home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 23

ВЕЛИКОЕ ПОСОЛЬСТВО

Великое посольство отбывало из столицы в мартовскую оттепель. Длинный санный поезд, спустившись с бугра, устремился по накатанной дороге в сторону Москвы-реки.

Ошалев от невиданного зрелища, посадские с восторгом посматривали на обоз, окруженный со всех сторон солдатами Преображенского полка. Замоскворецкие собаки, задрав кверху носы, провожали поезд дружным лаем.

Подоспевшие стрельцы едва успевали оттеснять неугомонных псов бердышами:

– А ну пошли прочь, неуемные!

Только одна сучечка, рыженькая, с поднятым хвостом, не взирая на угрозы, продолжала преследовать поезд, расторопно кружа между людьми и под ногами лошадей. Высокий бомбардир, ехавший на пегой лошади, стеганул кнутом беспокойную собаку поперек спины, и та, обиженно завизжав, сбежала по снежному настилу с крутого накатанного косогора.

– Ловко ты ее, Петр Алексеевич, – услужливо заглянув в глаза, произнес офицер в костюме Преображенского полка.

– Сказано же тебе, Алексашка, дурья ты башка, я не Петр Алексеевич, а бомбардир Преображенского полка Петр Михайлов!

– Ловко ты ее, Петруха, – весело поправился Меншиков, – под самый хвост угодил. Теперь она того... Долго еще с кобелями не захочет.

Бабы, застывшие у полыньи с коромыслами, с интересом провожали обоз. Оживленно, под барабаны и вой гарнизонной трубы, санный поезд отходил от Кремля, привлекая к себе внимание всякого. Русобородые, молодые, со статной выправкой солдаты весело глядели на собравшейся народ и, крепко придерживая мушкеты, торопились следом.

С Благовещенского собора, желая уходящим доброго пути, зазвучал колокол, легко перекрывая своим низким густым звучанием удалой потешный барабан. Из ворот вышел патриарх. Прищурив подслеповатые глаза на выглянувшее светило, всмотрелся в почерневший весенний снег и, осенив крестным знамением хвост обоза, удалился в Кремль, подхваченный под руки заботливыми служками.

Глава Великого посольства Франц Лефорт в парадном татарском кафтане с соболиной накидкой на плечах ехал впереди обоза. По обе стороны от него – французы из Преображенского полка.

– Расступись! – срывая голос, орал сотник на собравшихся горожан.

Толпа, раздвигаясь неохотно, впустила в себя длинный обоз, как если бы хотела проглотить его зараз.

– Куда же это они нынче-то? – спросил дьяк в темно-коричневом кафтане, отступая перед санями.

– В шведскую землю, до Риги, а там к немчинам. Науки постигать.

Накатывая полозьями дорогу, санный поезд покатил по берегу Москвы-реки в сторону шведской границы.

– А вон тот дылда на вороном жеребце уж больно на государя похож, – прищурился дьяк, разглядывая тощую фигуру Петра. – Да и ухватки те же. Так же рожу кривит, как будто бы пчела покусала.

Его собеседник, дядька с черными пронзительными глазами, в меховой шапке набекрень, недоверчиво произнес:

– Неужто царь? Он ведь сейчас в Преображенском селе сидит, со своей лебедушкой, как ее... Не то Монс, не то еще как. Да всех его баб и не упомнишь! – И, всмотревшись попристальнее во всадника, продолжил: – А вообще похож. Только наш государь поладнее будет, а сей уж больно скособочился.

– Я так думаю: все-таки царь. Вот только что ему делать в иноземщине?

– А что еще делать этой детине стоеросовой? То же, что и в Москве. Баловством будет заниматься, маскарады устраивать да фейерверки пускать.

Санный поезд, растянувшись на добрые три версты, петлял по улицам, вызывая неистовую ярость окрестных собак.

– Иноземцы хорошему не научат. У нас своя голова на плечах имеется. На Азов пошли с чужестранными командирами, и что получилось? Только позора набрались. Пришлось на наших полковников менять. А летом царь в Преображенском фейерверк запускал. И что было-то?

– Чуть все село не спалил.

– Вот то-то и оно! Поучится, вернется, так обязательно всю Москву предаст огню. Тогда нас шведы голыми руками брать станут.

Дьяк глубоко вздохнул:

– Поживем, увидим...


* * * | Заговор русской принцессы | * * *