home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 5

Резкий сигнал видеодомофона прервал поздний завтрак Максима и Антона. Была суббота. Оба не работали и все дни у них могли быть на одно лицо, но по привычке в субботу они проснулись позже обычного.

Максим поднялся со стула:

– Посмотрю, кто к нам пожаловал в такую рань.

Через минуту он возвратился на кухню:

– Узнаешь гостя?!

За спиной Максима стоял Кореш, закадычный друг Антона из детских времен. Вообще-то его звали Борис Бабкин. Но его обычай всех подряд называть «кореш», в смысле приятель, дал ему общепризнанную кличку, заменившую имя. Сейчас его веснушчатая круглая физиономия расплывалась в улыбке. Коротко стриженные рыжие волосы обнаруживали ранние залысины. Он и телом отяжелел и раздался. Антон вышел навстречу. Они дружески обнялись.

– Привет, затворник! Вчера только узнал, что уже две недели как ты приехал. Хорошая конспирация!

– Привет! Ты же знаешь, что мне нужно было малость восстановиться!

– Как же, как же! Видели по телеку. Это у вас скрин, а с нашей пенсии не разгонишься… Признаюсь, приятно было видеть, как весь мир переживает за парня, с которым когда-то гонял футбол и ловил плотву…

Кореш был на пенсии по инвалидности. Лишился ноги из-за производственной травмы. При обследовании в крови нашли алкоголь. Он уверял, что выпил за обедом только кружку пива, но его признали виновным и назначили пенсию, которой едва хватало на жизнь. Из-за этого не женился, да и кому нужен безногий?! Работу найти не мог, да и не очень старался. Все это Борис рассказал Антону и Максиму, сидя в гостиной, куда они перешли из тесной кухни, чтобы выпить кофе.

Многое Максим успел рассказать о Кореше раньше, но Антон не перебивал. Когда-то их пути разошлись, потому что Кореша отчислили из спецшколы и он не стал триайз. У него была хорошая память и считал в уме он превосходно, но логические задачи решал плохо и вообще был тугодум. Из-за этого на втором году обучения завалил все тесты, хотя материал вполне усвоил. Как он плакал при расставании! Потом они виделись только во время каникул, пока Антон не уехал учиться за границу.

Младший брат Кореша стал триайз и работал тоже на Кольцо. Антон знал, что Кореш жил один и отвел ему определенную роль в своих планах. Антон сам бы нашел своего приятеля, только ждал условное сообщение от Янагиды в виде объявления в оговоренном разделе Всемирной Доски Объявлений.

Янагида молчал, хотя по самым осторожным расчетам уже несколько дней должен быть на своем рабочем месте и просмотреть запись супермониторинга. Нужно его разыскать. Для этого Антон решил использовать Кореша и его брата. Выходить напрямую на Янагиду он опасался. Кто знает, возможно, Янагида или сам Антон под наблюдением.

Теперь, когда Кореш пожаловал сам, можно начинать действовать безотлагательно.

– Какие у тебя планы на сегодня?

– Развлекать тебя!

– Это мне подходит. А программа уже известна?

– Конечно!

– Можно познакомиться или это секрет?

– Можно, только заранее прошу ее принять без изменений. Она кое с кем согласована и мне бы не хотелось выглядеть трепачом… Идет?

– Идет! У меня тоже есть на тебя виды, поэтому сегодня я в твоем распоряжении…

– Отлично! Тогда начнем прямо сейчас.

– Чем все-таки мы будем заниматься, надеюсь, ничего секретного в твоих планах нет?

– Изволь выслушать, если хочешь знать все заранее… Сначала я познакомлю тебя с моими приятелями. Сыграем на пиво, потом мы будем обедать и пить пиво в одной довольно приличной забегаловке в райцентре, оттуда переберемся на дискотеку. Там я познакомлю тебя с местными красавицами. Они с нетерпением ждут … Ты уж прости мое мелкое тщеславие, я всем раззвонил, что ты друг детства и все такое…

– Все правильно. Не тушуйся… Я тебе даже благодарен. На вашем тусклом небосклоне ты сделал из меня звезду…

– Насчет нашей тусклой и серой жизни, ты это правильно заметил.

– Обиделся?! Моего юмора не понял?!

– На судьбу не обижаются. Это она обижает! В таких случаях говорят: обижен судьбой…

– Да брось, ты! Жизнь всегда прекрасна!

– Даже когда падаешь с такой высоты, как ты?

– О какой высоте, ты говоришь? Человек всегда должен оставаться на высоте… На высоте духа… Только говорить об этом легче, чем соответствовать…

– Не знаю, не знаю. Все, что с тобой произошло, для тебя возможно катастрофа, а для меня как подарок судьбы. Только, боюсь, надолго ты не задержишься…

– Я тоже рад нашей встрече. Какое-то время поживу здесь… Собираюсь даже искать работу. Меня не устраивает праздная жизнь персонального пенсионера. И у меня остались незавершенными кое-какие важные дела. Наше общение будет подчинено их завершению. Кстати, ты сможешь мне здорово в этом помочь…

– Чем смогу, помогу… Так ты одевайся, не будем терять время. Ребята ждут!


Выдался теплый сентябрьский день. Солнце золотило тронутую ночными заморозками листву. Шурша уже начавшими опадать листьями, Борис с Антоном направлялись к одинокому деревянному павильону в глубине парка. Походка Бориса почти не обнаруживала его инвалидность – протез был хорошо сделан.

Из павильона слышался давно забытый стук костяшек домино. У Антона упало настроение.

– Вы играете в домино?! – удивленно спросил он.

– А что?! Какая разница во что играть?!

– Я думал в шахматы, или, на худой конец, в бридж…

– Домино – прекрасная коллективная игра. Достаточно примитивная, что делает ее широко доступной и весьма соответствующей нашему национальному духу… Для игры на пиво лучше не придумаешь.

– Мне не сформулировать лучше!

– Мы тоже не лыком шиты. Много читаем, смотрим умные передачи по телевизору. За домино только и отдыхаем мозгами и телом.

– Домино у меня в печенках. В спецшколе мы целый год составляли компьютерные программы для игры в домино. На каникулах устроили состязания. Моя программа победила в довольно крупных соревнованиях. Меня благодаря этому заметили и пригласили учиться в Штаты. Однако напряжение тех дней до сих пор вызывает прилив тошноты от одного упоминания о домино.

– На свежем воздухе не стошнит! Потом, тебя никто не заставит играть. Будешь болеть за меня. Мне так редко выдается выигрывать. Не очень весело поить пивом лоботрясов за счет моей пенсии…

– Не играй на пиво!

– На так – не интересно! Что за игра без азарта?!

Они вошли в павильон. Вокруг длинного стола с пластиковой столешницей седело с десяток мужчин разного возраста, некоторые весьма преклонного. Кореш представил Антона обществу. Все загудели и наперебой потянули руки для рукопожатия. Антон никого не оставил без внимания, но всех имен сразу не запомнил.

Тут же образовалась новая четверка. После согласования условий и жеребьевки началась игра. Корешу достался в партнеры крепенький старичок с белоснежной щетиной на лице и темными хитрыми глазками. Антон сел рядом с Корешом и стал невольно следить за игрой. Противниками были два плечистых коротко стриженных парня лет тридцати в одинаковых темно-серых куртках из плащевки и черных брюках из чертовой кожи. В отличие от Кореша, они играли тактически грамотно, Несмотря на то что партнер достался Корешу превосходный, в счете повели плечистые.

Через некоторое время Антон не выдержал и стал подсказывать Корешу ходы. Его подсказки оказались весьма удачными. Игра выровнялась, что вызвало недовольство противника. Наконец, один из плечистых, Николай, по кличке Кол, сорвался:

– В нашей игре два в Европу, а третий в ж…!

– Я его консультант. Насколько я слышал, когда обсуждались условия, иметь советчика не запрещалось.

– Ты подсматриваешь!

– Каким это способом? – спросил Антон, которого от Николая отделял стол.

– Своим третьим глазом, хоть тебе его выбили!

– Не говори глупостей!

– Ребята! Бросайте ссориться! – вмешался Кореш. – Пусть тогда Антон играет за меня. Вы не возражаете?

Кореш был согласен уступить место, чтобы прекратить ссору, которая могла плохо кончиться. Он знал Кола. С другой стороны, не хотелось упускать выигрыш.

При молчаливом согласии играющих костяшки взял Антон. Его партнер повеселел, и они спокойно довели счет партий до трех к одному. Оставалась последняя партия из пяти. Перспектива проиграть три бутылки пива совсем не устраивала Кола. Он опять начал свои нападки:

– Ты все-таки подсматриваешь!

– Это твои фантазии.

– А я говорю, подсматриваешь, проклятый циклоп!

– А я говорю, у меня нет третьего глаза. Это медицинский факт. Так же как у тебя нет мозгов. Это тоже факт.

– Факт, что я тебе сейчас вышибу твои мозги! – Кол вскочил и обрушил кулак, метя в голову Антона.

Но он не застал Антона врасплох. Антон молниеносно ушел от удара и пальцами правой ладони как копьем поразил в горло нападавшего. Кол захрапел и повалился мешком на стол. Все вскочили и рассыпались по сторонам.

Антон изготовился отразить атаку напарника Кола. Но нападения не последовало. Тот принялся оказывать помощь пострадавшему. Другие продолжили игру, словно ничего не произошло.

Антон покинул павильон. Его догнал Кореш:

– Скверная история! Наконец-то Кол нарвался. Он тебя принял за хилого интеллигента… Даже я не ожидал! И где ты так насобачился драться?

– Это каратэ, как ты должен был заметить. Меня месяц учил японец по специальной методике.

– Всего месяц?!

– Для этого нужно, чтобы тренер и ученик были циклопами. Тогда получается быстро и эффективно.

– Да-а! Вы действительно другие люди…

– Я уже обыкновенный…

– А я так не думаю! Только вот Кол так просто не отстанет. Он очень мстительный. Отсидел за разбойное нападение семь лет. Правда, утверждает, что была честная драка по пьянке, после которой они случайно поменялись шапками. У второго была дорогая соболья, и он поспешил настучать в милицию. Там сказал, что драка была затеяна Колом с целью грабежа. После отсидки Кол тут корчит из себя авторитета… Нам нужно на стоянку такси!

– Мы туда и идем… А чем Кол занимается здесь?

– В охране. Это целая история! Ты ведь знаешь, я не могу найти работу. Потому время от времени почитываю бюллетень нашего районного центра занятости, проще говоря, биржи труда. Вдруг читаю, что требуются охранники. Условия прекрасные и совсем рядом, здесь на ракетной базе. Какие-то иностранцы купили ее под склады. Работа как раз по мне. Я уже разучился что-либо делать. А тут предлагается сидеть на проходной и проверять пропуска и накладные… Но не тут-то было. Собралась большая толпа желающих. На собеседование приехал парень, который едва говорит по-русски. Взяли только четырех, в том числе Кола. Что характерно, все они сидели. Со мной даже не беседовали, отбраковали сразу как инвалида. Да… Парень, который играл сегодня напарником Кола, тоже сидел. Взяли позже по его рекомендации… Не пойму, зачем им в охрану уголовники?

– А зачем добряки инвалиды?

– Согласен что это другая крайность. Но все же, зачем уголовники?

– Ты же сам сказал, что Кол жестокий, безжалостный, мстительный… Остальное их не волнует. Уверен, за ними установлена такая слежка с помощью телеаппаратуры, что вреда от них не опасаются…

– Зачем тогда охрана, если есть аппаратура?!

– Аппаратура только наблюдает и регистрирует. Законодательством запрещены автоматические исполнительные охранные устройства, применяемые против людей. А эти живые бездушные роботы за деньги способны на все…

– Это точно! Кол получает по нашим меркам большую плату, а устроил скандал, когда проиграл две бутылки пива… Все равно я их у него выдеру… Из принципа! Он много выпил за мой счет раньше.

– Ты мне дашь почитать бюллетень биржи труда?

– Зачем? У тебя ведь есть скрин!

– Действительно! Слишком быстро отвыкаю от цивилизации.

– А я никак не могу привыкнуть!

– Боря, у меня будет к тебе просьба!

– Давай, выкладывай, а то целый день с утра только намеки.

– Мне очень нужно через тебя и твоего брата наладить скрытную связь с одним человеком.

– Какие могут быть вопросы?! Впрочем, один вопрос есть. Меня не посадят? В тюрьму не хочу…

– Не посадят, если не захочешь знать, зачем мне нужна связь.

– Детские сказки!

– Нет, юридически все безупречно. Мне нужно скрывать что-то от Максима, например, связь с женщиной. Я обратился к тебе, даже свой скрин принес. Ты не мог отказать другу. Ведь ты не откажешь другу?!

– Нет, конечно! А мой брат?

– Попросишь его задать в своем скрине автоматическую переадресацию сообщений, содержащих ключевые слова: «Привет Лу от Кореша» или «Привет Корешу от Лу». Приветы от Лу будешь получать ты, а я буду приходить в гости к тебе их читать и посылать ответы. Сообщения закодированы моим личным кодом, так что ты ничего не подозреваешь…

– Только приходи с пивом!

– Договорились!

– Насчет пива, я пошутил!

– Шутка мне понравилась, очень хороша для конспирации…

– Тогда продолжим нашу программу. Кажется, я приглашал тебя на обед.

– А не закончится ли приглашение твоей финансовой катастрофой?

– Я плакался тоже для конспирации. Счета из ресторанов и других подобных заведений оплачивает мой братишка. Боится, что могу помереть с голоду. А скрин, его подарок, загнал по случаю. Ему сказал, что в ремонте. Твой аппарат поможет продолжить вынужденный обман, а там что-нибудь еще придумаю… Мне конечно стыдно, но не настолько, чтобы отказаться от его помощи. Он много зарабатывает. Так я его больше люблю и почти не завидую…


Ресторан «Белый лебедь» разместился на сваях почти в центре небольшого пруда с буро-зеленой водой, застывшей тусклым зеркалом. В зеркале отражался парк, под которым вниз головой висели серой массой старые многоэтажки районного центра. Приспущенные шторы мешали рассмотреть пейзаж в натуре, а не по отражению. Однако можно было не сомневаться, что он был такой же безрадостный, как надвигающаяся осень. Зачатый ярким солнцем день завершался моросящим дождем.

На душе у Антона было также муторно, как погода за окном. Последнее время, как и сейчас на него накатывались приливы тоски и беспокойства. Что-то важное уходит из его жизни безвозвратно, а он сидит в грязноватом по привычным ему меркам кабаке посередине мутной лужи. Напротив развалясь в кресле потягивал пиво Борис. Его разморило от сытного обеда и трех кружек пива.

– Давай зайдем в отдел электроники супермаркета, – предложил Антон. – У нас еще есть время, тем более, что твое пиво до танцев нужно утилизировать.

– Зачем нам сейчас электроника?

– Купим на твое имя телескрин. Забыл?!

– Так срочно?

– У тебя есть серьезные возражения?

– Никаких! Если бы я не обещал, то можно было бы после такого обеда танцы послать к черту…

– Скажешь, что поступил опрометчиво, не условившись со мной заранее. Никуда от нас эти девушки не денутся… Или я не прав?

– Думаю, что прав!

– Ныне суббота, и с учетом разницы во времени, лучше всего связаться с моим другом сегодня вечером…

– Идет! Купим рыбки и по паре пива, чтобы не скучать…

– Пива для меня на сегодня достаточно!

– Дело добровольное… Хотя не зарекайся, день большой, а вечер длинный… И все-таки что ты затеваешь?

– Я уже говорил, тебе лучше не знать!

– Очень любопытно… Возможно, это дело даст хоть какой-то смысл моему существованию.

– Мелкая мышиная возня, то чем я занимаюсь… Женись, заведите ребенка, тогда твоя жизнь сразу наполнится смыслом. И работу найдешь…

– Что-то ты сам не следуешь своим советам.

– К сожалению, я смог бы жениться только на одной… А она к этому не готова.

– В пять лет ребенка заберут в спецшколу. А если потом отсеют, как меня?! Еще одна трагедия…

– Глупости! Какая же это трагедия?!

– Кажется, ты хочешь, чтобы я поверил тому, что тебе не удалось внушить самому себе. Чтобы наполнить жизнь смыслом, нужна цель более возвышенная, а не рутина биологического продолжения рода.

– Ты я, вижу, стал философом.

– Поневоле им станешь, если столько свободного времени…

– Только с логикой у тебя как всегда проблемы. Какой смысл твоей великой цели, если ее некому передать? Мы живы, пока наши образы и мысли в памяти детей и внуков… По настоящему мы умираем, когда нас забывают…

– В этом смысле Герострат добился своей цели.

– Все же его забудут, а Пифагора нет…

– Мы с тобой не Пифагоры.

– Меня это не удручает…

Они вышли из ресторана и шли по направлению к торговому центру.

– В ресторане ты выглядел отнюдь не оптимистом.

– Приливы и отливы – нормальная механика души.

– И все же выкладывай, что у тебя за душой?

– Хорошо! Я тебя предупреждал неоднократно…

– Дать тебе расписку, что ты предупреждал?

– Ладно, слушай! Вся загвоздка в том, что я до сих пор не знаю причину того, что со мной произошло. Один мой бывший сотрудник взялся мне помочь…

– Это все? Из-за этого такая завеса секретности?!

– Ты не понимаешь всей серьезности последствий. Ему и мне грозит судебное преследование, крупный штраф и, возможно, заключение на пару лет.

– Всего-то! Два года международной тюрьмы – просто санаторий…

– И печать судимости до конца жизни. С Кольцом можно расстаться навсегда…

– Ты и так расстался!

– У меня еще могут быть варианты, но в данном случае больше пострадает мой помощник.

– А я так вообще ничего не теряю, только приобретаю. Международный суд, мировая известность! И ты хотел лишить меня такого приключения?! Друг называется!

– Теперь ты его получил…


Янагида ответил не сразу. Он еще спал. Пока спросонок разобрался, что к чему, потом попросил связаться с ним через десять минут. Он должен привести себя в норму перед длинным разговором. Просьба естественная, но она сначала насторожила Антона. Во время вынужденной паузы Антон отбросил свои сомнения. Яну для записи беседы достаточно движения руки и не нужно никаких пауз.

Антон сидел за письменным столом в единственной комнате квартиры Кореша, уставившись в телескрин. Во время вынужденного ожидания он переключился на технические новости Кольца.

В восточном секторе пущен еще один автоматический завод модулей Супермозга. Совет Кольца отклонил предложение переоборудовать все блоки связи триайз дополнительными датчиками контроля мощности сигнала, сославшись на бюджетный дефицит. Спортивное общество спейсфлаеров закончило постройку собственного лифта на Кольцо, что позволит вдвое удешевить стоимость прыжка и увеличить число приверженцев этого вида спорта…

Борис на кухне вручную чистил картофель на ужин. Он купил копченого лосося и готовился после переговоров Антона подать его к пиву с вареным картофелем.

Телескрин переключился на канал Янагиды автоматически, когда тот возобновил связь. Ян был в халате. Волосы блестели влагой.

«Даже душ успел принять» – отметил мысленно Антон. Он ждал, что Ян заговорит первым. Наконец, тот понял, что его ждут и начал разговор.

– Ты, вероятно, ждешь от меня впечатлений от просмотра записи видеомониторинга?

– Не только. Что нового? Почему ты молчал.

– За мной слежка. Марк Тейлор с меня глаз не спускает. Приставили ко мне под предлогом стажировки. Думаю, все мои контакты фиксируются. Для Питера нет ничего невозможного. Прямой выход на тебя навел бы их на мысль, что ты продолжаешь копать.

– А условное объявление?

– Я пока не решися. А как ты на меня вышел?

– Можешь не волноваться. Я постарался предусмотреть для защиты нашей связи все что возможно. Сигнал проходит криптографическую обработку по моей личной методике и моим личным кодом. Они могут увидеть все только сидя за твоей спиной. Оглянись! Нет ли за тобой Роберта или Питера?

– Ха! У меня состоялся любопытный разговор с Робертом, но об этом в конце. Сначала факты.

– Да! Что все-таки показала запись супермониторинга?

– Что я не ошибся и все сделал правильно. Известно имя файла, время начала и окончания записи, но сам файл кто-то уничтожил. Сам знаешь, что для этого нужны полномочия большие, чем у нас с тобой. Я тебе так благодарен. Ты снял камень с моей души…

– Оставим наши душевные проблемы на потом. Давай факты.

– Для меня это самый важный факт. Как ты не понимаешь?! Для тебя, возможно, будет интересно, что я обнаружил еще один случай расхождения в таблице ресурсов.

– Это уже четвертый! Что же ты сразу не сказал?

– Что тут говорить?! Он также как и другие при вторичном обращении к базе данных не подтвердился.

– То есть спустя несколько секунд таблицы были исправлены и расхождение исчезло. Ты успел запомнить номер блока?

– Конечно! Но только что нам это даст? Когда я попытался заговорить с Робертом о возможности инспекционной проверки, он замахал руками со словами, что после случая с тобой, о подъеме на Кольцо мы должны забыть, что Питер проверку может организовать через подразделение охраны. Охранники работают по недельному графику и смогут доставить на Землю подозрительный модуль…

– Ты сказал ему о четвертом случае?

– Ты меня принимаешь за идиота. Только кто же теперь попадет в галерею?

– Нужно подумать! У тебя нет в охране знакомого человека, которому можно безусловно довериться?

– Попробую прощупать почву среди соотечественников.

– Попробуй! А я тоже подумаю, что можно сделать. Кое-какие смутные идеи есть, но их нужно проработать…

– Будешь готов, расскажешь. Я провел анализ всех четырех случаев …

– Слушаю.

– Все они приходятся на время минимальной загрузки соответствующего сектора Супермозга! Эти четыре случая относятся к трем секторам, поэтому случайное совпадение маловероятно В это время запускаются сервисные утилиты для служебных работ: снижения фрагментации, перезаписи, очистки временно используемых ресурсов вычислительной среды и другие…

– Тебе удалось получить информацию, какие программы-утилиты работали в момент обнаружения расхождения?

– Нет!

– Почему?

– Мои полномочия и права доступа к служебной информации урезаны до неприличия. Еще немного и мне незачем будет ходить на работу. Сотни раз в день я стал натыкаться на сообщение: «Доступ запрещен! Обратитесь к руководителю». Получается, что за каждой цифрой статистики или записью файла трассировки, я должен обращаться к Роберту…

– Я как раз хотел тебя попросить взять статистику выпуска модулей Cупермозга на выходе из заводов за последние месяцы, желательно в разрезе секторов. Можно было бы сравнить с нашей статистикой используемых ресурсов.

– Ты думаешь такая интегральная проверка даст расхождение?

– Даст с большой вероятностью, если расхождение результат программной ошибки, а не чьих-то манипуляций. Этот кто-то должен быть далеко не дурак. Он не допустит такой оплошности…

– Но расхождения мы обнаружили!

– Вероятно, ограничения технической реализации заставили его пойти на разрыв процесса на короткое время. Например, он вынужден проводить синхронизацию различных таблиц разными программами из-за ограничения доступа. В этом случае один процесс должен провести изменения и предать сигнал другому процессу. Наши полномочия позволяют нам получать информацию до завершения таких многофазных процессов. Возможно, он об этом не знает, так как стандартные средства доступа не позволяют видеть в базе данных результат процесса до его завершения. Мы ведь обходим при считывании информации ключи защиты вычислительной среды, занятой другими процессами, и видим изменения баз данных, произведенные незавершенными процессами, чтобы в случае необходимости запретить изменения. Поэтому мы и обнаружили такие случаи…

– Но мы не смогли их запретить, даже зарегистрировать. Что это за процессы?

– Потому что это системные процессы с более высокими полномочиями.

– Хорошо. Попробую получить данные статистики. Они должны быть общедоступными.

– У меня пока все. Ты еще обещал рассказать о разговоре с Робертом.

– Да. Вчера он вдруг сообщил, не знаю уж с какой целью, любопытные сведения о Питере. Оказывается, Питер до перехода в Проект Кольцо несколько лет работал в Федеральном Бюро Расследования США в службе контрразведки.

– Ну и ну! Твоя гипотеза о заговоре в интересах США может оправдаться…

– У него ведь остались там связи!

– Оттуда так просто не уходят. Он вполне мог остаться агентом ФБР.

– А присяга Кольцу?

– Чем он рискует, нарушая ее?

– Да ничем, имея такого покровителя… Все же, зачем мне об этом сказал Роберт?

– Запугать… или, наоборот, успокоить: «Не волнуйтесь ребята, все под контролем!».

– Мы будем сегодня ужинать? – вмешался Кореш, несколько минут он стоял за спиной Антона в ожидании паузы в разговоре.

– Уже прощаемся, – ответил ему Антон.

– Тогда я жду тебя на кухне, – Кореш прикрыл за собой дверь.

Несколько услышанных из разговора фраз ничего ему не объясняли. Действительно мышиная возня карьеристов!


– Ну, как рыбка? Натуральная, хоть и дороже…

Голова, скелет и кожа лосося были тщательно сработаны из искусственного материала, а начинка – обыкновенный продукт биотехнологии. Антон видел, как это делается. За иллюзии нужно платить. Он не стал разочаровывать Бориса. На вкус она была вполне сносной…


Глава 4 | Кольца Земли | Глава 6