home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

Этим вечером Макс приехал к Кейтлин на три четверти часа раньше. Когда никто не отозвался на его стук в сетчатую дверь, он вошел в дом. Телевизор показывал какой-то мультипликационный фильм, а Джордан лежал на кушетке и крепко спал. Поставив пакеты с едой на кухонный стол, Макс отправился на поиски Кейтлин. Звук льющейся воды в ванной первого этажа заставил его пойти в том направлении. Он уже положил руку на ручку двери, когда Кейтлин открыла ее изнутри.

Кейтлин увидела Макса, отступила на шаг и пропищала:

– Ты слишком рано!

– Недостаточно рано, – возразил он, проводя пальцем выше края полотенца, в которое она завернулась. – Если бы я пришел на несколько минут раньше, я бы мог застать тебя под душем.

– Где Джорди? – спросила Кейтлин, подхватывая покрепче полотенце.

– Храпит в гостиной на кушетке.

– Почему бы тебе его не разбудить? Если он проспит слишком долго, он не ляжет спать в свое обычное время.

Глаза Макса жадно скользнули по ее обнаженной коже, а когда они задержались на ее груди, то Кейтлин почувствовала, что соски ее ответно напрягаются. Макс протянул руку и безошибочно нашел один из плотных бутонов. У Кейтлин перехватило дыхание.

– Макс.

Макс сделал шаг вперед и запер за собой дверь ванной. Сверкая глазами, он тихо проговорил:

– После прошлой ночи, Кейти, я заслуживаю как минимум поцелуя в знак приветствия.

Краска смущения поднялась от ее грудей к шее и щекам.

– Кстати о прошлой ночи, – чопорно начала она.

– Да, давай поговорим о прошлой ночи, нежная Кейт. – Его голос был грубым как наждак и в то же время бархатисто-шелковым. – Эта была самая невообразимая ночь за всю мою жизнь. Как твои губы таяли под моими, как твои груди наполняли мои ладони, как твое тело разгоралось огнем вокруг меня! Только вместо того, чтобы утолить мой голод, это заставило его стать еще сильнее, и я хочу тебя еще больше, чем прежде. Ты это хотела сказать о прошлой ночи, Кейт?

Кейтлин вообще потеряла дар речи. Его слова вызвали снова яркие образы, которые она старалась притупить весь день. И с новым пониманием себя Кейтлин ощутила, как между ее ног собирается теплая влага.

Ее желание, наверное, было ясно видно, потому что Макс наклонил к ней голову и похитил один поцелуй, а потом еще один. Он пробовал и смаковал ее губы, пока она их ответно не приоткрыла. Тогда он жадно приник к ней в поцелуе, который впивал в себя ее сладость. Она выгнулась, прижимаясь к нему, и Макс опустил руки и, подхватив ее под попку, приподнял. Ее ноги обхватили его, и она пришлась прямо туда, куда надо: ее влажная нежность прижималась к его рвущейся на свободу жесткости.

Пальцы Макса скользнули под махровую ткань и нашли ее обнаженное тело, и Кейтлин со стоном шевельнулась, пытаясь, чтобы это твердое давление попало туда, где она жаждала его. Макс ответил таким же стоном и шагнул к трюмо, посадив ее на краешек столика, и стянул с нее полотенце, уронив его на пол.

Наклонив голову, он взял в рот ее сосок, разгладив его языком до напряженной чувственности, потом уделил такое же любящее внимание второму соску. Возбуждение его члена стало почти нестерпимым. По телу его пробежала дрожь, и он резко зарылся лицом между ее грудей.

– Господи, Кейти, мы должны остановиться. Иначе я буду любить тебя прямо здесь, а у меня нет с собой ничего, чтобы предохранить тебя.

Кейтлин казалось, что ее пожирает пламя, погасить которое может только Макс.

– Макс, время цикла. Наверное, можно. – Чуть слышные слова были полны томления.

Максу так отчаянно хотелось ее, что лоб его покрылся испариной, но он покачал головой.

– Нет, любимая. Я с тобой никогда не стану так рисковать.

– Но это больно, – прошептала она.

Макс улыбнулся:

– Такой боли я могу помочь.

Пальцы его начали ласкать росистые складки плоти у нее между ног. Когда она выгнулась к его ищущим пальцам, он прижался губами к ее соску.

– Ох, Макс, – выдохнула она, запутываясь пальцами в его густых волосах, – мне надо… надо…

Макс увеличил темп поглаживания и через несколько секунд был награжден, почувствовав, как все ее тело судорожно сотрясается. Он притянул ее к себе и крепко обнял. Он ощутил ее удовольствие так остро, словно оно было его собственным, и сила этого чувства потрясла его до глубины души. Кейтлин не хочет, чтобы он говорил ей о своей любви, поэтому ему просто придется показывать ей свое чувство, как только сумеет.

Не успел ни один из них сказать хоть слово, в дверь постучали и послышался жалобный оклик:

– Мам?

Кейтлин сделала глубокий вдох.

– Да, Джорди?

Она была рада, что голос ее звучит достаточно ровно.

– Мам, Макс не тут?

– Э-э… – Она помолчала, не зная, что ответить. – А почему ты спрашиваешь?

– Потому что машина его здесь, а я его нигде не могу найти.

Кейтлин быстро взглянула на Макса, который указал наверх.

– А ты наверху смотрел?

– Нет.

– Ну, может, он ищет тебя там. Почему бы тебе не пойти и не проверить?

Кейтлин и Макс прислушались к удаляющемуся топоту ног, потом Макс поцеловал ее – это был быстрый и нежный поцелуй – и вышел, тихо прикрыв за собой дверь. Минутой позже до Кейтлин донесся приветственный вопль Джордана, а потом приглушенные звуки радостной болтовни.

Она повернулась, чтобы взять одежду с трюмо и случайно увидела себя в зеркале. Она остановилась, разглядывая свое отражение: такой она еще никогда не была. Щеки ее разгорелись от недавнего наслаждения, губы алели поцелуями Макса, груди налились от его прикосновений. Но сильнее всего изменились глаза. Из них исчезли тени и они сверкали радостью жизни.

Она выглядит, как женщина, которую как следует любили. Надеясь, что Джорди не заметит перемены в ней и не станет ее расспрашивать, она быстро натянула джинсы и футболку.

Когда она вошла на кухню несколькими минутами позже, Макс вынимал картонки с едой из микроволновой печки. Он повернулся к ней, и его глаза удержали ее взгляд. Дикие фиалки? Васильки? Синий гиацинт? Ну, должно же существовать какое-то название для синевы его глаз, думала Кейтлин.

Улыбнувшись, он сказал:

– Не понимаю, в чем дело. Еда почему-то остыла, так что мне пришлось самому ее подогревать.

Неожиданно смутившись, Кейтлин опустила глаза.

– Вуаля! – объявил Макс, ставя картонки на стол. – Китайская кухня. Для тебя я взял жареные овощи с соевым творогом.

Его внимательность заставила всю ее кровь согреться ответным теплом. Не то чтобы она могла это есть, ведь там почти наверняка масса глюконата. Но это она сама виновата. Она ведь не рассказала ему о своей аллергии. Он и правда самый чудесный человек на свете. Конечно, к тому же упрямый и невыносимый, но тем не менее чудесный. Может быть, все-таки может быть, между ними что-то получится.


* * * | Только ты | * * *



Loading...