home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


26. Ныне: век 76, лето 3, вересень

— И в чем я должен тебе помочь? — сказал Свет. — В убийстве Кудесника?.. Остромир доставил мне в последний год много неприятностей, но я — клянусь Семарглом! — не стал бы убивать его и при больших.

— Такая помощь от тебя и не требуется. Я хочу, чтобы ты помог именно мне.

— А почему ты думаешь, что я способен оказать такую помощь?

— Я не думаю! — Лейф глянул на Снежану. — Теперь я в этом просто уверен. Ведь ты сумел снять с нее мое заклятье на бессознательность. Я был уверен, что так все и произойдет. Иначе бы я не пытался подложить эту девицу тебе в постель. Оказывается, женщины, отдаваясь мужчинам, дарят нам не только себя. Они награждают нас множеством способностей. В том числе и тех, о которых мы поначалу даже не догадываемся.

Свет слушал и удивлялся. Ему, сорокадвухлетнему мужику, еще недавно все это и в голову бы не пришло. Да и сейчас бы пришло не сразу, а после долгих раздумий на вечные темы. Если бы вообще явилось… А тут — совсем молодой парень!..

— И когда ты только успел понять такие вещи?

— Когда любишь, понять это не трудно, — сказал Лейф. — Радомира мне многое дала…

— Ты любишь Радомиру?!

— Да!.. Если бы ты знал, какая это девушка!

— А она тебя?

Лейф скривился:

— Вот то-то и оно! — Он стукнул кулаком по столу. — Сейчас она меня очень любит. Потому что я сам заставил ее любить себя. Но такая любовь мне не нужна!

— И в этом ты ждешь от меня помощи?

— Нет! — Лейф помотал головой. — С Радомирой я как-нибудь и сам бы разобрался. Если бы у меня было время… Видишь ли, за месяц, прошедший с моего появления в Словении, я не стоял на месте. И Радомира мне в этом хорошо помогла… Я пришел в дом Нарышек под именем Олега Лощины. И сразу в нее влюбился. А потом обнаружил, что она каким-то образом влияет на мои способности. Благодаря этим самым способностям, я обнаружил на себе неизвестное заклятье. Затем сумел в нем разобраться. И выявил — знаешь что?

— Что?

— Обман!.. Мои учителя мне врали. Проанализировав структуру обнаруженного заклятья, я понял, что меня послали вовсе не для политического шантажа. Меня послали убить чародея Смороду!

— В самом деле? И на каком же основании ты сделал этот вывод?

— Потому что, убив тебя, я тут же умру. Такое на мне лежит заклятье!

— Ну так сними его!.. Насколько я понимаю, боги одарили тебя гигантским уровнем Таланта. Ведь ты сумел превратиться в Ярослава Мотовилу, так?

— Да, захватил его тело. Я действительно способен на подобные захваты, хоть это стоит и немалых сил. Но наложенное заклятье я снять с себя не могу. Даже легкая попытка тут же вызовет смерть. Это можно сделать лишь со стороны.

— Ну так заставь снять его того, кто поставил.

Лейф грустно улыбнулся:

— Они предусмотрели и такую возможность. Если я вернусь в Скандинавию без разрешения, заклятье опять же убьет меня… Применена типичная обратная связь. Скрыть правду от самого себя в принципе невозможно. Я ведь не могу внушить себе, будто получил от Великого Альфара разрешение вернуться!

— И ты хочешь, чтобы такое внушение сделал я?.. Боюсь, это невозможно. Если даже не затрагивать моральный аспект относительно Ночного волшебства, я не способен ничего внушить волшебнику даже своего уровня… — Свет вдруг хлопнул в ладоши. — Слушай-ка! Но ведь есть совсем простой выход! Раз, убив меня, ты умрешь, так не убивай. И живи на здоровье!

Лейф покачал головой:

— Нет, не выйдет… Все дело в том, что заклятье действует еще и по времени. Если я не выполню задание в течение определенного срока, я тоже умру. И срок этот истекает завтра… нет, уже сегодня, на рассвете.

— Вот оно что? — потрясенно прошептал Свет. Встал, открыл баул, достал Серебряный Кокошник. — Надевай! Куда бы тебя положить?

— А вон рядом с нею. — Лейф кивнул на Снежану.

Душа Света вновь воспламенилась злобой, но он сдержал себя.

— Нет уж, извини. Кабы здесь лежала Радомира, я бы еще согласился… Пошли в спальню.

Спальня была отделана не менее изыскано, правда здесь преобладали фиолетовые тона. Впрочем, Свет и ухом не повел.

— Ложись!

Лейф надел на голову Кокошник, устроился на постели, расслабился.

Свет сотворил С-заклинание. Осторожно коснулся ментальной оболочки варяжского альфара. Почувствовал, как она раскрывается ему навстречу. Словно додолин кладезь разохотившейся до любви девицы… Подивился пришедшему на ум сравнению. Собрал Силу и проник глубже.

Странная ментальность открывалась перед ним. Тут не было Темного сектора, а границы казались необъятными. Здесь жило много ненависти, но и бездонный океан любви плескался вокруг. Откуда эта необъятность?.. Как будто из взорвавшегося Темного сектора вырвался целый мир, напрочь заполонив душу Лейфа. И похоже, гигантские силы альфара пополнялись именно бурными водами этого океана.

Открытие представлялось Свету невозможным. Темного сектора напрочь лишены дюжинные люди, но им-то он и не нужен. Ведь именно в Темном секторе боги скрыли Талант!.. Как может существовать волшебник без Темного сектора? Новая непонятность в череде открывающихся передо мной непонятностей… Ладно, а где же искомое заклятье? Ага, вот оно. Незнакомая структура, незнакомые связи… И Велес меня забери, если я способен снять такое заклятье! Это же настоящий айсберг, и большая часть его скрывается в водах… Что ж, нырнем!

Он начал погружаться. Погружение длилось века, но ледяная стена все также тянулась перед ним, и не было ей конца… Пора назад, а то как бы не утонуть в этих глубинах!

Вынырнуть удалось нескоро…

Альфар тут же открыл глаза, но Свет без слов выскочил из спальни.

Вид безмятежно лежащей Снежаны привел его в себя. Как хорошо, что она здесь! Пусть недвижна, пусть безмолвна, но остаться один на один с этим…

Нет, но какая мощь! Неужели мы все бы стали такими, если раскрыть Темный сектор? Интересно, а Остромира он есть?

— Ну, что ты обнаружил? — Альфар вышел из спальни, протянул Кокошник.

Свет спрятал Кокошник в баул, прошелся по комнате. От него ждали ответа, но вовсе не того, какой он готов был дать. Однако деваться некуда!..

— Я не способен снять это заклятье.

— Не способен или не хочешь?

— Не способен!

И не захотел бы, если б мог, добавил он про себя. Потому что даже сама по себе мысль о том, что рядом со мной живет подобный волшебник, вызывает жуткий страх. Признаемся уж самому себе… Неужели Кудесники все такие. Да они бы могли править нашим миром безо всяких князей, царей и королей… И исполать богам, что варяги оказались не дураками, чего бы они там не добивались!

— Мне жаль тебя, парень! Но не с моим уровнем Таланта снимать такие заклятья.

— Ладно! — Лейф вновь скрылся в спальне. Через незакрытую дверь послушалось шуршание.

Свет включил Зрение.

Аура альфара пылала сквозь стену. В ней были и голубые цвета Перуна, и додолина розовость, и много чего еще. В том числе и страх. Не было в ней только ненависти.

И вдруг аура пропала. Ее не блокировали и не скрыли защитным барьером. Просто ее не стало.

А из дверей спальни вышел волк. Здоровенный такой лесной брат, дымчато-серый, помахивающий хвостом, с раскрытой пастью и свисающим на бок языком.

Свет обмер.

А волк неторопливо прокрался к дивану, встал на задние лапы и положил передние рядом со Снежаниной шуйцей.

— Сейчас я разорву ее, — сказал он по-варяжски. — Перегрызу горло, как вашему Клюю Колотке. Убью, как убили мою Труду. — Волк наклонился к Снежаниной шее, провел по ней языком. — А потом и тебе придет конец. В последний раз спрашиваю — поможешь мне?

Нет, волк не говорил. Голос его звучал прямо в мозгу у Света.

— Подожди, — пробормотал Свет. — Подожди… Подожди…

Остальные варяжские слова он забыл. И почему-то подумал по-словенски: «Так вот что за собака загрызла брата Клюя… Волкодлак!» — У меня нет времени ждать!

Волкодлак разинул пасть, продемонстрировал Свету зубы, и тот понял, что оная пасть в один присест перекусит Снежанину шейку, такую тоненькую, такую изящную, такую любимую…

Ступор прошел. И варяжские слова вернулись.

Свет выхватил из кармана пистолет.

— Еще одно движение, и я прострелю тебе башку!

Волкодлак посмотрел ему прямо в глаза:

— Давай-давай! Скорее уж ее заденешь… А оборотню пули не страшны!

Свет нажал спусковую скобу.

Грохнул выстрел.

— Дурак! — сказал волкодлак. — Теперь здесь точно появятся стражники… Что ж, ты не оставил мне другого выхода! — Он стянул зубами обрывки платья с девичьей груди, коснулся носом ее левой перси, такой открытой, такой беззащитной, такой любимой… — Сначала я отгрызу ей вот это… Даю тебе одну минуту!

Свет выронил пистолет.

В мозгу его плавился страх за Снежану, и капли этого расплава прожигали душу. Кап-как-кап… Что-то стучалось изнутри, громко и настойчиво, но другое что-то не давало ему выхода. А капли падали…

Волкодлак легонько прикусил Снежанину персь, скосил на Света круглые коричневые глаза.

— Ну, решай!

И тут внутри взорвалось.

Понеслись во все стороны осколки, застывая на лету, превращаясь в тоненькие ниточки.

Вот одна коснулась сердца лежащей на диване девицы, ждущего, горячего, безмятежного…

Другая пронзила стены гостевого дома, стремительно пожрала городское пространство, миновала еще одни стены… — знакомые… резиденция Остромира?.. почему?.. — коснулась еще одного девичьего сердца, горячего, ждущего, тающего от страха…

Третья умчалась далеко-далеко, в никуда… — зима… Руки Двух Богинь… прости, мама, я не смог… — коснулась сердца, познавшего материнскую любовь, горячего, простившего, ждущего…


* * * | Утонувший в кладезе | * * *