home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Воскресенье, 24 мая

День выдался жаркий, но они этого не заметили, так как провели в парке всей семьей. Даже обедали в местном кафе на воздухе.

Вечером вернулись домой. Жена отправила детей по очереди в ванную мыться перед сном. Виталий принялся гладить рубашку и брюки на утро.

– Зачем ты гладишь новые брюки, прежние только неделю как после чистки.

– Они слишком светлые и уже грязные.

Альбина не поверила и направилась в кладовку, где стояла корзина для грязного белья.

– А-а-а, понятно! Где это ты в траве валялся? И с кем? – раздалось из кладовки.

– Вчера возвращался с работы пешком через лесопарк. Даже не заметил где…

– Конечно! Разве можно заметить такой пустяк в порыве страсти. Так вот почему ты вчера так рвался на работу.

– Не городи чепуху! Мне сейчас не до этого.

– До чего? Семья тебе в тягость, это было заметно весь день по твоей несчастной физиономии. Могу тебя отпустить на все четыре стороны.

– Ты сошла с ума! Причем здесь семья. Мало ли какие проблемы могут быть на работе.

– Ах, у тебя возникли проблемы с той тощей блондинкой, к которой ты бежал через весь зал, чтобы пригласить на танец. Или уже другая появилась?

– Сколько лет можно молоть эту чушь. Идиотизм!

– Да, я дура, что вышла за тебя замуж.

– Ошибку можно исправить.

– Ах, так! Убирайся из дома!

– Куда я пойду, на ночь глядя?!

– Так уж и некуда! А мне какое дело! Убирайся и все…

– Ладно, сейчас доглажу брюки…

– Убирайся немедленно. Догладишь там, где тебя примут.

Виталий оделся, проверил наличие бумажника и ключей в карманах пиджака. Паспорт он всегда носил с собой. В любой момент могла возникнуть необходимость поехать в командировку, пусть даже на соседний завод.

Альбина ушла в комнату, где спали дети. Виталий закрыл за собою дверь на площадку. Тусклый свет на лестничной клетке вызвал приступ одиночества и тоски. Четыре пролета отделяли его от двери подъезда. Он спускался медленно, в надежде, что Альбина его позовет назад. Такое было уже однажды. На этот раз она его не вернула.

На улице его охватила теплая волна нагретого за день воздуха. Куда идти? Попроситься переночевать к теще? Его бы приняли, даже без особых объяснений. Не хотелось волновать стариков. Достаточно близких друзей у него не было. Все остались в Мариуполе. Но даже если бы такие друзья и были, он никогда бы не воспользовался их услугами. Родители и сестра далеко, но и их не стоило волновать. Пожалуй, к сестре он бы пошел.

Все это действительно похоже на бред. Да, она напугана в предыдущем браке. Не признается, но в душе, вероятно, винит себя за трагическую развязку. Они с Альбиной скоро могут праздновать десятилетие знакомства и брака. Хорошая подготовка к первому юбилею!

Виталий шел по улице, не замечая возбужденной толпы, празднующей завершение воскресного вечера. Город был еще полон света: уличные фонари, витрины и окна жилых домов. Он шел к ближайшей от дома гостинице. В вестибюле людей почти не было, заезд будет в понедельник.

– Добрый вечер! Мне нужен номер.

– Добрый! Вы к нам надолго?

– Пока на ночь, а там посмотрим.

– Вы знаете, свободных мест нет.

– Так у вас светятся два-три окна.

– Ну и что? У нас все забронировано. Мы работаем в основном по брони.

– Готов заплатить за бронирование.

– Если вы действительно хотите поселиться в гостиницу, то езжайте в Пятихатки. Администратор тамошней гостиницы звонила мне днем с просьбой направлять тех, кого мы не сможем разместить.

– Так сделайте одолжение, позвоните ей и спросите, остается ли в силе ее просьба.

– Еще чего! Вот телефон, под стеклом найдете бумажку с номерами гостиниц.

Виталий позвонил. Свободные места были.

– Вам рассказать, как туда доехать. А лучше на такси.

– Так таксист сдерет непомерные деньги.

– Попрошу, чтобы по счетчику. Вон там сидит таксист. Миша, нашла для тебя пассажира, – администратор подозвала водителя и попросила. – У нас нет мест, прошу, отвези в Пятихатки, как положено.

– Хорошо, будет по счетчику, но с оплатой за оба конца.

– Согласен!

– Тогда несите багаж.

– Нет у меня багажа.

Водитель насторожился

– Да не волнуйтесь, могу паспорт показать вам и администратору.

– Чего мне волноваться, – произнес таксист с напускной бодростью.

Десять минут езды и Виталий уже перед стойкой другого администратора в пустом вестибюле гостиницы физико-технического института.

– Здравствуйте! Это я вам звонил недавно из гостиницы «Харьков».

– Заполняйте анкету.

Виталий заполнил регистрационную карту и подал администратору вместе с паспортом.

– Не поняла! Откуда вы приехали?

– Из Харькова.

– Мы местных не принимаем, разве вы не знаете!

– Для меня это новость. Почему?

– Есть указание!

– А если у меня дом сгорел или наводнение.

– Тогда будет разрешение горсовета. Что у вас случилось?

– Жена выгнала!

– Смеетесь?!

– Мне не до смеха. Могу дать номер телефона, позвоните жене. Она подтвердит, как час назад сказала, чтобы я убирался из дому. К теще я не хочу и на вокзал тоже.

– Вижу вы трезвый. А где вы работаете?

– На «ящике». Пропуска мы не носим, но командировочное удостоверение могу показать. На прошлой неделе был в местной командировке, еще не сдал отчет.

– Хорошо, я вам верю. Сколько суток оформлять?

– Пока на сутки, а там посмотрим. Наши с женой ссоры больше трех дней не длятся. Так было до сих пор, на этот раз не знаю…

– Желаю вам поскорее помириться!

– Спасибо! У вас есть буфет?

– На втором этаже, работает до двадцати трех часов.

Виталий выпил бутылку кефира с булкой, принял душ и залез в постель.

Сон не шел. Хорошо, подумал он, что были деньги. В первые месяцы их брака он отдавал всю зарплату жене, как это делал его отец, да и тесть тоже. Для Альбины это был принцип. Она иногда говорила полушутя: «Если у мужчины в карманах пусто, то он женщинам не нужен и друзьям тоже». Таким способом она оберегала мужа. Он не курил, не пил пиво, но любил потолкаться возле прилавков букинистических магазинов. Собирал мемуары и популярные работы известных ученых: отечественных и заграничных. Вскоре необходимость просить у Альбины деньги на каждую книгу или другую мелочь стала тяготить Виталия.

Он нашел решение. Основную зарплату и квартальную премию отдавал полностью. А все внеплановые премии оставлял в виде карманных денег. Такие премии платили не регулярно, но в среднем рублей тридцать-сорок в месяц получалось: за квартальный отчет, внедрение новой техники, срочные сверхплановые работы, победу в социалистическом соревновании, обучение, руководство практикой и дипломными работами студентов.

Сегодня у него в кармане было более сорока рублей. За эти деньги он мог прожить в гостинице две недели, а там видно будет.


* * * | ИВЦ: жаркое лето 81-го | Поток воспоминаний (3):