home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 10

На платформе дока грузовых буксиров было прохладно, и Клэр то и дело потирала руки, чтобы согреться. Руки были холодными, но сердце горячо билось от надежды и страха. Она украдкой взглянула на Лео, когда он, спокойный как всегда, пролетал рядом с ней через герметический люк.

– Спасибо, что вытащили меня с работы, – сказала она. – У вас не будет неприятностей, если узнает Ван Атта?

– Кто же ему скажет? Кроме того, я думаю, у Брюса уже пропала охота мучить тебя. Тут он явно перестарался. Пусть подумает спокойно. А я очень хочу встретиться с Тони и надеюсь, что мы оба с удовольствием поговорим по душам после того, как пройдет первая радость вашей встречи.

Он улыбнулся ей, как только мог спокойнее.

– Интересно, как он себя чувствует?

– Наверняка, ему намного лучше, иначе доктор Минченко не стал бы тащить его сюда.

Удар и щелканье зажимов подсказали им, что снаружи пришвартовался шатл. Клэр бессознательно протянула руки к шлюзу. Квадди из контрольной будки махнул двум другим на платформе, и они, нырнув в гибкую трубу шлюза, занялись подгонкой уплотнения. Первым открылся люк для команды, и техник шатла высунул голову, чтобы проверить, все ли в порядке. Сердце Клэр колотилось, горло пересохло и сжалось.

Наконец появился доктор Минченко, энергичный седой человек в белом медицинском комбинезоне. Почему-то он напомнил Клэр вяленый абрикос, высохший, но все еще здоровый, нисколько не гнилой внутри. У Клэр было такое ощущение, что нужно только напитать его водой, и большое тело расправится, оживет, помолодеет.

Доктор Минченко отплыл от шлюза, пересек платформу и остановился возле них, аккуратно придерживаясь за скобы у люка.

– Привет, Клэр. Ты уже здесь? О, и вы, Граф, – добавил он уже не так сердечно. – Хорошо, что я вас встретил. Должен вам сказать, что я не люблю, когда нарушают медицинские предписания, и не даю разрешения на то, что вредит здоровью. Перерывы, положенные во время рабочего дня, следует посвящать гимнастике. Это наше неукоснительное правило. Вы слышите?

– Да, доктор, благодарю вас, – быстро ответил Лео, который, насколько известно Клэр, не был в гимнастическом зале ни разу. – Где же Тони? Мы хотели бы помочь вам доставить его в лазарет.

– Тони со мной нет, он остался в госпитале внизу.

– Ему хуже? – еле выдохнула Клэр.

– Вовсе нет. Я хотел привезти его с собой. По моему мнению, в невесомости он поправится гораздо быстрее. Осложнения возникли со стороны администрации, и я постараюсь разобраться в этом немедленно.

– Это Брюс приказал держать его внизу? – спросил Лео.

– Да, он, – доктор нахмурился, глядя на Лео. – Мне не нравится, когда кто-то вмешивается в мои обязанности, даже если у него есть убедительные объяснения. Дэрил Кай никогда не позволял себе ничего подобного.

– Вы, значит, гм… не слышали о новых приказах, – сказал Лео, осторожно бросив предупреждающий взгляд на Клэр.

– Какие новые приказы? Мне ничего не сообщали. Но я все выясню! – Он повернулся к Клэр, резко сменив тон на доброжелательный. – У Тони все в порядке. Внутреннее кровотечение остановлено. Никаких признаков инфекции. Вы, квадди, крепкие. Вы даже более выносливы в условиях гравитации, чем мы, нижние, в состоянии невесомости. Хотелось бы только, чтоб ваши способности подтверждались не такими отчаянными экспериментами. Конечно, – он вздохнул, – молодежь иногда непредсказуема… Да, кстати о молодежи – как твой малыш? Лучше спит?

Глаза Клэр наполнились слезами.

– Я не знаю, – она зарыдала.

– Что такое?

– Они не разрешают мне видеть его.

– Что?!!

Лео, изучавший свои ногти в сторонке, ответил:

– Энди забрали у Клэр, обвинив ее в том, что она подвергла ребенка опасности, или что-то в этом роде. Разве Брюс вам об этом не говорил?

Лицо доктора Минченко потемнело.

– Забрали ребенка? У матери, кормящей грудью? Это безобразие!

– Они дали мне какое-то лекарство, чтобы у меня пропало молоко, – объяснила Клэр.

– Ну, это уже… Кто дал? – стараясь быть спокойным, спросил Минченко.

– Доктор Кэрри.

– Но он мне не доложил.

– Вы же были в отпуске.

– В отпуске – еще не значит без связи. Выкладывайте, Граф! Что здесь, к черту, происходит? Или этот карьерист совсем рехнулся?

– Вы действительно ничего не слыхали? Тогда лучше спросите Брюса. Мне приказано не распространяться на эту тему.

– Я спрошу.

Минченко бросил на Лео внимательный взгляд, оттолкнулся и улетел, ворча что-то под нос. Клэр и Лео пытливо смотрели друг на друга.

– Как же теперь вернуть Тони? – вскричала Клэр. – До сигнала Сильвер осталось совсем мало времени!

– Я не знаю. Но ты не отчаивайся. Вспомни об Энди. Ты нужна ему больше всех.

– Я не собираюсь сдаваться. Никогда! Но что мы можем сделать?

– Я подумаю, на какие пружины нажать, чтобы Тони привезли сюда. Скажу этому сукину сыну Брюсу, что Тони нужен мне для работы, ведь он возглавляет группу сварщиков! Может быть, мы с Минченко сумеем что-то сделать. Так или иначе, мы должны найти выход!

– Только не лгите мне, Лео, – попросила Клэр.

– Не спеши с выводами. Ты знаешь – обстоятельства могут быть против нас. Это правда. Но любой вариант наших действий будет зависеть от того, захватит ли Сильвер корабль. Когда скачковый корабль будет у нас, мы будем действовать решительно. Мы приложим все усилия, чтобы спасти Тони. Я обещаю тебе. Я верю, что это можно сделать.

Клэр сжала губы, чтобы скрыть дрожь:

– Вы не можете рисковать всеми из-за одного. Так нельзя!

– Клэр, не отчаивайся. Случиться может все, что угодно. Одно я знаю твердо: нельзя растрачивать силы на тысячи сомнений, это – самоубийственно. Важно точно определить и решить ближайшие задачи. Что мы будем делать на следующей неделе – вопрос второй, первый вопрос – сегодня. Что ты должна сделать сегодня, сейчас?

Клэр вздохнула и постаралась собраться с мыслями:

– Пойду на работу… Сделаю вид, будто ничего не случилось. Буду тайно продолжать учет всех запасов семян. Да, еще закончу разрабатывать схему освещения на то время, когда поселок будет удаляться от Солнца. А как только поселок станет нашим, начну резать и устанавливать новые гидропонные трубы, чтобы обеспечить дополнительный урожай овощей. И еще – заморожу все генетические разновидности питательных веществ, которые у нас есть, чтобы было с чего начинать в случае гибели семян.

– Ну, этого вполне достаточно! – Лео ободряюще улыбнулся. – Только следующий шаг! И не сомневайся, что можешь его сделать.

Она кивнула.

– Ты нам нужна, Клэр. Всем нам, не только Энди. Обеспечение продовольствием – это одно из главных условий нашего выживания. Тут важна каждая пара… э… каждый комплект умелых рук. Тебе нужно начать обучение молодых, нужно передавать им свои знания и умение, которому ни по каким книгам, даже самым лучшим, нельзя выучиться.

– Я не сдаюсь, не сдаюсь, – Клэр отвечала на скрытые мысли, которые владели Лео, когда он произносил свою тираду.

– Ты испугала меня тогда в шлюзе, – смущенно извинился Лео.

– Я сама себя испугалась.

– Ты имеешь полное право злиться, но нельзя допустить, чтобы ярость захватила тебя целиком – в таком состоянии невозможно принимать правильные решения.

Проговорив это, он вдруг понял, что именно бессильная ярость погнала ее в воздушный шлюз – ярость, а не отчаяние. Трудно сказать, стало ему легче или тяжелее от такого открытия.

– Лео… это меня тоже пугает.

Он насмешливо улыбнулся:

– Добро пожаловать в людское сообщество.

– Следующий шаг, – пробормотала она. – Правильно. Следующее достижение.

Она махнула Лео рукой и улетела в коридор.


Он вздохнул и повернулся к грузовой платформе. Пошаговый метод был бы, конечно, хорош, если бы изменяющиеся обстоятельства не ставили все новые – и неожиданные – задачи, как раз в тот момент, когда не на что опереться. Его взгляд задержался на бригаде квадди, которая манипуляторами вытаскивала на платформу из большого грузового люка шатла серые цилиндры размером с человека. Сперва Лео не понял, что это, но потом опознал в них емкости с горючим для грузовых буксиров. Он сам убедил Ван Атту, что запас топлива потребуется для демонтажа поселка. «А я не успел вовремя распорядиться, чтоб его сразу припрятали», – забеспокоился Лео и полетел через платформу к грузчикам.

– Что это, ребята?

– Здравствуйте, мистер Граф. Я не знаю, – отозвался квадди в канареечно-желтой футболке и шортах Управления воздушными системами, в ведении которого были шлюзы грузовых доков. – Я таких никогда раньше не видел. Но здесь есть спецификация.

Он протянул Лео плоскую коробочку – портативную панель связи с компьютером.

– Может, это баки с топливом для буксиров?

Да, цилиндры были именно таких размеров. Значит, не удастся их скрыть, обозначив другими номерами. Лео отстучал на клавишах запрос – длинную строчку чисел. На панели появились кодовые номера груза. Лео присмотрелся к цилиндрам внимательнее. Да, похоже на топливо, да и маркировка вроде бы соответствует. Но для верности он все-таки сделал панели новый запрос: «Орбитальные грузовые буксиры, тип П, топливные цилиндры, инвентарный код». Экран мигнул, и выдал номер. Да, это тот же… Нет! С 77618 РД вместо С 77681 РД, отпечатанного на цилиндрах. Он быстро набрал С 77681 РД и, получив ответ, долго не мог осознать его.

– Бензин? – недоумевал Лео. – Бензин. Эти идиоты действительно привезли на космическую станцию сотню тонн бензина.

– Что это? – спросил квадди.

– Бензин – продукт переработки нефти. Углеводородное топливо, которое используют для машин внизу. Он жидкий при комнатной температуре, токсичный, летучий, легко воспламеняется, может взорваться! Ради Бога, следите, чтоб ни один цилиндр не открылся.

– Да, сэр, – пообещал квадди. На него явно произвели впечатление перечисленные Лео опасности.

В это время, в сопровождении своей команды квадди, на платформе появился бригадир, обслуживающий орбитальные буксиры.

– Здравствуйте, Граф. Говорят, нам прислали топливо, но я ума не приложу, куда его складывать…

– Это оно?

– Где? Вот это? – Бригадир только теперь заметил цилиндры.

– А скажите-ка – вы сами, персонально, печатали заказ? Своим собственным маленьким пальчиком.

– Конечно.

– Ну, и что вы заказали?

Лео поднес панель к его глазам.

– О Боже!

– А внизу выполнили ваш заказ, – горячился Лео, хватая себя за волосы. – Выполнили, хоть у меня просто не укладывается в голове, как они там погрузили все это в шатл и без единого вопроса отправили сотню тонн бензина на космическую станцию. Это же полнейший абсурд…

– Я тоже не понимаю, – сказал бригадир. – Ладно, ничего страшного. Мы сейчас отошлем его назад и сделаем новый заказ. Это займет, наверное, около недели, благодаря темпам с которыми выполняются все работы по спецпроекту.

«У меня нет недели в запасе, – подумал Лео, – у меня не больше двадцати четырех часов».

– У меня нет недели, – Лео был в ярости, – мне нужно немедленно. Сделайте срочный заказ!

Он понизил голос, заметив, что все обратили на него внимание. Бригадир все же обиделся, хотя и чувствовал вину.

– Нечего орать на меня, Граф. Это была моя ошибка и мне придется ответить за нее, но это просто глупо, вешать на мой отдел срочный рейс шатла, когда прекрасно можно подождать. И так все плохо. Эй, ребята! – крикнул он. – Остановите разгрузку. Это ошибочный груз. Он будет отправлен назад.

В это время на площадку вылетел пилот шатла и услышал последние слова. Он подлетел к ним, и Лео объяснил ему ситуацию.

– Ладно, ладно, я понял – сказал пилот. – Но вы не сможете отправить это добро обратно с моим рейсом. – Чтоб идти с полной загрузкой, у меня не хватит горючего. Придется подождать. Разгружайте.

Он оттолкнулся и полетел в кафетерий проводить там предписанный ему отдых между рейсами.

Грузчики квадди с укоризной смотрели на людей, которые меняли направление их работы во второй раз. Но они ограничились только вопросом:

– Теперь вы уверены, сэр?

– Да, – вздохнул Лео. – Но найдите место в отдельном модуле. Это нельзя оставлять здесь.

– Хорошо, сэр.

Лео снова повернулся к бригадиру буксирной бригады:

– Но мне же нужно топливо.

– Хорошо, только придется подождать. Я не могу сейчас. Ван Атта и так попьет моей крови.

– Можете отнести все за счет моего специального проекта. Я подпишу.

Бригадир поднял брови, немного успокоенный:

– Ладно… Я попробую. А за свою кровь не боитесь?

«Уже продана», – подумал Лео.

– Ну, это уж мое дело, не так ли?

Бригадир пожал плечами и улетел, бормоча что-то себе под нос. Квадди из его бригады многозначительно взглянул на Лео. В ответ тот покачал головой и чиркнул пальцем по горлу.

Лео резко повернулся и нос к носу столкнулся с Прамодом, терпеливо ожидавшим его рядом.

– Не подкрадывайся ко мне так! – нервно завопил он. – Прости, ты меня испугал. Что у тебя? – Лео с огромным трудом удалось успокоиться.

– У нас проблема, Лео.

– Конечно, проблема! Разве кто-нибудь приходит ко мне, чтобы сообщить хорошие новости? Ладно, это я так. Что у вас?

– Зажимы.

– Зажимы?

– Снаружи очень много зажимных соединений. Мы проверяли технологическую схему разборки поселка для того, чтобы завтра, вы же знаете…

– Я знаю.

– Мы хотели немножко попрактиковаться, чтобы потом скорее…

– Да, хорошо.

– Почти ни одна скоба не снимается, даже если подденешь ломиком.

Лео задумался, но быстро сообразил в чем дело.

– Металлические зажимы?

– Большей частью.

– Хуже всего на солнечной стороне?

– Намного хуже. Там мы не смогли снять ни одну скобу. Многие как будто оплавлены. Какой-то идиот, наверное, приварил…

– Да, приварил, но не идиот, а солнце.

– Лео, оно же не нагревает так сильно.

– И не нужно. То, что вы там видите, это самопроизвольная диффузионная вакуумная сварка. Атомы металла испаряются с поверхности деталей в вакууме. Очень медленно, конечно, но испаряются. В месте зажима они мигрируют в соседние поверхности и при этом может получиться прочное соединение. Быстрее это идет на горячих деталях на солнечной стороне. Ведь некоторые скобы стоят уже двадцать лет.

– Ого! Но что же нам с ними делать?

– Их нужно резать.

Прамод обиженно надул губы:

– Но это замедлит работу.

– Да, замедлит. И нам еще придется ставить зажимы на новых соединениях, нам понадобятся новые скобы, если мы не сможем сделать другие соединения. Пойди собери всех ребят, отдыхающих после смены. Нам срочно нужно провести небольшое совещание.

Лео перестал думать о том, переживет ли он Великий Переворот, и начал думать о том, доживет ли он до Великого Переворота. Он горячо молил Бога, чтобы Сильвер было легче, чем ему самому.


Сильвер серьезно надеялась, что Лео приходится легче, чем ей. После восьми часов полета команда, стиснутая в кабине буксира, выглядела весьма плачевно: помятая, поникшая, как и она сама. Только Ти, казалось, чувствовал себя удобно. Он вытянулся в кресле и, упираясь ногами, спокойно сносил перегрузки при разгоне буксира.

– Я видел шикарный фильм по головиду, – неожиданно с энтузиазмом заявил Сигджи и взмахнул тремя руками сразу. – Космическая битва. Корабль брали на абордаж. Всю обшивку продырявили взрывами магнитных мин, и воздух оттуда так и свистал. А враги выпрыгивали кто как мог.

– Я тоже видел, – сказал Ти. – Это «Гнездо Рока», да?

– Ты привез ее нам, – напомнила Сильвер.

– А знаешь, там есть продолжение, – сказал Ти, обращаясь к Сигджи. – «Месть Гнезда».

– Да что ты говоришь? Они же их совсем расколошматили.

– Во-первых, – сказала Сильвер, – в книжках не бывает умных врагов, во-вторых, у нас нет магнитных мин, слава Богу, и в-третьих, я думаю, что Ти не хотел бы, чтобы массу уродливых дыр пробили в стенах его корабля.

– Конечно, нет.

– Мы войдем через воздушный шлюз, который специально сделан для этого. Команда и так будет достаточно удивлена, когда мы предложим им оставить корабль, и нечего пугать их, выделывая черт знает что. Хотя полковник Уэти в «Гнезде Рока» и подбадривает в бою свои войска криками и воплями в микрофон рации, я сомневаюсь, что реальные пираты так поступали. Это мешало бы их связи.

Она нахмурилась, глядя на Сигджи, и он притих.

– Мы поступим так, как говорил Лео, – продолжала Сильвер. – Направим на них свои лазерные пистолеты. Не зная нас, они не могут знать, выстрелим мы или нет. А что до того, какой из супергрузовозов нам выбрать, – она подбирала слова, – то было бы легче попросить разрешения войти на борт там, где в команде есть кто-нибудь, кого хорошо знает Ти. С другой стороны тогда будет труднее… – Она запнулась, потому что ей не понравилась сама мысль, – особенно, если они станут сопротивляться.

– Пусть тогда ими займется Джон, – предложил Ти. – Его для этого и взяли в конце концов.

Огромный Джон мрачно взглянул на него.

– Я думал, что я здесь как дублер пилота. Ты их сам заставляй, они твои друзья. Я лучше возьму в руки паяльник.

– Я бы хотел захватить Д 771, если он здесь. Но особо богатого выбора у нас не будет. Скорее всего там стоят два-три супера, не больше. Нам придется взять любой корабль, который только что пришел с Ориента IV и сбросил связки пустых контейнеров, но не начал еще загружаться. Тогда мы сможем быстро смыться без возни с грузом. И нечего разглагольствовать, мы просто должны сделать это.

– Самое трудное будет стартовать, если они сообразят, кто мы такие и что нас нечего бояться, и попытаются вернуть корабль.

Повисло угрюмое молчание. Даже Сигджи ничего не мог предложить на этот случай.


Лео нашел Ван Атту в тренировочном зале, устроившись в специальном тренажере, администратор занимался бегом на месте. Тренажер сильно смахивал на некое замысловатое орудие пыток – как бы дыбу наоборот. Ремни на пружинах прижимали человека к поверхности бесконечной дорожки, которую нужно было отталкивать ногами час или более в день, кому сколько прописал врач. Это укрепляло мышцы тела, особенно ног, и приостанавливало деминерализацию костей, неизбежную у людей, живущих в невесомости.

Судя по выражению лица Ван Атты, сегодня он отсчитал предписанное ему время с достаточным запасом злости. Действительно, если все время искусственно подогревать в себе злость, то это помогает выполнять такую монотонную и надоедливую работу. После краткого размышления Лео решил использовать случайно подвернувшийся шанс. Он снял комбинезон, повесил его в петлю на стене и, оставшись в красной футболке и шортах, залез в ремни тренировочной машины рядом с Ван Аттой.

– Их что, смазывают клеем вместо масла? – хмыкнул он, хватаясь руками за петли и с напряжением толкая дорожку ногами.

Ван Атта повернул голову и насмешливо улыбнулся.

– В чем дело, Лео? Решили размяться? Или Минченко все-таки взялся за вас?

– Да, что-то вроде этого… – Наконец прибор заработал, и его ноги ритмично задвигались. – Вы с ним уже успели поговорить?

Ван Атта сбился с ритма, и машина сердито задребезжала.

– Да.

– Вы говорили ему, что будет с проектом?

– К сожалению, я вынужден был сказать. Хотя надеялся, что просто удастся отправить его отсюда в последний момент вместе с остальными. Минченко, пожалуй, самый высокомерный из старой гвардии Кая. Он никогда не делал секрета из того, что надеялся стать преемником Кая, главой проекта. А вместо этого прислали чужого – меня. Если бы он не был в списке уходящих на пенсию в следующем году, я бы уже давно от него избавился.

– Он что, сильно возражал?

– Вы спрашиваете, визжал ли он как свинья, которую режут? Держу пари, да. Он взвился так, будто лично я изобрел эту проклятую искусственную гравитацию. Очень мне это нужно!

– Еще бы ему не возражать – квадди дело его жизни, ведь он участвует в проекте с самого начала, – позволил себе рассудительно заметить Лео.

– М-м-м… – Ван Атта маршировал. – Ну, это еще не дает ему права оспаривать приказ. Даже у вас хватило ума, в конце концов. Если он не проявит желания сотрудничать, когда успокоится и сообразит, что возражать совершенно бесполезно, будет, пожалуй, проще продлить время работы Кэрри, а Минченко отослать вниз.

Лео закашлялся, прочищая горло. Нет, это неподходящая тема для подготовки к разговору, ради которого он пришел.

– Он не говорил с вами о Тони?

– Тони! – Тренажер Ван Атты загудел, отреагировав на его возмущение. – Я бы хотел больше никогда в жизни не видеть этого мальца. От него только одни неприятности – неприятности и расходы.

– Ну, я как раз хотел, наоборот, извлечь пользу, – сказал Лео осторожно. – Даже если он пока не может выходить в открытый космос, у меня масса работы с компьютером, а также в бригаде, где он очень бы пригодился.

– Глупости, – огрызнулся Ван Атта. – Возьмите любого другого из ваших передовиков, скажем, Прамода или кого-нибудь еще. Мне все равно. Я же позволил вам распоряжаться по своему усмотрению. Через две недели мы собираемся начать перевозку этих маленьких уродцев вниз, так что нет никакого смысла возвращать его сюда. К тому же Минченко отказывается выпустить его из лазарета. Я не хочу слышать больше ни одного слова о Тони.

Проклятие! Конечно же, Лео нужно было отвлечь внимание Минченко, пока он не устроил эту заварушку с Ван Аттой. Теперь слишком поздно. Ван Атта покраснел явно не от упражнений. Лео представил, чего наговорил ему Минченко – несомненно, кучу «тех еще комплиментов». Было бы приятно послушать! Лео постарался пыхтеть и тяжело дышать, чтоб Ван Атта подумал, что он ему сочувствует.

– Как у вас с планом эвакуации? – спросил Ван Атта через некоторое время.

– Почти закончен.

– Да что вы! – Ван Атта посветлел. – Хорошо. По крайней мере, это уже хоть что-то!

– Вы удивитесь, когда узнаете, как можно полностью перестроить поселок, – пообещал Лео вполне правдиво, – согласно приказу руководства компании.

– И скоро?

– Как только мы получим приказ – «Вперед!» Я представил это в виде военной игры.

Он остановился, не желая больше говорить двусмысленности.

– Вы так и планируете сделать свое «важное сообщение» в 13.00 завтра в главном лекционном зале? – как бы между прочим спросил Лео. – Я хочу тоже быть там. Могу показать некоторые иллюстрации, когда вы закончите.

– Нет, – сказал Ван Атта.

– Что? – Лео подался вперед, споткнулся и пружина больно ударила его по колену. Он с трудом выпрямился.

– Вы не ушиблись? – спросил Ван Атта. – У вас был такой смешной вид…

– До свадьбы заживет.

Он стоял, стараясь восстановить дыхание и равновесие, стараясь подавить боль и охватившую его панику.

– Я имел в виду, что вы хотели сделать сообщение всем сразу, чтобы не повторяться.

– Хватит с меня и беседы с Минченко, – сказал Ван Атта. – Я доверил все Еи. Она может вызывать персонал к себе в кабинет небольшими группами и раздавать всем планы эвакуации по отделениям и персонально. Так будет эффективнее.

Прекрасный план мирного устранения нижних из поселка, разработанный Лео и Сильвер в течение четырех тайных совещаний, разлетелся в пух и прах. Напрасны были разговоры с Ван Аттой, напрасно Лео так осторожно подсказывал ему, чтоб он думал, будто это его собственная идея – собрать весь сменный персонал поселка вместе и выступить на этом собрании.

Они подготовились к тому, чтоб отделить лекционный зал, буквально нажав на одну кнопку. Кислородные маски, необходимые почти для трехсот человек, с запасом кислорода на несколько часов, пока лекционный модуль долетит до станции Пересадки, были тщательно припрятаны в нем. Экипажи двух буксиров ждали только команды, чтобы утащить модуль.

«Какой же я дурак! Строить планы, зависящие от Ван Атты! Теперь все лопнуло, как мыльный пузырь…» Внезапно Лео стало плохо. Надо срочно готовить второй план, забракованный сначала как слишком опасный и ненадежный, результаты которого могли бы стать неконтролируемыми. Он в оцепенении машинально отстегнул пружины и ремни и повесил их на раму беговой дорожки.

– Еще не прошел час, – сказал Ван Атта.

– Боюсь, что-то не так с моим коленом, – солгал Лео.

– Ничего удивительного. Я знаю, что вы не часто тренируетесь. Только не вздумайте подавать в суд на «Галак-Тэк» за травму, так как легко доказать, что вы сами нарушаете правила, – Ван Атта оскалил зубы и продолжал бодро шагать.

– Да, кстати, – сказал Лео, – вы знаете, что склады на Родэо только что прислали поселку по ошибке сто тонн бензина. Сейчас его сгружают.

– Что?

Уходя, Лео получил маленькое мстительное удовлетворение, услышав как за его спиной остановилась беговая дорожка Ван Атты и щелкнули поспешно отстегиваемые ремни.

Лео не оглянулся.


Когда Клэр явилась по вызову в лазарет, там ее встретил доктор Кэрри.

– Вот хорошо, ты как раз вовремя.

Он открыл дверь лечебного кабинета и подтолкнул туда Клэр.

– А где доктор Минченко? Я думала, он здесь.

Доктор Кэрри слегка покраснел:

– Доктор Минченко у себя дома. Он не придет на дежурство.

– Но я хотела поговорить с ним…

– Тебе сказали, зачем ты вызвана?

– Нет. Я думала, что для лечения моей груди.

– А, ясно.

Клэр подождала немного, но он не продолжал. Он был занят тем, что брал инструменты с подноса и укладывал их в стерилизатор, стараясь не встречаться с ней глазами.

– Это совсем не больно.

Раньше она бы послушно ожидала, не задавая вопросов. Она прошла тысячи непонятных медицинских исследований, начиная еще со времени ее формирования в искусственной матке, которая выносила ее в закрытом теперь отделении этого самого лазарета. Раньше, до несчастья с Тони, она была другая. Потом она некоторое время вообще была близка к самоубийству. Теперь она чувствовала какую-то странную дрожь, какой-то трепет – ей предстояло родиться заново. Ее первое рождение было механическим и без боли, вероятно поэтому его нельзя считать настоящим…

– Что… – Она начала тоненьким голосом, однако он громко отдавался в ушах: – Что вы хотите делать? Зачем меня вызвали?!

– Всего-навсего маленькая местная брюшная процедура, – сказал доктор Кэрри беззаботно. – Это недолго. Тебе даже не нужно раздеваться, только подними рубашку и опусти немного шорты. Я подготовлю тебя. Тебе следует быть неподвижной под потоком стерильного воздуха от этого экрана на случай, если прольется одна-две капли крови.

– Вы не сделаете меня неподвижной?.. Что это за процедура?

– Тебе не будет больно, и вообще от нее не будет никакого вреда. Ну, иди сюда.

Он улыбнулся и похлопал по экрану, который выступал из стены.

– Что это? – повторила Клэр, не двигаясь.

– Я не могу сказать. Только кодовый номер. К сожалению. Можешь спросить мистера Ван Атту или доктора Еи, или еще кого-нибудь. Знаешь, я пошлю тебя к доктору Еи сразу же после процедуры, и ты поговоришь с ней, хорошо?

Он облизнул губы; его улыбка становилась все более нервной.

– Я ни за что… – Клэр ухватилась за фразу, которую сказал один из нижних, а она услышала. – Я ни за что на свете не буду спрашивать Ван Атту.

Доктор Кэрри странно взглянул на нее и пробормотал себе под нос:

– А я удивлялся, почему ты вторая в списке!

– А кто первый?

– Сильвер. Но этот инженер-инструктор послал ее куда-то с поручением. Твоя подружка, да? Ты скажешь ей потом, что это не больно.

– Мне все равно, черт возьми, больно это или нет, я хочу знать, что это такое.

Ее глаза сузились, когда она наконец сообразила, затем расширились от возмущения.

– Стерилизация, – выдохнула она. – Вы начинаете стерилизацию!

– Как ты?.. Тебя не предполагали… Почему ты так думаешь? – залепетал доктор Кэрри.

Она бросилась к двери. Он стоял ближе и оказался быстрее нее. Он успел закрыть дверь перед ней, и удар отбросил ее назад.

– Ну, Клэр, успокойся! – Кэрри задыхался, преследуя ее. – Ты только совершенно зря причиняешь себе вред. Мне придется сделать тебе общий наркоз, а для тебя лучше местное обезболивание, ты только лежи тихо. Я обязан сделать это так или иначе.

– Почему вы должны сделать это? – вскричала Клэр. – Или это должен был сделать доктор Минченко, и поэтому его нет здесь? Кто заставляет вас и как?

– Если бы Минченко был здесь, я бы не должен был, – фыркнул разъяренный Кэрри. – Он ускользнул, а меня оставил тут. Давай, иди располагайся под экраном, а я установлю сканеры, или… или я заставлю тебя силой!

Он задышал глубже, настраивая себя на борьбу.

– Должен, – повторила Клэр. – Должен, должен! Интересно, кто кому и что должен, как вы думаете?

Он взял с подноса шприц, выдохнул воздух, и губы его сердито сжались.

«Шприц был готов заранее, – сообразила Клэр. – Он все прорепетировал и принял решение до моего прихода».

Кэрри удалось схватить ее за левую верхнюю руку. Игла устремилась к вене, но Клэр удалось поймать и задержать его правое запястье. На мгновение они застыли, вздрагивая от напряжения и медленно поворачиваясь в воздухе.

Тогда она подняла свои нижние руки на помощь верхним. Кэрри задохнулся от удивления и злости, когда она широко развела ему руки, пересилив даже его, молодого мужчину. Он брыкался, бил ее коленями, но, не имея опоры, не мог нанести сильный удар.

Она засмеялась в диком восторге, дергала его за руки, как ей хотелось. «Я сильнее! Я сильнее! Я сильнее его, раньше я этого не знала!»

Теперь Клэр могла удержать его за запястья одними лишь сильными нижними руками и освободить верхние. Работая вместе, они легко отогнули вцепившиеся в шприц пальцы. Она подняла его вверх и пропела:

– Это совсем не больно.

– Нет, нет!

Он слишком сильно извивался, а у нее, конечно же, не было опыта, чтобы сделать внутривенную инъекцию; вместо этого она прицелилась и сделала укол в дельтовидную плечевую мышцу. Через несколько минут он ослабел и потерял способность двигаться. Теперь уж ничего не стоило устроить его неподвижно под стерилизующим экраном.

Она медленно осмотрела поднос с инструментами и потрогала их, удивляясь. Кэрри слабо задергался и захныкал, не в силах преодолеть сковавшее его оцепенение. Глаза его наполнились паническим ужасом. Глаза Клэр сверкали, она отогнула назад его голову и засмеялась, засмеялась по-настоящему. Она не помнила уже, сколько времени не смеялась так.

Потом она наклонилась к его уху и четко произнесла:

– Я не сделаю тебе это.

Все еще смеясь, она вылетела в коридор и направилась в убежище.


Глава 9 | В свободном падении | Глава 11