home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


9

– Пожалуйста, сядьте! – Ариетта направила оружие на Быстрова.

В ее зеленовато-серых глазах выделялись зрачки словно черные острия обсидиана (наконечники священных копий из него Глеб видел в одном из залов имперского дворца). Красивое и строгое лицо принцессы едва выдавало волнение, слабый румянец разлился по ее щекам.

Глеб хотел оттолкнуть пристианку с прохода и бежать в медицинский модуль, но его остановило не оружие, направленное в грудь, а пронзительный взгляд Ариетты.

– Сядьте! – повторила дочь Фаолоры.

И он послушно опустился на диван. Только спросил:

– Вы галиянку убили?

– Я же сказала: нет. Мне пришлось выстрелить в нее дважды, медавтомат снимет шок через несколько часов. Как я понимаю, вы здесь главный? – Ариетта сделала несколько шагов и остановилась в центре трехмерного орнамента ковра.

– Я – владелец этого корабля и капитан по совместительству. Добро пожаловать на дальний разведчик «Тезей», Ваше Высочество, – в последних словах Глеба слышалась немалая доля насмешки.

– Ваше имя?

– Глеб. Быстров. Я был знаком с императрицей – вашей матерью, госпожа Ариетта.

– Вы галиянец? – ствол парализатора в руке наследницы дернулся в сторону Быстрова.

– Землянин. С планеты, которую пристианцы иногда называете Исифиода, – Глеб ожидал, что это известие удивит принцессу, но на ее гладком лице не дрогнула ни одна мышца.

И он подумал, объяснения с наследницей могут оказаться проще, чем представлялось ранее: она не ударилась в истерику, а вела себя удивительно стойко и расчетливо. По мнению Быстрова это было хорошим знаком.

– Кто еще на корабле, кроме вас и галиянки? – она тряхнула головой в сторону медмодуля.

– Безногий андроид и два человека: господин Орэлин – бывший слуга графини Олибрии и мой товарищ – Агафон Аркадьевич Арканов. Можно просто: «А-А».

– Вы говорите о тех двоих, что в ангаре возились с какой-то техникой? – на полных губах Ариетты отразилась слабая улыбка. – Я заперла их и начала замедленную откачку воздуха. Теперь их жизнь зависит от вас, господин Быстров, – она произнесла его фамилию по слогам, будто прислушиваясь, как звучит незнакомое слово. – Все зависит от того, насколько вы будете честны и благоразумны.

– Сколько у них времени? Вы включали таймер? – теперь Быстров действительно занервничал.

Если бы бокал с остатками сока был из стекла, он бы лопнул в сдавивших его пальцах землянина.

– Я не скажу вам, сколько у них времени. Вы будете отвечать быстро и ни в коем случае не пытаться врать, – пристианка откинула со лба темно-каштановую прядь волос. – Вы сотрудничаете с кохху?

– Нет.

– Говорите правду! Перед вашим появлением на нас напали солдаты кохху: я слышала сообщение начальника охраны. Потом видела жутких насекомых своими глазами! Атака кохху была отвлекающим маневром, чтобы вы пробрались в здание и захватили меня?

– Ваше Высочество, я скажу абсолютную истину, странную на первый взгляд, но прошу дослушать до конца. На самом деле кохху не было, – вкрадчиво произнес Глеб.

Ариетта тревожно повела стволом парализатора.

– Атака отряда кохху, – продолжил Быстров, – и их робота была лишь иллюзией и на самом деле отвлекающим маневром, чтобы я и Ивала Ваала – та галиянка, которая сейчас лежит в медмодуле, – могли проникнуть в дом и захватить вас, не вступая в бой с основными силами подразделения охраны. Я ясно объясняю?

– Пока не очень убедительно. Каким образом может быть сделана такая иллюзия?

– Посредством демонстратора – устройства для показа «живых» голограмм и основанных на них фильмов. Только демонстратора усовершенствованного: значительно увеличено масштабирование, голографическим изображениям добавлено свойство интерактивности. Поэтому солдаты кохху не только вели себя как живые существа, но и вполне адекватно реагировали на выстрелы охранников. При этом, заметьте, никто из ваших бойцов не пострадал.

– Допустим, это так, – Ариетта вспомнила, о странных рапортах бойцов охраны с самого начала боя и том, что Сейонс сообщил: «оружие кохху не наносит вреда ни нам, ни флерам, которые давно должны быть разбиты! Вокруг горит земля, но пламя не оставляет следов на траве! Здесь что-то не так! Вижу группу у западной окраины поляны!».

– Хотя я не понимаю, как можно так переделать демонстратор, но допустим, вы говорите правду, – продолжила дочь Фаолоры. – Остается вопрос, кто послал вас, чтобы так нагло захватить меня и увезти со Сприса?

– Графиня Олибрия, – Глеб бросил взгляд на часы, как будто они могли сообщить ему время, оставшееся до момента, когда из ангара выйдет последний глоток воздуха. – Хочу заметить, Ваше Высочество, кроме того, что атака кохху была фальшивой и не нанесла никакого урона пристианцам, мы так же использовали против ваших людей только парализаторы, чтобы свести возможный урон к минимуму. Вам это о чем-нибудь говорит? Разве так поступают вероломные захватчики?

– Кроме парализаторов, вы были вооружены масс-импульсными винтовками. За стенами моего дома кто-то вел огонь из тяжелого оружия. И если вас послала Олибрия… – наследница, отступив на шаг, на мгновенье задумалась. – Почему она сама не связалась со мной по туннельной связи, не выслала мгновенное сообщение?

– Потому, что она мертва, – Глеб опустил голову и посмотрел на дно бокала, где плавали кусочки фруктов. – Увы, графиня не успела ничего рассказать мне о способах связи с вами. Искать мирные подступы к вашей резиденции, у нас не было времени.

– Графиня Олибрия мертва?! – голос пристианки дрогнул.

Быстров посмотрел на нее и чуть заметно кивнул.

– Вы мне лжете! – Ариетта скруглила рот, глаза ее стали влажными и забегали по сторонам, словно ища опровержения в какой-нибудь незаметной детали каюты.

– За той дверкой, – Глеб указал на шкафчик-башенку из ценной дерлианской древесины, – стоит шкатулка Фаолоры – она мне досталась от Олибрии. Там ваши документы, подтверждающие рождение, снимки, имперские грамоты и разные документы. Все это как минимум стоит великого трона Присты. Пожалуйста, возьмите – они принадлежат только вам.

– Вы лжете! – Ариетта топнула ногой, раскрасневшись и глядя на Быстрова, словно на жуткую статуэтку Эми – младшего бога, приходящего за душой.

– Олибрию убили в собственном замке, меньше чем через час, после того, как она поведала мне вашу историю. Я сожалею… Мне она была очень дорогим человеком. Может быть самым дорогим во всей вселенной, – Глеб со стуком поставил бокал на выдвижной столик и настоял: – Возьмите шкатулку.

Ариетта нерешительно шагнула к шкафу и, резко повернувшись на полпути, произнесла:

– Кто ее убил? Вы должны это знать!

– Я только догадываюсь. Верных доказательств нет.

– Ну говорите же!

– Те же люди, которые охотятся за вами – люди герцога Флаосара. Вы знаете, что он целит на пристианский трон? – Глеб медленно встал, ожидая, что дочь Фаолоры снова направит на него парализатор, но оружие так и осталось опущенным в безвольной руке.

– До меня доходили кое-какие слухи, – Ариетта, осторожно, будто ожидая подвоха, открыла резную дверку.

– Ваше Высочество, позвольте мне остановить откачку воздуха, – попросил землянин. – Люди, запертые в ангаре, ни в чем не виноваты.

– Стойте, не двигайтесь! Я осмотрю шкатулку, и вместе пойдем к ангару, – взяв шкатулку, наследница направилась к столу.

Сейчас Быстров вполне мог разоружить ее одним заученным движением, но не стал этого делать, опасаясь разорвать тоненькие паутинки доверия, протянувшиеся между ними.

Поставив ящичек с изящными рельефами на стол, пристианка разглядывала и ощупывала его, в поисках замка, потом спросила:

– Как она открывается, господин Быстров?

Глеб поднял шкатулку и, глядя на изображение Олибрии, прошептал:

– Я тебя люблю.

Под пористой поверхностью что-то щелкнуло, крышечка плавно поднялась.

– Оригинальный способ, – признала наследница, тень улыбки появилась на краешках ее губ. – У вас с графиней были очень доверительные отношения?

– Мы были достаточно близкие люди. Я любил Олибрию, если вас интересует именно это, – Быстров вручил шкатулку пристианке и отступил к обзорному экрану.

Ариетта перебирала документы минут пять: внимательно разглядывала имперские печати, беззвучно шевеля губами, читала записи Фаолоры.

– Прошу вас, идемте, скорее откроем ангар! – теряя терпение, произнес капитан. – Шкатулка теперь ваша, и вы сможете изучить эти бумаги, когда захочется.

– У нас есть еще время. Ответьте мне, господин Быстров… – пристианка поправила разорванное платье, съезжавшее с плеча, – если вы любили Олибрию, как вы… как вы могли допустить ее гибель?

Вопрос был столь неожиданный, что Глеб замер, не в силах выдохнуть. Рассказывать о том, как все произошло на самом деле: том, как он расстался с графиней у двери злополучной комнаты, том, как ожидал на террасе, услышав странный Олибрии призыв, поспешил к ней и застал ее с кинжалом в спине – рассказывать об этом сейчас было глупо и опасно. Не в силах объяснить принцессе, как могла погибнуть Олибрия, если в замке трижды защищенном от посторонних находился лишь настоящий экипаж «Тезея», Быстров мог вызвать лишь еще более серьезные подозрения Ариетты. И он сказал:

– Простите, Ваше Высочество, а вы любили свою мать?

На минуту в каюте повисла тишина.

– Так вот, – продолжил Глеб, – ее тоже больше нет.

– Не знаю, любила ли я ее. Сейчас в ангаре погибают ваши друзья. Вы сильно нервничаете, правда? Господин Быстров, я уже успела прочувствовать, что такое терять друзей. Идите к ангару! – она указала стволом парализатора на дверь. – Идите медленно и не останавливайтесь!

– Вы все еще не верите мне, – выйдя в коридор, Глеб грустно усмехнулся.

– Нет. Вы вполне можете служить Флаосару или Саолири. Мне известно: эти герцоги хитры и очень коварны. В моем положении лучше не верить никому.

– Что ж, разумно, – согласился Быстров, еще раз удивляясь, что в милой головке принцессы поселился отнюдь не беззаботный ум.

Когда впереди показалась широкая дверь с мигающим блоком управления, Глеб ускорил шаг. Ариетта не стала задерживать его, лишь предупредила:

– Дверь не открывать! Только переключить насосы на закачку.

Капитан нажал две кнопки и отрегулировал сенсорами подачу воздуха. Цвет индикатора изменился с красного на голубой.

– Аркадьевич, как вы там? Живы, здоровы? – спросил Быстров в переговорное устройство.

– Глеб Васильевич! Что происходит?! – раздался из решетки возбужденный голос Агафона. – Чуть не сдохли мы здесь! Я уже дверь пытался сверлить!

– Да ничего не происходит. Принцесса Ариетта захватила корабль, теперь мы – ее пленники, – сухо объяснил капитан. – В общем, если жрать захотите или в туалет – все вопросы к ней. Я ничего не напутал? – Быстров вопросительно взглянул на пристианку.

– Для передачи воды и еды дверь можно приоткрыть на ширину ладони, – не опуская оружия, любезно отозвалась дочь Фаолоры.

– Вот видите, у принцессы доброе сердце, – констатировал Глеб. – Взаимопонимание налаживается. Глядишь, через несколько дней и в туалет по одному выпускать будут. Вы пока работайте над цинтридом, работайте.

– Ваше Высочество! – раздался из решетки переговорника голос Орэлина. – Нижайше прошу извинить за недостойное обращение с вами. Но я… Клянусь перед Вратами Эдвана! – было слышно как он шумно выдохнул. – Все наши действия были направлены на ваше спасение!

– Теперь идем в рубку, – наследница повела стволом парализатора, указывая землянину путь, сама отступила к арсенальному отсеку.

– Госпожа Ариетта, может, вы меня посвятите в ваши дальнейшие планы? Вы так и будете держать меня под прицелом весь долгий путь к системе Шеоир? – полюбопытствовал Глеб, уже не беспокоясь за товарищей.

– Я поступлю проще: когда я выясню все важные вопросы, то разряжу вам в затылок парализатор. Ведь, правда, это гуманное оружие? Потом запру в медмодуле вместе с вашей белокурой подругой.

– И что дальше? – Быстров повернулся в пол-оборота.

– Свяжусь с командованием пристианского флота и сообщу им точку выхода этого судна.

– Ну вот, а несколько минут назад вы меня приятно удивляли своим благоразумием. После получения вашего сигнала герцог Флаосар радостно потрет руки. Скорость у «Тезея» сейчас маленькая, и вас перехватят где-нибудь на подлете к «Сосрт-Эрэль». Не обольщайтесь документами в той шкатулке: Саолири или тот же Флаосар сумеют повернуть дело так, будто вы – самозванка. Ведь почти никто не знает, что у императрицы есть дочь. И если действовать так глупо, то и никогда не узнает. Ариетта, поверьте, я вам не враг. Ведь если это было не так, я уже три раза бы разоружил вас и продолжил осуществление коварных планов.

– Вы самоуверенны, господин Быстров. Даже когда в вашей каюте я поворачивалась к вам спиной или разбирала шкатулку, бдительность не покидала меня ни на секунду.

Глеб, пригнувшись, повернулся и тут же перехватил руку пристианки. Парализатор ударился об дверь каюты, его рукоять оказалась в крепкой хватке землянина.


предыдущая глава | Сверкающий ангел | cледующая глава