home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


3

Питер Триллинг присел на корточки и взял в руки глину, оставленную Мэри. Быстро превратив корову в бесформенную массу, он начал лепить снова.

Ноакс, Дейв и Уолтер смотрели на него с недоумением и возмущением.

- Кто тебя принял в игру? - гневно спросил Дейв.

- Это мой двор, - спокойно ответил Питер.

Его фигурка была почти готова. Мальчик поставил ее на землю рядом с овцой Дейва и топорной собакой Уолтера. Ноакс не обращал внимания на Питера и его фигурку, он все играл со своим самолетом.

- Что это? - со злостью бросил Уолтер. - Это ни на что не похоже.

- Это человек.

- Человек? Это, что ли, человек?!

- Иди-ка ты отсюда, - насмешливо сказал Дейв. - Ты слишком мал, чтобы с нами играть. Вали домой и попроси у мамочки леденец.

Питер ничего не ответил, взгляд его огромных карих глаз был сосредоточен на глиняном человечке. Он замер, наклонясь вперед, и лишь едва заметно шевелил губами.

Какое-то время ничего не менялось, но вдруг...

Дейв вскрикнул и отскочил в сторону, Уолтер громко ругнулся и побледнел, Ноакс перестал играть своим самолетом. Открыв рот, он замер неподвижно.

Маленький глиняный человечек шевельнулся, сначала едва заметно, потом энергичнее: дернул одной ногой, потом второй, согнул руки, ощупал и осмотрел свое тело, а затем вдруг побежал прочь.

Питер пронзительно засмеялся, пружинисто изогнулся и схватил удирающую глиняную фигурку. Маленький человечек яростно боролся, пока мальчик тащил его к себе.

- Ой-ой-ой... - прошептал Дейв.

Питер энергично раскатал ладонями глиняную фигурку, превратил ее в бесформенный комок, а затем разделил его на две части. Быстро, уверенно он слепил две похожие фигурки, двух маленьких глиняных человечков, вполовину меньших, чем первый. Поставив обе фигурки на землю, он молча выпрямился и стал ждать.

Сначала шевельнулся один, потом второй. Они встали, осмотрели свои руки и ноги и тоже бросились бежать. Один побежал в одну сторону, другой заколебался и дернулся было за ним, но тут же сменил направление и, миновав Ноакса, помчался к улице.

- Хватайте его! - крикнул Питер, поймав первую-фигурку. Быстро вскочив, он побежал за второй, удиравшей к фургончику доктора Мида.

Фургон уже тронулся, когда глиняный человечек отчаянно прыгнул, размахивая руками и пытаясь уцепиться за сверкающий бампер. Однако фургон отъехал, оставив позади эту маленькую фигурку, которая по-прежнему размахивала руками, пытаясь ухватиться за машину, которой уже не было.

Питер нагнал человечка, наступил ногой и превратил в бесформенную кучку мокрой глины.

Уолтер, Дейв и Ноакс медленно подошли к нему.

- Поймал? - хрипло спросил Ноакс.

- Конечно, - ответил Питер, соскребая глину с ботинка. Лицо его было спокойно. - Ясно, поймал. Ведь он мой, верно?

Мальчики молчали, и Питер видел, что они испуганы. Это его удивило: чего тут бояться? Он начал что-то говорить, но тут подъехал и со скрипом затормозил запыленный желтый "паккард". Забыв о глиняных фигурках, Питер переключил внимание на него.

Двигатель смолк, открылась дверца, и из машины вылез какой-то мужчина. Он был красив, довольно молод, со взъерошенными волосами, густыми бровями и белыми зубами. Его двубортный пиджак был измят и попачкан, ботинки запылились, а галстук съехал на сторону. Припухшие слезящиеся глаза выдавали усталость. Медленно подойдя к мальчикам и с трудом остановив на них взгляд, он сказал:

- Это пансионат?

Никто не ответил. Все в городе знали пансионат миссис Триллинг, так что этот человек явно был нездешним. Говорил он с чужим лающим акцентом. Питер наконец шевельнулся.

- Что вы хотите?

- Я ищу комнату.

Незнакомец сунул руку в карман, достал пачку сигарет и зажигалку, трясущимися руками прикурил, едва не выронив при этом сигарету. Мальчики спокойно наблюдали за ним.

- Пойду, скажу маме, - сказал наконец Питер.

Он повернулся спиной к незнакомцу и не оглядываясь пошел к веранде. Вошел в холодный, погруженный в полумрак дом и направился на кухню, где миссис Триллинг мыла посуду.

Она раздраженно посмотрела на сына.

- Чего тебе? Не вздумай лезть в холодильник. До обеда ничего не получишь!

- Там во дворе какой-то тип, - сказал Питер. - Он хочет снять комнату.

Мэйбл Триллинг оживилась и торопливо вытерла руки.

- Не стой тут! - сказала она сыну. - Иди и пригласи его. Он один?

- Вроде бы.

Мэйбл Триллинг поспешила следом за сыном на веранду, а потом спустилась по лестнице. Слава богу, незнакомец еще не ушел. Люди перестали посещать Миллгейт, и пансионат был заселен лишь наполовину: в нем жили несколько стариков, городской библиотекарь, какой-то чиновник с семьей.

- Чем могу служить? - спросила женщина.

- Мне нужна комната, - устало произнес Бартон. - Только комната. Не имеет значения, как она выглядит и сколько стоит.

- Вы будете есть вместе с нами? Это обойдется вам вполовину дешевле того, что с вас возьмут в кафе; кроме того, мои блюда куда лучше того, что там подают, особенно приезжим. Вы из Нью-Йорка?

На лице незнакомца появилось выражение муки, но он быстро взял себя в руки.

- Да, из Нью-Йорка.

- Надеюсь, Миллгейт вам понравится, - сказала миссис Триллинг и направилась в дом, вытирая руки о фартук. - Это тихий, милый, спокойный город. Здесь не случается ничего плохого. Вы здесь по делу, мистер...

- Тэд Бартон.

- Вы здесь по делу, мистер Бартон? Мне кажется, вы приехали сюда отдохнуть. Многие ньюйоркцы летом покидают свои квартиры, правда? Думаю, в это время там неинтересно. Вы мне расскажете, что вас сюда привело, правда? Вы один? С вами никого нет? - Она взяла его за рукав. - Идемте, я покажу вам комнату. Долго вы собираетесь здесь прожить?

Бартон поднялся за ней на веранду.

- Еще не знаю. Может быть, день, а может, и подольше.

- Вы один?

- Возможно, моя жена подъедет позднее, если я задержусь. Она осталась в Мартинсвилле.

- А чем вы занимаетесь? - спросила миссис Триллинг, поднимаясь по покрытым потертым ковром ступеням на второй этаж.

- Страховками.

- Вот ваша комната. Окна выходят на холмы, так что у вас будет прелестный вид. - Она раздвинула простые белые занавески. - Видели вы когда-нибудь такие красивые склоны?

- Да, - ответил Бартон, - они прекрасны. - Он прошелся по комнате, разглядывая старую железную кровать, белый буфет и картинку на стене. - Все в порядке. Сколько это стоит?

Она хитро посмотрела на него.

- Конечно, вы будете питаться вместе с нами. Два раза в день - ленч и обед. - Она облизала губы. - Сорок долларов.

Бартон полез за бумажником, он явно не собирался торговаться. Вынув несколько бумажек, он молча вручил их женщине.

- Спасибо. - Миссис Триллинг облегченно вздохнула и быстро вышла из комнаты. - Обед в семь. Ленч уже был, но если хотите...

- Нет, спасибо, - покачал головой Бартон. - Это все. Есть я не хочу.

Он повернулся к ней спиной и уставился в окно.

Когда ее шаги стихли, Бартон закурил. Чувствовал он себя неважно: от долгой езды болели живот и голова. Оставив Пег в отеле в Мартинсвилле, он сразу же вернулся сюда. Если потребуется, он останется здесь на несколько лет. Нужно узнать, кто же он такой, а Миллгейт - единственное место, где это можно сделать.

Бартон невесело усмехнулся. Вряд ли даже здесь у него есть шансы. Какой-то мальчик умер от скарлатины восемнадцать лет назад. Никто уже этого не помнил - так, мелкое происшествие. Умирали сотни детей, люди рождались и уходили. Одна из множества смертей...

Дверь со скрипом отворилась.

Бартон быстро повернулся и увидел невысокого мальчика с огромными карими глазами. Он узнал его - сын хозяйки пансионата.

- Что тебе нужно, парень? - спросил он. Мальчик закрыл за собой дверь, мгновение поколебался, потом вдруг спросил:

- Кто вы такой?

Бартон замер.

- Бартон. Тэд Бартон.

Паренька это, похоже, удовлетворило. Он обошел нового постояльца, внимательно его разглядывая.

- Как вы прошли? - спросил он. - Это редко кому удается. Должна быть какая-то причина...

- Прошел? - удивленно спросил Бартон. - Через что?

- Через барьер.

Мальчик вдруг отступил на шаг, его сверкающие глаза словно погасли. Бартон понял, что тот проговорился о чем-то, сказал такое, чего не хотел.

- Какой барьер? Где? Мальчик пожал плечами.

- В горах. Это далеко. Кроме того, дорога в плохом состоянии. Зачем вы сюда приехали? Что хотите делать?

Было ли то обычное детское любопытство или что-то большее? Мальчик выглядел странно: он был худой, костлявый, с большими глазами, необычно высокий лоб закрывала прядь каштановых волос. Вообще он казался слишком впечатлительным для мальчика из небольшого провинциального городка на юге Вирджинии.

- Ну, - медленно произнес Бартон, - у меня есть свои причины.

Реакция последовала мгновенно. Тело мальчика напряглось, глаза вновь нервно заблестели. Он отступил еще на шаг.

- Правда? - буркнул он. - А каким способом? Наверное, проскользнули через слабое место?

- Я ехал по дороге. По главной. Огромные карие глаза засверкали.

- Иногда там нет барьера. Похоже, вы проехали, когда era не было.

Бартон почувствовал себя неловко. Он сблефовал, и блеф удался. Мальчик знал о каком-то барьере, Бартон о нем понятия не имел. Его охватил страх, он вдруг понял, что не видел, чтобы машины въезжали или выезжали из Миллгейта. Единственная ведущая в город дорога была разбита и не годилась для езды. Она вся заросла травой, высохла и потрескалась. Никто по ней не ездил. Вокруг только холмы, поля и покосившиеся изгороди. Может, что-то удастся узнать от этого мальчика.

- С каких пор ты знаешь о барьере? - с интересом спросил он.

Мальчик пожал плечами.

- Как это "с каких пор"? Я всегда о нем знал.

- А еще кто-нибудь о нем знает? Мальчик рассмеялся.

- Конечно, нет. Если бы они знали... - он умолк.

Его огромные карие глаза вновь утратили блеск. Бар-тон смутился: мальчик брал над ним верх, отвечая на вопросы, вместо того, чтобы их задавать. Он знал больше Бартона, и оба отлично понимали это.

- Ты умный парень, - сказал Бартон. - Сколько тебе лет?

- Десять.

- А как тебя зовут?

- Питер.

- Ты живешь здесь, в Миллгейте, с самого рождения?

- Конечно. А где бы еще я мог жить? Бартон заколебался.

- Ты бывал когда-нибудь за городом, по ту сторону барьера?

Мальчик нахмурился. По его лицу было видно, что он не знает, как ответить, и Бартон понял, что наткнулся на нечто значительное. Питер беспокойно зашагал по комнате, держа руки в карманах потертых джинсов.

- Ясно, - сказал он. - Много раз.

- А как ты проходишь?

- Да есть способы.

- Сравним их? - торопливо предложил Бартон. Однако ему не за что было уцепиться, и его гамбит отвергли.

- Покажете ваши часы, - попросил мальчик. - Сколько в них камней?

Бартон осторожно снял часы с руки и подал мальчику.

- Двадцать один, - ответил он.

- Красивые. - Питер повернул их вверх ногами, потом взглянул на заднюю крышку. Проведя чуткими пальцами по их стеклу, он отдал часы Бартону. - В Нью-Йорке все носят такие часы?

- Только те, кто что-то из себя представляет. Помолчав, Питер произнес:

- Я могу остановить время. Ненадолго... всего на несколько часов, но когда-нибудь дойду до целого дня. Что вы на это скажете?

Бартон не знал, что тут можно ответить.

- А что ты еще можешь? - осторожно спросил он.

- У меня есть власть надегосозданиями.

- Чьими?

Питер пожал плечами.

-Его.Да вы знаете... он с той стороны. Не со светлыми волосами, как металл, а с разведенными руками. Не видели?

- Нет, не видел, - рискнул Бартон.

Питер удивился.

- Вы должны были его видеть. Даже их обоих, они здесь все время. Иногда я ухожу по дороге, чтобы посидеть на своем камне, откуда их хорошо видно. С трудом подбирая слова, Бартон ответил:

- Может, как-нибудь возьмешь меня с собой?

- Там хорошо. - Щеки мальчика раскраснелись, он потерял осторожность. - В хорошую погоду обоих хорошо видно. Особенно того... в самом конце. - Он рассмеялся. - Это забавно. Сначала я боялся, но потом привык.

- А как их зовут, ты знаешь? - неуверенно спросил Бартон, пытаясь ухватиться хоть за что-то, что он смог бы понять. - Кто они такие?

- Не знаю. - Лицо Питера покраснело еще больше. - Но когда-нибудь узнаю... Должен быть способ. Я спрашивал некоторых созданий высшего уровня, но они тоже не знают. Однажды я вылепил особого голема с большим мозгом, но и он ничего не смог сказать. Может, вы поможете? Умеете обращаться с глиной? Пробовали когда-нибудь? - Он подошел к Бартону и добавил вполголоса: - Никто здесьничегоне знает, и никого это не волнует. Приходится действовать в одиночку. Если бы мне кто-то помог...

- Да, - понимающе вздохнул Бартон. Интересно, во что это он вляпался?

- Я хочу выследить одного из Странников, - продолжал Питер взволнованно. - Хочу узнать, откуда они, и как это делают. Если мне помогут, может, и я этому научусь.

Бартон почувствовал себя дурак-дураком. О каких это Странниках говорит парень, и что они делают?

- Хорошо. Когда начнем? - несмело сказал он, но Питер прервал его:

- Покажите мне вашу руку. - Он взял Бартона за запястье и внимательно изучил его ладонь. Потом вдруг отпрянул, лицо его побледнело. - Вы лжете! Вы ничего не знаете, вообще ничего!

- Конечно, не знаю, - заверил его Бартон.

Однако прозвучало это неубедительно. Удивление и страх мальчика сменились явной враждебностью. Питер повернулся и открыл дверь в коридор.

- Ничего вы не знаете, - повторил он со злостью и презрением. Потом помолчал и добавил: - А я кое-что знаю.

- Что именно? - бросил Бартон. Он шел ва-банк, отступать было уже поздно.

- Такое, чего не знаете вы, - сказал мальчик. Загадочная, таинственная улыбка появилась на его лице, оно вдруг сделалось хитрым.

- Что же? - хрипло повторил Бартон. - Что знаешь ты, и чего не знаю я?

Ответом было не то, чего он ждал. Дверь с грохотом захлопнулась, послышались удаляющиеся шаги мальчика. Бартон стоял неподвижно, вслушиваясь в стук каблуков по истертым ступеням.

Мальчик выбежал на веранду и, оказавшись под окном Бартона, приложил руки ко рту и крикнул изо всех сил. С губ его сорвался приглушенный, слабый, но пронзительный возглас, отдавшийся в ушах Бартона каким-то диким эхом:

- Я знаю, кто вы. Кто вына самом деле.


предыдущая глава | Марионетки мироздания | cледующая глава