home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


13

Я поехал в "Красный кентавр" с утра неслучайно. По опыту знаю -- в клубах легче всего разговаривать с персоналом до официального открытия, когда люди еще не заведены гонкой за чистоганом и не смотрят на тебя как солдат на вошь. Или как баран на новые ворота...

Все вышло пучком. Я позвонил Полю, и он отыскал мне адрес "Красного кентавра", занеся его по моей команде в анналы дела. Я без эксцессов преодолел пробку перед тоннелем, прорытым под Невой параллельно мосту Лейтенанта Шмидта. Место для парковки в такое время нашлось на удивление быстро.

Клуб занимал, как и многие подобные заведения в центре Питера, цокольный этаж. Так у нас называются полуподвалы. Был он невелик. Я имею в виду, конечно, его геометрические размеры, а не роль, которую он играет в деловой жизни Петербурга. Вполне возможно, что многие сделки именно здесь и начинаются. Во всяком случае, "Столичный комсомолец" утверждал как-то, что нетрадиционалов в бизнес-элите не меньше, чем в культурной.

На входе в клуб, разумеется, висела старая добрая табличка "Закрыто", но такие рогатки и препоны меня никогда не останавливали. Я стучал до тех пор, пока в двери не высунулся бритоголовый верзила в футболке с надписью "Вперед, Зенит!" и джинсах и не осведомился мрачно:

-- Чего надо? Не видите -- закрыто?

-- Вижу, -- сказал я. -- Меня интересует один ваш клиент.

-- О клиентах справок не даем! -- Верзила собрался было захлопнуть дверь, но я придержал ее ногой.

-- Простите, я, пожалуй, ошибся... Он теперь не ваш клиент, он -- клиент гробовщиков и могильщиков.

Будь Бердников жив, мне бы и в голову не пришло поехать сюда собирать о нем справки. Максимум что бы я собрал -- это пару матюгов. Да еще и в лоб могли бы добавить... Но труп -- инструмент, неплохо развязывающий языки. Тем более в нашей стране, где от тюрьмы да от сумы не зарекайся. А мертвые и в нашей стране лишены возможности мстить... К тому же, верзила немедленно должен был перейти в режим "ушки на макушке". Ибо бес меня знает, кто я таков! Ибо лох на вид -- не лох в натуре. Убойный отдел иногда тоже может корочками страховой компании прикрыться, а с ментами человеку, работающему в таком заведении, лучше не ссориться...

Верзила оставил дверь в покое, обернулся и крикнул:

-- Вера! Столы протирать пора!

Мой слух не отметил за его спиной никаких перемен, но верзила удовлетворенно хмыкнул и сказал:

-- Ладно, идем внутрь! Не на пороге же тему перетирать!

Меня завели в какую-то подсобку, где не было ничего, кроме тумбочки с пепельницей, стула да настенной вешалки с парой несвежих халатов.

Верзила достал пачку "Верблюда" и зажигалку, закурил, холодно кивнул на стул:

-- Присаживайтесь, пожалуйста!

Предложение прозвучало убийственно-вежливо. И не удивительно -- мы все еще пребывали с верзилой по разные стороны баррикады: я желал услышать то, о чем ему не хотелось говорить.

Я сел на стул. Хозяин утвердил задницу на тумбочку, которая, как ни странно, не рухнула под этой слоновьей массой. Наверное, была укреплена изнутри сварным каркасом из двутавровых балок. А может, это и вовсе был сейф, обклеенный пленкой "под дерево". Хотя сейфы обычно стоят в кабинетах у директоров...

-- Который из трех? -- спросил верзила, затянувшись и искусно выпустив под потолок пару дымовых колец.

-- Чего? -- не понял я.

-- В последние полгода ушли из жизни три наших клиента. Кто именно вас интересует?

-- Петр Бердников.

-- Последний? Из компьютерной конторы который?

-- Да, из компании "Бешанзерсофт".

Верзила снова достал пачку, протянул мне:

-- Куришь?

Я с готовностью вытянул из пачки "кэмэлину", прикурил от предложенной зажигалки. Похоже, я теперь оказался с хозяином по одну сторону баррикады. То ли потому что Бердников был мертв, а мы живы; то ли потому что Бердников был богач, а мы богатству седьмая вода на киселе...

-- И что тебя интересует?

-- Да что угодно, -- сказал я. -- Не было ли у него тут врагов?

Верзила внимательно осмотрел свою горящую сигарету, потом не менее внимательно изучил радужку моих глаз:

-- Слушай! Что ты мозги компостируешь? Он же в автомобильной катастрофе кони бросил.

Я таинственно улыбнулся:

-- Есть мнение, что это вовсе не факт.

Он подумал, потом кивнул:

-- Враги у него наверняка имелись, у таких людей не бывает сплошных друзей. -- Физиономия верзилы скривилась в ухмылке. -- Но в открытую здесь своей вражды не афишируют. Тут они все -- иван иваныч да владимир петрович. Разве что охранники иногда делаются как будто лом проглотили. Руки вроде за стакан с соком держатся, но готовы за стволом прыгнуть. Вот тогда и становится ясно, что недруги рядом оказались. У меня глаз как ватерпас. Но у компьютерщика этого так не было. Он порой вообще без охраны приезжал.

-- А с кем уезжал?

-- Тут я -- пас. Мне клиентов сдавать проку нет. Вмиг с работы вылетишь. А могут и по репе отвесить, чтоб не трепался.

Самое время было и мне переходить на "ты".

-- Но я же тебя в суд свидетелем не потащу! К тому же... -- Я сложил пальцы щепотью и потер друг об друга.

Он усмехнулся и снова выпустил под потолок пару колец:

-- Я не продаюсь.

-- Все продаются, -- легкомысленно сказал я. И тут же пожалел о своих словах.

-- Да, все. Но у тебя таких денег нет, чтобы меня купить.

Я медленно изучил его физиономию. Если бы он выпятил челюсть или отвел взгляд, или даже показал пудовый кулачище, я бы понял: уговорю. Но он спокойно смотрел мне в глаза. И я понял -- этого так просто не пробьешь. А может, и вообще отступишься. Как перед каменной стеной... Я вдруг почувствовал себя дельфином, которого залили стеарином. Будто впереди недолгий, но мучительный процесс варения в собственном соку...

-- А нельзя ли...

-- Нельзя! -- отрезал он, даже не дослушав.

Мне оставалось только пожать плечами и сдаться. Ладно, найдутся и другие подходы к любовничку Петра Сергеича Бердникова. Вот она и нарисовалась, новая задачка для нашего работодателя...

-- Хорошо, -- сказал я. -- Но зря!

-- Может, и зря, -- ответил бритоголовый. -- Но в самую точку!

Мы раздавили окурки в пепельнице, и он пошел меня провожать. Поднимаясь по ступенькам на тротуар, я едва не столкнулся с каким-то типом, который поднял руку и крикнул закрывавшему за мной дверь верзиле:

-- Секундочку! Есть разговор!

Я посторонился, пропуская его.

Возможно, тоже частный детектив. Бедолага! Он еще не догадывался, насколько неразговорчив местный персонал.

Сев в машину, я взялся за трубку и позвонил сетевому агенту:

-- Слушаю, Макс, -- отозвался Поль.

-- Есть задание. Просчитай вероятность различных мотивов преступлений, которыми сейчас занимаемся.

-- Будет сделано, -- сказал ИскИн.



предыдущая глава | Везунчик-2. Дельфин в стеарине | cледующая глава