home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню



11

Рут проснулась на чем-то мягком, вокруг струился успокаивающий голубоватый свет. Она огляделась: кровать, шелковые теплые покрывала. Она пеняла, что лежит на кровати обнаженная… но ей тепло… тепло. Над ней располагалась овальная форма, полная сверкающих граненых кристаллов. Они меняли цвет, пока она смотрела на них — зеленые, серебряные, желтые, голубые… Они успокаивали ее.

Она чувствовала, что рядом с ней было что-то, срочно требовавшее ее внимания, но в этом ощущении присутствовал парадокс. Все ее существо подсказывало ей, что этот навязчивый предмет может подождать.

Она повернула голову направо. Откуда-то поступал свет, но она не смогла обнаружить его источника — свет неожиданно стал желтым, похожим на солнечный. Комната, в которой она находилась, выглядела довольно необычно — стена как будто состояла из рядов книг, на низком овальном столике в беспорядке лежали странные золотые предметы: кубики, прямоугольные сосуды, полусферы. В комнате было окно, вплотную к которому подступала снаружи ночная тьма. Неожиданно, поверхность окна стала металлически белой и за ним появилось лицо, смотрящее на Рут. Это было большое лицо со странной серебристой кожей, резкими угловатыми чертами, глубоко посаженными пронзительными глазами.

Рут чувствовала, что это лицо должно было испугать ее, но у нее сейчас не было сил на эмоциональную реакцию.

Лицо исчезло, и за окном возник вид на морской берег, отвесные утесы с пенящимися бурунами прибоя, мокрые камни, яркое солнце. Снова пространство стало черным, и она поняла, что эта обрамленная поверхность не может быть окном.

Перед этим странным экраном стояла необычной формы стойка на колесиках, с рядами кнопок, похожая на сюрреалистическую пишущую машинку.

Она почувствовала слева дуновение сквозняка. С тех пор, как она проснулась, это было первое ощущение холода. Она повернулась в ту сторону, откуда дуло, и увидела овальную дверь. Дверь была открыта, но расположенные снаружи плотно закрытые радужные створки перекрывали доступ в комнату. В дверях стояла приземистая фигура в зеленом трико. Рут узнала лицо, недавно смотревшее на нее. Где-то в глубине ее существа возникла следующая реакция: "Какой отвратительный, кривоногий маленький человек". Однако ее реакция внешне никак не проявилась.

Широкий лягушачий рот существа приоткрылся. Он произнес: "Я Келексел". Голос был вкрадчивый, спокойный и вызывал ощущение легкого покалывания.

Глаза существа двигались по ее телу, она заметила в его взгляде явное сексуальное влечение и удивилась, что это не вызвало у нее отвращения. Комната была какая-то уютная, граненые кристаллики меняли цвет с такой успокаивающей гармонией.

— Я нахожу тебя очень привлекательной, — сказал Келексел. — Я не припоминаю, чтобы кто-либо раньше вызывал у меня такое сильное желание.

Он двинулся к кровати. Она следила за ним глазами, наблюдая, как он манипулирует ручками машины, расположенной наверху передвижной стойки. Приятная волна прошла по ее телу, и в голове мелькнула мысль, что это странное существо, этот Келексел, должен быть интересным любовником.

Едва слышный внутренний голос воскликнул: "Нет! Нет!" и замолк.

Келексел встал рядом с ней.

— Я — Чем, — сказал он. — Это что-нибудь говорит тебе?

Она покачала головой.

— Нет. — Ее голос был очень слабым.

— Ты видела раньше таких, как я? — спросил Келексел.

В ее памяти всплыли последние несколько минут с Невом, существа, входящие в дверь. И Энди, Она понимала, что должна чувствовать при мысли об Энди, но чувствовала на деле только сестринскую привязанность. "Дорогой Энди… милый, дорогой человек".

— Ты должна отвечать мне, — произнес Келексел. В его голосе ощущалась колоссальная внутренняя сила.

— Я видела… троих… в моем доме… которые…

— А, трое, которые доставили тебя сюда, — сказал Келексел. — Но до этого, ты видела кого-нибудь из нас до этого?

Она подумала о роще, вспомнила описания Энди (добрый, внимательный Энди!), но ведь сама она не видела там этих существ.

— Нет, — сказала она.

Келексел поколебался, взглянул на индикаторы манипулятора, который контролировал эмоции женщины. Она говорила правду. Все же не следовало ослаблять внимание.

— Так, значит, тебе ничего не говорит то, что я — Чем? — спросил он.

— Кто… такие Чемы?

Сейчас какая-то часть ее испытывала сильное любопытство. И любопытство боролось с чувством приятной расслабленности, которая возникла при разговоре с Келекселом. Какое же простодушное существо! Упоительно простодушное существо.

— Ты еще это узнаешь, — сказал Келексел. — Ты сильно привлекаешь меня. Мы, Чемы, хорошо относимся к тем, кто доставляет нам удовольствие. Ты не можешь вернуться к своим друзьям, но, разумеется, это не навсегда. Однако, ты получишь компенсацию. Служить Чемам — большая честь.

"Где сейчас Энди? — подумала Рут. — Дорогой, милый Энди".

— Очень привлекательна, — промурлыкал Келексел. Повинуясь неосознанному порыву, он вытянул палец и дотронулся до ее правой груди. Какая у нее упругая и приятная кожа. Палец осторожно коснулся соска, прополз по ее шее, плечу, подбородку, губам, волосам.

— У тебя зеленые глаза, — сказал Келексел. — Мы, Чемы, очень любим зеленый цвет.

Рут проглотила слюну. Осторожное скольжение пальца Келексела наполнило ее восторгом. Его лицо притягивало ее взгляд. Она подвинулась к нему, дотронулась до его руки. Какой твердой и сильной была эта рука! Она встретила пронизывающий взгляд его карих глаз.

Индикаторы манипулятора показали Келекселу, что женщина уже полностью подчинена его воле. Понимание этого возбудило его. Он улыбнулся, показывая квадратные серебристые зубы.

— Я задам тебе еще много вопросов, — сказал он. — Попозже.

Рут казалось, что она погружается в озеро расплавленного золота. Ее внимание было сосредоточено на кристаллах, сверкающих над кроватью. Голова Келексела на секунду закрыла их калейдоскопическое движение, и она почувствовала, как его лицо прижалось к ее груди. По поверхности золотого озера прокатились волны вселяющего ужас экстаза.

— О Господи, — прошептала она. — О Господи! О Господи!

"Как приятно поклонение в такие моменты", — подумал Келексел. Сейчас он испытывал от женщины наивысшее наслаждение, чем когда-либо.



предыдущая глава | Ниточка памяти (сборник) | cледующая глава