home   |   А-Я   |   A-Z   |   меню


Глава 21

– И что случилось потом?

– Я уже рассказывал вам, что случилось потом.

– Расскажите нам еще раз, – попросил помощник шерифа.

Дейл вздохнул. Он ужасно устал, и голова болела. Местная анестезия больше не действовала, а на его рану наложили девять швов, боль в руке после укола от столбняка заглушала собой боль от всех его синяков, вместе взятых. Но хуже всего была головная боль. Медсестры после всех процедур позволили ему снова одеться, и сейчас он беседовал с помощником шерифа в пустом вестибюле приемного покоя больницы в Оук-Хилле. Было чуть больше трех часов утра, но в вестибюле не было окон, поэтому здесь горели очень яркие лампы дневного света. В воздухе пахло пережженным кофе.

– После того, как вы ушли с фермы, – подсказал ему помощник шерифа. Он был старшим из двоих людей в мундирах, но все равно ему еще не исполнилось тридцати, у него была цветущая физиономия и коротко остриженные светлые волосы. – Сколько прошло времени после того, как, вы говорите, потеряли сознание?

Дейл пожал плечами и тут же пожалел о сделанном движении. Руки, плечи, ребра болели так, словно его пинали подкованными сапогами. Головная боль вонзилась в глаза множеством стальных дротиков.

– После того, как я ушел с фермы – медленно произнес Дейл – я направился к супермаркету «Квик» по шоссе 1-74.

– Но вы говорили, что у вас имеется сотовый телефон. Вы могли позвонить по нему, прежде чем идти в супермаркет.

– Я же сказал, что не смог найти сотовый телефон, – ответил Дейл негромко, чтобы не провоцировать новый приступ головной боли. Он старался вставлять слова между болевыми волнами. – Я посмотрел в машине, но не нашел телефон. Возможно, он завалился между сиденьями. Свет в салоне почему-то не загорался. Я мог бы поискать в доме, но мне показалось, что главное – уйти оттуда и позвать на помощь.

– Зажигание в вашем автомобиле не сработало, – монотонным голосом произнес помощник шерифа. Он поглядывал в дешевый блокнот на спирали, который держал в руке. Дейл видел на задней обложке блокнота ярлык с ценой и штрих-кодом.

– Зажигание в моем автомобиле не сработало, – подтвердил Дейл. – Аккумулятор… машина вообще не завелась.

– Но помощник шерифа Раисе завел машину с полоборота тем ключом, который вы нам дали, – сообщил помощник шерифа.

Он посмотрел на своего молодого коллегу, который сидел через стол от него. Молодой полицейский серьезно кивнул, подтверждая эти слова.

Дейл хотел было снова пожать плечами, но вместо этого кивнул.

– Я понятия не имею, почему она не завелась раньше.

– И в доме у вас телефона нет. В том доме, который вы в данный момент снимаете?

Дейл вздохнул. Кивнул снова. Они задавали ему этот вопрос в той или иной форме с самой полуночи.

– Вы уверены, что никаких следов Мишель там не осталось? – спросил он у полицейского помоложе.

– Никаких, – подтвердил помощник шерифа Дик Раисе.

Значок с его именем был приколот к левому карману рубашки.

– Вокруг темно, – сказал Дейл. – Вы проверили большой амбар?

– Мы с Тейлором проверили все амбары и сараи, – ответил полицейский Раисе.

Дейл в первый раз заметил, что у молодого полицейского за щекой лежит небольшой кусочек жевательного табака.

Полицейский постарше взмахнул своим блокнотом, словно приказывая помощнику шерифа Райссу помолчать.

– Мистер Стюарт… кстати, вам больше нравится «мистер» или «профессор»?

– Мне все равно, – устало ответил Дейл.

– Мистер Стюарт, – продолжал помощник шерифа, – зачем вы шли три мили до супермаркета? Почему не пошли к дому соседей? Фаллоны живут всего в полутора милях севернее вас. А Бахманнсы в трех четвертях мили, если пройти назад по Хард-роуд, перед самым кладбищем.

– Бахманнсы? – переспросил Дейл. – Так это они живут сейчас в доме дяди Генри и тети Лины?

Помощник шерифа Брайан Прессер посмотрел на него с недоумением. Дейл покачал головой.

– Если речь идет о старом доме дяди Генри и тети Лины, который стоит севернее кладбища, так там было темно. На подъездной дороге не было машин. А на заднем дворе лаяла большая собака. И я пошел дальше.

– Но почему же в супермаркет, а не в город, мистер Стюарт?

– Я не мог вспомнить, где в городе есть телефон-автомат, – сказал Дейл. – Мне казалось, телефон должен быть рядом с почтой или перед банком, но я так и не вспомнил. К тому же в той стороне было совсем темно. Когда я вышел на Джубили-Колледж-роуд… ну да, я увидел огни супермаркета приблизительно в миле впереди за Хард-роуд. – Он дотронулся до гудящего черепа. – Мне показалось, так… безопаснее. Идти по прямой.

Помощник шерифа Прессер что-то записал в свой крошечный блокнот. Дейл заметил, что пальцы полицейского побелели от напряжения, с каким он сжимал ручку, и выгнулись – точно так же, слишком сильно, сжимали ручки некоторые студенты университета, когда записывали лекции.

Дейл кашлянул.

– На самом деле я так и не позвонил, – сказал он. – Я… ну, я вроде бы снова потерял сознание, когда добрался до заправки. Только попросил их продавца вызвать полицию, а сам так и сидел на полу рядом с холодильником, пока не приехал ваш заместитель. Тот, второй.

– Полицейский Тейлор, – уточнил помощник шерифа Прессер.

– А шерифу не докладывали? – спросил Дейл. Он обрадовался чуть ли не до дрожи, когда шериф

Ка-Джей Конгден не приехал на его вызов.

– Нет, сэр, – ответил Прессер. – Шериф на праздники уехал с семьей в Чикаго. Вернется послезавтра. А вы, кажется, говорили, что знаете шерифа, мистер Стюарт?

– Знал когда-то давно, – ответил Дейл. – Мы вместе учились в школе, очень много лет назад.

Помощник шерифа Прессер внимательно посмотрел на Дейла при этих словах и снова что-то записал в блокнот.

– Боже мой! – Дейл задрожал от нервного истощения и реакции на шок. – Неужели вы никого не пошлете на поиски Мишель? Эти… животные… могли затащить ее куда угодно. Может быть, она еще жива!

– Да, сэр. Наступит день, мы пошлем людей на поиски. Но сейчас нам надо кое-что разъяснить до конца. Вы говорите, она ездит на белом пикапе «тойота»?

– Кажется, модель «Тундра», – сказал Дейл. Он поглядел на обоих полицейских. – Он, должно быть, так и стоит у «Веселого…», у фермы.

– Нет, – сказал Прессер. – Когда помощник шерифа Тейлор и помощник шерифа Раисе приехали к дому старого Макбрайда, никакого белого пикапа там не было. Вообще никакой машины… разумеется, кроме вашей «тойоты лендкрузер». Которая завелась тут же, как только полицейский Раисе вставил данный вами ключ.

Дейл какое-то время хмуро разглядывал полицейских.

– Не было пикапа? – спросил он наконец. – Не было второй машины?

– Нет, сэр, – ответил помощник шерифа Прессер, снова что-то записывая. – Вы уверены, что видели ту машину, на которой, по вашим словам, приехала мисс Стеффни?

– Да, – сказал Дейл. – Погодите-ка… нет. Не помню, чтобы я вчера видел ее пикап. Но… я думал… она же приехала туда на чем-то, верно? Идти пешком от города слишком далеко… – На какой-то безумный миг в сердце Дейла забилась надежде. Должно быть, Мишель не так сильно пострадала, если смогла вести машину. Но затем он вспомнил рычание и щелканье зубов, сердце его снова упало, всякая надежда растаяла. – Я ничего не понимаю, – сказал он. – А вы проверили ее городской дом?

– Да, сэр, – сказал Прессер. – Мы были в том доме, о котором вы нам рассказывали. Там никого нет. И машины возле дома тоже нет.

Дейл вздохнул и посмотрел на свои руки, которые тяжело и неуклюже лежали на коленях, словно плохо вылепленные из глины. Его летние брюки были испачканы грязью и его собственной кровью.

– Вы говорили, она приехала к вам днем? – спросил помощник шерифа Прессер.

– Поздно утром, – сказал Дейл. – Ну или сразу после полудня. Я долго спал. Она меня разбудила. Вскоре после ее приезда мы начали готовить обед.

– И вы не заметили, на какой именно машине приехала мисс Стеффни?

– Нет, – признался Дейл. Он посмотрел молодому полицейскому прямо в глаза. Затем перевел взгляд на второго полицейского, который разглядывал его, жуя табак. – Послушайте, я уже спрашивал вас, но вы мне так и не ответили. Вы обнаружили там кровь? Обрывки одежды? Признаки борьбы?

– Мы обнаружили кровь там, где вы ударились о дверь, – ответил полицейский Раисе, передвинув табачную жвачку языком. – Мы нашли спортивную куртку, о которой вы нам говорили. Она была разодрана в клочья, как вы и предполагали.

– А Мишель? Там были следы… нападения собак? Прежде чем молодой полицейский успел ответить,

Прессер снова махнул своим блокнотом, приказывая тому молчать.

– Мистер Стюарт, мы сейчас вернемся на ферму Макбрайдов и все осмотрим еще раз. Нам нужно ваше разрешение на обыск дома. Полицейский Раисе, который присутствует здесь, осмотрел кухню, покричал, спрашивая, не здесь ли пропавшая дама, заглянул в пару комнат, но нам требуется разрешение на настоящий обыск дома. Возможно, если она ранена, она может лежать где-нибудь так, что мы ее не заметили.

– Я поеду с вами, – сказал Дейл, с усилием поднимаясь.

– Нет, сэр, вряд ли это хорошая мысль, – возразил помощник шерифа Прессер. – Врач сказал, что из-за ушиба головы вам лучше остаться в больнице хотя бы до завтра, чтобы быть под наблюдением.

– Я поеду, – повторил Дейл.

Он держался за спинку своего стула, борясь с приступом головокружения, нахлынувшим вместе с болью.

– Как хотите, мистер Стюарт, – сказал помощник шерифа Прессер.

Оба полицейских прошли вместе с Дейлом через пустой приемный покой, мимо любопытных медсестер и врачей, вышли на улицу, где у подъезда ждала полицейская машина с заведенным мотором, из ее выхлопной трубы вырвался клуб дыма и окутал их, словно туман.

Дейл ехал в заднем отсеке полицейской машины и ощущал себя арестантом – проволочная сетка, натянутая между ним и двумя молчаливыми полицейскими впереди, никаких окон или дверных ручек с его стороны, запах мочи и отчаяния, исходящий от ободранной обшивки. Видимо, даже в таких маленьких округах, как Оук-Хилл и Элм-Хейвен, имеются собственные проблемы. Дейл отметил, как тяжело забилось его сердце, когда они свернули на подъездную дорогу к «Веселому уголку» и мертвые изогнутые деревья замелькали в свете фар.

Помощник шерифа Тейлор ждал их в машине с работающим вхолостую мотором. С минуту четверо мужчин стояли на темном заднем дворе, трое полицейских негромко переговаривались между собой, а Дейл непрестанно блуждал взглядом по ночным полям, чернеющим позади тусклого пятна света от фар.

– Можно мне забрать ключи? – спросил он.

– Прошу прощения? – переспросил тот полицейский, который несколькими часами раньше прибыл по его вызову в супермаркет «Квик».

– Ключи от машины, – пояснил Дейл.

Он забрал ключи у полицейского и уселся в свою «тойоту» «повышенной вместимости для активного отдыха». Пикап завелся моментально. Дейл зажег в салоне свет и тут же увидел свой сотовый телефон, который завалился между коробкой передач и пассажирским сиденьем. Он включил телефон, нажав кнопку большим пальцем, но экран показал, что батарейка совсем села. Дейл опустил телефон в карман рубашки и поднялся вслед за тремя полицейскими на крыльцо. Без куртки он замерз до дрожи.

Кухня была в том же самом виде, в каком они с Мишель оставили ее после обеда: тарелки вымыты, но просто составлены стопкой на столе, остывший яблочный пирог рядом с пустыми кофейными чашками. Дейл вспомнил, что Мишель выключила кофеварку, прежде чем они пошли наверх.

Помощник шерифа Прессер подошел к плите и взял прислоненный рядом с ней вертикально «саваж». Он разломил ружье, вынул патрон с дробью четыреста десятого калибра и удивленно поднял брови, глядя на Дейла.

– Я держу заряженное ружье из-за собак, – пояснил Дейл.

– Значит, раньше вы уже видели этих собак, – заметил полицейский Раисе со своего места, откуда он разглядывал пустую гостиную.

– Я рассказывал вам обоим, что видел собак раньше. Только они были… не такие огромные.

Помощники шерифа Прессер и Раисе переглянулись. Дейл заметил, что Прессер опустил патрон с дробью в карман форменной куртки. Он передал ружье полицейскому Тейлору, который так и стоял у входной двери.

– Я замерз, – сказал Дейл. – Пойду спущусь вниз, возьму свитер.

– Мы пойдем с вами, – отозвался помощник шерифа Прессер. И приказал Тейлору: – Ларри, ты пока осмотришь здесь комнаты.

В подвале, как обычно, было теплее, чем наверху. Дейл вытянул из стопки одежды рядом с кроватью толстый шерстяной свитер и надел его, пока оба полицейских расхаживали по комнате, светили своими фонариками за обогреватель и всматривались в пустой угольный бункер. Мишель не оказалось ни в одном из этих мест.

Когда они поднялись в дом, помощник шерифа Тейлор доложил, что на первом этаже ничего не обнаружено. Прессер кивнул и вошел в кабинет Дейла.

– Что это такое? – спросил Прессер, указывая тяжелым фонариком на экран открытого ноутбука.

На черном экране светились слова:

›Hrot-garmr. Si-ik-wa UR.BAR.RA ki-sa-at. Wargus sit.

– Это по-немецки? – спросил помощник шерифа.

– Я писатель, – сообщил Дейл.

Он тянул время, пытаясь перевести текст для себя. Он видел его в первый раз.

– Я спросил только, немецкий ли это или что-то другое.

Дейл отрицательно покачал головой.

– Обычная бессмыслица. Я сейчас пишу фантастический роман и пытаюсь понять, как должна звучать речь неких инопланетян.

– А, это как клингон, – предположил из коридора помощник шерифа Раисе.

– Точно, – подтвердил Дейл.

– Помолчи, Дик, – велел Прессер. Помощник шерифа вышел в коридор, оставив Дей-

ла глазеть на экран. Если кто-нибудь из полицейских вдруг читает по-староанглийски – а в этом Дейл сильно сомневался, – у него будут неприятности. Но, насколько он сумел разобрать, только первая и последняя часть сообщения были на староанглийском. Hrot-garmr переводился как огонь, но буквально означал «завывающего пса», по аналогии с завывающим пламенем погребального костра, который был сложен для Беовульфа или для Брюнхильды в древнем эпосе. Wargus sit означало «ему суждено превратиться в варга», снова это слово. Warg означал изгнанника, который в глазах соплеменников едва ли не буквально становился волком– оборотнем, пожирателем трупов, тем, кого, как любого вервольфа в индоевропейской традиции, надлежало уничтожить.

– Мистер Стюарт? А что находится наверху?

Дейл вышел в тесный от людей коридор и посмотрел на стоявшего на ступеньках лестницы помощника шерифа Прессера.

– Наверху ничего нет, – ответил Дейл. – Второй этаж много лет стоял заколоченный. Я снял пластиковую загородку всего пару недель назад. Там пусто.

Он умолк, заметив, что у него получается жалкий лепет. Сердце колотилось в синкопированном ритме вместе с пульсирующей головной болью.

– Не возражаете, если мы посмотрим? – спросил помощник шерифа Прессер.

Не дожидаясь ответа, он зажег свой фонарик и шумно затопал вверх по лестнице. Помощник шерифа Раисе пошел за ним. Тейлор вернулся на кухню вместе с разряженным дробовиком Дейла. Дейл поколебался несколько мгновений и тоже пошел вверх по ступенькам.

Оба помощника шерифа оказались в первой спальне. Одна из свечей на столике у кровати расплылась лужей парафина, но вторая до сих пор горела. Одеяло и лоскутное покрывало лежали на постели смятой кучей там, куда кинула их Мишель, прежде чем уйти всего… «Бог мой, – подумал Дейл, – всего несколько часов назад». Казалось, прошла уже вечность.

Помощник шерифа Прессер поддел покрывало своим длинным фонариком и поглядел на Дейла, ожидая объяснений. Дейл выдержал его взгляд и ничего не ответил.

Они втроем вошли в следующую комнату – пустую и темную, если не считать детского кресла-качалки, которое так и стояло посреди комнаты, – а затем спустились обратно в кухню.

– А вы не хотите поискать ее снаружи? – спросил Дейл.

В горле у него саднило, а головная боль сделалась даже сильнее, чем раньше.

– Угу, – отозвался Прессер. – Только утром. Помощник шерифа Тейлор останется здесь с вами, пока мы не вернемся.

– Какого черта ждать до утра, – возмутился Дейл.

Кто-то нашел его фонарик там, куда он упал при нападении собак, и принес на кухонный стол. Дейл щелкнул им. Фонарик горел.

– Я собираюсь осмотреть сараи и поле прямо сейчас.

Помощник шерифа Прессер пожал плечами.

– Ларри, – сказал он, обращаясь к Тейлору, – останешься здесь, на ферме, пока мы не вернемся. Если мистер Стюарт отправится на поиски, будь у машины рядом с рацией, чтобы мы могли связаться с тобой. Если он не вернется через час, сообщи нам. Ты все понял?

– Но, Брайан, на улице холодно и темно, как у…

– Выполняй то, что я сказал. – Прессер посмотрел на Дейла. – Утром мы вернемся сюда. Мистер Стюарт, я советую вам немного поспать, а не бродить по полям в потемках, но Ларри останется на случай, если вам потребуется помощь.

– Мне не нужна помощь полицейского Тейлора, – сказал Дейл. – Мне нужен мой дробовик.

Прессер забрал у Тейлора ружье. И отрицательно покачал головой.

– Сожалею, – произнес он тоном, в котором не было ни капли сожаления. – Мы некоторое время подержим ружье в управлении. На всякий случай.

– На какой «всякий случай»? – спросил Дейл, на самом деле озадаченный.

Помощник шерифа пристально посмотрел Дейлу в глаза.

– Вы сказали, здесь пропала женщина. Вы сказали, на нее напали собаки. Что ж, если женщина на самом деле пропала, не исключено, что напали на нее не собаки. Возможно, нам потребуется баллистическая экспертиза.

– О, да ради бога! – воскликнул Дейл. Прессер жестом предложил помощнику шерифа Райс-

су следовать за ним, махнул Тейлору, чтобы тот оставался, они с Райссом сели в машину и уехали. Дейл посмотрел на часы. Было четыре часа утра и несколько минут, пройдет еще часа три, прежде чем появятся первые проблески рассвета.

Дейл натянул свою зимнюю куртку, которая висела на крючке у двери, включил фонарик и вышел на улицу.

– Не стоит вам идти одному, – крикнул помощник шерифа Тейлор из круга света на крыльце.

– Тогда идемте со мной, – отозвался Дейл. Он, не оборачиваясь, шагал к ближайшему сараю.

– Я обязан остаться рядом с рацией!

Дейл больше не обращал внимания на полицейского. Дойдя до края грязного двора, он осветил фонариком замерзшие сорняки, торчащие из-за забора, поводил лучом света вокруг бывшего курятника. Ничего. Дейл несколькими ударами открыл примерзшую дверь курятника и заглянул внутрь, водя фонариком по стенам от насестов до пола. На какой-то миг ему показалось, что кто-то сложил в курятнике дюжину маленьких металлических гробов, и тут он вспомнил, как сам переносил сюда обучающие машины мистера Макбрайда.

Повсюду виднелись темные пятна, но это были старые, засохшие и выцветшие пятна. Когда в курятнике еще жили куры, сюда прокралась лиса, так он сказал Мишель. «Или собака».

В остальных надворных постройках тоже было пусто. Луч света от фонарика скользил по висящим на стенах косам, серпам, газонокосилкам, насадкам для трактора, запасным частям для кукурузного комбайна, сенокосилкам, каким-то неведомым ему железякам – все красно-коричневое от ржавчины. Лучик света становился все бледнее, батарейки умирали.

Дейл пошел в сторону от дома, несколько горящих окон теперь, казалось, остались совсем далеко. Около заржавленной цистерны для горючего, которая торчала гигантским паучьим яйцом на своей железной опоре, следы от колес расходились: одна колея вела к амбару, еще одна – на юг, вдоль забора, идущего по краю сжатого поля. Дейл вышел в поле, заколотил фонариком по ладони, чтобы тот горел ярче, и несколько раз выкрикнул имя Мишель в ночь, прислушиваясь каждый раз, не доносится ли из темноты ответный крик. Ничего. Не было даже эха или далекого собачьего лая. Дейл ходил взад-вперед по колее, наводя фонарик на голые комья земли в надежде увидеть следы собачьих лап, следы человеческих ног, обрывок одежды… хоть что-нибудь. Земля лежала промерзшая и безмолвная.

Чуть задыхаясь от ходьбы – дыхание Дейла вырывалось облачками тумана в морозный предрассветный воздух, фонарик светил тускло, словно догорающая свеча, – Дейл подошел к громадному амбару и всем весом навалился на огромную створку ворот на рельсах. Разбухшее дерево и заржавевшее железо протестующе заскрежетали, но все-таки ему удалось приоткрыть ворота настолько, чтобы проскользнуть внутрь.

Всю площадь по-прежнему занимал зерновой комбайн, насадка для захвата кукурузы тянулась к Дейлу бледно-красными зубами.

– Мишель!

Что-то зашуршало под высоким потолком, но звук был слишком слабый для взрослой женщины. «Собаки не смогли бы затащить ее туда». Он навел фонарик на невероятно высокие балки и теряющиеся в вышине ярусы, но луч света был уже слишком слаб, чтобы осветить такое пространство. «Зато если ей удалось спастись от собак, она как раз может оказаться там, прячется от них, раненая».

Дейл сунул фонарик в карман и полез по ближайшей лестнице, чувствуя под ногами гнилое дерево, ощущая запах гнили, исходящий от досок и соломы в самом амбаре. Постройка была древняя, и лестница шаткая. Он следил за тем, чтобы не браться за одну перекладину двумя руками: если какая-то перекладина сломается, ему хотелось бы, чтобы под рукой оказалось хоть что-то надежное.

Тридцать футов подъема, и Дейл оказался достаточно высоко, чтобы заглянуть в черное пространство над первым ярусом. Крыша комбайна – того самого комбайна, который сорок лет назад убил его друга Дуэйна, изжевал его и выплюнул, словно стерню? – теперь была под ним, казалась шершавой в гаснущем свете. Дейл снова затряс фонариком, но на этот раз луч только еще больше потускнел.

На этом ярусе было пусто, если не считать соломенного лежака, какого-то ржавого крюка и черепа.

Дейл заполз на настил, чувствуя, как тонкие, гниющие доски скрипят под его весом, и протянул руку к черепу. Череп как раз поместился ему на ладонь, длинные желтые зубы легли на синюю вену у него на запястье. Кому, черт возьми, он принадлежал? Крысе? Для крысы вроде бы слишком велик. Енот или лисица? Как тогда он сюда попал?

Он положил череп на место, без толку поводил фонариком по остальным сторонам яруса, и снова позвал Мишель. В ответ ему захлопали чьи-то крылья: сипуха или ночующие в амбаре воробьи.

Фонарик окончательно угас, не успел он опустить ногу на ступеньку лестницы. Дейл сунул фонарик в куртку и поглядел на светящийся циферблат часов, отметив, что рука у него трясется, либо от жуткого холода, либо от сложного подъема, либо от всего вместе. На часах было всего четыре сорок пять.

Дейл не стал закрывать створку ворот, когда пошел обратно к дому, он почти хотел, чтобы собаки набросились на него по дороге из темноты, хотел убедиться, что они на самом деле существуют. Он сжимал бесполезный теперь фонарик с такой силой, что пальцы сводило от напряжения.

Мотор полицейской машины работал, а помощник шерифа спал на переднем сиденье, его рация шуршала и потрескивала так, что было слышно даже через поднятое стекло. Дейл оставил его спать дальше и вошел в дом. Внутри по-прежнему было холодно. Он включил термостат, услышал, как щелкнуло в системе отопления, и отправился в кабинет. Он совсем забыл про компьютер.

›Hrot-garmr. Si-ik-wa UR.BAR.RA ki-sa-at. Wargus sit.

Дейл потер щеку, ощущая под пальцами отросшую щетину. Он очень устал, голова, вместо того чтобы пройти, разболелась еще сильнее. Он с трудом сосредоточился на экране. «Завывающий пес» – это об огне. «Ему суждено превратиться в варга». Но что, черт побери, такое эта средняя часть? После нескольких секунд размышления, во время которого он едва не заснул, Дейл набрал:

›Что, черт побери, такое эта средняя часть?

Миг спустя он очнулся, поняв, что уснул на стуле, дожидаясь ответа. «Ответа никогда не появляется, пока я здесь». Ощущая боль во всем теле и в голове, которая болела и изнутри и снаружи, Дейл заставил себя подняться со стула и выйти в кухню. Он посмотрел в окно – помощник шерифа так и сидел на своем месте, – затем запер дверь и вернулся в кабинет.

›Это хеттский язык.

Дейл вздохнул и снова потер щеку. Надо как следует подумать и задать следующий вопрос так, чтобы не возникало никаких двусмысленностей.

›Что она означает?

На сей раз он отправился в ванную, ему пришлось держаться одной рукой за стенку, пока он мочился в унитаз. Спустив воду, он вымыл руки, поглядел в зеркало на свое бледное отражение с красными глазами, и ему показалось, будто он видит и ощущает все вокруг сквозь водопады алой боли. Он отправился обратно в кабинет.

›zi-ik-wa UR.BAR.Ra ki-sa-at значит «ты есть тот, кому суждено стать волком».

Дейла, несмотря на боль и истощение, охватил приступ ярости. Ему так осточертели все эти игры, его от них уже мутит.

Жакого лешего ты шлешь мне зашифрованные послания, если тут же сам и переводишь?

Еще не дойдя до кухни, он понял, что это ненужный вопрос. Не имеющий смысла. Экран компьютера, видимо, был того же мнения, потому что ответа не появилось. Дейл поспешно набрал:

Жому суждено стать волком? Мне самому?

На этот раз Дейл дошел до лестницы в подвал и остановился. Снизу, из консольного радио, доносились звуки биг-бэнда. Разве приемник не был выключен, когда он заходил в подвал с полицейскими? Жалея, что у него больше нет под рукой заряженного ружья, но слишком изможденный, чтобы бояться того, что ждет его внизу, Дейл спустился по лестнице.

От ламп рядом со старой медной кроватью Дуэйна на подушку падал мягкий желтый свет. Книги в бумажных обложках стояли в своих ящиках и на деревянных полках в привычном беспорядке. Обогреватель потрескивал и вздыхал, как обычно. Настроечная таблица приемника светилась, негромко лилась старая музыка. Возможно, он машинально включил радио, когда спускался сюда. Или же в тот момент, когда он приходил сюда с полицейскими, по радио ничего не передавали. Какая разница?

Ноги были будто налиты свинцом, когда он шел вверх по лестнице и возвращался обратно в кабинет.

›LU.MES hurkilas – демонические сущности, призванные пожирать волков и уничтожать змей.

– Ладно, – сказал Дейл пустой комнате, – и на том спасибо.

Он выключил компьютер и упал на кушетку, как был, в одежде, свесив через край ноги в грязных ботинках. Он заснул раньше, прежде чем успел подумать, не накрыться ли ему одеялом.


Глава 20 | Зимние призраки | Глава 22