home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 11

Прошла уже неделя, как Кейтлин не виделась с Максом. Она перестала убеждать себя, что так лучше. Она все равно уже больше этому не верила.

Сначала, когда она не могла заснуть, испытывая беспокойство и неустроенность, она пыталась убедить себя, что просто перевозбудилась. Нет, она не скучает по Максу. Когда ей все же удавалось заснуть, она видела во сне Макса: он целовал ее, прикасался к ней. Сны были настолько явственными, что она могла ощущать, как его сильные руки обхватывают ее, видела золотистые отблески в его густых коричневых волосах и его синие, синие глаза. Что это за синий: цвет морской волны, лазурита, горечавки? Она могла слышать шершавые нотки его смеха, и ей хотелось ответно смеяться, ощущая себя в безопасности и тепле. Этот смех она могла бы слышать до конца своих дней.

Когда она просыпалась, тело ее ныло от одиночества, и она поворачивалась, чтобы прижаться к Максу – но его рядом не было. Всю оставшуюся часть дня она бывала в скверном настроении, на всех кидалась и нетерпеливо бормотала что-то за работой. Даже у Марты стало появляться на лице облегчение, когда наступало время закрывать теплицу.

Кейтлин всегда думала, что отношения между ней и Максом невозможны. Он так консервативен, такой аккуратист, так любит нездоровую еду. Он сведет ее с ума, и очень скоро Джордан у него будет ходить в школу в костюме-тройке и есть чизбургеры. К тому же он упрям и самонадеян: такой человек не даст ей быть сильной и независимой.

Но время шло, и оказалось, что она не может есть, и ее кислое настроение не исправлялось. Каждый новый день казался все более длинным, и одиноким, и бессмысленным. Единственное, что шло к улучшению – это ветряная оспа Джордана. Но при этом с ним не стало легче иметь дело. Он только стал более капризным и ворчал из-за того, что Макс больше не приходит – особенно после каждого из двух звонков Макса, справлявшегося о нем.

Нет, теперь, когда Макс исчез из их жизни, дела не пошли лучше, думала Кейтлин, сидя за своим письменным столом в конторе. Она смотрела в маленькое окошко, печально наблюдая, как зяблики дерутся из-за семян репейника, которые она только что им насыпала.

Но ее ум был занят не зябликами. Вместо них она видела Макса: как его волосы сбиваются, несмотря на его усилия всегда приглаживать их, как он нежно улыбается, разговаривая с Джорданом, как поблескивают его глаза, когда он ее дразнит. Она отдаст что угодно, лишь бы увидеть сейчас этот блеск.

Ее мысли были такими живыми, что она готова была поклясться, что ощутила запах Макса – терпкий аромат, который, казалось, принадлежит только ему одному. И тут она поняла, что это действительно он. Она поспешно повернулась.

Ей это кажется или он и правда похудел? Под его глазами действительно легли темные тени? Но несмотря на это, он прекрасно выглядит. Не просто прекрасно. Удивительно! Даже в совсем консервативном темном костюме и бежевом галстуке.

– Макс…

Он сдержанно кивнул.

– Кейтлин.

– Как ты поживаешь?

Блестяще, подумала она. Что за остроумный разговор.

– Хорошо. Джордан говорит, что ему лучше.

Голос его был вежливым, но холодным.

– Намного. Сегодня он уже пошел в школу, и даже собирается в поход с ночевкой с Риком и Патриком в конце недели.

– Славно, – сказал он. Потом вытащил из портфеля папку. – Вот копия контракта, который ты подписала.

Кейтлин чуть не расплакалась. Непринужденное дружелюбие исчезло. Даже улыбки не было на его сдержанно-официальном лице.

– Макс, – окликнула его Кейтлин, когда он повернулся, чтобы уйти.

Он обернулся и ждал, пока она подыскивала слова. Она не знала даже, что хотела сказать. Одно она знала точно – она не могла позволить ему прямо сейчас уйти.

– Твои племянники… э-э… они не заразились ветряной оспой от Джорди?

– Нет, похоже, они здоровы.

– Наверное, твоя сестра была не слишком рада такой возможности.

– Она не слишком расстроилась. Сказала, пусть лучше переболеют раньше, а не позже.

– А, ну, это хорошо.

– Извини меня, – сказал Макс, демонстративно поглядев на часы. – Мне надо успеть на встречу.

– О, конечно. Э-э… спасибо, что завез это. – Она встала чтобы проводить его до двери.

– Не надо меня провожать.

Макс повернулся и ушел. Под ногами его хрустел гравий. Шаги его звучат более уверенно, чем он себя чувствует, подумал он. Оказавшись в машине, он перестал задерживать дыхание и устало опустил плечи. Он надеялся, он молился… но, очевидно, он ей по-прежнему не нужен.

Пальцы его вжались на рулевом колесе, глаза саднило. О, Господи, неужели нельзя как-то заставить ее полюбить его? Но человек или любит – или нет. А она – не любит. Это разъедало его, подобно кислоте. Скоро у него внутри вообще ничего не останется, подумал он. Одна только оболочка. Уезжая, ему казалось, что он оставил там свое сердце.


* * * | Только ты | * * *



Loading...