это был конец. Он проиграл, и сейчас лежал, ожидая последнего удара...


предыдущая глава | Марионетки мироздания | cледующая глава