home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


ЧУТЬ ВЫШЕ ЗДРАВОГО СМЫСЛА

Вот сейчас, говорят, интерес общественности к НЛО снизился. Возможно, это так. Не вдаваясь в подробный анализ причин этого, хочу отметить, что, во-первых, уфологические сюжеты сами по себе уже не новы. А, во-вторых, замечено, что интерес к этой теме возрастает с увеличением числа случаев наблюдения НЛО. Люди снова ждут инопланетян, способных улучшить нашу жизнь. Иначе - активность НЛО и порождает этот самый общественный интерес.

В нашей стране после Великой Отечественной войны отмечены три волны активности НЛО: 1967-68, 1976-77 годы и самый "урожайный" - 1989-й. Они сопровождались обилием публикаций, появлением серьезных исследователей и лекторов. Таких, например, как порожденные первой волной Ю. А. Фомин, В. К. Зайцев, А. П. Казанцев, Ф. Ю. Зигель и другие.

Я вынесен в уфологический океан второй волной. Произошло это, как и многое в жизни, случайно.

А как вообще обычный человек может стать уфологом? К сожалению, курс уфологии в наших учебных заведениях не преподается. Исключение - пионерная инициатива ректора одного из московских институтов, где я читаю с 1994 года раздел "Уфология" в рамках курса "Концепции современного естествознания". Как известно, уфологию с 1974 года читал в Северо-Западном университете (США) ныне покойный американский уфолог - профессор Аллен Хайнек.

Действующая при Уфоцентре заочная уфологическая школа "Базис" (ее с 1988 года окончило уже около 5 тысяч человек) рассчитана лишь на 60 учебных часов. Правда, за это время можно, конечно, ликвидировать уфологическую безграмотность, или - каждому свое - удовлетворить любознательность. То есть, говоря стандартно, расширить свой естественнонаучный кругозор. Можно даже овладеть основами наблюдательной уфологии, методами опроса очевидцев и безопасной работы на предполагаемых и явных местах посадок НЛО.

Но для того, чтобы стать уфологом, мне кажется, нужно еще кое-что. Это коечто я бы сформулировал так: возвыситься над здравым смыслом, Да, да, именно возвыситься, если под здравым смыслом понимать современный уровень знаний, умноженный на предрассудки. Большинство живет по здравому смыслу и карает тех, кто бросает вызов этому самому смыслу, внося, например, необычную идею. В средние века тех, кто думал инако, сжигали на кострах, как Джордано Бруно. На нашем веку их упрятывали в тюрьму, как Эдуарда Наумова, определяли в психушку, как Вячеслава Зайцева, изгоняли за границу, как Александра Солженицына, лишали кафедры, как Юрия Фомина, перемещали под надзор в другой город, как академика Андрея Сахарова.

Кстати, об академиках. Блестящий физик-ядерщик, заслуженный лауреат многих премий А. Б. Мигдал, несмотря ни на что, тоже оказался пленником вышеназванного смысла. Когда он говорил о "летающих тарелках", то выражаемое им в аудиториях и по телевизору отношение к этому предмету можно свести в интегрированном виде к выражению "чушь собачья". Как это понимать? А так, что никакое высокое научное звание или должность, никакое глубочайшее знание своей специальности не делает человека уфологом. Как был уважаемый А. Б. Мигдал в этом деле дилетантом, так и остался им в истории, не успев, как и многие, образоваться по уфологии, вознестись над обыденщиной здравого смысла и перейти на уровень принятия НЛО как объективной и неординарной реальности.

Мое восхождение на уфологическую кручу началось с телефонного звонка. Летом 1976 года журнал "Наука и жизнь" устами заместителя главного редактора Рады Никитичны Аджубей обратился ко мне с просьбой сделать обзор писем читателей по поводу Бермудского треугольника. Надеюсь, не стоит лишний раз представлять этот район Атлантики, за которым и сейчас сохраняется репутация гибельного места. Я спросил, почему выбор пал на меня. Рада Никитична привела доводы: я - морской исследователь, ходил неоднократно в Атлантику на исследовательской подлодке, смотрел в иллюминаторы. Ближе меня к этой проблеме просто никого нет. А потом (вот где была собака зарыта!) океанологи из Академии наук писать на эту тему отказываются. А я подумал: "Неужто я не научный работник? Подумаешь, обзор писем. Это письмо направо, то - налево, подчитаю чего-нибудь по этому поводу, и обзор для популярного журнала готов". К тому времени я уже десять лет ходил в кандидатах наук и много написал всякого, в том числе и популярного. И согласился, как оказалось, на свою голову.

Дело в том, что в трех главных библиотеках Москвы - Ленинке, Публичной научно-технической и Иностранной литературы - на русском языке по проблеме Бермудского треугольника научных публикаций не оказалось. Странно, но ничего не оказалось и на английском, хотя злосчастный треугольник расположен, можно сказать, под носом у Соединенных Штатов. Единственное, что попало в поле зрения, так это популярная брошюра Чарльза Берлица "Бермудский треугольник", где я впервые встретился с термином "УФО". До этого, как и большинство советских людей, я подхихикивал, читая в газетах о том, что за рубежом сходят с ума, занимаясь "летающими тарелками". Но мне почему-то показалось, что Берлиц говорит об УФО серьезно. В душе поселилось беспокойство. А вдруг Берлиц прав, а не правы газеты? Тогда я верил им (и не только им) несравненно больше, чем позже. В попытках вывести себя из состояния мировоззренческой невесомости я пришел за правдой в Главный штаб ВоенноМорского Флота. Его величество случай продолжал править бал, сведя меня с Ю. В. Ивановым. У него я ознакомился с документами флотской разведки о НЛО. Все смешалось. Мой здравый смысл переходил на другую орбиту. Я перерождался в уфолога, убедившись в том, что НЛО - неосознанная реальность.

Это было время большого познавательного накала. Оказалось, что я, как канатоходец, ступил на проволоку, где с одной стороны - непредсказуемые проявления и экзерсисы НЛО, с другой - непредсказуемая реакция официальной науки, аппаратчиков, общественности. Можно, конечно, вспомнить черные списки, переданные партократами в общество "Знание", где я согласно алфавиту открывал плеяду запрещенных лекторов. А что стоили состряпанные "Литературной газетой", "Трудом" и даже "Известиями" компроматы по поводу моей персоны. Помню перекошенные лица секретарей парткомов, райкомов, горкома, инструктора ЦК КПСС, требующих замолчать, не возникать и в итоге добивающихся уволить. Да, свершалось и такое. Но больше вспоминается другое: мои первые научные шаги - отчет по НИР "Гидросферный аспект проблемы НЛО" и проект "Методических указаний".

Тогда, в годы моей уфологической юности, я и не предполагал масштабности проблемы, ее величественности и многообразия. Она засасывала меня все глубже и глубже. Я считал, что "тарелки" - это аналогия нашим космическим аппаратам, что они и их пилоты продуцированы на других планетах. Я тогда и не представлял другого подхода. Но позже все оказалось и сложнее, и увлекательнее.


" КОСМОС-955" СТАРТОВАЛ ДОСРОЧНО? | Иная жизнь | ПЕРВАЯ ЛЕКЦИЯ