home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


XII. ПЛАН СОЮЗА

Паулита рассказала дону Диего все, как было: Москит, по поручению дона Хусто, взялся убить дона Энрике, но вместо этого спас его по настоянию Паулиты. Теперь этот самый дон Хусто собирается жениться на молодой девушке, недавно приехавшей с Эспаньолы.

Дон Диего верил, что рассказ Паулиты правдив, но не мог разгадать причину, побудившую дона Хусто подослать убийцу к дону Энрике. Чтобы доискаться истины, он решил на следующий же день под любым предлогом увидеться с доном Хусто.

Донья Ана выслушала разговор до конца, потом, когда дон Диего собрался уходить, она снова отступила в тень и, переждав некоторое время, вернулась к себе. В сердце ее бушевали гнев, зависть и ревность!

Наутро вице-король получил следующее анонимное письмо:

«Сеньор, один из пиратов, совершивших неслыханные злодеяния на островах и побережье Нового Света, находится в Мехико. Он принадлежит к числу главарей, к тому же самых бесчестных, а нынче скрывается в доме дона Диего де Альвареса. Если ваша светлость желает схватить и примерно покарать его, вашей светлости достаточно послать в этот дом представителей закона».

Вице-король долго читал и перечитывал это послание; потом велел немедленно найти дона Диего.

Гонец поспел как раз вовремя: дон Диего намеревался выйти из дому для встречи с доном Хусто, но, узнав, что его вызывает к себе вице-король, поспешил во дворец.

– Плохи ваши дела, – начал вице-король.

– Почему, ваша светлость? – спросил Индиано.

– Вот, прочтите, – ответил вице-король, протягивая ему анонимное письмо.

Дон Диего внимательно прочел послание.

– Что вы на это скажете, дон Диего? – спросил вице-король.

– Не могу понять, от кого исходит эта клевета.

– Мне кажется, писала женщина.

– Совершенно верно, сеньор, но не могу догадаться, кто она.

– Вы говорили, что в Мехико живет дама, которой эта тайна известна?

– Да, сеньор, но этой даме неизвестно, что дон Энрике скрывается в моем доме.

– Может быть, еще какая-нибудь женщина посвящена в эту тайну?

– Ах! – воскликнул дон Диего – в голове его мелькнула мысль о Паулите. – Я подозреваю, кто мог это сделать.

– Кто же?

– Молодая женщина по имени Паулита. Это ее муж, прозванный Москитом, отбил дона Энрике у стражи вашей светлости.

– Как так?

– Да, сеньор, с этого и начались мытарства бедного юноши; мне здесь еще не все ясно, но я уже успел добыть важные сведения.

– Не поделитесь ли вы ими со мной?

– Я хотел было скрыть от вашей светлости часть правды, бросающей тень на мужа Паулиты, но ее недостойный поступок развязал мне руки, и я расскажу вашей светлости все, не утаив ни одного слова.

– Я вас слушаю.

Усевшись рядом с вице-королем, дон Диего поведал ему все, что ему удалось накануне услышать от Паулиты.

– Этот дон Хусто настоящий злодей! – воскликнул вице-король, выслушав рассказ.

– Да, сеньор, и теперь мне остается лишь узнать причину, по которой он так беспощадно преследовал дона Энрике.

– Что же вы собираетесь предпринять?

– Поговорить с доном Хусто.

– Он ни за что не признается.

– Если спросить его об этом прямо; но я постараюсь, чтобы он ни о чем не догадался, и, уверяю вашу светлость, я доищусь истины.

– А как быть с анонимным письмом?

– Если ваша светлость разрешит мне взять его с собой, я узнаю, чья рука его написала.

– Я не возражаю.

– Необходимо было бы, поскольку тайна разглашена, чтобы ваша светлость воспользовались своим правом, полученным от монарха – да хранит его бог, – и даровали полное прощение дону Энрике.

– Согласен.

– В таком случае с разрешения вашей светлости, – произнес дон Диего, пряча на груди анонимное письмо, – я удаляюсь и буду продолжать мои розыски.

– Да поможет вам бог.

Выйдя из дворца, дон Диего на миг задумался, идти ли ему сперва к дому Хусто или поспешить к Паулите, чтобы высказать ей все свое негодование.

Остановившись на последнем, он пересек Студенческую площадь и направился в переулок к дому Москита.

Дверь стояла настежь открытой, и Паулита в красной юбке, без корсажа и без лифа, в одной лишь белоснежной сорочке, обнажавшей ее плечи и шею, прибирала свой дом, весело распевая, как ранняя птичка.

– Добрый день, сеньор, – сказала она, завидя дона Диего и направляясь к нему навстречу.

– Добрый день, – сухо ответил дон Диего.

– Ну как, успешно ли продвигается дело дона Энрике? – спросила она, не заметив холодного тона своего гостя.

– Успешнее, чем вы могли бы предположить.

– Ах, какая радость!

– Умеете ли вы писать, сеньора?

– Немного, а почему вы спрашиваете?

– Сейчас узнаете. Вчера вы мне сказали, что многим обязаны дону Энрике?

– Да, сеньор, и я никогда этого не забуду.

– А что скажете вы о человеке, который постарался бы погубить и привести на виселицу своего благодетеля?

– Я назвала бы его низким существом.

– Так как же вы решились написать это письмо вице-королю и сообщить ему, где находится ваш покровитель?

– Это письмо! Это письмо! – в ужасе произнесла Паулита, беря протянутую ей бумагу. – Но я его никогда не писала!

– Прочтите и отвечайте, правда ли, что вы низкое существо?

Паулита с удивлением прочла послание; страшная догадка мелькнула у нее в голове: дон Энрике, человек которого она любила, был пиратом и этот пират – таинственный возлюбленный Хулии.

– Отвечайте! – в ярости крикнул Индиано, для которого искаженное лицо молодой женщины послужило лишним доказательством ее виновности.

– Признайтесь!

– Боже мой! – проговорила Паулита, не слушая дона Диего. – Это он! Это он! Боже мой! До сих пор я не знала, что такое ревность.

– Что вы говорите? Какая ревность?

– А вам что за дело? Это моя тайна, – рассердилась Паулита. – По какому праву вы меня выпытываете?

– По какому праву? Да ведь это письмо погубило дона Энрике, оно будет стоить ему жизни.

– Жизни? – закричала вне себя Паулита. – Жизни? По мне, пусть лучше погибнет, чем полюбит другую, я этого не вынесу, я сама убью его.

– Несчастная, что ты говоришь?

– Оставьте меня, оставьте! Замолчите! Я не желаю вас слушать!

Не в силах больше владеть собой, Паулита накинула на плечи шаль и выбежала на улицу.

Дон Диего вышел вслед за ней и направился к дому дона Хусто. Там царило необычайное оживление: маляры, каменщики, обойщики работали не покладая рук.

«Приготовления к свадьбе», – подумал дон Диего и обратился к слуге:

– Дома сеньор дон Хусто?

– Сеньор у себя в кабинете.

– Доложите о приходе дона Диего де Альвареса.

Слуга скрылся за дверью и, вернувшись, сказал:

– Прошу пройти, ваша милость.

Дон Хусто весьма церемонно встретил дона Диего.

– Я ждал вас.

– Вы меня ждали?

– Конечно. Вчера пришло ваше письмо, правда, без подписи, но, когда мне доложили о вашем приходе, я сразу догадался, что оно написано вами. Вот, возьмите.

И дон Хусто протянул Индиано лист бумаги.

Первым желанием дона Диего было оттолкнуть это письмо, крикнув, что не он написал его; но тут же в голове его молнией мелькнула мысль, что это анонимное послание, возможно, связано с тем, другим, направленным вице-королю. В самом деле, едва он взглянул на почерк, как тотчас понял, что оба письма написаны одной рукой. Он прочел:

«Сеньор дон Хусто, особа, которую вы, возможно, забыли, но с которой вы в свое время беседовали по поводу дона Энрике Руиса де Мендилуэты, просит вас быть дома завтра утром, для разговора о союзе для совместных действий».

– Как видите, догадаться было нетрудно, – сказал дон Хусто, когда дон Диего закончил чтение.

– В самом деле, – рассеянно подтвердил дон Диего.

– Так приступим к делу. Время дорого, завтра я венчаюсь, и сами понимаете…

– Я пришел… – нерешительно начал дон Диего.

– Понятно, – подхватил, приосанившись, дон Хусто, – вы пришли предложить мне союз, как некогда поступил я, явившись к вам за поддержкой. Но, друг мой, времена меняются; в ту пору дон Энрике, наследник графа, был еще жив, и я нуждался в вашей помощи, чтобы отделаться от него. Нынче его больше нет на свете. Завтра истекает срок, назначенный покойным графом, и сын моей сестры, – а по завещанию я его опекун, – унаследует титул и имущество графа де Торре-Леаль за отсутствием старшего в роде. Сами понимаете, я больше не нуждаюсь ни в чьей помощи, к тому же вы тогда, как мне помнится, вышвырнули меня из вашего дома. Так вот.

Оскорбленный Индиано готов был броситься на дона Хусто, но в этот момент в кабинет вошел слуга и обратился к хозяину дома:

– Сеньор, особа, от которой вы получили вчера письмо без подписи, желает видеть вас.

– Как? – удивился дон Хусто. – Значит, не вы его написали?

– Я этого никогда не утверждал, и не это побудило меня прийти к вам.

– Прошу прощения, выходит, я ошибся. Кто желает меня видеть?

– Женщина.

«Паулита», – подумал дон Диего.

– Передай, что я занят и не могу ее принять.

– Я удаляюсь, – поспешно сказал Индиано, боясь, что таинственная гостья ускользнет.

– Но почему же?

– Вы это сами поймете.

Взяв шляпу, дон Диего, не задерживаясь, направился к выходу. В прихожей какая-то женщина разговаривала со слугой. Нет, это не Паулита, решил он, – фигура, платье, все было иное. Незнакомка, с головы до ног закутанная в густую черную вуаль, повернулась и с видимой досадой вышла на улицу; дон Диего последовал за ней.

Направление, в котором пошла незнакомка, заставило дона Диего насторожиться; когда же она свернула на улицу Иисуса и Марии и постучалась в дверь знакомого дома, у дона Диего не осталось сомнений.

Женщина в черной вуали вошла в дом, но прежде, чем дверь за ней захлопнулась, дон Диего уже стоял в прихожей. Женщина успела поднять с лица вуаль; обернувшись на шум, она невольно вскрикнула.

Дон Диего одним прыжком очутился рядом с ней и схватил ее за руку.

– Смотрите! – сказал он, протягивая ей анонимное письмо, посланное на имя вице-короля.

– Боже мой! – простонала донья Ана, отворачиваясь.

– Донья Ана, – сказал Индиано, – вы низкая женщина! Вы предали дона Энрике вице-королю; вы пытались заключить союз с доном Хусто, чтобы окончательно погубить юношу. Вы ядовитая змея, я презираю вас! Забудьте меня навсегда. Вы мне ненавистны.

Оттолкнув донью Ану, дон Диего поспешил прочь из ее дома.


XI. НИТЬ АРИАДНЫ | Пираты Мексиканского залива | XIII. КАНУН СВАДЬБЫ