home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


13

По пути к центру управления Смотрителю пришлось дважды полностью произнести про себя Молитву, Приводящую Душу в Равновесие, прежде чем оцепенение отпустило его. Но его тут же начинало трясти, как только он вспоминал, к чему привела его хитроумная уловка.

Добравшись до своего кабинета, Смотритель восемь раз сделал знак «Славься, Краг» и мысленно повторил половину ряда кодонов. Это его немного успокоило. Только тогда он набрал номер юридической фирмы «Фиэрон и Доэни, Сан-Франциско», услугами которой обычно пользовался Краг. На экране появился Лу Фиэрон, младший брат сенатора. Смотритель рассказал ему о случившемся.

– Зачем Сполдинг стрелял? – спросил Фиэрон.

– Истерия. Глупость. Возбуждение.

– Краг не приказывал ему стрелять?

– Абсолютно исключено. Просто чудо, что выстрел не зацепил самого Крага, которому, кстати, ничего не угрожало.

– Свидетели есть?

– Никколо Варгас, я, второй альфа из ПР… плюс несколько бет и гамм, случайно бывших поблизости. Вам нужны их имена?

– Да нет, не стоит, – ответил адвокат. – Сами знаете, на что годится свидетельство беты. Где сейчас Варгас?

– Все еще здесь. Но скоро, наверное, вернется в Антарктиду.

– Попросите его, пожалуйста, позвонить мне сегодня. Позже я подъеду в обсерваторию, запишу его показания и заверю их. А второй альфа…

– Не связывайтесь с ним, – посоветовал Смотритель.

– Почему?

– Он фанатик от политики. Наверняка попытается сделать на происшедшем политический капитал. На вашем месте я бы лучше взял показания у какого-нибудь беты, только бы не впутывать Канцеляриста.

– Нет, он непосредственный свидетель, взять у него показания все равно придется. Но я его как-нибудь нейтрализую. Кому он, кстати, принадлежит, не знаете?

– Охрана Недвижимости, Буэнос-Айрес.

– Какие-то дела у нас с ними были… Джо Доэни позвонит им и от имени Крага купит этого альфу. Тогда ему вряд ли удастся устроить скандал…

– Ни в коем случае, – сказал Смотритель. – Лу, я удивлен, такой грубый ход…

– Почему?

– Этот альфа – из ПР, так? Самый больной для них вопрос – андроиды как движимое имущество. Мы застрелили его спутницу, а теперь хотим купить его, чтобы заставить замолчать? Ну, как это выглядит? Сразу после этого он выступает с заявлением для прессы, и у ПР появляется по меньшей мере, миллионов десять новых членов.

– Конечно, конечно, вы правы, – нахмурившись, закивал Фиэрон. – Хорошо, Тор, а что сделали бы вы?

– Давайте я поговорю с ним, – предложил Смотритель. – Как андроид с андроидом. Может, я сумею уговорить его не поднимать шума.

– Очень надеюсь на это. А я пока свяжусь с «Лабрадор Трансмат-Дженераль» и узнаю, какую компенсацию они хотят за… как вы сказали? Альфу Кассандру Адрон. С ними мы быстро договоримся. Передайте Крагу, чтобы он не беспокоился: через неделю все будет улажено так, словно ничего и не произошло.

«Если не считать того, – добавил про себя Смотритель, что убита альфа».

Он дал отбой.

Когда он вышел из центра управления, на улице бушевала настоящая метель. Снег сыпался гуще и гуще; гаммы на снегоуборочных машинах успели очистить всю площадь стройки, кроме круга диаметром метров пятьдесят, в центре которого лежало тело Кассандры. Приближаться к телу гаммы тщательно избегали. Труп был весь уже запорошен тонким слоем снежной пыли. Рядом неподвижно белела фигура Зигфрида Канцеляриста.

– Ее владелец извещен, – сказал, подойдя к нему, Смотритель. – Я сейчас вызову гамм, чтобы они отнесли тело в морозильник, пока «Лабрадор Трансмат-Дженераль»…

– Оставьте ее здесь! – оборвал его Канцелярист.

– Что?

– Да-да, здесь, где ее убили. Я хочу, чтобы труп увидели все андроиды, которые работают здесь. Этого мало, что они услышали об этом злодейском убийстве! Я хочу, чтобы они увидели!

Смотритель бросил взгляд на мертвое тело. Кто-то – наверное.

Канцелярист, больше некому – распахнул ее плащ так, что обнажилась грудь и широкая рана с почерневшими краями.

– Нельзя оставлять ее на снегу, – сказал Тор.

– Я хочу, чтобы это увидели все! – поджал губы Канцелярист. – Смотритель, это было убийство! Политическое убийство!

– Что за нелепость!

– Краг позвал своего прихвостня, и тот застрелил ее за то, что она искала у Крага поддержки. Мы оба видели это. Она не делала ничего угрожающего – просто в пылу энтузиазма подошла к Крагу слишком близко. И он приказал убить ее.

– Совершенно иррациональная интерпретация событий, – произнес Смотритель. – Краг ничего не выигрывает, убирая ее. В Партии Равенства он не видит для себя никакой серьезной угрозы – только мелкий повод для раздражения. И кстати, если, по-вашему, Краг решил развязать кампанию террора по отношению к руководству ПР, почему тогда вы живы? Достаточно было бы еще одного выстрела…

– Но почему все-таки она была убита?

– Ошибка, – ответил Смотритель. – Убийца – личный секретарь Крага. Ему было сказано, что у центра управления на Крага производится покушение, и когда он прибежал туда, то увидел, что Альфа Кассандра Адрон борется с Крагом. Откуда ему было знать, что происходит на самом деле? Я, кстати, был вместе с ним, и мне все представлялось точно так же. Ни секунды не задумываясь, он выстрелил.

– Допустим, – проворчал Канцелярист. – Но он же мог прицелиться, например, в ногу, если он такой снайпер. Нет, он стрелял, чтобы убить, прямо в сердце. Почему, почему?

– Изъян в характере. Дело в том, что он – эктоген. Он терпеть не может – если не сказать ненавидит – андроидов. К тому же – буквально за несколько минут перед… происшествием – у него случился спор со мной и еще несколькими андроидами, и в споре этом он был вынужден уступить.

Обычно его ненависть к нам кипит глубоко внутри. На этот раз она перелилась через край. И когда он увидел, что «убийца» – андроид…

– Допустим, – повторил Канцелярист, отряхивая с лица налипший снег. – И что будет дальше с этим эктогеном-убийцей?

– Краг строго накажет его.

– Я имею в виду судебное наказание. Ведь за убийство полагается стирание личности, так?

– Так. Но за убийство человека, – со вздохом произнес Смотритель. – Эктоген же просто уничтожил некую собственность, принадлежащую «Лабрадор Трансмат-Дженераль». С точки зрения закона, это не уголовное, а гражданское правонарушение. «Лабрадор Трансмат-Дженераль» потребует возмещения ущерба. Краг уже согласился принять ответственность на себя, и он выплатит полную цену.

– Полную цену! Полную цену! Гражданское правонарушение! Краг заплатит!

А чем заплатит убийца? Ничем? Никто даже не обвинит его в преступлении!

Альфа Смотритель, вы действительно андроид?

– Можете свериться с моей метрикой.

– Странно. Вы андроид, но думаете как человек.

– Уверяю вас, Альфа Канцелярист, я действительно андроид.

– Но кастрированный?

– Мое тело без изъянов.

– Я выразился метафорически. Я имел в виду духовную кастрацию: вам внушили защищать интересы человека, когда попираются ваши собственные.

– Мне не внушали ничего сверх обычного обучения на заводе в Дулуте.

– А такое впечатление, будто Краг купил не только ваше тело, но и душу.

– Краг – творец наш. Я принадлежу ему полностью и безраздельно.

– Оставьте вы эту религиозную чушь! – огрызнулся Канцелярист. – Акт заключается в том, что беспричинно была убита женщина, а Краг хочет отделаться выплатой компенсации «Лабрадор Трансмат-Дженераль». И вы готовы с этим согласиться? Равнодушно пожать плечами и сказать: да, она была просто предметом собственности. _Может, вы и о себе думаете как о предмете собственности_?

– Я и есть предмет собственности, – ответил Смотритель.

– И вы согласны с таким положением вещей?

– Я согласен с таким положением вещей, потому что знаю, что придет время избавления.

– Вы в это верите?

– Я в это верю.

– Альфа Смотритель, вы просто глупец. Все это самообман. Вы выстроили маленькую уютную модель мира, помогающую вам сносить рабство – ваше собственное рабство и рабство таких, как вы. И вы даже не догадываетесь, какой вред наносите делу освобождения андроидов. И то, что случилось сегодня, вас ничуть не потрясло. Сейчас вы пойдете в эту вашу церковь и будете молить там Крага, чтобы он освободил вас, а настоящий Краг, между прочим, только что стоял здесь, на этом клочке замерзшей земли, на его глазах была убита женщина-альфа… и все, на что способен этот ваш спаситель, – приказать вам связаться с адвокатами и полюбовно уладить с «Лабрадор Трансмат-Дженераль» иск о разрушении собственности? Этому человеку вы поклоняетесь?

– Я поклоняюсь не человеку, – сказал Смотритель. – Я поклоняюсь идее Крага-Творца, Крага-Хранителя, Крага-Избавителя, и человек, который послал меня связаться с адвокатами, только частное воплощение этой великой идеи.

Не самое существенное воплощение.

– И в это вы тоже верите?

– В это я тоже верю.

– Невозможно, – пробормотал Зигфрид Канцелярист. – Ну поймите, наконец, мы живем в настоящем, а не в идеальном мире, перед нами стоит настоящая, а не выдуманная проблема, и нам надо найти настоящее решение. Это решение в политической организации. Нас уже в пять раз больше, чем их; автоклавы работают не переставая, с каждым днем нас становится все больше и больше, в то время как они почти перестали размножаться. Мы слишком долго мирились с нашим унизительным положением. Если мы потребуем равных прав, им придется уступить, потому что в душе они боятся нас и знают, что нам ничего не стоит уничтожить их. Стоит только захотеть. Не думайте только, что я сторонник насильственных методов борьбы, но намек на возможность насилия, даже намек на намек… Разумеется, мы должны действовать конституционными методами: введение андроидов в состав Конфесса, предоставление гражданских прав, признание личностью с точки зрения закона…

– Пожалуйста, хватит. Я знаком с платформой ПР.

– И вы по-прежнему не видите логики в нашей позиции? Даже после того, что случилось сегодня? После этого?

– Я вижу, что люди относятся к вашей партии терпимо и даже считают ваше фиглярство забавным, – ответил Смотритель. – Также я вижу – точнее, предвижу, – что, если ваши требования перестанут быть символическими, ПР запретят, ее активистов подвергнут гипнолоботомии или даже просто уничтожат, не испытывая ни малейших угрызений совести, – так же, как была сегодня уничтожена ваша спутница. Вся человеческая экономика основана на представлении об андроидах как о собственности. Когда-нибудь это, может, и изменится, но не так, как представляется вам. Только как добровольный акт со стороны людей.

– Наивное допущение. Вы приписываете людям достоинства, которых у них просто нет.

– Они – наши создатели. Разве могут они быть дьяволами? А если так, кто тогда мы?

– Они не дьяволы, – произнес Канцелярист. – Они просто люди – слепые, глупые, эгоистичные люди. Их еще надо научить понимать, кто мы такие и что они делают с нами. Но им это не впервой. Когда-то давно на Земле были две расы, белая и черная, и белая поработила черную. Черных людей покупали и продавали, как животных, они считались собственностью – абсолютно точная параллель с нашим случаем. Но несколько просвещенных белых поняли всю несправедливость происходящего и призвали положить конец рабству. И после долгих лет политического маневрирования, обработки общественного мнения, настоящей войны рабов наконец освободили и они тоже стали гражданами. Нашу тактику мы вырабатываем по аналогии.

– Аналогия – не корректива, параллель вовсе не точна, – возразил Смотритель. – У белых не было никакого права лишать свободы своих чернокожих братьев. Некоторые белые поняли это сами и освободили своих рабов. Рабы же не занимались ни политическим маневрированием, ни обработкой общественного мнения. Они смиренно страдали, пока белые сами не поняли своей вины. Да и в любом случае эти рабы были людьми. Какое право имеет один человек поработить другого? Но наши хозяева сделали нас. Мы обязаны им самим нашим существованием. Они вправе делать с нами все что им угодно, для этого они и сотворили нас. И бессмысленно говорить об угрызениях совести или о том моральном ущербе, который рабство причиняет рабовладельцу. Аналогия не работает.

– Детей они тоже делают, – сказал Канцелярист. – И даже, в каком-то смысле, считают их своей собственностью, пока они не вырастут. Но детство когда-нибудь кончается, и вместе с ним кончается «рабство». Но наше рабство не кончается никогда. Что, такая уж большая разница между ребенком, зачатым в постели, и ребенком, зачатым в автоклаве?

– Я согласен с тем, что сегодняшнее положение андроидов справедливым никак не назовешь…

– Прекрасно! -…но я не согласен с вашей тактикой, – продолжал Смотритель. – Политическая партия – это не решение проблемы. Люди не хуже нас знают свою историю, эта параллель не могла не приходить им в голову, но они посчитали ее некорректной; и если б они испытывали какие-то угрызения совести, это от нас не скрылось бы. И нам ни в коем случае нельзя прибегать к моральному давлению, по крайней мере прямому. Мы должны доверять им, мы должны понять, что наши сегодняшние страдания – это испытание нашей добродетели, нашей силы, испытание, придуманное Крагом, чтобы определить, достойны ли мы влиться в человеческое общество. Вот лучше другой исторический пример: римские императоры скармливали первых христиан львам. Но в конце концов императоры не просто прекратили так делать, но и сами стали христианами. И произошло это не потому, что первые христиане образовали политическую партию и намекнули, что могут поднять восстание и перерезать всех язычников, если немедленно не будет объявлена свобода вероисповедания. Нет, это был триумф веры над тиранией. Аналогично…

– Да верьте вы сколько вам угодно! – вдруг выкрикнул Канцелярист. – Никто не отнимает у вас вашей дурацкой религии. Только присоединитесь к ПР. До тех пор, пока среди альф нет единства…

– Наши пути несовместимы. Мы проповедуем терпение и молимся за то, чтобы на нас снизошла Божественная благодать. Вы же агитаторы и памфлетисты. Как можем мы присоединиться к вам?

Смотритель понял, что Канцелярист больше не слушает его. Он весь ушел в себя: глаза его широко раскрылись и блестели, по щекам бежали слезы, и снежинки прилипли к двум влажным дорожкам. Смотрителю никогда раньше не доводилось видеть плачущего андроида, хотя он знал, что физиологически это возможно.

– Похоже, – произнес он, – нам никогда не переубедить друг друга.

Только сделайте, пожалуйста, для меня одну вещь. Обещайте, что не станете раздувать из этого убийства политического скандала. Обещайте, что не станете кричать на каждом углу, будто Краг приказал убить ее. Потенциально Краг – величайший союзник, какой только может быть у нашего общего, несмотря на все разногласия, дела. Одним своим заявлением он может спасти всех нас. Но если вы публично предъявите ему такое нелепое обвинение, этим вы только оттолкнете его и причините нашему делу непоправимый ущерб.

Канцелярист закрыл глаза, медленно опустился на колени и ничком рухнул на тело Кассандры Адрон. Послышались приглушенные рыдания.

– Пойдемте, я провожу вас в нашу церковь, – произнес Смотритель после недолгого молчания. – Глупо так валятся в снегу. Даже если вы не верите, мы можем помочь вам облегчить душу и унять скорбь. Поговорите с одним из наших Трансцендеров; помолитесь Крагу, и, может…

– Уходите, – глухо проговорил Зигфрид Канцелярист. – _Уходите же_.

Смотритель пожал плечами. На короткое мгновение его словно придавило неподъемным грузом чужой скорби, в груди возникла холодная пустота. Он оставил двух альф, живого и мертвую, лежать среди бушующей метели и заторопился на север – искать, куда переехала церковь.


предыдущая глава | Стеклянная башня | cледующая глава