home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 15

Медленно тянулись сумерки. Светящийся свод неба постепенно темнел, переходя от глубокого бирюзового до густо-синего оттенка. Зажглись звезды. Сильвер следила за горизонтом по монитору, но ее постоянно отвлекали эти удивительные переходы цветов. Какое разнообразие красок! Пурпурные, оранжевые, лимонные, зеленые, голубые с кобальтом полосы окрашивали небо на западе. С некоторым сожалением Сильвер переключила сканер на инфракрасный. Теперь изображение стало отчетливее, но цвета казались грубыми и кричащими по сравнению с природными красками.

Наконец, она увидела то, чего так ждало ее сердце: в дальнем ущелье появился лендровер. Через минуту он уже мчался, подпрыгивая по высохшему дну озера на максимальной скорости. Мадам Минченко поспешила из рубки на трап. Лендровер с ревом остановился рядом с шатлом.

Сильвер в восторге захлопала всеми руками, когда увидела Ти с Тони, сидевшим у него на закорках точно так, как Лео носил ее на станции Пересадки. «Они его забрали! Они его забрали!» Следом шел доктор Минченко.

Возле входного люка состоялся короткий разговор между супругами. Затем доктор спустился по трапу и, надломив трубку люминофора, укрепил его на крыше автомобиля. Все вокруг озарилось ярким зеленым светом. «Хорошо. Охранники сразу увидят его», – подумала с облегчением Сильвер.

Она пересела в кресло второго пилота, когда Ти, шатаясь, вошел в рубку, опустил Тони в кресло инженера и плюхнулся на сиденье рядом с ней. Он сдернул одной рукой маску, оставив ее болтаться на шее, а другой сразу же ухватился за рычаги.

– Кто это тут безобразничал на моем корабле?

Сильвер потянулась назад, чтобы взглянуть на Тони, который, тоже сбросив маску, прилаживал предохранительные ремни.

– Ты здесь! – она улыбнулась ему.

Он улыбнулся в ответ.

– А-до спе-шить. З-ами по-го-ня.

Его глаза были огромными от боли и от возбуждения, губы распухли.

– Что случилось с вами? – повернулась она к Ти. – Что с Тони?

– Это дерьмо Ван Атта обжег ему все во рту своим паяльником, или как там эта проклятая штука называется, – угрюмо проговорил Ти, в то время как его руки летали по приборной доске. Двигатели ожили, шатл начал двигаться. Ти включил переговорный микрофон.

– Доктор Минченко, вы пристегнулись?

– Еще минутку. Да, да, уже. Поехали!

– Трудно было? – спросила Сильвер, соскользнув на свое место и тоже прилаживая ремни.

– Сначала все складывалось удачно. Мы пошли прямо в госпиталь. Войти нам никто не помешал. Я думал, что сиделки начнут спрашивать, почему мы забираем Тони, но Минченко для них – царь и бог. Мы ушли, и я играл все ту же роль – я только перевозчик, понимаешь. Но на выходе, как ты думаешь, кого мы встретили? Конечно, этого сукиного сына Ван Атту.

Сильвер затаила дыхание.

– Нос к носу столкнулись. Доктор Минченко хотел остаться и врезать ему как следует за рот Тони. Лучше бы поручил это мне, он все же старый, хотя не хочет это признать. Я утащил его к лендроверу. Последнее, что я слышал, – это как Ван Атта бежал и кричал, что нужно вызвать реактивный вертолет охраны. Наверное, уже нашел…

Ти нервно перебирал кнопки мониторов.

– Вот черт. Легки на помине.

Цветной луч выглянул из-за гор, свидетельствуя о появлении вертолета.

– Ну, теперь они нас не поймают.

Шатл сделал широкий круг, задержался, двигатели перешли от курлыканья к визгу и реву, белые лучи прожекторов прорезали тьму впереди. Ти отпустил тормоза, и корабль прыгнул вперед, пожирая освещенную дорогу с устрашающим шумом, который мгновенно стих, когда они поднялись в воздух. Перегрузка при разгоне вдавила их в спинки кресел.

– Черт возьми! Этот идиот думает, что он делает? – пробормотал Ти сквозь зубы, глядя, как изображение вертолета быстро увеличивается на экране монитора. – Со мной шутки плохи, понял?

Пилот вертолета попытался обойти их и прижать к земле, но ему пришлось уйти вниз, когда Ти прибавил газу. Рот Ти сжался в линию, глаза заблестели, он подхлестывал свой корабль.

Они прошли так близко друг от друга, что вертолет можно было хорошо рассмотреть в ярком свете прожекторов. Какое-то мгновение Сильвер могла даже видеть лица через прозрачный фонарь вертолета – белые, как замороженные, пятна с темными круглыми дырами глаз и рта. Один из них, наверное, пилот, прижал руки к глазам.

Потом они остались наедине с серебряными звездами.


Лед и пламя.

Лео еще раз сам проверил прочность каждого С-образного зажима, потом отлетел на несколько метров, чтобы в последний раз окинуть все взглядом и оценить результаты своих усилий. Рабочая площадка находилась прямо в открытом космосе на безопасном расстоянии – в нескольких километрах от Д-620 с перестроенным поселком. Это сооружение смотрелось весьма неплохо, – во всяком случае снаружи, если не знать, что внутри, в ужасной спешке, еще продолжается перемонтаж.

Ледяная оправка в готовом виде имела ширину более трех метров и почти двухметровую толщину. Ее неровная наружная поверхность делала оправку похожей на осколок ледяного метеорита. Другая сторона своими изгибами точно повторяла окружность вихревого зеркала, с которого ее сняли.

На эту поверхность было уложено несколько разных слоев: сначала титановая заготовка, затем слой чистого бензина. Это Лео нашел ему еще одно полезное применение – в отличие от других жидкостей, бензин не замерзнет и будет служить мягкой прокладкой. Поверх него был уложен тонкий лист пластика, а затем его драгоценное взрывчатое вещество – ТНМ+бензин, закрытое толстым куском оболочки модуля. Все было скреплено многочисленными металлическими стержнями и зажимами. Ни дать ни взять, прекрасный слоеный пирог, как на день рождения! Время зажечь свечу и пожелать себе удачи, не то ледяная оправка начнет испаряться под солнечными лучами.

Лео повернулся и, размахивая руками, погнал своих помощников квадди за брошенный модуль, который притащили сюда специально для защиты от взрывной волны. Вдруг он увидел, что от поселка летит еще один квадди. Лео подождал минуту и услышал в шлемофоне глухой голос Тони:

– Прошу прощения, Лео, я, кажется, опоздал. Для меня найдется работа?

– Тони!

Довольно трудно обнять одетого в скафандр, но Лео постарался от души.

– Ты молодец, Тони, успел к самому важному моменту! – взволнованно сказал Лео. – Я видел, что шатл пристал недавно.

Да, в то ужасное мгновение он подумал, что это – нападение, которым угрожал Ван Атта.

– Я думал, доктор Минченко не разрешит тебе никаких прогулок и сразу уложит в лазарет. Как Сильвер? Все в порядке? Может, тебе нужно отдохнуть?

– У Сильвер все прекрасно. Доктор Минченко ужасно занят, а Клэр и Энди спят. Я заглянул, но жаль было их будить.

– Ты уверен, что чувствуешь себя хорошо, сынок? Твой голос звучит как-то странно.

– Рот болит. Все остальное в порядке.

– Ладно. Ты прибыл как раз к торжественному завершению работ.

Лео включил двигатель скафандра и взлетел из-за укрытия.

– Вот что мы здесь имеем. Вон в той коробке наверху, как вишня на мороженом в вазочке, заряженный аккумулятор на пару тысяч вольт. От него ток пойдет к запальной нити – я просто разбил лампочку накаливания и опустил ее волосок в жидкую взрывчатку. А вот это – торчит на виду – фотоэлемент, мы выдрали его из автомата, открывающего дверь. Когда мы ударим по нему вспышкой оптического лазера, включится все запальное устройство.

– И от электричества произойдет взрыв?

– Не совсем так. Очень высокое напряжение буквально взорвет проволочку, и ударная волна от нее взорвет смесь ТНМ+бензин. Взрыв прижмет титановую заготовку к ледяной оправке. При этом заготовка передаст ей весь свой момент движения, так как у них одинаковая масса. Готовое зеркало останется на месте, а лед улетит в пространство. Очень красивое зрелище. Вот почему мы прячемся за этот модуль… – Он повернулся к своей бригаде: – Все готовы?

– Если вы можете высовывать вашу голову и смотреть, почему нам нельзя? – пожаловался Прамод.

– Мне нужно видеть цель, – сухо объяснил Лео.

Он тщательно прицелился и минуту медлил, испытывая сильнейшую тревогу за результат работы. Вдруг что-нибудь пойдет не так? Правда, он проверял, перепроверял… но теперь настал момент, когда нужно отбросить все сомнения и действовать. Лео решительно нажал кнопку.

Яркая беззвучная вспышка. Ледяная оправка взорвалась тучей кипящего пара, обломки брызнули во все стороны. Прекрасное зрелище! Лео с усилием оторвал взгляд и быстро опустился за модуль. Зеленые и красные изображения плясали в его глазах. Держась за оболочку модуля, он почувствовал, как она содрогается от ударов. Обломки отскакивали рикошетом и улетали прочь.

Какое-то время безучастный взгляд Лео был обращен в сторону Родэо.

– Я боюсь посмотреть, – признался он.

Прамод выскочил из-за модуля.

– Оно целое, но кувыркается. Толком не рассмотришь.

Лео перевел дух и сказал:

– Пошли, ребята. Посмотрим, что у нас получилось.

Они окружили свое изделие. Лео не мог пока назвать его вихревым зеркалом, может быть, оно годится только на металлолом. Квадди остановили зеркало и стали измерять вогнутую серую поверхность принесенными приборами.

– Трещин нет, Лео, – сказал Прамод. – Местами есть утолщения, но утончений нет.

– Утолщения мы удалим при окончательной доводке и полировке лазером, а вот если тонко, тогда ничем не помочь. Лучше уж утолщения.

Бобби водила по всем направлениям на зеркале оптическим лазером, цифры мелькали на маленьком индикаторе.

– Все в пределах допустимых ошибок! Все правильно! Получилось!

Лео будто оттаял внутри. Он устало вздохнул долгим счастливым вздохом.

– Ну, ребята, теперь давайте перенесем его назад в… Да, кстати, сколько еще мы будем называть это «Д-620 и Перестроенный поселок»?

– Давно пора дать ему название, – согласился Тони.

– Так как мы его назовем?

Много названий пронеслось в мозгу Лео: «Ковчег – Звезда Свободы», «Безрассудство Графа»…

– Дом, – сказал просто Тони. – Пошли домой, Лео.

Дом. Лео несколько раз повторил, как бы пробуя имя на вкус. На вкус оно было хорошим. Прамод утвердительно кивнул, а Бобби приложила верхнюю руку к шлему, салютуя новому имени.

Лео прикрыл глаза. Наверное, что-то едкое попало в воздух его скафандра и вызвало слезы. Он почувствовал, как сильно забилось сердце.

– Да, ребята, давайте унесем вихревое зеркало в наш Дом.


Брюс Ван Атта задержался в коридоре перед кабинетом Челопин в Шатлпорте Три, чтобы отдышаться и взять себя в руки. У него так кололо в боку, что он не удивился бы, узнав, что заполучил после всего этого язву желудка. Фиаско на дне сухого озера приводило его в ярость. Идиоты подчиненные всегда все испортят.

Чисто случайно, вернувшись домой, чтобы принять долгожданный душ и немного поспать, он проснулся по нужде и позвонил в Шатлпорт Три. Иначе они даже не сообщили бы ему о посадке шатла! Предвидя следующий шаг Графа, он кое-как натянул одежду и помчался в госпиталь. Если бы прибежал хоть на минуту раньше, он бы не выпустил Минченко.

Брюс уже пропесочил пилота, негодяя и труса, который не сумел посадить взлетающий шатл, и вообще полз на своем вертолете, как черепаха, и не успел на озеро вовремя. Побагровевший пилот сжал челюсти и кулаки и не сказал ни слова, несомненно, от стыда. Но главная неудача находится гораздо выше, за этой очень официальной дверью. Он со злостью надавил кнопку, и дверь скользнула в сторону.

Челопин, капитан Баннерджи и доктор Еи склонились над дисплеем компьютера. Капитан Баннерджи как раз держал палец на какой-то точке и говорил Еи:

– Можем здесь. Но какое сопротивление они могут оказать, как вы думаете?

– Вы, конечно, перепугаете их, – сказала Еи.

– Гм… Я не сумасшедший, чтоб посылать подчиненных со станнерами против отчаявшихся людей, у которых есть намного более опасное оружие. А как обстоит дело с этими, так называемыми, заложниками?

– Благодаря вам, – проворчал Ван Атта, – соотношение стало пять: ноль. Они похитили Тони, чтоб их черти взяли. Почему вы не поставили охрану круглосуточно на все двадцать семь часов вокруг этого квадди, как я вам сказал? Надо было так же охранять мадам Минченко.

Челопин подняла голову и посмотрела на него ничего не выражающим взглядом:

– Мистер Ван Атта, вы совершенно не имеете представления о том, какими силами я здесь располагаю. В охране всего десять человек, работающих в три смены семь дней в неделю.

– Плюс десять человек в каждом из двух остальных шатлпортов. Итого тридцать. Если их хорошо вооружить, то это будет мощная ударная сила.

– Я уже попросила шесть человек из других портов для работы здесь, потому что вся наша группа занята событиями с квадди.

– Отчего вы не забрали всех?

– Мистер Ван Атта, на Родэо большое производство, но очень маленький город. У нас здесь работает всего около десяти тысяч человек и еще столько же независимых, но работающих на «Галак-Тэк». Моя служба охраны – это полиция, а не армия. Они должны выполнять присущие им функции, следить за порядком, заниматься поиском и спасением людей, нести пожарную службу.

– Проклятие! И плюс ко всему еще я с Тони! Почему вы не погнались за ними сразу, чтобы захватить поселок?

– У меня было восемь человек, готовых вылететь на орбиту, – сказала Челопин, – когда вы меня уверяли, что ваши квадди будут нам помогать. Но они же этого не подтвердили. Они молчат. Потом мы обнаружили наш грузовой шатл, летящий сюда, и отправили людей, чтоб захватить его – сначала на автомобиле, а потом вы прибежали сюда, требуя вылета вертолета.

– Так соберите всех людей и пошлите на орбиту, черт побери!

– Во-первых, из-за вас трое уже остались на озере, – заметил Баннерджи. – Сержант Форс только что доложил, что их машина сожжена. Они возвращаются в лендровере, оставленном доктором Минченко. Пройдет не меньше часа, пока они доедут. Во-вторых, как указывала несколько раз доктор Еи, мы еще не получили распоряжения применить тяжелое вооружение.

– Да вы просто обязаны преследовать преступников. Это, – Ван Атта указал вверх, подразумевая поселок, – большая кража. И еще не забудьте – они ранили служащего «Галак-Тэк»!

– Я учитываю этот факт, – пробормотал Баннерджи.

– Но поскольку мы запросили штаб-квартиру о разрешении применить силу, мы теперь обязаны ждать ответа, – сказала Еи. – Что, если они не дадут разрешения?

Ван Атта сузил глаза и сердито глянул на нее:

– Я знал, не нужно было запрашивать начальство. Это вы уговорили нас тогда, черт вас возьми. Они бы проглотили любое объяснение, какое бы мы им ни представили, и были бы этому рады. А теперь… – он покачал головой, сокрушаясь. – Но ведь есть возможность набрать других людей. Можно использовать персонал поселка для наступления под руководством сил охраны.

– Они разбрелись по всей Родэо, – заметила Еи. – Большинство просто сидят дома.

– Нельзя, – веско заявил Баннерджи. – Вы представляете, какую ответственность перед законом будет нести служба Охраны?

– Так дайте им возможность действовать самостоятельно, на свой страх и риск!

С настольного пульта Челопин послышался сигнал, прервавший Ван Атту. На экране появилось лицо связиста.

– Администратор Челопин? Говорит Центр Связи. Вы просили сообщать вам обо всех изменениях на орбите. Они, кажется, гм, собираются уходить.

– Покажите их, – сказала Челопин.

Связист снова включил плоское изображение со спутника. Д-620 с поселком заняли половину экрана. Там горели все огни. Было видно, что на двух рукавах Д-620 к обычным двигателям были добавлены еще четыре больших реактивных из тех, которыми квадди раньше выталкивали с орбиты связки грузовых контейнеров. Ван Атта с ужасом увидел, что все двигатели уже работают, отбрасывая назад выхлопными струями подвернувшийся космический мусор. Гигантский корабль медленно пришел в движение.

Доктор Еи смотрела, прижав руки к груди, ее глаза странно блестели. Ван Атта чуть не плакал от злости.

– Вы видите, – голос его прерывался, – вы видите, к чему привели бесконечные проволочки? Они уходят!

– О, еще нет, – промурлыкала Еи. – Еще пройдет дня два, прежде чем они доберутся до точки перехода и уйдут через п-в туннель. Пока еще нет оснований для паники. – Она взглянула на Ван Атту и продолжала почти гипнотически успокаивающим тоном. – Вы ужасно устали, конечно, как и все мы. Усталость часто приводит к ошибочным суждениям. Вам нужно отдохнуть, поспать немножко…

Его руки сжались. Ему хотелось тут же задушить ее. Администратор шатлпорта и этот идиот Баннерджи кивали головами, видимо, соглашаясь с ней.

Неясное ворчание вырвалось из горла Ван Атта.

«Каждая минута ожидания только увеличивает опасность, увеличивает риск, усложняет дело…»

У них у всех были одинаково безразличные лица. Но его не проведешь, он сразу разобрался, что они спелись и не хотят помогать ему. Тысяча чертей им в печенку! Он подозрительно глянул на Еи. Это она связала ему руки своей рассудительностью. Это все Еи и такие как она… Таким только дай волю, и тогда никого нигде не пристрелишь, и в мире воцарится хаос.

Он пробормотал что-то неразборчивое, повернулся на каблуках и ушел.


Клэр проснулась, но не открывала глаза, уютно чувствуя себя в спальном мешке. Усталость, навалившаяся в конце последней смены, медленно покидала ее. Энди не шевелился. Это хорошо. Пеленки, наверное, еще сухие. Через десять минут она разбудит его, и они займутся друг другом. Он высосет молоко из ее набухших грудей, а она с удовольствием будет наблюдать, как его пустой животик наполняется теплым маминым молоком. «Мамам нужны детки, деткам нужны мамы, – думала она сонно. – Все в этом мире связано… Два человечка в одной биологической системе… Квадди вместе в технологической системе поселка… Каждый зависит от всех остальных… Все зависят от каждого.

И от моей работы тоже. Что надо сделать сегодня? Ящики для проращивания, трубы… Нет, сегодня я не буду таскать трубы, сегодня день Ускорения».

Ее глаза широко открылись и загорелись радостью.

– Тони, – задохнулась она, – ты давно уже здесь?

– Смотрю на тебя уже пятнадцать минут. Ты такая хорошенькая во сне. Можно к тебе?

Он висел в воздухе снова в знакомой рубашке и шортах, глядя на нее в полумраке комнаты.

– Как-нибудь привяжись, скоро начнется ускорение.

– Уже?..

Клэр освободила место для него, их руки сплелись, она прильнула к его лицу. Повязка на животе не испугала ее.

– Ты уже выздоровел?

– Да, здоров, – он счастливо вздохнул. – Когда я лежал там в их госпитале, то и думать не мог, что кто-нибудь придет за мной. Это же было очень опасно. Стоило ли так рисковать!

Он зарылся носом в ее волосы.

– Конечно, было опасно. Но мы же не могли оставить тебя. Мы, квадди, должны держаться вместе. – Она уже совсем проснулась и наслаждалась его присутствием. – Если бы мы потеряли тебя, это ослабило бы нас, говорил Лео. И не только генетически. Теперь мы составляем народ. Мы не просто Клэр и Тони, Сильвер и Сигджи и Энди. Я думаю, это то, что Лео называет синэргистика, объединенная энергия. Мы теперь нечто синэргетическое.

Странная вибрация пробежала по стенам комнаты. Клэр потянулась к люльке, забрала Энди и прижала его к себе верхними руками. Ее нижние руки все еще обнимали Тони. Энди пискнул, почмокал губами и снова заснул. Медленно, осторожно, что-то начало прижимать ее лопатки к стене.

– Мы отправляемся в путь, – прошептала она. – Он двинулся…

– Как он нас сблизил!

Они крепче прижались друг к другу.

– Я так хотел быть с вами в этот момент.

Она отдалась мягкому воздействию ускорения, стена поддерживала голову, Энди лежал на ее груди. Что-то звякнуло в буфете, она проверит потом.

– Хорошо так путешествовать, – вздохнул Тони, – не нужно ни укладываться, ни грузиться…

– А странно, что мы будем жить без «Галак-Тэк». Мы сами, квадди, только мы. Как подумаю, в каком мире придется жить Энди…

– Я думаю, что у нас будет лучше, – трезво сказал Тони. – Лучше, чем у нижних с их оружием, понимаешь? Свобода. Правда, – он покачал головой, – у нас это будет по-другому.


Конечно, нечего было и думать о предложении Еи поспать. Мрачный Ван Атта пошел не домой, а в свой офис, где не был уже недели две. Была полночь по времени Шатлпорта Три, его секретаря не было. Так лучше. При плохом настроении как раз приятно побыть одному.

Просидев минут двадцать в сумерках и бормоча что-то про себя, он решил просмотреть накопившуюся электронную почту. Рутинная работа в конторе шла своим чередом и в эти две недели, но события последних двух дней, конечно, перевернули все основы. Пожалуй, привычная работа успокоит его, и он сможет уснуть.

Устаревшие напоминания, просроченные запросы, бесполезные отчеты о ненужной работе, сообщение о том, что бараки для квадди готовы (он отметил это с угрюмой усмешкой; еще надо поймать каких-нибудь квадди для заселения этих бараков) с перерасходом средств на 15 %, инструкции из штаб-квартиры о свертывании Проекта Кая, непрошеный совет по спасению и перераспределению частей поселка…

Ван Атта вдруг остановился и вернул назад два кадра на своем видео. Что там было?

А также: Постэмбриональные экспериментальные культуры ткани. Количество: 1000. Способ ликвидации: сожжение по Стандарту ИГС для биолабораторий.

Он проверил, кто прислал это распоряжение. Нет, оно пришло не через контору Апмад, как он сначала предположил. Оно пришло из главной бухгалтерии, из отдела инвентаризации. Это была часть длинного компьютерного списка, включающего указания для разных лабораторий. Приказ был подписан каким-то неизвестным средним начальником отдела инвентаризации на Земле.

– Черт возьми, – выругался Ван Атта. – Похоже, что этот дурак не знает, что такое квадди.

Приказ был подписан несколько недель тому назад.

Он перечитал вводный параграф документа.

Глава Проекта должен предусмотреть закрытие его в кратчайший срок. Желательно как можно быстрее высвободить персонал для определения работникам новых назначений. Вам предоставляется право временно получать из соседних отделений материалы и персонал необходимые для завершения работ по закрытию до 6/1.

Его губы раздвинула торжествующая усмешка. Он аккуратно перевел запись на дискету, осторожно вынул ее, положил в карман и отправился искать Челопин. Он надеялся вытащить ее из постели.


Глава 14 | В свободном падении | Глава 16